Сломаная сказка

Заваливается к Луне домой абсолютно пьяная, в порванном пышно-ненавистном лиловом платье и плачет, потому что метку на ребрах жжет, да только Снейпу избалованная избранная гриффиндорка не нужна от слова совсем. Вслушиваясь в причину слёз, за ребрами бушуют тайфуны и смерчи, но Луна лишь думает, что соваться под дождь в платье было не лучшей идеей, — а на улице чертовки холодно, — и идёт заваривать кофе. Агнет лежит на бархатном диване в прихожей, и слёзы льются по лицу, размазывая дорогую тушь, а девушка так и не пытается их остановить.  — Ты любишь его, да? — тихий вопрос… нет, утверждение. «А меня нет». Даже проговаривать нет смысла, так отчаянно повисла недосказанной фразой на языке, отдавая вязким привкусом разочарования. Она ведь знает, что нужной быть априори не могла. Луна мило-мило, совсем по-детски улыбаясь, сглатывает противный ком, застрявший в горле костью, и рукой практически уверенно накрывает ладонь Агнет, касаясь холодными, тонко-фарфоровыми пальцами. Агнет даже не подозревает, принимая горячую тёмно-синюю чашку дрожащими руками, как Луна смотрит на её обрывки рая за зрачками и пытается утопить чертову боль в разрушившемся сознании — там, внутри похороненный мир и руины. Их псевдо-счастье, спрятанное за искрящимся смехом, золотым переливом именных татуировок и терпкими поцелуями в гостиной Рейвенкло. Но она терпит, молчит, сидя напротив Поттер. Ногти в ладони полумесяцами вгоняет и смотрит — смотрит на то, как вырезает любимый человек ржавым ножом по израненному сердцу узоры, расписывая болью наивный орган.