My euphoria

      Халат медленно соскальзывает по медового цвета плечам, оставляя его чистого и невинного наедине с собой. Тэхён стоит перед ванной, обнажённый и дрожащий, но он лишь смотрит на воду, что заполняет ванну медленно, не решаясь сделать шаг вперёд. Будто чего-то ждёт. Или кого-то. Он громко и рвано дышит, когда чувствует руки на своей спине, руки мягкие и блуждающие по чужому телу так по-хозяйски, но в то же время изучающе. Тэ замирает, прикрывая дрожащие веки. Ему хочется стонать от одних только прикосновений, от одних губ Чонгука на своей шее. Он приоткрывает рот и сладко стонет, когда Чон кусает его шею, а затем лижет бордовый след, оставленный пару секунд назад. — Тэхён. — шепчет в самое ухо и тут же кусает мочку, играется с ней языком. — Я очень хочу тебя. — Тэхён сходит с ума от этого шепота, обжигающего нежную кожу. Он молчит, он просто теряет связь с реальностью, когда Чонгук прижимает его ближе, заставляя упереться в мощный стояк. Чон обхватывает член Тэхёна, издевательски медленно надрачивая. — Скажи что-нибудь сейчас. Ещё немного и я не смогу остановится. Ты слишком сладкий, Тэхёни. — Чон зарывается носом в волосы блондина, вдыхает этот убийственный запах и не может остановится. Он чувствует, как Ким дрожит, как тихо стонет, когда Чон начинает дрочить быстрее. Он всё-таки не просит прекратить всё это. А Чонгук уже и не сможет прекратить, даже если Тэ и попросит остановится. — Не останавливайся, Чонгук. Я хочу тебя. — Ким мог бы поспорить, что залился бы краской от этих слов в любом случае. Но не сейчас, не в эту самую секунду, когда Чонгук нагло разворачивает его к себе лицом и впивается в красные искусанные губы. — Скажи это ещё раз. — просит Чон. Он крепко держит парня, не позволяя ему отворачиваться. Чонгук хочет видеть его лицо, влажное и розовое от смущения, его затуманенные от возбуждения глаза, о боже он хочет видеть эти податливые сладкие губы, хочет кусать их и сминать, ласкать языком, едва касаться. Не важно. Он смотрит в глаза цвета карамели, боится найти там хоть каплю сомнения, но его нет. — Я хочу тебя. — шепчет Тэхён, и Чонгуку не нужно больше слов. Он скидывает с плеч халат, резко поднимает Тэхёна и, придерживая парня за бёдра, погружает обоих в горячую пенную ванну. Тэхён забирается на колени, впивается зубами в кожу Чона, выводит непонятные узоры языком, нетерпеливо ёрзая и скуля от предвкушения, когда Чонгук сминает его ягодицы, трётся пульсирующим членом о его пах. От возбуждения становится больно дышать, ванна кажется чертовски тесной, а вода слишком горячей. Чонгук рычит, обвивает талию Тэхёна и вытаскивает обоих из адски горячей воды. Брюнет разворачивает парня спиной, заставляя того прижаться мокрой щекой к холодному кафелю, больно сжимает покрасневшие ягодицы. Громкий стон эхом отзывается в ушах, призывает ускориться, войти резко и грубо в это сладкое податливое тело, но Чонгук не хочет сделать больно, не хочет слышать сдавленный стон или крик, не хочет видеть слёз Тэхёна. Он слишком… Заботится? Волнуется? Боится? Тэхён кладёт ладонь на кафель, чтобы сохранять равновесие, и Чонгук накрывает её своей. Он медленно вводит один палец, целует смуглые лопатки Тэхёна, когда тот напрягается всем телом и зажмуривает глаза. Чонгук не торопится, даёт возможность привыкнуть, он хочет доставить Тэхёну удовольствие, а не боль и плохие воспоминания о первом сексе. — Тэхён? — Всё нормально. Продолжай. — Чонгук вводит второй и почти сразу третий. Тэхён громко выдыхает, дрожит, пытается расслабиться, но собственное тело отказывается слушать. Чонгук покрывает поцелуями спину и шею блондина, шепчет на ухо какие-то милые глупости до тех пор, пока Тэхён не начинает громко стонать, насаживаясь на пальцы и умоляя о большем. Чонгук быстро вытаскивает пальцы и входит всё также медленно, осторожно, но Тэхён нетерпелив, а Чонгуку только дай разрешение. Он вдалбливается в хрупкое тело с бешеной скоростью, не волнуясь о том, что крики Тэхёна может кто-то услышать. Чонгуку плевать. Есть только он и Тэхён сейчас. Есть только сладко выстанывающий его имя Тэхён и эта тесная ванна. — Маленький. — Чонгук замедляется, чувствуя разрядку, откидывает голову назад, наслаждается этими хриплыми стонами. Он обхватывает член блондина, целует его шею, свободной рукой блуждает по худому дрожащему телу. Он кончает первым, разворачивает Тэхёна к себе, продолжая надрачивать, целует ключицы, обводит языком соски, целует впалый живот. Тэхён напрягается, сдавленно стонет и ёрзает нетерпеливо в чужих руках, изливается, пачкая обоих. Чон придерживает Тэхёна за талию, усаживает обратно в горячую воду, к себе на колени. — Я люблю тебя. — Чонгук не знает, почему говорит это сейчас, в абсолютной тишине и Тэхёну, который всё ещё тяжело дышит после бурного секса. Наверное, он просто хочет, чтобы Тэхён знал, чтобы не чувствовал, что потерял невинность с каким-то сомнительным парнем. Чонгук думает о том, как много эти слова значат и как громко они звучат сейчас, может быть даже нелепо для Тэхёна, раз он молчит несколько минут, прежде чем хоть что-то ответить. — Я думаю, что тоже люблю тебя. Спасибо, что сказал это. Тэхён не думал, что будет ощущать неловкость не во время секса, а на утро после него. Чонгук сжимает его в своих объятия так крепко, что сложно дышать. Тэхён распахивает глаза и замирает на секунду, потому что лицо Чона максимально близко. Он не привык, немного напуган близостью, но всё же Тэ не может отвести взгляд от этого умиротворённого лица. Когда Чонгук спит, кажется совершенно другим человеком, совсем ребёнком, очаровательно красивым и милым. Тэхён жмуриться, потому что чувствует что-то странное в груди, это сердце бьётся так быстро? Ким не может контролировать себя, когда Чонгук рядом, он хочет быть с ним каждую секунду своей жизни, трогать его тело, целовать губы, шею, хотя бы просто касаться, изучать снова и снова. Он протягивает руку, чтобы коснуться щеки Чона, но тот резко распахивает глаза, перехватывает руку парня и, поцеловав, кладёт себе на грудь. — Так лучше. — поясняет он. Тэхён сильно смущается порывов своей внезапной нежности. — Мы проспали школу. В десять вернётся мама. — Детка, не переживай. — Чонгук громко выдыхает, спускается ниже и оказывается на одном уровне с Тэхёном, смотрит прямо в глаза, пальцами путается в светлых волосах. — Я приготовлю завтрак, и пойдём в школу. Кажется, мы успеваем на третий урок. — Тебе придётся пойти одному, меня в двенадцать ждут в студии. — Тэхён льнёт к рукам Чонгука, обнимает его в ответ неуверенно, но всё же крепко. — Ладно. Я подвезу тебя. Господи, это не нормально, что я постоянно хочу видеть тебя и касаться. — Чонгук убирает руку. Кажется слишком серьёзным. — Потому что ты любишь меня. — Да, именно поэтому.       Чон вылезает из кровати, натягивает разбросанную по разным углам одежду и плетётся на кухню, оставляя Тэхёна нежится в тёплой кровати ещё пару минут. Он лениво тянется, ругается на телефон, который громко сигналит, сообщая о пришедших сообщения. Ему нужно принять душ, но если он полежит дольше положенного, точно опоздает на работу. — Завтрак для принцессы. — Тэхён смеётся, когда видит на подносе одни фрукты и сок. Он совершенно забыл, что холодильник пуст уже несколько дней и готовить завтрак особо не из чего. — Ох, ты всегда такой заботливый или только после секса? — Только после секса с тобой. Как самочувствие кстати? Сильно болит? — Вчера ты не особо заботился, когда втрахивал меня в стену. — Ты, кажется, не был против. Кто написывает тебе всё утро? — Гук кивает в сторону телефона, который разрывается от уведомлений. — Это Ыну. Он уже заплатил за фотосессию и ждёт пока я отпишусь по поводу идей. — отнекивается Тэ, он придвигает поднос ближе и откусывает яблоко, наблюдая за странной реакцией Чонгука. Блондин ухмыляется, отрывает виноград и засовывает Чонгуку в рот. — Не делай такое лицо! Страшно становится. — Отмени фотосессию. — Тэхён убирает руку, непонимающе смотри на Чонгука. — Что? Почему? — Я знаю Ыну. Не думаю, что он хочет фотосессию. — Чонгук берёт руку Тэ в свою, переплетает пальцы. — И чего он хочет по-твоему? — блондин вопросительно приподнимает бровь. Кажется, он знает ответ, но чтобы думать о таком, нужно быть либо глупым, либо испорченным, либо страшно ревнивым собственником. — Тебя. — Ты ревнивый придурок, Чонгук. Это моя работа, и я не могу от неё отказываться. Меня уволят. — Тэ убирает руку, откидывает одеяло и начинает собираться на работу. Он хочет, чтобы Чонгук видел это, его независимость и непокорность. Он не собирается отказываться от того, о чём так долго мечтал из-за того, что его парень слишком ревнивый. Но Чонгук снова хватает его за руку, грубо разворачивает к себе лицом. — Либо ты сам откажешься, либо я об этом позабочусь. Маленький, думаю нам с тобой всё лучше мирно уладить. И у меня сегодня прослушивание, ты же помнишь? — Тэ зло смотри Гуку прямо в глаза, хочет вырвать свою руку, но Чон держит крепко, целует и только потом отпускает. — Да. Я освобожусь в пять. — Отлично, я заеду за тобой, будь дома. *** Чон Сынри откидывается на спинку кресла, потирая покрасневшие глаза. Он уже не способен копаться в куче этих бумаг целый день, совершенно без отдыха и помощи. И единственная помощь, которую он мог бы получить от Чон Чонгука — его собственного сына. Сынри растил Чонгука в строгости и жестокости, чтобы из него вышел хороший управляющий и достойная замена, но тот предпочёл кривляния на сцене и беготню по спортзалу. Если со вторым Сынри мог хоть как-то смириться, то с первым он мириться не был намерен. Его сын, его кровь и плоть должна заменить его, а не позорить, работая в индустрии развлечений. Сынри поднимается, когда в комнату заходит Чен — его помощник. — Как успехи, господин Чон, вы вычитали все контракты? — любезно спрашивает тот, усаживаясь в кожаное кресло. — Да. Но сейчас меня интересует не это, ты же знаешь, Чен. Ты нашёл Чонгука? — спрашивает мужчина. Он знает, что Чен нашёл, потому что Чен никогда его не подводит. — Да, господин. Вы просматриваете его социальные сети? — Это твоя работа отслеживать моего сына. — Да, господин. Сейчас он с Ким Тэхёном. — Сынри другого и не ожидал. Он сминает в руках копию важного договора с инвесторами, и Чен замечает, как на шее хозяина начинает пульсировать красная жилка. — Я догадывался. Узнай для меня всё о Ким Тэхёне.