*****
На холме сидел охотник и играл на флейте. Звуки выходили натяжные и тихие, будто где-то тихо плачет птица, оплакивая своё горе. Кагуя молча подошла к нему и села возле него. Когда охотник заметил это, то перестал играть, смотря вдаль. — Ты опять стал производить печальную мелодию, — вместо приветствия заметила дева, тоже смотря вдаль. — У моего друга траур — он потерял свою жену и ребёнка. И теперь обозлился на весь мир. От того что у других есть то, чего нет у него. Даже меня видеть не хочет. Мне тяжело видеть его страдания, но сделать я ничего не могу, — признался Райден с тяжёлым сердцем. Серебряноволосой это было знакомо. Клан Ооцуцуки ненавидели тех, кто сильнее их и есть то, чего нет у них. Поэтому они часто сражались друг с другом, чтобы получить желаемое, а если не получается, они это уничтожают — не достанется мне, не достанется никому! Кагуя сделала вывод, что люди не сильно отличаются от её клана. Однако деве было непонятно другое. — Если твой друг обозлился на всех, почему ты за него переживаешь? — Мы с Канаме выросли вместе и делили всё поровну. Мы были как не разлей вода. Он стал мне как братом. Поэтому это естественно переживать за близкого тебе человека, — объяснил охотник. Райден заметил, что Кагуя как чистый лист, как ребёнок, который не понимает элементарных вещей, как дружба, узы и любовь. Да, она добрая и чистая, но почти лишена эмоций. Ей не понять, человеческую природу, психологию. Поэтому мужчина был уверен, что у девы не было настоящих друзей и близких. Не удивительно, что она сбежала из своего мира. Мужчина продолжил играть грустную музыку, зная, что ответа не дождётся. Кагуе не знакомо чувство привязанности… Нет, не так, она познаёт это ощущение. Ведь к охотнику дева не равнодушна. Но разве она могла назвать его своим другом, после того что между ними было? Нет, это на дружбу не похоже. Настроение серебряноволосой перешло к печальной мелодии, но уходить ей так просто не хотелось. Она хотела хоть как-то облегчить боль охотника. Но что дева могла сделать? Она сама не знала. Хотя другая девушка на её месте обняла бы мужчину и приласкала, шепча успокаивающие слова, что всё будет хорошо и что всё образует. Однако подобные эмоции в клане Кагуи были запрещены, и дева не знала почему. Почему нельзя привязываться к кому-либо. Делить между собой радость и боль. Делать что-то вместе и получать от этого удовольствие. Ооцуцуки считали, что любые узы — это слабость и их легко оборвать. Не найдя нужных слов, небесная дева посмотрела вперёд и увидела старых знакомых. Антилопа со своим ухажёром (самец после долгого ухаживания всё-таки добился своего) и их детеныш, который родился совсем недавно. И теперь все трое вместе гуляют по запретному лесу. Мать принялась заботливо вылизывать мордочку своего ребёнка. От такой картины даже стало завидно. — Останешься сегодня со мной ночью? — спросила Кагуя, всё также не выражая никаких эмоций, будто задала вполне обычный вопрос. Охотник оторвался от флейты и взглянул на деву, на щеках мужчины залился румянец. Он знал, что это значит — серебряноволосая хочет провести с ним ночь. Подобное уже происходило, но редко. Сам Райден никогда не навязывался. Кагуя была недотрогой и сама не прикасалась к шатену. Охотник ей нравился тем, что он уважал её пространство и не переступал черту дозволенного. Чем только разжигал желание серебряноволосой прикоснуться мужчине и жаждать его прикосновений. — Хорошо, я останусь, — ответил Райден смущённо и снова заиграл на флейте, чтобы скрыть своё волнение. Он не подозревал, что мелодия, произведённая им, выдавала его с потрохами — Кагуя хорошо умела читать настроение мужчины по звукам флейты. Небесная дева находила растерянность и нерешительность охотника забавным, отчего она легко улыбнулась. Охотник и дева просидели на холме до тех пор, пока не начало темнеть. Серебряноволосая встала и направилась в запретный лес. Шатен прекратил свою игру на флейте, но не спешил идти за ней — вдруг она передумала, а он увяжется за ней. Дойдя до деревьев, Кагуя остановилась и обернулась, бросив взгляд на мужчину, словно говоря: «Ты идёшь?» Райден снова покраснел и, вскочив со своего места, побежал к деве. И они пошли дальше. Охотник шёл следом и иногда смотрел на руку Кагуи, что скрывалось длинным рукавом мантии. Как же хотелось взять её за руку и идти вместе, как влюблённая парочка. Но мужчина не позволял себе такую вольность, за это серебряноволосая могла его прогнать. Не стоит прикасаться к божеству без его позволения. Хотя Кагуя просто не понимала такой близости и считала их излишним. Пара дошла до старого и довольно большого дуба. Небесная дева протянула руку охотнику. Он проглотил застрявший кон в горле. Вот он этот момент! Где можно увидеть магию. Мужчина ухватился за ладонь женщины, и она потянула его к дереву, проходя сквозь него. Райден задержал дыхание, как перед погружением в воду, и закрыл глаза. Ощущение было такое, как будто ты проходишь сквозь густую паутину. В этот момент он почувствовал, как Кагуя крепче сжала его ладонь, будто боялась, что он где-то затеряется. Когда ощущение «паутины» пропало, шатен открыл глаза, но его встретила только кромешная тьма. Через мгновение в комнате сама по себе загорелась на полке свеча. Слабый свет едва добирался до тёмных углов. Было так мрачно и даже страшно. Охотник осознавал, что сам не сможет выбраться отсюда, отчего и чувствовал себя пленником. Райден и раньше был у этого дерева, когда Кагуи рядом не было, и пытался понять, как проникнуть внутрь. Щупал огромный ствол дуба вокруг, безуспешно, в убежище небесной девы не проникнуть. Не удивительно, что его никто не нашёл. Шатен был даже спокоен за серебряноволосую, никому и в голову не придёт искать её внутри дерева. Кагуя подошла к охотнику вплотную, лицом к лицу. Райден был заметно выше её, дева доставала ему до половины лба. Серебряноволосая приложила свои ладони по обе стороны лица мужчины и большим пальцем провела по шрамам на щеке. Как всегда её манило к этим белым линиям. Охотник улыбнулся в ответ и положил свои руки на талию девы. Сейчас шатен имел права к ней прикасаться, потому что серебряноволосая сама их жаждала. После чего губы Райдена и Кагуи слились в поцелуе.*****
Прошёл месяц. Когда охотник в очередной раз пришёл на холм, его встретила семья антилоп. Маленький детёныш, играя, крутился вокруг человека и не давал тому сесть у бревна. Он был похож на надоедливого щенка, который хотел только играть. Райден хлопками гонял детёныша, тот убегал и снова возвращался — такая у них была игра. Родители наблюдали со стороны и совсем не боялись охотника и за своего ребёнка. Однако они всё равно оставались дикими животными, и Райден это знал. Парнокопытные в запретном лесу не боялись только двух людей. Мужчине начало надоедать играть с детёнышем антилопы, а мелкий никак не хотел отставать от охотника. Бегал вокруг шатена и скакал как козлёнок. Райден решил от него сбежать и ринулся в запретный лес, а детёныш за ним, следом пошли и его родители. Охотник остановился у знакомой яблони, чтобы отдышаться. Но зверёнок от него не отставал и бодал человека, чтобы он с ним поиграл. Мужчина с кислой миной посмотрел на детёныша: сколько в нём энергии хоть отбавляй. Райден выпрямился, чтобы оглядеться и сообразить, как отвязаться от зверёныша, как некто сильно толкнул его в спину, отчего охотник чуть не поцеловался с яблоней, успев вытянуть руки вперёд. Мужчина с раздражением обернулся — эта была наглая антилопа, которая требовала от него достать для неё и семьи яблоки. Как нечего делать, шатен полез на дерево и скинул несколько плодов. Парнокопытная семья принялась есть яблоки. С большим удовольствием любимое лакомство поедала мать-антилопа. Райден улыбнулся этой картине, но слезать с яблони не спешил — он понял, что это отличная возможность отдохнуть от зверёнка. Детёныш не сможет достать охотника. Мужчина поудобнее устроился на ветке, прислонившись спиной к стволу, и достал флейту и заиграл на ней. Когда детёныш наелся, он начал бегать и прыгать вокруг яблони, крича чтобы человек спустился и поиграл с ним. Однако Райден не реагировал и продолжал свою игру на флейте. Бегал зверёныш не долго, пока не начал зевать. Мать-антилопа мордой столкнула своего ребёнка в бок, намекая, что пора уходить. Детёныш не противился, так как уже устал, и семья ушла. Убедившись, что антилопы действительно его покинули, Райден сорвал себе яблоко и спрыгнул с ветки. Приземлившись на почву, охотник надкусил плод и огляделся, Кагуи нигде не было видно. Странно, обычно она приходила на звуки флейты, а её до сих пор нет. Охотник доел яблоко, и только сейчас до него дошло, что прошёл примерно год, как он встретил здесь небесную деву. Надо же как летит время. Мужчина решил, что нет смысла идти на холм, поэтому пошёл в другое направление. Шатен добрался до границы каменной породы и заметил вдали Кагую. Она была близка к проклятому древу и совсем скоро доберётся до него. Сердце Райден бешено забилось от тревоги. Охотник было бежал за ней, но, сделав пару шагов, остановился, вспомнив свой прошлый забег, когда чуть не погиб. Небесная дева тогда его спасла, а сейчас она слишком далеко. Однако испытывать судьбу не стоит. Мужчина только обречённо вздохнул и сел на ближайший небольшой камень, стал ждать серебряноволосую. Мужчине было непонятно, почему Кагуя ходит к проклятому древу, и как она после этой прогулки остаётся живой и невредимой. Охотник невольно вспомнил, как его чуть не убило, когда он пытался приблизиться к гигантскому дереву, чтобы увести небесную деву. В итоге без сил рухнул на землю и потерял сознание. Так как Кагуя смогла зайти так далеко? Конечно, Райден убедился, что она действительно необычный человек, прибывший из другого мира.*****
Кагуя почти дошла до гигантского дерева. Серебряноволосая чувствовала ужасное давление древа, то как оно пытается высосать её жизненную энергию. Небесной деве стоило немало усилий, чтобы не дать поглотить свою чакру, наложив на себя невидимый щит. Когда защита давала трещину, женщине приходилось возвращаться назад, потому что если щит совсем сломается, проклятое древо поглотит её энергию — это верная смерть. Сегодня же Кагуе удалось зайти дальше, и сейчас она стояла перед невообразимо гигантской древа. С его внушительными размерами чувствуешь себя муравьём, а ветки полностью закрывали голубое небо, отчего под деревом было мрачно и холодно. Корни были словно горы. Небесная дева оглядела дерево и прижала руку к груди, чувствуя, как бешено бьётся сердце, ощущая себя жалкой и слабой по сравнению могущей древа. Сила дерева ужасала и давила своим естеством, словно она насекомое. Кагуя осмотрел ствол невероятно большого древа, после чего подняла взгляд, пытаясь что-то там разглядеть между ветками. Небесная дева подошла к дереву и коснулась его ладонью, как её пронзила невыносимая боль, словно молния, и резко отступилась, схватившись за руку. Серебряноволосая посмотрела на свою ладонь, она сильно покраснела и дрожала, словно горела огнём. Женщина посмотрела наверх, после чего с сожалением опустила глаза, прикрыв их. Поняв, что здесь ей больше ничего не светит, пошла обратно в запретный лес. Всю дорогу серебряноволосая шла как воду опущенная: слаба, она по-прежнему такая слабая. У неё ушёл год, чтобы преодолеть путь к проклятому древу, но набольшее она не способна. Серебряноволосая почти пересекла каменную породу, и только тогда она подняла глаза и заметила обеспокоенного Райдена. Мужчина сидел на камне и наблюдал за ней всё это время, стараясь не пересекать границу леса и безжизненной каменной равнины. Охотник боролся с желанием последовать за небесной девой, зная, что это самоубийство. — Зачем ты туда ходишь? — обеспокоенно спросил охотник. Он всё никак не понимал, почему Кагуя спокойно рискует, чтобы добраться до гигантского древа. Сколько бы мужчина об этом не спрашивал, дева не отвечала на его вопросы. Так и сейчас она ничего не сказала, вместо этого серебряноволосая посмотрела на свою обожжённую ладонь, осознавая, что ещё не готова. — Ты ранена, — встревожился Райден, подойдя к ней, и взял её пострадавшую руку, кончиками пальцев другой руки нежно провёл по покрасневшей ладони и губами прикоснулся к центру. Кагуя вытаращила на него глаза за такой наглый жест, но почему тогда сейчас сердце забилось как бешеное, а щёки залились румянцем? Почему на душе стало так легко и приятно? Отчего же непрошеные прикосновения вызвали такой эффект, что не хочется отстраняться? Райден опомнился, поняв, что позволил себе лишнего, но, увидев, что его божество пострадало, поспешил её утешить и приголубить. — Ой! Прости, я не хотел. Я был расстроен, что тебе причинили боль, — нервно засмеялся охотник, заведя смущённо руку за голову, другой он всё ещё держал её пострадавшую изящную ручку. Так не хотелось её отпускать. Мужчина застыл, когда увидел, как покрасневшая ладонь охватило зелёное свечение. Когда свет погас, ожога будто и не было. Кагуя сама удивилась, что сама по себе исцелилась. На самом деле, серебряноволосая сама себя исцелила: так её чувства ответили на слова Райдена, чтобы он за неё не беспокоился. А может она не хотела выглядеть слабой в его глазах? Кагуя забрала свою руку и отвернулась, ей казалось, что у неё горят щёки и это охотнику хорошо видно. Дева отошла от него и бросила взор на гигантское дерево. — Это проклятое древо на самом деле выкачивает природную энергию вашего мира, — ни с того ни с сего сказала женщина, не отводя взгляда. Как никогда небесной деве хотелось открыться этому человеку. Под словом «мир» она имела в виду планету. — Откуда оно взялось? — Мужчина встал рядом с ней и обратил своё внимание к дереву. Неужто он наконец-то получит все ответы на свои вопросы. — Это древо посадил мой клан Ооцуцуки, несколько тысяч лет назад. В то время ваш мир был очень богат жизнью. На столько богат, что невозможно представить, — Серебряноволосая закрыла глаза: как бы она хотела это увидеть — наверняка планета была ещё прекраснее и, тем не менее, ещё более жесткой и дикой. — Тогда почему твой клан посадил это опасное дерево? Чем мы это заслужили? — с недоумением спросил Райден. Он и представить не мог, что это гигантское дерево высасывает жизнь его мира. — Это дело не принципа, а алчности и жадности. Клан Ооцуцуки постоянно воюют между собой за силу и за большую власть и им всё мало — они хотят большего. Наши миры носят ужасные шрамы от их битв, — открыв глаза, ответила Кагуя. Едва в её голосе можно было услышать горечь. — Это гигантское древо мы называем Джууби. Оно не просто поглощает жизнь вашего мира, но и перерабатывает в другой вид энергии, называемой чакрой в виде плода. Если вкусить его обретёшь бессмертие и невероятное могущество Бога, — Кагуя решила рассказать охотнику правду, хотя в глубине души боялась его реакции. — И ты хочешь вкусить этот плод чакры, чтобы стать настоящей богиней? — немного осуждающе спросил мужчина. Информация, что он получил от неё, его совершенно не радовала. Какие-то пришельцы воруют природную энергию их него мира лишь для того чтобы получить бессмертие и силу Бога. И плевать клану Ооцуцуки, что будет с жителями планеты, будто они мелкие бесполезные насекомые. Ещё Райден боялся, что Кагуя мало чем от них отличается, если она тоже хочет сорвать запретный плод. — Да, хочу вкусить этот плод, чтобы обрести божественную силу. Я хочу защитить этот прекрасный мир от войн, которые оставляют после себя ужасные шрамы, как физические, так и душевные. Я хочу, чтобы все жили в мире, — искренно призналась небесная дева. Райден пораженно уставился на неё: по внешнему виду и поведению, трудно в это поверить. Всегда такая отстранённая и одинокая, и желает мир во всём мире. Возможно это всё из-за воспитания Ооцуцуки, она стала такой. Но сможет ли она стать богиней? Это же такая большая ответственность. Райден улыбнулся, встал напротив неё, опустился на одно колено, склонив голову. Серебряноволосая изумлённо на него посмотрела. — Ооцуцуки Кагуя, если вы станете богиней и даруешь нам мир без войн, я стану вашим верным и первым последователем, — торжественно заявил охотник, давая клятву преданности. В его словах звучали искренно, не капли лжи. У небесной девы снова щеки залились румянцем, только на этот раз ярче. На душе стало тепло, а на сердце радостно. Ещё никогда она не чувствовала себя такой нужной и особенной. Этот человек явно на неё сильно влияет, от чего Кагуе хотелось оправдать его ожидание, лишь бы он был подле неё. Дева улыбнулась трепещущим чувством, что ей нравилось испытывать, но улыбка тут же пропало, в глазах застыла горечь. — Встань, Райден, — мягко потребовала серебряноволосая. У охотника бешено забилось сердце: она впервые произнесла его имя, и это так приятно слышать из её уст. Мужчина поднял на неё взгляд и нерешительно встал на ноги. Кагуя снова обратила свой взор на проклятое дерево. — Я пока недостаточно сильна, чтобы добраться до плода-чакры, — с сожалением призналась небесная дева, сжимая руку в кулак, где раньше был ожог. Было трудно в этом признаться, но она хотела, чтобы охотник это понял. Серебряноволосая сама даже не заметила, что стала ему полностью доверять: рассказала ему то, чего не следовало. — Великая цель никогда не даётся легко. Я уверен, что у тебя всё получится. Главное прилагать усилия и не сдаваться. И тогда ты обязательно достигнешь цели! — широко улыбнулся Райден. Энтузиазма хоть отбавляй. От этих слов щёки Кагуи опять окрасились румянцем. Что-то она сегодня много краснеет, что ей совсем не свойственно. Но ещё никогда и никто так в неё не верил. — На самом деле, когда я прибыла в ваш мир, мне хотелось отправиться в путешествие. Да и ещё ты рассказывал про странствия своего учителя по миру: нации, традиции и культуры разных народов. Я всё это хотела увидеть своими глазами, — звучала настоящее желание небесная дева. Когда она увидела издалека эту прекрасную планету, то забыла о том, что хотела заполучить запретный плод. Было большое желание изучить этот дикий мир и увидеть все его достопримечательности. Однако серебряноволосая быстро одумалась и решила сначала заполучить божественную силу, чтобы потом было легче и безопасно изучить планету. — Так почему бы нам не отправиться в путешествие! — воодушевился охотник, аж карие глаза засверкали. — Но я должна остаться здесь, чтобы стать сильнее и достичь цели, — спокойно возразила Кагуя, хотя в глубине души очень хотела отправиться странствовать по миру. — В путешествии тоже можно тренироваться: закалять тело и дух. Можно отправиться странствовать хотя бы на два года, а потом вернуться и проверить свои силы, — радостно предположил шатен. Он и сам не раз думал стать отшельником, как его учитель, что немало увидел за свою жизнь. А тут такой повод подходящий — отправиться в путешествие вместе с небесной девой. На этот аргумент Кагуя не нашла, что сказать, да и в чём-то землянин прав: путешествие на самом деле непростое удовольствие. Также дева может найти себе вдохновение, чтобы изобрести или улучшить свои техники. Этот человек подал ей действительно хорошую идею. — Это неплохая мысль, — одобрила серебряноволосая и по-настоящему улыбнулась. Райден, увидев лёгкую, но искреннюю улыбку девы смутился. Этот момент был бесценным, ведь Кагуя почти никогда не улыбается, но эта улыбка ей безумно шла. — Тогда завтра же утром, в деревне возьму всё необходимое, и мы отправимся в путешествие! — оживлённо предложил охотник. Небесная дева лишь кивнула. — Да!!! — обрадовался мужчина, как мальчишка. Кагуя отошла от него и села на камень, где ждал её Райден, когда она ходила к проклятому дереву. Охотник не знал, что ей ещё сказать, но не хотел показаться надоедливой собачкой, что крутится вокруг хозяина, радостно виляя хвостиком. — Сыграй для меня, — спросила серебряноволосая, тем самым разрядила неловкую обстановку. — С удовольствием! — обрадовался шатен и, подбежав к неё, сел возле камня, достал свою флейту и принялся на ней играть. Охотник за процессом представлял, как они вместе будут путешествовать по миру. Мелодия Райдена выходила энергичная и весёлая, будто от счастья пляшет душа, выдавая настроение владельца. Кагуя улыбнулась, глядя на голубое небо, и сама была в предвкушении, чтобы отправиться на встречу приключений. Небесная дева только сейчас поняла, что если она станет богиней и обретёт бессмертие, Райдена вскоре не станет — человеческая жизнь так коротка. Так почему она так хочет, чтобы он всегда был рядом и также как сейчас играл ей на флейте? Серебряноволосая уже не представляла себе жизнь без него и решила, что поделится и ним запретным плодом, чтобы он стал её вечным компаньоном.*****
Когда стемнело, небесная дева и охотник хотели вместе провести ночь, но Райден решил вернуться в деревню, чтобы собрать вещи для того, чтобы отправиться утром в путешествие. К тому же нужно найти подходящую накидку для небесной девы, чтобы скрыть её красоту и необычную внешность, что сильно бросается в глаза. Ещё надо сообщить старосту села, что он уходит из селения. Кагуя, положа руку на живот, смотрела в спину уходящего охотника. Была ещё одна причина, почему она хотела покинуть это место. Райден шёл весь довольный, наконец, он сможет быть дольше с любимой. Аж улыбка растянулась до ушей. Вдруг охотник остановился и спрятался за ближайшее дерево, увидев у главных ворот в лёгких доспехах всадника на коне. Напротив него стоял староста со свитком в руках. Эти двое о чём-то разговаривали. Позади главы деревни молча стояли несколько человек, жители посёлка были чем-то встревожены. Староста поклонился, держа свиток перед собой, и всадник ускакал прочь. Райден вышел из укрытия и отправился к главным воротам. Охотник остановился напротив старосты, тот убрал свиток за спину и сурово посмотрел на Райдена. — Кто это был? — обеспокоенно спросил молодой охотник, оглянувшись в сторону, где исчез всадник. — Посланник страны Соу. Грядёт война, и император собирает войска против страны Ка, — строго сообщил глава деревни. — Говорят, что численность войск страны Ка превосходит в три раза. Послезавтра все мужчины из всех деревень, кто может сражаться, отправятся в столицу, где каждого распределят в отряд. Райден огляделся на жителей: мужчины были обеспокоены, кто-то даже паниковал и кричал, что не хочет умирать. Женщины плакали и не хотели отпускать своих мужей и сыновей на войну. Стариков и детей отправили по домам, чтобы они не услышали эту ужасную новость раньше времени. — Так что прекращай свои походы в лес и готовься к войне, — сурово распорядился староста и, отвернувшись от молодого охотника, направился в свой дом. Сегодня уже поздно, завтра утром глава деревни сообщит всем жителям дурную весть. Райден стоял как молнией поражённый: обескураженный и растерянный. И как ему теперь быть? Какой выбор сделать? Уйти с Кагуей, как вели сердце, или отправиться на войну, как вели долг?