Survival is a talent

Гарри знал, что паника ничему не поможет. Но он только что надул свою тетю, запугал Дурслей магией, а сейчас он стоял посреди улицы, не имея ни малейшего понятия, что делать дальше, и он определенно паниковал. Трясущимися руками он достал зеркало из кармана. - Драко Малфой, - сказал он, садясь на край бордюра рядом с пнем. Ничего не произошло. - Драко Малфой! Последовала еще одна долгая пауза, и после этого поверхность зеркала покрылась рябью, показывая лицо его соулмейта. - Что? - прошипел он. - Я залез в шкаф, у нас в гостях Лестрейнджи, я не могу говорить. Из того небольшого участка, который мог видеть Гарри, можно было сделать вывод, что шкаф Малфоев для припасов был размером практически с весь дом Дурслей. - Из-за меня моя тетя Мардж взлетела на воздух! - быстро сказал он, и раздражение Драко сменилось волнением. - Дурсли в ярости, я просто взял свои вещи и ушел, я не знаю, что мне делать дальше! (1) - Ты использовал свою палочку? - требовательно спросил Драко. - Насколько сильно она подорвалась? Если остались какие-то следы, которые могут увидеть магглы, наложи маскирующие чары. Подожди, ты вообще знаешь о маскирующих чарах? Черт побери, тебе нужен юрист. Лучший юрист, которого я знаю - мой отец, но очевидно, что это не наш случай. Мне кажется, мой отец сдавал экзамены на адвоката с Лонгботтомом... - ДРАКО! - закричал он. - Не в этом смысле взлетела! А как... шарик. Она улетела! Он смерил Гарри долгим взглядом, после чего с облегчением наклонился на что-то, напоминавшее целый стеллаж маринованной моркови. - Почему ты сразу так не сказал? Какая разница! И скатертью дорога. Судя по тому, что ты мне рассказывал, она это заслужила. - Драко, - Гарри закатил глаза. - Что мне делать? - То же, о чем я тебе говорил все лето, - ответил он. - Иди в Косой Переулок, где с тобой не будут обращаться хуже, чем с домашним эльфом, и тебе не придется делать чертово домашнее задание под одеялом, словно это преступление. - И как я должен добраться до туда? Долететь? - Нет, взращенный ты магглами простофиля. Доедь на автобусе "Ночной Рыцарь". Мама не разрешает нам пользоваться им, говоря, что это для простолюдинов, так что тебе должно подойти. Иногда ему казалось, что Драко говорил на абсолютно ином языке. - Доехать на чем? - Просто вскинь палочку вверх, доберись до Переулка, и больше не броди по улицам ночью, - сказал он, и Гарри не мог не думать о том, что последнее наставление было немного странным. - Если я не вернусь к столу, моя мама убьет меня. Я свяжусь с тобой завтра. Зеркало блеснуло, и Драко исчез. Гарри вздохнул и захлопнул его, сунув обратно в карман. Драко - тот еще осел, но ему стало лучше, чем было пару минут назад. - Попытка не пытка, - пробубнил он, вытянув руку с палочкой вверх. Перед тем, как буквально из ниоткуда перед ним появился автобус "Ночной Рыцарь", Гарри нечетко увидел очертания огромного черного пса.

~

Гарри никогда, ни за что не сказал бы об этом Драко, но возможно он был прав с самого начала. Когда он понял, что никто не собирался отправлять его в Азкабан за использование магии, времяпровождение в Косом Переулке стало подобным сказке. Он делал задания под солнечным светом, и ему не приходилось выполнять нелепые домашние обязанности. Еще было приятно общаться с Драко прямо днем, сидеть в своей комнате в Дырявом Котле, споря о квиддиче и прочих вещах, для которых они были в настроении. Так он увидел много мест около Поместья Малфоев, когда Драко выходил прогуляться, чтобы они могли поговорить наедине, и Драко показывал ему гремучие ивы, растущие около пруда позади него. Гарри старался не задумываться над размерами Имения Малфоев, потому что от этого у него начинала болеть голова, но после летних урывочных впечатлений он был практически уверен, что оно было примерно с половину территории Хогвартса. Эти недели пролетели слишком быстро, и в следующее мгновение это уже был конец лета, Рон и Гермиона крепко обнимали его, Рон - невероятно выше, а кожа Гермионы стала еще темнее благодаря ее каникулам во Франции. Пришло время возвращаться в Хогвартс.

~

- Поттер? - участливо спросил Блэйз сразу же, как только его увидел. Пэнси попыталась замаскировать свой смешок под кашель, но не очень в этом преуспела. Драко осмотрел коридор, убедившись, что рядом никого не было, и на всякий случай наложил заглушающие чары. - Он невыносим, - раздраженно ответил он, оправляя свою мантию, проводя по ткани рукой, коснувшись блестящих серебряных пуговиц. Он не смог увидеться с ними, потому что Гарри вытащил его из-за стола разговорами о надутых тетушках, поэтому он вывалил им все сейчас, распаляясь все сильнее в процессе рассказа. Он сдерживал это в себе, не желая писать о Гарри в их письмах, рискуя, что кто-то из родителей мог проверить их почту. - Он такой идиот! У него нет ни капли инстинкта самосохранения, и я удивляюсь, что он до сих пор жив. Блэк на свободе, очевидно пытаясь закончить то, что он начал, а он просто сбегает, не зная куда идти и что делать! Что, если бы я не ответил? Какой у него был план? Просто сидеть у всех на виду, пока его не прикончат? - То есть дела идут хорошо, - невозмутимо сказал Блэйз. Пэнси рассмеялась так сильно, что ей пришлось схватиться за живот. Он ненавидел каждого из них. - Тебе удалось выбить из родителей еще что-то насчет Блэка? Драко нахмурился: - Нет. Папа уверяет, что не знал его, и мама сказала только то, что он был сложным ребенком. Она его сестра и старше только на четыре года, быть не может, что она больше ничего не знает. Они ведь вместе учились в Хогвартсе! Но она просто сказала, чтобы я не вмешивался и держался подальше. - Держался подальше от чего? - спросила Пэнси. Драко уже открыл рот, чтобы объяснить им, насчет чего его этим утром предупредил отец, но когда его дыхание вышло в виде холодного пара, он понял, что не придется. В поезде были дементоры. - Мне нужно идти, - ответил он, открывая дверь. - Не уходите из купе, это не безопасно. Они стали звать его, но Драко их проигнорировал. Он закрыл дверь, резко повернув направо, двигаясь в конец поезда и подальше оттуда, где должны были быть ужасающие фигуры в плащах - в начале поезда, если бы он оглянулся, но он и не собирался смотреть, потому что не был полным кретином. Он внимательно осматривал коридор, заглядывая внутрь перед тем, как закрывать двери. Многие из них даже не заметили его, что было даже к лучшему. Каждый раз, проходя мимо купе со слизеринцами, он предупреждал: - Приготовьте палочки. Заприте двери, - другие факультеты все равно не прислушались бы в нему, поэтому он даже не стал пытаться. Наконец в самом конце поезда он нашел купе с Гарри и его друзьями. - Влюбленные в магглов придурки, - усмехнулся он, потому что их могли услышать. Они и так уже выглядели нервно, и Гарри нездорово побледнел. - Оставайтесь здесь, - сказал он тише и ушел перед тем, как они могли что-то ему ответить. Он околел от холода, а времени практически не осталось. Если было настолько холодно, то они уже точно были в поезде. Он обошел последние несколько купе и двинулся обратно, не сводя взгляда с роскошного ковра. Он проскользнул в купе, которое находилось примерно в трети пути назад. В нем сидел всего один человек. Он наложил самое сильное запирающее заклинание, которое знал, хотя оно не сильно помогло бы им против дементора. - Драко? - он перевел взгляд на Луну. Она закуталась в свою мантию и смотрела на него с широко раскрытыми глазами. - Я замерзла. Никакое согревающее заклинание не могло помочь им, потому что это был не тот холод, который ты чувствуешь своей кожей. - Я тоже, - вместо этого ответил он ей. Он не знал заклинаний, которые могли сработать против дементора, поэтому он зашел обратно и сел между Луной и дверью. - Иди сюда, - он поднял руку, и Луна прислонилась к нему. Папа сказал, что дементоры будут в замке, не в поезде. Их не должно было быть здесь.

~

В эту ночь Гарри встретился с Драко в их классе. Ему удалось это только потому, что Рон помог отвлечь их соседей по комнате, чтобы он мог исчезнуть, и он не понимал, как ему удавалось это до того, когда он скрывал это и от своего лучшего друга. - Ты потерял сознание? - спросил Драко; все те же ядовитые слова, брошенные в Большом Зале, только теперь они были наполнены тревогой. Он потянулся к нему, но убрал руки. Гарри не мог так себя сдерживать. Он схватил Драко в слишком крепкие объятия, прямо как Рона и Гермиону. Месяцы разговоров сквозь зеркало не могли сравниться с тем, чтобы по-настоящему увидеть его. Драко ответил на объятия, и Гарри мог судить о его сильной тревоге по тому, как сильно он держался за него. - Они дотронулись до тебя? - Я думаю, они пытались, - признал Гарри, - но новый профессор остановил их. Люпин. Это было потрясающе. Драко отодвинулся, нахмурившись: - Он и этот полукровка-Хагрид в качестве профессоров. К чему только катится Хогвартс. Гарри щелкнул его по носу. - Не говори так о Хагриде. Он хотел спросить, что он имел против Люпина, но Драко уклончиво пожал плечами и сказал: - Тебе нужно быть осторожнее. Блэк преследует тебя, и дементорам тоже нельзя доверять. Попечительский Совет проголосовал против того, чтобы пускать их на территорию, потому что они представляют слишком большую опасность для учеников, но Фадж не послушал их. - Неужели все знают, что Блэк меня преследует? - спросил Гарри, стараясь не звучать, будто он ноет. Судя по выражению лица Драко, вышло не очень. Гарри решил отпустить ситуацию и протянул ему свиток пергамента. - Сможешь быстро его проверить? Сегодня вечером? Он взял пергамент и развернул его, сведя брови: - Эссе по чарам? Я же помог тебе написать его! Почему ты хочешь, чтобы я его проверил? Гарри потер шею рукой. - Эм, это не мое. Это Гермионы, - Драко просто уставился на него, но он не выглядит рассерженным, поэтому он продолжил. - Она хотела, чтобы еще ты взглянул на ее эссе по зельеварению. Если ты не против. Драко нахмурился, но этого недостаточно, чтобы скрыть то, как он довольно покраснел. - Полагаю, что можно. Но только если она перепроверит мои уравнения по арифметике. Я отложил ее на последний момент, но у мамы не было возможности взяться за них. Наше занятие в среду, так что они нужны мне до этого. - Хорошо, - ответил он. Он был уверен, что Гермиона обрадуется. Рон гораздо больше оценил Драко в качестве его соулмейта, когда Гарри сказал, что они с большой вероятностью могли натравить Гермиону и Драко друг на друга и просто убежать.

~

Гарри был уверен, что ничего не может быть хуже уроков прорицания. Гарри ошибался. Драко сделал все правильно: и поклон, и зрительный контакт, и он не подошел ближе, пока Клювокрыл не поклонился в ответ. Он так же участливо улыбнулся гиппогрифу, как улыбался Абигейл, когда он произнес: - Он довольно уродливый, да? Гарри практически закатил глаза, когда Хагрид начал кричать, а Клювокрыл издал скрипучий крик. Его когти порезали Драко за руку, после этого Драко закричал, высоко и испуганно. Только Рон, крепко схвативший его за мантию, не дал ему кинуться вперед. Хагрид оттолкнул Клювокрыла до того, как тот мог еще раз атаковать, но под Драко, который пытался устоять на коленях, уже образовалась красная лужица. Миллисента сняла свою мантию и приложила ее к ранам, но она пропиталась кровью за тревожно короткое время. - Ему нужно в больничное крыло! - закричала она. - Хагрид! Драко выглядел так, будто хотел поспорить, но попытавшись устоять на ногах, начал падать. Только быстрые рефлексы Миллисенты не дали ему удариться головой о землю. - Хагрид! - сказала Гермиона. - Тебе нужно отвести его в лечебное крыло! Сейчас же! Хагрид остановился в нерешительности, и Гарри практически выкрикнул что-то, но Рон толкнул его локтем. Дафна Гринграсс топнула ногой: - Хагрид! Он наконец-то кивнул и забрал Драко из рук Миллисенты. Звук, который издал Драко, прозвучал так, словно его из него вырвали, и просто стоять и делать вид, что он не реагирует - это было мучением для Гарри. Все остальные могли просто стоять и смотреть на то место, где стоял Драко, и оставленную после него темно-красную лужу. Миллисента стояла там, без мантии, с красными подтеками на ее белоснежной рубашке. - Так много крови, - бездумно промолвила Гермиона, содрогнувшись. - Он будет в порядке, - громко сказал Рон, и все нервничающие слизеринцы повернулись в его сторону. - Мадам Помфри справлялась и с худшим. Некоторые из них немного расслабились, но Миллисента все еще выглядела так, словно сейчас расплачется, и Гарри не мог себя заставить что-то с этим сделать, потому что он сам чувствовал, что сейчас расплачется. После этого они разошлись, предполагая, что урок был закончен.

~

Драко проснулся на спине, чувствуя жгучую боль в руке, но он проснулся - и в его понимании это было важнее всего. Судя по жесткой кровати, он находился в Больничном крыле. Рядом с ним кто-то переговаривался, и у него ушло всего несколько секунд, чтобы распознать практически кричащий разъяренный голос. - Папа? - сказал он, и только по тому, насколько скрипуче и незнакомо звучал его голос, он понял, что был в состоянии осушить все озеро Хогвартса. Он приподнялся на здоровой руке. Его отец стоял у изножья кровати, рядом с ним - Дамблдор и плачущий Хагрид. - Драко, - холодно ответил его отец, и Драко виновато склонил голову. Его родители были так взволнованы тем, что он отправится в школу, когда в ней обитали Люпин и дементоры, и не прошло и недели, как он оказался в больничном крыле. Он поднял взгляд и наклонил голову в немом вопросе. - Твоя мать на званом обеде. Ее не было дома, когда Директор связался со мной по Каминной сети. Учитывая обстоятельства, это могло быть и к лучшему. - Как ты себя чувствуешь? - мягко спросил Дамблдор. Он пожал плечами. - Ах, да, исцеление оставляет после себя невероятную жажду, не так ли? - он призвал стакан воды на его прикроватный столик. Драко хотел отказаться из принципа, но он очень, очень хотел пить. Он осушил стакан. - Ты в порядке? - нервно спросил Хагрид. - Я не хотел... - Молчать, - прорычал его отец. - С тобой мы продолжим чуть позже. Тебе повезло, что твоя отвратительная халатность не привела к худшему, иначе в опасности было бы не только твое грязное чудовище. Хагрид выглядел так, словно пытался сдержать новую волну слез. С одной стороны, Драко считал, что этого он и заслуживал - кто вообще подпускает таких существ к группе детей? Он следовал всем инструкциям, и это дикое животное все равно его атаковало просто потому, что он назвал его уродливым. С другой стороны, Хагрид нравился Гарри. Он мог и быть полукровным отбросом, но его соулмейт не найдет себе места, если что-то случится с этим огромным увальнем. - Я в порядке, - сказал он, - бывало и похуже после квиддича. Это просто переросшая курица, отец, не беспокойся об этом. Он спустил ноги и встал с кровати. Какое-то время все шло нормально, но в один момент у него потемнело в глазах, и когда он пришел в себя, отец вцепился в него мертвой хваткой, чтобы не дать ему упасть. В его широко раскрытых глазах мелькало практически сумасшествие, и в этот момент Драко почувствовал себя таким уставшим, что ему просто хотелось упасть отцу на грудь, как это бывало в детстве. Люциус медленно уложил его в постель, и по тому, как осторожно он приложил руку к его лицу, Драко понял, насколько на самом деле он был испуган. - Гиппогрифы - магические звери, - тихо сказал он. - Раны, полученные от них, вылечить не так легко. Помфри все еще работала над ними, когда я прибыл. Невероятно. Выходит, его отец оказался здесь именно тогда, когда он, весь в крови, лежал без сознания. То, что здесь не было его матери - большая удача, потому что иначе от Хагрида бы остался только обоженный след на плитке. - Я правда в порядке, - попробовал он еще раз. Люциус ничего не ответил, только сжав его плечо перед тем, как встать и послать Дамблдору и Хагриду презрительный взгляд. - С вами еще свяжутся мои адвокаты. С этого момента постарайтесь сохранить моего сына в целости и сохранности. Не оборачиваясь, он вылетел из помещения. Хагрид был абсолютно подавлен, а Дамблдор задумчиво его оглядел, и от этого взгляда ему хотелось бросить в него каждое проклятие, что он мог припомнить. Но вместо этого он сдался навалившейся на него усталости, перевернулся на бок и снова заснул.

~

На следующий день ему разрешили уйти с утра пораньше, дав строгое указание не перенапрягать руку следующие несколько недель, пока она заживала, и это нельзя была ускорить из-за магических свойств когтей гиппогриффа. Просто, блять, восхитительно. У него оставалось еще несколько часов перед завтраком, поэтому было достаточно времени, что принять душ и, слава Мерлину, стать похожим на нормального человека. Он зашел в гостиную Слизерина и увидел Милли, которая уже привела себя в порядок, читающую очередную маггловскую книгу. - Ты вообще спишь? - выпалил он до того, как смог осмыслить это. Она постоянно оставалась допоздна и встала еще до восхода солнца. Этому должно было быть какое-то объяснение. Она отложила свою книгу и подбежала к нему: - Драко! Ты в порядке! - она схватила его в объятия, и он хотел накричать на нее, но Милли была осторожной, чтобы не навредить его руке, а еще от нее пахло ванилью, поэтому он успокоился. - Спасибо, что поймала меня. Опять, - он приобнял ее в ответ свободной рукой. - Обращайся, - улыбнулась она, отодвинувшись. - Хотя, если бы ты перестал впутываться в ситуации, после которых отключаешься, было бы неплохо. - Я делаю это не специально, - проворчал Драко. Он бессознательно дернул ее за волосы, потому что он всегда делал так с Луной, и ее улыбка стала до невозможного широкой. - Мне нужно собираться. Тебе правда стоит наложить иллюзорные чары на книгу, тогда тебе не пришлось бы прятаться здесь в неудобные часы, чтобы почитать. - Я их не знаю, - ответила она, пока он шел к своим спальням. - Я научу тебя! - кинул он через плечо перед тем, как исчезнуть в спальнях мальчиков. Он как можно тише вошел в их с Блэйзом комнату, и уже расстегнул кофту пижамы, когда понял, что повязка все очень сильно усложнит. Он подошел к кровати Блэйза и ткнул его в плечо палочкой, сделав три шага назад. Блэйз всхрапнул, а затем резко и бодро поднялся, как обычно пропуская промежуточное состояние. - Драко! - Протянешь руку помощи? - спросил он, указав на руку. Блэйз покачал головой, но Драко видел, что тот чувствовал огромное облегчение. - Пэнси пищала что-то ужасное насчет того, что магические раны - смертельны. Дафни, видимо, пришлось придушить ее подушкой, чтобы заставить ее заткнуться. - Я не мертв, - он вздрогнул, когда Блэйз осторожно освободил его от рукава, а затем положил руку обратно в повязку. - Но Помфри сказала, что уйдет несколько недель, прежде чем оно полностью заживет. - Лучше, чем быть мертвым, - весомо ответил Блэйз. - Нужна помощь в душе? - Да, - вздохнул он. Хорошо, что Блэйз знал насчет Гарри, потому что невозможно не заметить три бархатца на его бедре. - Думаю, что ты не знаешь, как сделать мою повязку водонепроницаемой? Он покачал головой: - Из нас только Пэнси довольно неплохо разбирается в трансфигурации. Разве Нарцисса не учила тебя тому заклинанию с зонтиком? Ты можешь сделать его поменьше? Драко хотел прочитать ему лекцию о том, что это не то, как работают чары, но он прекрасно понимал, что если он пуститься в очередные разглагольствования о своем любимом предмете, то Блэйз просто оставит его самостоятельно маневрировать, пытаясь вымыть голову. - Я просто переделаю ее перед тем, как мы пойдем на занятия. - Ты имеешь в виду, что заставишь меня переделать ее перед тем, как мы пойдем на занятия, - сказал Блэйз, но он не мог быть раздраженным, потому что как раз искал в сумке Драко его любимый гель для душа.

~

За завтраком Гарри копался в своей тарелке, нервно поглядывая в сторону стола Слизерина, будто от этого Драко появился бы быстрее. Прошлой ночью он не ответил на звонок по зеркалу, и Гарри знал, что скорее всего его просто не было с ним в больничном крыле, но это не сильно успокаивало. Всю ночь он практически не спал. - Ты правда думаешь, что отец Малфоя пустит Клювокрыла под суд? - спросила Гермиона, сидящая между ними и говорящая достаточно тихо, чтобы ее услышали только Рон и Гарри. - Я думаю, нам повезло, что он не пустил под суд Хагрида, - сказал Рон, пытаясь подложить Гарри в тарелку его любимые сосиски так, чтобы тот не заметил. Он ценил его усилие, но просто не был голоден. Она нахмурилась и отсутствующе положила несколько тостов через его плечо, будто он не заметит, если она притворится, что не делает этого. Он отломил себе половинку и откусил от нее, чтобы предотвратить погребение под небольшой башней из еды. - Это нечестно. Малфой не слушал его! - На самом деле, слушал, - Гарри взглянул на вход в Большой зал, а затем угрюмо перевел взгляд на свою переполненную тарелку. - Он не имел в виду, что он действительно уродливый. Он точно так же говорит и об Абигейл. Рон наконец-то заглянул в свою тарелку, потому Гарри все-таки начал есть. - Он все равно не должен был так говорить, Хагрид предупреждал нас, что они ранимые. Хотя если бы меня ранил гиппогриф, мой отец тоже был бы очень зол, даже если это было бы случайно. Малфой мог погибнуть. Так что возможно, все немного виноваты, поэтому логично, что все расстроены. Тем более, отец Малфоя - один из членов Попечительского Совета, и он определенно проголосовал против назначения Хагрида в качестве преподавателя Ухода за Магическими Существами, что делает все еще хуже, - Рон не сразу осознал, что Гарри и Гермиона удивленно на него уставились. Он проглотил слишком большой кусок вафли. - Что? Он практически выпалил, что Рон должен был оказаться на Хаффлпаффе, но он знал, что тот поймет его абсолютно не так, поэтому вместо этого спросил: - Это работа его отца? Эта управляющая штука? Дра... Малфой упоминал, что его отец работает адвокатом. Рон сморщил нос, откусывая от тоста. - Не то чтобы. Я имею в виду... это довольно престижная должность. Малфой был в совете еще до того, как у него родился сын. Есть какая-то стипендия, которую получают члены, но большинство из них просто жертвуют ее школе. Малфои - потомственная денежная аристократия, поэтому его отец делает много всего, типа, половина их денег все еще вложена в бизнес во Франции. Думаю, если перечислять все его титулы, это будет так же долго, как перечислять титулы Дамблдора. - Что конкретно делает Попечительский Совет? - спросила восхищенная Гермиона. - В Истории Хогвартса просто написано, что это совет управляющих. Он странно посмотрел на нее, после чего пожал плечами. - Ну, так, в принципе, и есть. Они утверждают годовой бюджет, и нужно, чтобы они закрепили все новые назначения и изменения в расписании и уроках. Кажется, нужно, чтобы поддерживали две трети, чтобы оно прошло? Не знаю, я могу спросить у Перси, он должен знать. - Откуда ты знаешь об этом? - спросил Гарри. Рон удивился. - Э, не знаю. Разве это не всем известно? У Невилла кто-то из родственников входит в состав Совета, он знает больше меня. Они продолжили говорить о чем-то, но Гарри их не слышал. Драко, сопровождаемый Блэйзом, только что зашел в Большой Зал. Если не обращать внимание на перевязанную руку, он выглядел нормально, словно большая потеря крови не нанесла ему большой ущерб. Драко провел взглядом по залу, и, встретившись с ним взглядом, усмехнулся и провел свободной рукой по волосам, продолжив шагать к столу Слизерина. Он сел рядом с Пэнси, которая моментально к нему приклеилась. - Выпендрежник, - мягко произнес Гарри. Рон фыркнул. Гарри повернулся, чтобы увидеть, как его друзья покачали головой. - Ешь свои сосиски, - сказала Гермиона, и Гарри нахмурился, но подчинился, потому что к нему наконец-то вернулся аппетит.

~

У них было совмещенное зельеварение, хотя они и сидели по разную сторону класса. Гарри видел, что Драко из-за руки было трудно нарезать ингредиенты. Видимо, Снейп тоже это заметил, потому что он сказал Пэнси присоединиться к нему. Она очень хотела помочь, но Драко выглядел скорее раздраженным. Он начал указывать ей, что делать, и Гарри пришел к выводу, что Пэнси больше всех выиграла от такого сотрудничества. В лучшем случае, она была на среднем уровне в зельях, в то время как Драко и Гермиона соревновались за первое место. - Сосредоточься, - прошипела Гермиона, толкнув его локтем. - Он в порядке. Твое зелье, с другой стороны, нет. Он взглянул вниз и понял, что его зелье абсолютно неправильного цвета, тошнотворного розового, и смирился с низкой оценкой. - Поттер, - усмехнулся Блэйз, проходя мимо, и он поднял взгляд как раз вовремя, чтобы заметить, как он бросил несколько жучьих глаз в его котел. Зелье опасно забурлило и практически перелилось за край, а после успокоилось и булькнуло, постепенно принимая нужный оттенок ярко-зеленого цвета. Он и Гермиона быстро взглянули на Блэйза, который вернулся на свое обычное место за Драко рядом с Дафни Гринграсс. Никто из слизеринцев не посмотрел на них. - Хах, не ожидал, - сказал Рон. - Не ожидал чего? - спросил Невилл, подняв взгляд со своего зелья с выражением чистейшего ужаса. До того, как кто-то из них смог придумать какое-то оправдание, подключился Снейп. Он сделал несколько грубых, ненужных и резких замечаний об умственных способностях Невилла и о мальчике в целом, а затем убрал все зелье движением палочки. Гарри пришлось подавить желание вылить свое бурлящее зелье прямо Снейпу на голову.

~

Освободившись после зелий, Драко отыскал Флинта, окруженного стопками книг, с застывшей на лице паникой, которая, казалось, поселилась среди всех пятикурсников из-за предстоящих СОВ. Он даже не успел открыть рот, как старшекурсник сказал: - Да, я знаю, что из-за руки ты не сможешь участвовать в отборочных. Да, место охотника все равно твое. Нет, это не особое отношение, потому что я смотрел на твои полеты целый год, и мне не нужно смотреть на них еще раз, чтобы понять, что охотник из тебя уж точно будет лучше, чем ловец. Нет, это не было оскорблением, но можешь его таковым считать. Он заставил себя закрыть рот и ответить: - Оу. Спасибо. - Вылечи свою руку до того, как начнутся тренировки. А теперь проваливай. Драко хотелось предложить Флинту помощь с его чарами для СОВ, но тогда ему пришлось бы находиться в обществе его капитана дольше, чем требовалось, а Флинт был тот еще зануда. Он был благодарен, но не настолько благодарен. Вместо этого он ретировался. Он собирался найти Луну и спрятать ее туфли.

~

Раздражение от того, что Гарри не мог встретиться лицом к лицу с боггартом отступило на фоне того, насколько классными были уроки профессора Люпина. Когда он поднял эту тему, Драко только нахмурился, и, окей - его соулмейт был тем еще снобом, но не настолько. Он даже перестал отпускать грубые комментарии насчет Уизли, поэтому его не могла настолько не устраивать старая одежда Люпина. Он попробовал вытащить из Драко, что происходило на самом деле, но он просто переводил тему. - Я начинаю чувствовать себя мальчиком на побегушках, - проворчал Гарри в одну из ночей начала октября. Он забрал у Драко эссе Гермионы, которое просто потонуло в исправлениях зелеными чернилами, и отдал ему его проект по нумерологии, от красных чернил которого создавалось ощущение, словно кто-то излил на него всю свою кровь. Он не знал, как два умнейших человека среди его знакомых могли быть настолько неправы во стольких вещах. - Передай Грейнджер, что ей нужно больше фокусироваться не на движениях палочки, а на визуализации, - отвлеченно произнес Драко, просматривая заметки Гермионы. - Она может зубрить учебник до посинения, но если она не может представить то, что колдует, то не сможет сделать это правильно. - Как трансфигурация? - спросил Гарри. Он не особенно задумывался ни о движениях своей палочки, ни о визуализации заклинаний, но выходило неплохо. - Наверное. В трансфигурации я слишком сильно опираюсь на учебники, чтобы говорить с уверенностью, но в ней неплохо разбирается Пэнси. У нее ужасные эссе, поэтому ее оценка ниже, чем у меня, но ее заклинания в разы лучше. Я могу спросить ее об этом, может, у нее есть какой-то совет для Грейнджер. Хотя Пэнси хреново разбирается в чарах, поэтому не знаю, поможет ли оно вообще. Гарри пришлось подавить свою нервозность, потому иначе он бы точно помял эссе Гермионы, и она убила бы его. - Знаешь, если бы мы работали вместе, ну знаешь, учились и все такое, то возможно... я имею в виду, может, раз или два в неделю, мы бы все могли встречаться. Вместе. - Все вместе? - настороженно переспросил Драко. Он не сказал "нет", поэтому он спешно продолжил: - Да! Мы, само собой, но еще Рон и Гермиона, и Паркинсон и Заб... я имею в виду, Пэнси и Блэйз. Мы все хорошо разбираемся в разных вещах, поэтому... может быть, нам стоит попробовать хорошо разбираться в разных вещах всем вместе? Повисло некомфортно долгое молчание, после чего Драко сказал: - Да, конечно, будет приятно лично отчитать Грейнджер. Тогда я смогу заставить ее объяснить мне, как она решает эти чертовы уравнения - она постоянно пропускает этапы, потому что думает, что это очевидно, только вот это не так, потому что иначе я бы их сделал. - Конечно, - улыбнулся Гарри, - да, само собой.

~

Гарри поднял эту тему как раз перед тренировкой по квиддичу, по больше части потому, что если они разозлятся, он смог бы убежать. Гермиона сразу же оживилась, начав записывать вопросы, которые она хотела бы задать Драко. Рон просто вздохнул: - Наверное, стоит, - затем он просветлел и спросил. - Забини, кажется, неплохо играет в шахматы, да? - Больше никто с Гриффиндора не играл с Роном. Иногда ему удавалось загнать одного из своих братьев для игры с ним, но и только. - Наверное? - ответил он. Драко мало говорил о своих друзьях, не так, как он о Роне и Гермионе. - Мне нужно идти. Рон помахал ему, и Гарри поторопился к полю. Там никого не было, и Гарри несколько минут в замешательстве стоял там перед тем, как вспомнить, что сначала Вуд хотел встретиться с ними раздевалке. - Извините! - сказал он, залетая в в помещение, где уже собралась вся остальная команда. - Я забыл. Вуд недовольно посмотрел на него, но все остальные выглядели спокойно. - Почему мы вообще встретились здесь? - спросила Алисия. - Может нам стоит тренироваться, а не сплетничать? - Ходят важные слухи, - мрачно сказал Вуд. Гарри протиснулся к Кэти, которая одарила его дружелюбной улыбкой. - Парни? Вперед вышли Фрэд и Джордж. Выглядели они недовольно. - Мы следили за тренировкой Слизерина, - начал Фред. - Есть хорошая и плохая новость. - Хорошая новость в том, что их новый ловец - Флора Кэрроу - неплохо играет. Но только неплохо. Гарри сможет облететь ее с закрытыми глазами, - Джордж потрепал его по волосам, и Гарри не слишком искренне пихнул его руку. - Плохая новость в том, - продолжил Фред, - что Малфой очень хороший охотник. Ему даже не надо покупать себе место. Это сносит крышу. Девочки в унисон засмеялись, оскорбленные идеей, что Малфой мог сравниться с кем-то из них. - Мы серьезно, - настоял Джордж, - и нам нужна новая стратегия. Я думаю, нам нужно сфокусироваться на том, чтобы столкнуть Малфоя с метлы. Мы, конечно, будем следить за всем, но Гарри не нужна наша помощь против Флоры. Если что, мы просто будем уводить от него их загонщиков. А вот Малфой в этом сезоне будет настоящей проблемой. Все выразили недовольство. Гарри перешнуровывал перчатку, чтобы никто не заметил, как он улыбался.

~

В первый раз, когда он привел своих друзей к Драко, Гарри так волновался, что чувствовал подступающую тошноту. Слизеринцы уже собрались в неиспользуемом классе, но Блэйз и Пэнси и бровью не повели, когда они вошли. Несмотря на это, ситуация не успела стать неловкой - Гермиона сразу же подошла к Драко и впечатала ему в грудь проверенное им эссе по чарам. - Визуализировать? Что визуализировать! Это очень расплывчато! У тебя есть хоть какие-то схемы или фотографии в качестве примера? - Схемы? - произнес Драко так, словно это было ругательство. - Естественно нет! Тебе нужно... прочувствовать чары перед тем, как наложить их, если ты хочешь выполнить их идеально. - Прочувствовать? - повторила Гермиона, дернув бровью. - Это что, урок предсказаний? Их разговор быстро вышел за рамки того, за чем Гарри мог проследить, когда они подвинули стулья и стали листать общую книгу по чарам. Рон пожал плечами и обратился к Пэнси и Блэйзу: - Уж лучше они, чем мы, нет? Блэйз хохотнул, и это было первой трещиной в его образе чистокровки. - Тебе стоит видеть его во время финальных экзаменов в конце года. Это кошмар. Рон дружелюбно хлопнул его по плечу, и Блэйз даже практически не выглядел так, словно хотел оторвать его руку. - Приятель, ты не знаешь кошмар, если не видел, как Гермиона после трех часов сна перечисляет каждого полководца в гоблинских войнах за последние три столетия. Прямо посреди завтрака. На это Блэйз по-настоящему улыбнулся: - Шахматы? - Я уж думал, что ты никогда не предложишь, - ответил Рон. Они оба отошли к противоположенной стене от Драко и Гермионы, которые по какой-то причине уже практически кричали друг на друга над каким-то словарем древней латыни. Гарри повернулся к Пэнси, которая приподняла идеально выщипанную бровь. - Я слышал, ты хорошо разбираешься в трансфигурации? - Почему бы и нет, - вздохнула она, доставая палочку. - Твое заклинание в среду было просто отвратительным. У тебя даже не сочетались узоры чашки и блюдца! Он хотел спросить, почему вообще важно, чтобы они сочетались, но он с точностью мог сказать, что тогда началась бы абсолютно другая лекция, на которую у него не было сил. Поэтому вместо этого он промолчал, слушая наставления Пэнси о том, как правильно превратить мышь в чашку.

~

После этого все не то чтобы стало легко. Все они слишком сильно старались не задеть друг друга, но все равно было практически весело. Рон был рад, что Гермиона стала откладывать свои подробные причитания для их учебных вечеров, потому что это значило, что их придется выслушивать Драко, а не ему. Во всяком случае, было легче, чем представлял себе Гарри. За всеми ухмылками Пэнси и Блэйза скрывались вполне себе неплохие ребята. Вдали от назойливых и осуждающих взглядов, Пэнси больше интересовало состояние ее прически, чем вредность, а у Блэйза была глубокая любовь к гербологии. Он заставил их пообещать, что никто не узнает об этом, но не в первый раз Гарри жалел, что не мог рассказать обо всем еще нескольким людям. Если бы была хорошая возможность, Блэйз мог бы неплохо поладить с Невиллом. Драко все рассказывал ему о Милли, которой он помогал в учебе, и ее восхитительно написанных сочинениях, рассуждая, что чтение все-таки не так бесполезно. Драко несколько раз упоминал о Крэббе и Гойле, которые, хотя и следовали за ним по пятам на публике, практически не проводили с ним время наедине. - Они заняты, - пренебрежительно ответил Драко на его вопрос, - им больше нравится проводить время вместе, чем со мной. Тем более лет в восемь они случайно пролили на новое платье Пэнси сливовый сок, и в ужасе от нее с тех самых пор. Пэнси это невероятно польстило: - Они достаточно хорошие, - сказала она, и это точно не то, что он ожидал когда-либо услышать о Крэббе и Гойле, - но они крутятся вокруг Драко только потому, что их семьи сказали им наладить отношения с наследником Малфоев. - Я очень популярен, - проинформировал их Драко, и все одновременно закатили глаза. - Я позволяю им крутиться вокруг себя на публике, и тогда я появляюсь в окружении двух устрашающих телохранителей, а они могут доложить своим семьям, что они следуют их указаниям. Все в выигрыше. На первых выходных, когда можно было уйти в Хогсмид, Гарри пришлось остаться в замке. Он был рад и удивлен, когда Блэйз и Пэнси принесли ему сладости и сливочное пиво. Конечно, ему обещали притащить что-нибудь Рон и Гермиона, но он не ожидал чего-то подобного от друзей Драко. Он задумался, значило ли это, что они постепенно становятся и его друзьями. Драко насмехался и смеялся над ним, но принес две упаковки сахарных перьев и с дюжину изысканно сделанных марципановых свечей в форме бархатцев, те же цветы, что и у Драко на бедре. Они были упакованы в толстую коробку с шелковой лентой, и Драко никак не мог купить ее в "Сладком Королевстве", а это значило, что он пошел в какой-то особенный снобский магазинчик просто для того, чтобы сделать ему подарок. Когда он не ведет себя ужасно, он довольно хороший. Само собой, радость Гарри из-за неожиданных подарков быстро омрачилась, когда Сириус Блэк пробрался в замок и изрезал портрет Полной Дамы в попытке ворваться в гостиную Гриффиндора.

~

Ночью позже, Гарри ждал его в их заброшенном классе, когда Драко ворвался в помещение и схватил его в крепкие объятия. Это было настолько неожиданно, что он не успел обнять его в ответ, когда Драко уже оттолкнул его: - Как это случилось? - требовательно спросил он. - Он не должен был проникнуть в замок, не говоря уже о вашей гостиной! Это... Это неприемлемо! - Все в порядке, - сказал он. - Драко, он не смог попасть внутрь. Все нормально. - Все не нормально, - огрызнулся Драко. - Что, если бы он наткнулся на тебя в коридоре? Или около замка? Моя мать до сих пор ничего мне не говорит, даже после этого, но она должна что-то знать! - Почему твоя мать что-то об этом знает? - спросил он. Драко прошелся по нему острым взглядом, который Гарри научился не принимать близко к сердцу. - Потому что Сириус - ее кузен? Девичья фамилия моей матери - Блэк. Если бы она не вышла замуж за моего отца, то была бы следующей в очереди на место Главы Рода, учитывая, что Андромеда в конец потеряла голову и живет среди магглов. Мама была всего на четыре года старше Сириуса, твоего отца и всех остальных. - Что? - переспросил Гарри, широко раскрыв глаза. Сначала Люпин, знавший его родителей, теперь мама Драко. - Сириус был на том же курсе, что и мой отец? Думаешь, они знали друг друга? - Сейчас не время шутить, - сорвался Драко, но затем он внимательно посмотрел на него и побледнел. - Мерлин, ты не шутишь, да? Ты и правда не знаешь. Как ты можешь не знать? - Я знал бы, если бы ты просто рассказал мне, - раздраженно сказал Гарри. Драко взглянул на него практически в панике. Он призвал Абигейл и обернул ее вокруг плеч Гарри: - Держи, она хорошо успокаивает. Он не знал, как недовольная, избалованная змея, шипящая ему жалобы на ухо должна была его успокоить, но у него были более важные проблемы. - Драко. Чего я не знаю? - Чертовски много, видимо, - ответил он, но перед тем, как Гарри мог по-настоящему разозлиться на него, он продолжил. - Конечно они знали друг друга. Они были лучшими друзьями. В середине объяснений Драко Гарри понял, что истинная причина, по которой Драко призвал Абигейл - чтобы Гарри не взбушевался и не сделал что-то глупое, пока вокруг него была обернута змея. Но в конце концов он все равно сломал большую часть мебели в классе, потому что если бы он не сделал хоть что-то, он бы взорвался. Драко ничего не сказал, просто починив то, что мог, и убрав остальное, когда Гарри закончил. После, Гарри стоял, прижавшись лбом в плечо Драко, опустив руки и сжав кулаки. Драко осторожно провел по его руке, очевидно пытаясь найти золотую середину между успокоением и навязыванием. - Не делай ничего поспешного, вроде попыток выследить его и чего-то такого. Я серьезно, Гарри, он опасен. - Поспешного? - слабо ответил Гарри, и напряженность от уничтожения половины мебели классной комнаты оставила его настолько уставшим, что он мог уснуть прямо там, уткнувшись в плечо Драко. - Я? Должно быть, ты говоришь о ком-то другом. Драко сильно ткнул его. - Гарри, Я... Сириус... он опасен. - Ты? Сириус? Ты ниже, чем я ожидал, - ответил он, сумев выдавить улыбку, когда Драко простонал и ткнул его еще раз, достаточно сильно, чтобы позже он нашел там синяк. (2)

~

Драко стоял на трибуне, притворяясь, что болеет за Хаффлпафф, но в основе своей просто наблюдая за Гарри. Пэнси продержалась до тех пор, пока не пошел дождь, а затем сказала: - Твой соулмейт не стоит того, чтобы переделывать мою прическу, - и исчезла в направлении замка. Она уходила и с более важных мероприятий ради менее важных причин, поэтому он не удивлен. Блэйз остался с ним скорее потому, что ему было нечем заняться, чем потому, что ему действительно было дело до квиддича или Драко. Стоило взять Милли. У нее не было склонности играть, но был фанатичный интерес к квиддичу. Во всяком случае, ей бы хотя бы понравилось. Практически всю игру он смотрел за Гарри, притворяясь, что не впечатлен, когда Грейнджер наложила чары, чтобы очистить его очки от воды. Он заставит ее научить его этому на их следующей встрече по учебе. Потому что ему было интереснее наблюдать за своим соулмейтом, чем за игрой, он первый заметил, что что-то было не так. Дождь был слишком холодным, и у него ушло несколько минут, чтобы понять, что не могло быть настолько холодно просто из-за дождя, и что спускающийся туман - это не нормально. К тому времени, как поле кишило дементорами, он уже кричал, чтобы все убегали. Он искал взглядом Гарри, и как раз увидел момент, когда он потерял сознание, прямо как в поезде, увидел, как он соскользнул со своей метлы. Он так высоко, что падение не может не быть фатальным. - ВИНГАРДИУМ ЛЕВИОСА! - прокричал он, надеясь, что все остальные слишком заняты паникой, чтобы заметить. Заклинание сумело лишь на мгновение замедлить его падение, перед тем, как спасть. Он наложил его еще раз, и произошло то же самое, и этого недостаточно, он не мог таким образом поймать Гарри, и сейчас он умрет. К счастью, в этот момент Дамблдор заметил, что Мальчик, Который Выжил, летит навстречу своей смерти, и наложил какое-то заклинание, которого Драко никогда не слышал, чтобы мягко положить Гарри на землю, в следующее мгновение используя другое заклинание, настолько яркое, что Драко практически ослеплен им, а дементоры разлетелись с поля. Блэйз потянул его за руку, и он дал увести себя, растворяясь в толпе учеников, бегущих по направлению к замку.

~

Драко расхаживал туда-сюда в заброшенном коридоре подземелий. Блэйз сказал, что Гарри в порядке, а затем выгнал его из комнаты, потому что его неразумное беспокойство отвлекало. Он не мог навестить Гарри в больничном крыле, хотя и хотел, и у Гарри не было зеркала, поэтому они даже не могли поговорить. Все, что он мог делать - ждать его выписки, а затем увести его подальше от посторонних глаз. - Знаешь, мне кажется, что у тебя есть склонность к спасению людей, - произнес голос, который будет преследовать его в кошмарах. - Что тебе надо, Уизли? - он обернулся, чтобы смерить ее недовольным взглядом. - Что ты вообще здесь забыла? Никто сюда не спускается! Джинни закатила глаза: - Луна сказала, что я смогу тебя здесь найти. Хотя она сказала, что мне нельзя тебе грубить. - Ты всегда грубишь мне, - вспыльчиво ответил он. - Скажи сестре, что ты отвратительная гарпия, посланная, чтобы разрушить мою жизнь. Надеюсь, она найдет нарглов, чтобы они спали в твоих волосах. - У нас было всего два разговора, не больше. Не будь таким драматичным. - И ты нагрубила мне в каждом, - ответил он. - Серьезно, Уизли. Что тебе надо? Ее лицо стало серьезным. - Я видела тебя на сегодняшней игре. Я видела, что ты сделал для Гарри. - Я ничего не сделал для Поттера, - ответил он, и эта девчонка постоянно замечала все в худших местах и в худшее время. - Я понятия не имею, о чем ты говоришь. - Мы уже играли в эту игру, - упрекнула его она. - Но если ты беспокоишься об этом, то в этот раз я никому ничего не скажу. - Если ты не собираешься меня шантажировать, то зачем ты пришла? - он скрестил руки на груди. Ее губы изогнулись в улыбке: - Только ты можешь сделать доброе дело, а затем волноваться, что кто-то будет тебя шантажировать. Я просто хотела, чтобы ты знал, что я в курсе, и когда больше никто вокруг не узнал бы, ты бы понимал, что мне можно доверять. - И с чего бы я хотел тебе доверять? - хохотнул он. Она пожала плечами. - Я верю тебе. Ты мне не нравишься - ты невыносим, и я понятия не имею, какую по-твоему игру ты ведешь. Но я верю тебе. Я знаю, как выглядит зло, Малфой. Злое существо жило во мне целый год, - он вздрогнул. Она подвинулась вперед, и на мгновение он испугался, что она ударит его. Но она всего лишь щелкнула его по носу, и он скосил глаза, наблюдая за ней. - Ты не злой. Ты немного раздражающий, и говоришь злые вещи, в которые на самом деле не веришь, потому что люди ждут, что ты скажешь их. Но ты не злой. Скорее даже наоборот. И думаю, однажды тебе понадобятся люди, которым ты можешь доверять, и я хочу, чтобы ты знал, что я одна из них. Возможно, это самая приятная вещь, которые ему когда-либо говорил гриффиндорец, включая его соулмейта. Он пытался придумать, как на это ответить, но она просто ушла до того, как он смог ответить хоть что-нибудь. Джинни Уизли нагоняла ужас.

~

В последние дни, когда Снейп заменял болеющего Люпина на занятиях по Защите от Темных Искусств, игра с Хаффлпаффом прошла просто ужасно, а его Нимбус 2000 сломался, у Гарри было просто отвратительное настроение. Рон и Гермиона изо всех сил старались не поднимать эту тему, но слизеринцы такой сдержанностью не обладали. В последнюю их встречу Пэнси назвала его сучкой и пригрозила, что найдет ему кляп, если он не перестанет ныть. Он был настолько потрясен тем, как именно она это сказала, что забыл быть жалким весь оставшийся час, и он был практически уверен, что как раз этого она и добивалась. Или, возможно, ей просто надоело его нытье. Но все изменилось, когда Фред и Джордж зажали его в углу после занятий, чтобы отдать ему лучшую вещь, которую он когда либо получал - Карту Мародеров. Он использовал зеркало, чтобы сказать Драко о том, что им нужно встретиться и случилось что-то важное. Он был невероятно доволен, когда показал им всем карту. Слизеринцы пришли в ужас. - Прошлый год тебя вообще ничему не научил? - обвинил его Блэйз. - Ты забыл, что случилось в последний раз, когда тебе начало отвечать что-то без мозга? Драко уже приготовил палочку: - Отдай мне это сейчас же. - Я не разрешаю тебе поджигать ее! - ответил он. - Фред и Джордж пользовались ей годами, она не проклята! Несколько долгих моментов они прожигали друг друга взглядами, но затем Драко хмыкнул: - Ладно. Но хотя бы дай мне проверить ее с помощью диагностирующих заклинаний. Гарри передал карту, прищурив глаза: - Почему ты вообще знаешь эти заклинания? - Им обучают всех, кто рос в родовых поместьях, - ответила Пэнси, - ты никогда не знаешь, что оставили валяться твои предки. И тебе не хотелось бы надеть фиолетовый шарф своей пратетки просто для того, чтобы обнаружить, что на нем было антиворовское заклинание уже после того, как он пытался тебя задушить. Драко перестал бормотать длинную фразу на латыни, и карта быстро вспыхнула разными цветами, а потом вернулась в нормальное состояние. Они все расслабились. - Она не опасна, - сказал он, и Гарри подавил желание закатить глаза, потому что именно об этом он сразу и говорил. Драко постучал по карте палочкой, и цвета появились еще раз, но в этот раз медленнее. - Что это было в конце? - с подозрением спросил Блэйз. - То, которое желтое? - Да без разницы, - сказала Пэнси, - оно не стало черным, поэтому в нем нет ничего опасного, остальное неважно. - Либревенире! - сказал Драко, и том, весящий по крайней мере двадцать фунтов, вылетел из его палочки, и он быстро поймал его до того, как он успел упасть. Гермиона широко раскрыла глаза. Гарри надеялся, что Драко никогда не применит это заклинание перед ней. Это не могло хорошо закончиться. Как только Гермиона узнает, как призывать книги, они никогда больше не заставят ее выйти из своей комнаты. - Однажды твои родители поймут, что ты призываешь книги из поместья. - Они и так знают, - ответил он, листая страницы. - Им просто все равно. Мой отец прослыл в школе тем, что сдал все экзамены на "Отвратительно", но ни разу не зашел в библиотеку. А все потому, что он заперся в комнате и просто призывал то, что ему нужно, из семейной библиотеки. Это традиция. - Восхитительно, - сказала Гермиона. - То есть ты можешь призвать только то, что знаешь? - В основном, - сказал он. - Или тебе нужно хорошо понимать расположение того, что ты призываешь, а также название и автор, но это скорее рулетка. Это не работает с библиотекой Хогвартса, - он поднял взгляд и заулыбался, когда Гермиона поникла. - На все книги наложена защита от вмешательств, что включает в себя и призывающие чары. Она фыркнула и скрестила руки: - Грубо. Драко указал на определенный абзац, передав книгу ей: - Смотри! Вот оно. На карте те же заклинания, что и на портретах, имитирующих личность автора. - Восхитительно, - произнесла она, с любопытством взглянув на карту. - А что насчет остальных? Драко схватил карту, на полпути объясняя диагностирующее заклинание, когда Рон вздохнул и спросил: - В подрывного дурака? Это надолго. - Почему бы и нет, - согласилась Пэнси. - Должна сказать, я благодарна,что теперь он просто задротит вместе с Грейнджер вместо того, чтобы пытаться заставить нас интересоваться этой херней. - Ага, - в унисон сказали Гарри и Рон, и все четверо усмехнулись друг другу и начали игру под приятные звуки того, как на заднем фоне Драко и Гермиона спорили о цветах.

~

Поход в Хогсмид был как раз тем, в чем нуждался Гарри, даже если ему и пришлось провести все время под мантией-невидимкой. Ему хотелось провести немного времени еще и с Драко, но он постоянно был в чьем-то окружении, поэтому это не было жизнеспособным вариантом. Крэбб и Гойл неизменно сновали за его спиной, и они заметили его, когда в какой-то момент Миллисента втянула его в книжный магазин, но у них не было шанса провести время вместе. Стало еще лучше, когда Снейп и его учебный план, сконцентрированные на оборотнях, покинули кабинет Защиты от Темных Искусств, а Люпин вернулся. Он даже пообещал ему научить его защищать себя с помощью патронуса после Рождественских каникул, и перспектива не быть абсолютно жалким против своего худшего страха практически полностью погрузила его в отличное настроение. Это было за день до того, как ученики отправлялись домой для Рождественских каникул на поезде, и Гарри с Драко встретились в том же классе, что и всегда. Драко сказал ему, что не мог остаться, как в прошлом году - его родители беспокоились из-за всего, что происходило в Хогвартсе, и его мать была просто в ярости, когда узнала о Клювокрыле. К тому времени, когда Гарри добрался до туда, Драко уже зажег яркий огонь, поэтому в этом углу неиспользуемого класса было тепло. Еще он снял со стульев все поблекшие подушки, разложив их перед пламенем. - Неплохо, - сказал он, и Драко повернулся на его голос, и его плечи расслабились, когда он увидел, как Гарри улыбнулся, отчего и Гарри немного успокоился. Они узнали, что они соулмейты больше года назад. Но это был первый раз, когда они обменивались подарками, пропустив дни рождения друг друга, потому что летом не было никакой возможности что-то друг другу отправить. Вдвоем они присели, и Драко всунул маленькую коробочку ему в руки. Она была упакована в красную бумагу с летящими по ней метлами. - Держи, сначала открой мой. Так он и сделал, осторожно распаковывая его, стараясь не порвать бумагу, из-за чего - он видел - Драко начал злиться. Это была красивая бумага! Он хотел оставить ее. На коробке было написано "Качественные Товары Для Квиддича". Только одна вещь могла быть такого размера, и он уже улыбался к тому моменту, когда открыл коробку, и оттуда вылетел высококлассный снитч. Он моментально поймал его, и крылышки снитча дико забились в попытке освободиться, и он скользнул пальцем по средней выемке, чтобы выключить его. - Круто! - просиял он. - Спасибо тебе. Он невероятный. Драко довольно ему улыбнулся и протянул вперед руку: - Ладно, моя очередь. Он передал Драко подарок - плоскую квадратную коробку, запакованную в простую зеленую бумагу с красной лентой. Это рождественские цвета, но еще это их цвета, и ему казалось, что это довольно классно. Он надеялся, что Драко все понравится - было сложно найти подарок тому, чьи родители в любом случае купили бы ему все, что он захотел. Гермиона хлопнула в ладоши и сказала, что это прекрасный подарок, когда он показал его ей, и помогла ему с упаковкой. Рон сказал, что Драко понравится, а затем назвал его самовлюбленным щеголем. Драко порвал бумагу, сняв крышку коробки и отбросив ее через плечо. Это была тонкая книга со швами на переплете, и Драко открыл ее. - Я сорвал этот ирис в первый день летних каникул, - сказал Гарри, нервно наблюдая за его лицом, пока он пролистывал страницы. На первой странице был целый цветок ириса, прямо как на его бедре, и на каждой странице после были лепестки, которые он собирал в саду тети Петунии, высушенные и сложенные между страниц телефонной книги, которую он взял во Дворе Миссис Фигг. Он собирал по одному каждый день, и аккуратно подписывал дату, когда он взял его, снизу страницы. В конце книги был еще один целый ирис, который он со злости сорвал в ее саду, когда уходил после того, как надул тетю Мардж. Один из лепестков был оборван, и он чуть больше помят, чем все остальные, потому что он не был очень осторожен, раздраженно запихивая его в учебник зельеварения. - Тебе нравится? - Ты думал обо мне каждый день? - произнес он, и в его выражении было что-то уязвимое и милое, когда он поднял на него взгляд. Гарри хотел опровергнуть его слова, потому что это смущало. Он хотел сказать, что там больше нечем было заняться, попробовать отшутиться. Но выражение лица Драко остановило его. - Э-э, да. Думал. Он обнял его так сильно, что стало трудно дышать, поэтому Гарри решил, что подарок ему понравился.

~

Первое, что сделали Гарри и Драко в утро Рождества - это недолго поговорили друг с другом через зеркала, просто чтобы улыбнуться друг другу и пожелать счастливого праздника. После им нужно было идти, Гарри открывать кучу подарков около своей кровати, а Драко - будить своих родителей, чтобы они могли позавтракать и уже затем открыть подарки.

~

Драко услышал о фиаско с Молнией в ту же ночь, когда он вернулся с Рождественских каникул, пока Гарри расхаживал туда-сюда, сокрушаясь насчет того, что Гермиона все рассказала преподавателям и метлу забрали, и того, в каком бешенстве он пребывал. - И правильно сделала, - ответил Драко, просто пожав плечами, когда Гарри кинул на него рассерженный взгляд. - А чего ты ожидал от меня услышать? Это метла, Гарри. Очень хорошая метла. Но кто-то пытается убить тебя, и проклятая метла - просто один из способов сделать это. О чем ты должен знать, потому что одна такая чуть не убила тебя на первом курсе. Они наложат на нее те же самые проверяющие заклинания, что я использовал с картой, только сделают это осторожнее, потому что это Молния, а не какие-то листы бумаги, и если с ней все в порядке, ты получишь ее обратно. Честно говоря, тебе стоит поблагодарить Гермиону, она единственная из вас, кто вообще знаком со здравым смыслом. Гарри настолько оскорблен, что он просто вышел из класса, громко хлопнув дверью. После этого он перестал отвечать на звонки Драко по зеркалу, и они перестали встречаться. Драко был раздражен, но не сильно волновался. Это не было схоже с их прошлогодней ссорой, когда они старались сделать друг другу больно. Гарри просто вел себя упрямо и глупо. Он солгал бы, если бы сказал, что его не задевало то, как Гарри его игнорировал, но это было ссорой, с которой он мог справиться. В какой-то момент Гарри пришлось бы столкнуться с правдой, и Драко заставил бы его немного попресмыкаться перед тем, как великодушно простить, и тогда все было бы хорошо. Очевидно, что точно так же Гарри и Рон вели себя с Гермионой, Рон - частично из-за метлы, и частично из-за того, что ее кот съел его домашнюю крысу. Его обнадеживало, что они делали это не только с ним, хотя он и чувствовал себя смутно виноватым из-за того, что так думал. Чтобы избавиться от этого чувства, он отправил сообщение Луне. На следующий день он заметил, что его сестра и Джинни Уизли сидят по обе стороны от Гермионы, от чего она выглядела гораздо менее жалко, что Драко засчитал за победу. Естественно, одним из минусов этой ссоры было то, что больше некому было помогать ему с Защитой от Темных Искусств. Гарри действительно был лучшим в их классе, на всем их курсе и возможно даже во всей школе. А это значило, что если он хотел получить больше помощи, чем могли дать ему Блэйз и Пэнси, ему придется поговорить в настоящим преподавателем. Разумеется, все, что его родители рассказали ему о Люпине все еще было правдой. Но он был лучшим профессором ЗоТИ Хогвартса, который был у них на протяжении многих лет, и невероятно терпеливым, даже с теми, кто были ужасны в заклинаниях просто потому, что боялись. Он был одним из немногих профессоров, которые действительно нравились Драко, хотя он ни за что этого бы не признал. Он пришел к выводу, что мог бы получить от него несколько подсказок, и не то чтобы его родителям нужно было об этом знать. Конечно, все хорошие мысли о Люпине сдуло ветром, когда он открыл дверь и увидел, как тот просто стоит, абсолютно ничего не делая, пока дементор приближался к Гарри, который без сознания лежал на полу. - Экспеллиармус! - закричал он, указывая палочкой в спину Люпина. Палочка профессора перелетела через голову Драко в коридор, и он закрыл за ней дверь. - И что, по-вашему, Вы делаете? - Мистер Малфой! - произнес Люпин, но у него было времени, потому что дементор подлетал к Гарри, и черт побери, он все еще не знал ни единого заклинания против этой херни. Он повернулся к нему, и он уже был готов вырвать страницу из книги Гермионы и поджечь ее, надеясь на лучшее. В этот момент дементор замер, преобразившись. Перед ним стоял его отец, с презрительной усмешкой на его губах и разочарованием в его глазах. Это был не дементор. Это был боггарт. Слава Мерлину. Он заметил за ним открытый шкаф, но не стал тратить время на риддикулус. - Вингардиум левиоса! - один из табуретов взмыл в воздух. Он взмахнул палочкой, направляя табурет, пока он запихивал отчаявшегося боггарта обратно в шкаф, а затем использовал его же, чтобы захлопнуть дверцы. Табурет с грохотом упал на пол, когда он снял левитирующее заклинание. - Коллопортус, - произнес он, на всякий случай запирая дверь. Тяжело дыша, он обернулся к Люпину, все еще держа палочку наготове. - Весьма впечатляет, - сказал мужчина, по мнению Драко - с гораздо менее обеспокоенным выражением, нежели должен был, учитывая, что у него не было палочки. - Хотя в этом и не было необходимости. - Не было необходимости? - прорычал он. - Чем вы, черт вас побери, занимаетесь? - Не выражайтесь, - сказал Люпин, и Драко точно проклянет его, и сделает это с наслаждением. Спиной он почувствовал чье-то теплое присутствие, и чья-то рука попробовала опустить его руку. - Перестань, - сказал Гарри, и слова выходили у него немного смазано. - Пере... перестань. Я попросил его об этом. - Ты попросил его просто смотреть, как ты встречаешься со своим сильнейшим страхом и отключаешься, пока дементор пытается поцеловать тебя? - напряженно спросил он. - Да! - ответил он, и это было бы более убедительно, не опирайся он на спину Драко большей частью своего веса. - Он обучал меня заклинанию патронуса. Боггарт полезен, и очевидно не так опасен, как настоящий дементор. Опусти палочку, ненормальный! - Оу, а это было довольно неплохой идеей. Но заклинание патронуса? Это не то, что большинство людей могли освоить без обучения на аврора. Гарри потянул его за руку, но это не возымело эффекта - его палочка была все еще направлена на Люпина. - Чем ты вообще думаешь? Ты пытаешься атаковать профессора! - Будто раньше наши преподаватели не атаковали тебя, - сказал Драко, и он ненавидел расчетливый взгляд, который Люпин переводил с Гарри на него. Враги так не общаются. Враги не нападают на профессоров друг за друга, или не атакуют дементоров. Мерлин, что за месиво. Забудьте о Гермионе, ему стоило пойти по стопам Локхарта и выучить несколько заклинаний забвения. Гарри хмыкнул, сдаваясь и осторожно отодвигаясь от Драко, пытаясь самостоятельно удержаться на ногах. - Хорошо, справедливо. Но Люпин не такой, поэтому может теперь ты остановишься? - Нет, - четко произнес он. Люпин приподнял бровь. - Вы никому не расскажете о том, что здесь произошло. Вы никому не расскажете, что мы и Гарри друзья. Никогда. - Оу? - мягко сказал он, и Драко ненавидел эту снисходительную улыбку, едва-едва затронувшую его губы. - Почему нет? - Потому что если Вы это сделаете, я прикончу любую Вашу надежду на хоть какое-то стоящее назначение. Все будут знать, что Вы опасный, кровожадный и бешеный оборотень, - Люпин побледнел, и часть самодовольства сошла с его лица. Гарри удивленно моргнул: - Он что? Драко не отвел взгляда или палочки с Люпина, хотя и хотел, но все равно продолжил упрямо на него смотреть. - Разве Гермиона тебе ничего не рассказала? Она знает уже несколько месяцев. - Как долго ты знал? - требовательно спросил Гарри, и он слишком слабо отреагировал, но Драко не удивлен. Гарри не вырос в его мире, он не знал, как на оборотней смотрела большая часть цивилизованного населения, как с ними обращались. Он пожал плечами: - Мой отец сказал мне перед тем, как я сел в поезд. Само собой, он проголосовал против его назначения. - Само собой, - повторил Люпин. - То есть, если я кому-то расскажу ваш секрет, ты всем обо мне расскажешь? - Не несите чепухи, - он знал, что в его улыбке было что-то жестокое и отталкивающее, но он не тратил силы, пытаясь спрятать или изменить это. Он хотел, чтобы мужчина знал, что он имел в виду все, о чем говорил. - Я даже не должен знать, и если я начну много болтать, обвинят моего отца. Но моя мать ясно дала понять, что я могу сообщить ей, даже если Вы странно посмотрите на меня, сообщить ей, если я решу, что Вы представляете слишком большую угрозу для людей вокруг Вас. Если я сделаю это, она упомянет свои опасения за обедом у Ноттов, которые расскажут Олливандерам, которые расскажут Браунам, которые расскажут Диггори. Которые, конечно, расскажут семьям, с которыми поддерживают близкие отношения, что охватывает практически все чистокровные семьи, а также большинство собственников магического бизнеса и государственных учреждений в Британии. К моменту, когда закончится учебный год, Вы не только потеряете работу в дополнении к тому, что все будут знать, что Вы оборотень, но еще и Ваше имя будет настолько тщательно занесено в черные списки, что Вы не сможете устроиться и в качестве чистильщика обуви. Лицо Люпина лишилось каких-либо эмоций. Гарри толкнул его, и он пошатнулся, но его палочка не сдвинулась. - Драко! Да что с тобой не так? Не... не надо делать ничего из этого! - Ко всему прочему, - произнес он, игнорируя своего соулмейта, - если Вы навредите Гарри, если вы подвергните его малейшей опасности, я не воспользуюсь советом своей матери. Я воспользуюсь советом отца. Взгляд Люпина упал на его грудь, пересчитывая серебряные пуговицы. - А-а. Мне было интересно, было ли они пришиты специально. - Будто бы мой отец отправил меня в школу с оборотнем, шатающимся по коридорам, без защиты, - фыркнул Драко. - Не смертельные сами по себе, - безэмоционально проговорил Люпин. - Если, конечно, кто-то не будет достаточно искусен в чарах. Совмещенные с весьма сильным заклинанием левитации, они могут нанести серьезные увечья. Он почувствовал приступ тошноты. Это не было подобно издевкам над Лонгботтомом или запугиванию первогодок. Это было по-настоящему, и это пугало. - Мой отец предложил нагреть пуговицы и прожечь расплавленным серебром Ваше сердце. Лично мне больше интересно, что будет, если заставить Вас проглотить их, - ему казалось, что сейчас его стошнит. Он надеялся, что это нельзя прочитать по его лицу. Угрозы не особенно эффективны, когда тебя тошнит только от мысли их исполнения. - ДОСТАТОЧНО, - прорычал Гарри, и в этот раз Драко позволил ему опустить его руку. - Этого... этого достаточно, Драко. Зачем тебе... это... не... ты лучше, чем это! - На самом деле - ни капли, - ответил он. - Ты думаешь, Профессор Люпин навредит тебе? - КОНЕЧНО НЕТ! - выкрикнул он. Он не упустил из виду, как от этого Люпин слегка опустил плечи. - Тогда это все неважно, не так ли? Если он не навредит тебе, я не стану вредить ему. Если он не разрушит наши жизни, я не разрушу его. Все честно и замечательно, прямо как ты любишь. Гарри смерил его недовольным взглядом: - Это слизериновская версия честности. Остальные из нас вообще не угрожают кому-то. Драко пожал плечами, притворяясь, что его это не волнует, и повернулся к Люпину. - Мы поняли друг друга? - Полагаю, - сухо ответил Люпин. - Не вижу большого выбора в этой ситуации, когда несогласие с тобой закончится или моей нищетой, или смертью. - Отлично, - радостно произнес Драко, надеясь, что он выглядит не настолько же плохо, как себя чувствует. - Я останусь для уроков патронуса, и буду посещать все остальные. Это же всех устроит? - Нет! - сказал Гарри в тот же момент, когда Люпин произнес: - Почему бы и нет. Гарри, чувствуя себя преданным, взглянул на Люпина, который уже, очевидно, пришел в себя после угроз Драко. Он пожал плечами: - Флитвик говорит, что в чарах он лучший студент, которого он встречал за многие годы. Возможно, он сможет помочь. Он потер нос, чтобы спрятать свое смущение, и Люпин даже ухмыльнулся ему. Гарри перевел взгляд с одного на другого, а затем вскинул руки в воздух и заявил: - Я понятия не имею, что происходит. - Ты никогда ничего не понимаешь, - сказал Драко. - И это только твоя вина. Если бы ты не игнорировал меня, как обидчивый ребенок, то я бы знал о тренировке патронуса, и ничего из этого бы не произошло. Гарри подавился воздухом. Движением палочки Драко открыл дверь, призывая палочку Люпина из коридора. Он протянул ее Люпину, и мужчина провел несколько долгих секунд, изучая его лицо перед тем, как все же принял ее. Драко не знал, что он пытался прочитать по его лицу, но что бы он не нашел - видимо, это его успокоило. - Спасибо, Мистер Малфой. - Драко пойдет, - сказал он. - Мы ведь все здесь друзья. Он подумал, что слишком испытывал его терпение, но похоже, у Люпина было весьма черное чувство юмора, потому что он ответил: - Ну конечно же мы друзья, Драко. Гарри выглядел так, словно хотел придушить их обоих.

~

За завтраком Гарри утащил Гермиону от Луны и Джинни, и ткнул Рона на своем пути назад. Он повел их Большого Зала в первую же пустую комнату. К несчастью для всех них, это оказалось шкафчиком для метел. - Вы знали, что Профессор Люпин - оборотень? - Он что? - пришел в ужас Рон. - Быть не может! - Драко не рассказал тебе? - спросила Гермиона. - Я предполагала, что он мог знать, потому что его отец работает в Совете и все такое. Гарри быстро посвятил их в события прошлого вечера. Они оба выглядели задумчивее, чем он ожидал. - Не то чтобы я считала, что он сделал правильно, - начала Гермиона, - потому что это не очень удачный выбор, а он весьма хороший аналитик, чтобы придумать что-то получше. Но он сказал, что ради тебя сразился бы с оборотнем. - Кто знал, что ублюдок и так может? - изумленно сказал Рон. - Ко всему прочему, не хочу звучать как подонок, но я с ним в чем-то согласен. Оборотни жуткие! И нам преподает один из них! - Да уж, - раздраженно выпалил Гарри. - Он такой пугающий в своей потертой мантии и своими седеющими волосами. Рон пожал плечами: - Оборотни сильнее чем мы, даже когда они не трансформировались. А еще они быстрее, и у них тот еще характер, - он потер подбородок. - Хотя опять же, по Люпину не скажешь, что он человек с характером. Вообще. Я не думаю, что хоть раз слышал, как он поднимал голос, честно говоря. - Может быть потому, что практически все ужасные вещи, о которых ты слышал - это необоснованные слухи, - раздражительно произнесла Гермиона. - Не то чтобы этот маленький перерыв в молчанке не был восхитителен, но у нас у всех есть занятия, на которые нам стоит пойти. Гарри и Рон обменялись быстрыми взглядами, и они были друзьями достаточно долго, чтобы без лишних слов преградить Гермионе выход. - Я думаю, мы вели себя немного, эм... - начал он. - Отвратительно, грубо, по-идиотски, - поддержал Рон. Гермиона дернула уголками губ: - Я слушаю. Они на десять минут опоздали на урок, но они зашли все вместе, улыбаясь и не отходя друг от друга. МакГонагалл, видимо, отнеслась к этому благосклонно, потому что даже не стала снимать баллы за их опоздание.

~

После третьего занятия, на котором ни он, ни Драко не сумели вызвать патронуса, Гарри спросил: - Разве ты не должен быть действительно хорош в чарах? - А ты разве не должен быть действительно хорош в защите? - огрызнулся Драко, призвав стакан воды, после чего залпом его выпил. Гарри выглядел жалостно, поэтому он набрал в него воды и отдал ему. - Я лучше в чарах, которые как-то включают в себя нечто материальное - призвать что-то, поднять это, изменить его качества. Но чары, которые просто состоят из магии... это сложно! Самое продвинутое из тех, что я знаю - протего, и то потому, что моя мать вдолбила его в меня еще до того, как пришло мое письмо из Хогвартса. Люпин как раз закончил запихивать боггарта обратно в шкаф. Он тоже вспотел, поэтому и ему Драко призвал стакан воды. Он засомневался, но решил, что Драко не собирался его отравить, и все-таки принял стакан. Он сделал всего два глотка, а потом нахмурился и спросил: - Откуда это? - Из дома, - ответил он. - Я пытался призывать вещи отсюда, но домашние эльфы закатывают истерику, когда вещи начинают пропадать. Эльфы Малфоев к этому привыкли. Тем более, наша вода - из подводного ручья, а не какого-то грязного озера. - Конечно, - серьезно сказал Люпин, делая еще один глоток, чтобы спрятать улыбку. Это абсолютно не сработало. Драко осознал, что когда он проводит больше времени с Люпином, это скорее очеловечивает его, нежели наоборот. Что было весьма грустно, учитывая его угрозы насчет убийств и всего остального. Рядом с ними Люпин казался расслабленным. Это было не только потому, что они были вне формального окружении классной комнаты, потому что Гарри согласился с ним, и они уже достаточно времени проводили с Люпином вне класса. Он считал... ну, он считал, что это связано с их осведомленностью о том, что он оборотень, даже если они больше не заговаривали об этом с того самого раза. Но то, что Люпина так волновало, что они просто знают об этом, даже после всех ужасающих вещей, которые наговорил Драко, было бы слишком жалко, чтобы быть правдой, поэтому он отказался в это верить. - Какое воспоминание Вы используете, когда вызываете патронуса? - спросил Драко. Гарри поднял взгляд, заинтересованный. - У меня есть парочка воспоминаний, - сказал он, потерев запястье. - Забудьте об этом. Зная, о чем я думаю, вы не сможете наложить заклинание быстрее. Ладно, достаточно с патронусами, но нет повода, почему вы бы не могли попрактиковаться на заклинаниях этой недели. Драко издал стон, потому что Защита никогда не будет его любимым предметом, но Гарри широко улыбнулся и нетерпеливо поднял его на ноги. У глаз Люпина собрались морщинки, словно он пытался не засмеяться.

~

Гарри наконец-то вернули его Молнию в целости и невредимости. Драко был на грани срыва всю игру Гриффиндора против Равенкло, но дементоры не появились, и к - счастью - его соулмейт остался на метле. С Милли было интересно смотреть квиддич - она очень искренне болела и свистела во время игры. Конечно, ничто хорошее не вечно, потому что именно в эту ночь Сириус Блэк ворвался в Гостиную Гриффиндора.

~

Гарри знал, что Драко был ему другом. Не только потому, что они были соулмейтами, но еще и потому, что за последний год они по-настоящему сблизились. Драко и Гермиона очевидно ладили друг с другом и без язвительных высказываниях о работах друг друга, и Драко все еще соглашался поиграть с Роном в шахматы даже при том, что он каждый раз с треском проигрывал. Но на самом деле он не понимал, что они с Блэйзом и Пэнси были друзьями до тех пор, пока на следующую ночь после проникновения Пэнси не подошла к Рону и не стала успокаивающе его похлопывать, хмурясь, и ругаясь, и называя его идиотом, пока Блэйз навис над ним - единственный на всем их курсе, кто все еще мог так делать - и выглядел осуждающе. - Это значит, что мы им нравимся, да? - шепнул Гарри, толкнув Драко локтем. - Очевидно, - ответил тот, отодвигаясь от острых локтей Гарри. Он ткнул его еще раз, просто чтобы Драко оскорбленно на него взглянул, и после того, как слизеринцы уверились, что Сириус Блэк не нанес им увечий, они перешли к спору из-за последнего эссе по трансфигурации. Драко и Рон считали, что процедура становления анимагом слишком устарела, в то время как Блэйз и Гермиона настаивали, что она весьма сложнее, чем кажется, а ритуалы чрезвычайно важны. Гарри и Пэнси было абсолютно наплевать - они просто предпочли бы, чтобы в любом случае им не нужно было ничего об этом писать. - Могу я заняться твоими ногтями? - спросила она. - Твои кутикулы снятся мне в кошмарах. Он взглянул на свои руки. На них все еще осталась грязь после тренировки по квиддичу. - Ладно. Но никаких цветов Слизерина. Она усмехнулась, и в конце концов покрасила их в красный. Еще ей удалось нарисовать невероятно детализированных снитчей на его больших пальцах, и он даже не попытался скрыть то, как они ему нравятся. Она ответила на это смешком, перебросив волосы через плечо, но это Пэнси, поэтому примерно этого он и ожидал. В следующий визит в Хогсмид Гарри или ходит невидимый рядом с Роном и Гермионой, или все еще невидимый ходит рядом с Драко, и скорее всего это самое веселое времяпровождение за весь год. Все это несколько омрачилось, когда возвращаясь из Хогсмида, Гарри попался Снейпу, и именно Люпин из всех людей забрал у него карту. Он рассказал всем об этом в следующий раз, когда они встретились. Рон, Пэнси и Блэйз были вне себя, но Драко и Гермиона на удивление затихли. - Да? - спросил Гарри. - Вы двое хотите нам что-то сказать? Гермиона закусила губу: - Ну... вы знаете, что нам с Драко было интересно понять, как работала карта, поэтому мы сделали много заметок. Заклинания довольно сильные и сложные, конечно. Но и мы довольно сильны и продвинуты для своего возраста. Это будет рискованно, и мы можем провалиться... - Ближе к делу? - вырвалось у Пэнси. - Скорее всего, мы можем воссоздать карту, - сказал Драко. - Нам понадобится самим сделать пергамент из какого-то магического растения, который будет достаточно упругим, чтобы выдержать все заклинания, что мы наложим. И само собой, нам нужно будет сварить два зелья... - Три зелья, - поправила Гермиона. - Нам нужно запирающее зелье, мы не можем просто использовать заклинание. - Мы можем просто использовать заклинание, - сказал Драко. - На запирающее зелье уйдет три месяца, и его невероятно сложно закончить, не испортив при этом. Это слишком большой риск. - В прошлом году я сварила Оборотное зелье в женском туалете, - сказала она. - Я могу сделать запирающее. - Ладно, - он закатил глаза, - пофиг, три зелья. Смысл в том, что будет отвратительно много работы, и мы провозимся до самого конца года, но мы можем воссоздать карту. Если вы этого хотите. - Да, - в унисон ответили они, и как бы жутко они не смотрелись вместе, Гарри рад, что Драко и Гермиона поладили, потому что это приводило к таким гениальным вещам, как это.

~

Драко получил письмо от своих родителей, извещающее о решении насчет Клювокрыла. Не то чтобы были какие-то сомнения, на самом деле, не с его отцом у дела. Но он пытался попросить отца отпустить ситуацию, пытался убедить его, что все в порядке и это не было важным, но папа не слушал его. Если бы только он не пытался стоять в больничном крыле, или его папа пришел чуть позже, чтобы не видеть, как он кричит и истекает кровью, оно могло сработать. Но это случилось, и даже если бы Драко смог убедить отца оставить дело, он ни за что бы не убедил свою мать. Он считал, по большому счету, лучше, если Клювокрыл погибнет от рук палача, чем Хагрид загадочно исчезнет и никогда не вернется, что, вероятно, и произошло бы, если бы это зависело от его матери. Теперь ему оставалось убедить в этом гриффиндорцев. Когда они собрались этой ночью, все выглядели удрученными, но едва Драко успел пробормотать практически-извинение, Рон покачал головой и похлопал его по плечу: - Не волнуйся, Драко. Ты пытался. Не думаю, что и мои родители были бы очень рады, если бы меня ударил гиппогриф. Гермиона сочувственно кивнула, и Гарри слегка пихнул его в ребра, улыбаясь. С одной стороны, он испытал облегчение, что они не винили его, что они не злились на него. С другой - каким-то образом от этого то, что он не смог спасти зверя Хагрида, заставило его чувствовать себя еще хуже.

~

В конце концов, для изготовления бумаги они собрали ветви Гремучей Ивы. Этим занялась Пэнси, и уже через две недели она преподнесла им несколько длинных белоснежных листа пергамента, которые были гораздо толще обычных. В то же время, все остальные пытались воссоздать карту со всеми ее тайными проходами, и Блэйз аккуратно вычерчивал карту, потому что у него была самая твердая рука и его мать заставила его изучать каллиграфию. Они поняли, что для отслеживания движущихся лестниц им придется наложить заклинания на каждую лестницу, привязав ее к карте. Этим занялся Драко, пока Гермиона зарылась в поиски решения, как можно наложить на карту магические подписи людей. У них был список заклинаний, которые использовались в первоначальной карте, но самым сложным было понять, как и на что конкретно они были наложены. Оказалось, что лучше всего это удавалось Рону, которому каким-то образом удавалось просто взглянуть на список и сказать, какие заклинания мешают друг другу, а какие - отменяют. - Это чем-то похоже на шахматы, - оправдался он, когда Гермиона наградила его удивленным и впечатленным взглядом. - Нам стоит добавить Тайную Комнату, - в какой-то момент предложил Драко. - Ее не было на старой карте, но нам стоит добавить ее. - И то странное место, где хранился философский камень, - добавил Рон. - Его тоже не было на той карте, нам стоит добавить его. Пэнси нахмурилась: - Нам нужно сделать ее такой, чтобы мы могли редактировать карту после ее завершения. Иначе в ней нет смысла. Кто знает, что еще мы найдем? Они все простонали, но никто не стал спорить, поэтому начался еще один цикл поисков и изучения. В конце концов они во всем разобрались, решив, что Гарри должен наложить большую часть заклинаний, Рон займется запутанными частями, а Драко сконцентрируется на тех чарах, что смогут передать карте их черты характера. Она должна была быть индивидуально связана с каждым из них, и каждому нужно было наложить заклинания самим, но составлял их именно он. Когда Драко был слишком занят, Гермионе помогала Пэнси, а Блэйз поставлял им запрещенные ингредиенты от своей матери, и это было гораздо проще, чем пытаться воровать из личных запасов Снейпа. В какой-то момент у них возник напряженный спор насчет того, как стоило назвать карту, затянувшийся на четыре дня и включивший в себя несколько сломанных стульев, но наконец именно Блэйз предложил название, которое они все призвали классным и не слишком пафосным. После разразился другой спор из-за псевдонимов, потому что кто бы не сделал первую карту, точно их имел, и всем именам пришлось пройти сквозь бурные голосования, чтобы удостовериться, что никто не будет звучать, как придурок. Каждый из них наложил чары, пропитывающие карту их личностями, те же, что использовались в изготовлении магических портретов. Драко не только наложил свои заклинания, но и направлял заклинания всех остальных ребят - хорошо, что они сделали все в ночь пятницы, потому что после этого Драко проспал абсолютно всю субботу. Вскоре все, что оставалось сделать - это пропитать карту в запирающем зелье, оставив ее в нем на месяц, а затем высушить под светом полной луны. Они идеально это распланировали, и она должна была быть готова как раз к концу учебного года. Так появилась Карта Химеры.

~

Настало время финального матча года, и что самое важное - Гриффиндор играл против Слизерина, и Слизерин оторвался настолько, что для Кубка Квиддича Гриффиндору было недостаточно просто победить в игре - им нужно было победить на сто пятьдесят очков. Фред и Джордж были правы. Это будет гораздо сложнее, чем было раньше. Гарри нарезал круги по полю, следя за ловцом слизерина, Флорой, и наблюдая за игрой. Драко играл гораздо лучше как охотник. Он вился и нырял между игроками, не имея никаких проблем с подачей квоффла тому, у кого было больше шансов забить гол. Ко всему прочему, он уже успел самостоятельно забить два раза, потому что у него отличный удар, и другие охотники отвлекали Вуда, а потом в последнюю секунду пасовали мяч Драко, который кидал его в любое кольцо, неохраняемое в данный момент Вудом. В какой-то момент Драко подал квоффл практически через половину поля, и Фред, ругаясь, отправил в его сторону бладжер. Драко пришлось броситься вниз к одному из своих загонщиков, чтобы сбросить его со следа. - ЧЕРТ ПОБЕРИ, - закричал Ли Джордан со своего обычного места из будки комментатора, и Гарри не обернулся, но он был уверен, что МакГонагалл накричала на него. - ВЫ ВИДЕЛИ ЭТО? МЫ ВСЕ ВИДЕЛИ ЭТО? ДРАКО МАЛФОЙ ТОЛЬКО ЧТО, И Я НЕ МОГУ ПОВЕРИТЬ, ЧТО ГОВОРЮ ЭТО, СДЕЛАЛ ВОСХИТИТЕЛЬНЫЙ УДАР! МАЛФОЙ, СМЕНИВШИЙ ПОЗИЦИЮ - ХУДШАЯ ВЕЩЬ, СЛУЧИВШАЯСЯ С КОМАНДОЙ ГРИФФИНДОРА С ТЕХ ПОР, КАК ВЫПУСТИЛСЯ ЧАРЛИ УИЗЛИ! Гарри сдерживал смех, отслеживая счет на табло. Несколько раз он замечал снитч, но ничего не сделал - он знал, что сейчас было не время, чтобы поймать его. К сожалению, вскоре снитч заметила Флора, тут же за ним кидаясь. Он пытался сбить ее с пути или отвлечь, но теперь, когда она наконец его заметила, она не теряла его из виду, несмотря на то, сколько раз ей мешал Гарри или близнецы Уизли посылали в нее бладжеры. Все дошло до того, что ему или нужно было ловить его, или смотреть, как это сделает она. Прошло ровно пятнадцать секунд с того момента, как он решил схватить его и до того, когда снитч оказался в его руке. Он повернулся, чтобы увидеть табло. Гриффиндор победил. С отрывом в сто тридцать очков. Все приземлились, и слизеринцы начали ликовать. Они могли и проиграть игру, но они выиграли кубок. Конечно, Гарри был разочарован, и он хотел разозлиться, он видел злость на лицах своей команды. Но слизеринцы подкидывали Драко в воздух, и он смеялся, и Гарри не мог припомнить, когда Драко в последний раз действительно улыбался на публике, не то что смеялся, и он не мог быть настолько из-за этого расстроен. Этим вечером они не встретились лично, но Драко связался с ним через зеркало. Он выглядел обеспокоенно, но будто бы пытался не выглядеть обеспокоенно, поэтому Гарри сразу же его поздравил, убедившись, что он звучит искренне, - потому что он действительно был рад - и Драко заметно расслабился. Будут и другие игры. Тем более, хоть раз, но Слизерин победил честно и справедливо.

~

Как только закончился сезон квиддича, они столкнулись с аттестационными экзаменами. Драко и Гермиона стали раздражительными и истощенными, хотя Драко и не собирался показывать, что он действительно старается, что ограничивало его. Гермионе не нужно было делать вид, что она относится к этому надменно и не прилагает особых усилий, поэтому она постоянно была погружена в книги или окружена своими заметками. Они стали встречаться по ночам, и Драко с Гермионой без промедлений шли друг к другу, налетая с требованиями помочь с каким-то предметом или заклинанием. Гермиона натаскивала Драко в арифметических формулах, пока он исправлял движения ее палочки, а остальные просто не лезли и занимались между собой, не желая попадать между двух огней. Экзамены практически закончились, когда Гарри получил записку от Хагрида, в которой тот писал, что Клювокрыла казнят на закате. Он, Рон и Гермиона сошлись во мнении, что им стоило прийти и успокоить его, поэтому они отправились к его хижине сразу же после ужина. Вдруг кто-то постучал в дверь, и Гарри был удивлен, когда увидел за ней Драко.

~

Драко не хотел идти. Это не было его виной - во всем был виноват Хагрид, который вообще притащил настолько опасное животное. Но его живот все еще скручивало ужасное чувство вины, с которым он ничего не мог поделать, и к сожалению, единственным известным ему способом прогнать это был разговор с гриффиндорцами. - Прикрой меня, - сказал он Блэйзу, запихивая ноги в ботинки. - Не попадись! - вслед ему крикнул Блэйз, но он не выглядел особенно обеспокоенным, потому что даже не оторвался от своего журнала. По пути к хижине полукровки он дважды практически убедил себя развернуться и пойти обратно, в особенности потому, что скоро на территории должен был появиться его отец, и последнее, что ему было нужно - это чтобы его отец поймал его за разговором с Хагридом. Но он был практически уверен, что если он не придет к нему сейчас, то оно не будет считаться, поэтому это было единственным его шансом избавиться от этого ужасного чувства в животе, и это было его единственной мотивацией. Он постучал в дверь. Хагрид открыл ее, и когда он заметил внутри соулмейта и его друзей, он сразу же обо всем пожалел. Делать это на публику было гораздо, гораздо хуже. - Малфой, - осторожно сказал Хагрид, - тебе что-то нужно? - Видимо, он вспомнил, что никому из них нельзя было быть вне замка в такое позднее время, поэтому он попробовал заслонить гриффиндорцев и одновременно придать своему лицу несколько разочарованное выражение. Драко покачал головой и успокаивающе помахал рукой. Хагрид немного расслабился, но только немного. - Могу я войти? - через силу спросил он. - Я здесь не для того, чтобы приносить неприятности. Хагрид явно был в сомнении насчет последнего, и это было справедливо, но все равно шагнул назад и пропустил его внутрь. Тяжелая дверь захлопнулась за ним, и Драко был рад, что никто из Гриффиндорцев ничего не говорил. - И что это значит? - спросил Хагрид. Он провел руками по своей мантии, не удивившись от того, что они вспотели, но все равно недовольный. - Я просто... я не хочу, чтобы Клювокрыл умер, - сказал он, и лицо Хагрида удивленно вытянулось. - Я считаю, что он ужасная тварь, и нужно быть абсолютным идиотом, чтобы думать, что гиппогриф прекрасно подойдет для первого урока в году, но... Я думаю, что еще тупее, чем приводить гиппогриффа на урок, это делать так, чтобы кто-то пострадал, и не думаю, что ты настолько глупый. Так что... Я понимаю, что ты не хотел, чтобы так случилось, и я пытался сказать папе об этом, я пытался убедить его отпустить его, но он не слушает меня, и я все еще злюсь, чтобы было ясно, но я не хочу, чтобы он умер, - он глубоко вздохнул, понимая, что все это время не дышал, а после сказал, уже мягче, - я не хочу, чтобы кто-то умирал. Он уткнулся взглядом в пол, ожидая, что сейчас Хагрид начнет кричать и прогонит его из хижины. Но... он все равно почувствовал себя лучше. Но это не то, что случилось. Вместо этого Хагрид похлопал Драко по спине свой огромной рукой и сказал: - Все в порядке, не волнуйся из-за этого. Твой папа был прав - мне не надо было приводить такого зверя на урок. Он рискнул взглянуть на него, и Хагрид улыбался ему - его лицо преобразилось, и было что-то теплое в улыбке гиганта, чего Драко никогда раньше не видел. Он хмыкнул и высоко вздернул нос, скрестив руки на груди, чтобы скрыть свое удивление. - Ну, ты уж точно из компашки Скамандера, поэтому не думаю, что от тебя можно ожидать чего-то еще. Он произнес это, словно оскорбление, но это очевидно было комплиментом. Хагрид широко ему улыбался, а его глаза даже немного заблестели. - Черт побери, - ругнулся Рон, нарушив тишину, и пригнулся. - Они идут! Палач, и министр, и Малфой! Э... старший Малфой, - а затем, мгновение спустя, - ЧЕРТ ПОБЕРИ! КОРОСТА! Драко побледнел, наблюдая, как Рон пытается запихнуть найденную и очевидно живую крысу в свой карман. Его отец не мог его здесь найти. Хагрид выставил их за дверь, и хотя под мантией-невидимкой было неудобно и тесно, они все смогли выбраться оттуда незамеченными. Они услышали глухой стук топора, и рука Гарри нашла его руку, но никто из них не издал ни звука.

~

Драко оказался в Визжащей Хижине после того, как Рон исчез в корнях Гремучей Ивы, и после того, как внезапно, кот Гермионы заставил дерево остановиться. Блэк выглядел настолько невменяемым и истощенным, насколько можно было ожидать от сбежавшего заключенного Азкабана. Если они выживут, Драко ясно даст понять Гарри, что такие вещи не происходят ни с кем другим. Они все наставили на Блэка свои палочки, но его соулмейт был настолько зол, что он трясся. Не то чтобы он его не понимал - конечно, он понимал, он пригрозил Люпину смертью, если тот навредит Гарри, и любого, кто убил его родителей, поджидала долгая, мучительная смерть на конце его палочки. Но это был он. Гарри должен был быть лучше него. В этом был весь смысл. - Не делай этого, - спешно проговорил он, и Гарри не отвел с Блэка взгляда, но все его тело содрогнулось. - Я знаю, что ты хочешь этого, и он заслужил это, он изменник, предавший твоих родителей, убивший их этим... - Я бы никогда не предал Джеймса или Лили! - прохрипел Блэк. - Заткнись! - прорычал Драко. - Я пытаюсь спасти твою жизнь, так что заткнись! - на самом деле ему не было дела до того, выживет Блэк или умрет, но ему было дело до того, что сделает с Гарри его убийство. Гарри чуть приподнял палочку, и Драко в отчаянии схватил его за запястье. - СТОЙ! Я сделаю это! Гарри замер. - Драко? - неуверенно спросила Гермиона. - Я сделаю это, - повторил он. - В библиотеке моей семьи нет запрещенной секции, но я знаю заклинания, которые сделают ему больно, которые заставят его страдать. Если ты хочешь, чтобы Сириус Блэк умер за предательство твоих родителей, я сделаю это, - Гарри все еще трясся, и он ничего не говорил, поэтому он продолжил. - Как ты хочешь, чтобы я сделал это, Гарри? Хочешь, чтобы я взорвал его глаза? Хочешь, чтобы он медленно задыхался? Хочешь, чтобы я поднял одну из тех сломанных досок и продел их сквозь его живот с помощью вингардиум левиоса? Хочешь, чтобы я попробовал призвать его сердце из его груди? Я отдам его тебе, и ты сможешь сжимать его, пока оно не взорвется, и может в эти секунды до его смерти ты почувствуешь, что в твоих руках - вся его жизнь. Ты этого хочешь? Настало долгое мгновение, когда Драко не был уверен, станет ли он сейчас убийцей, но затем Гарри медленно покачал головой. Он все еще был в ярости, но уже не трясся, больше не выглядел так, словно готов был кого-то убить. Облегчение быстро его покинуло, потому что в следующий момент их палочки вылетели из их рук. Они все оглянулись, чтобы увидеть, как в помещение вошел Люпин. Наступило замешательство, а затем Люпин накинулся на Блэка, обнимая того до тех пор, пока не стало казаться, что сейчас он сломается, и Драко не мог поверить, что это действительно происходит. - Вы издеваетесь? - выпалил Рон. - Вы... Вы монстр! Вы работаете с ним? - Я ВЕРИЛА ВАМ, - прокричала Гермиона. - Я знала, что вы оборотень, и ничего не сказала, потому что думала, что это не имеет значения! Я думала, вы хороший человек! И теперь это? Стоило пойти в Пророк и уволить Вас! Драко, ошеломленный, удивленно на них уставился. Ему... ему нравился Люпин, он считал, что тот был весьма неплох для оборотня, хотя возможно он ошибался насчет оборотней, и большинство из них были как Люпин, а не как в тех страшных историях, что ему в детстве рассказывали родители. Но если все это время он работал с Блэком... но нет, он не мог, люди не обнимаются так, когда они всего лишь сообщники, когда они были всего лишь союзниками. Гарри, Рон и Гермиона все еще продолжали кричать, но Драко припомнил одно из последних занятий по патронусу с Люпином, и внимательнее присмотрелся к Блэку. Его одежда была порвана, свисая с тощего тела. Она была испачкана в пыли и грязи, но она была там - прямо на его запястье, отметка в виде нежной веточки аконита. - Эй, - сказал Драко, схватив Гарри за мантию и потянув. - Смотри, - он указал на что-то пальцем, и Гарри заметил то же, что и он. Гарри перевел взгляд на Люпина и резко выпалил: - Закатите свои рукава, - он снова взглянул на Блэка, который пытался скрыть ее, но было слишком поздно. - Рукав левой руки, если быть точным. - Умно, - мягко сказал Люпин. - Я сделаю это, если вы пообещаете перестать кричать и послушаете. Он бросил им их палочки до того, как они смогли ответить, и Драко схватил свою, думая о том, как же все таки это было глупо. Он надел свою мантию с серебряными пуговицами. Люпин закатил рукав своей левой руки - его запястье украшали маленькие цветы львиного зева. - Вы соулмейты, - шокировано произнес Рон. - Вы двое соулмейты? - Да, - ответил Люпин, взглянув на Сириуса, - и от этого было гораздо больнее верить, что он был шпионом. Блэк покачал головой и прохрипел: - Я тоже думал об этом. Они хотели обвинить в этом тебя, когда я отказался, но я сказал им не делать этого. Они все объяснили, рассказав про карту, как и для чего они ее сделали, про то, как Люпин знал, что нужно прийти, и что Сириус был невиновен, когда он увидел Петтигрю на карте, об анимагии, о секретах и как все пошло не так, и наконец про то, как каждый месяц Люпин пьет волчье противоядие, чтобы сохранить рассудок во время полнолуния. Драко начинал верить в это, когда эта уже ужасная ситуация стала еще хуже - Снейп снял мантию-невидимку Гарри, и оказалось, он практически все это время прятался в углу. В следующее мгновение он связал Люпина, единственного взрослого с палочкой кроме него, и повернулся к Драко. - Мистер Малфой, - произнес он. - Как удивительно встретить Вас здесь. Они все закричали, умоляя его послушать, но Драко не мог ничего услышать, кроме как крови, проходящей через его сердце, и свое бешено бьющееся сердце. Снейп не был похож на Люпина - Драко ничем не мог ему угрожать, и он не смог бы убедить своих родителей не прислушиваться к его словам. Снейп все расскажет его родителям, и это будет началом конца. Он шагнул вперед, подняв палочку, и закричал: - ОБЛИВЕЙТ! Заклинание ударило Снейпа прямо в грудь, и от его силы он пошатнулся, ударился головой о стену хижины и рухнул на пол. Повисла тишина. Гермиона освободила Люпина. Он произнес: - Я думал, у тебя были проблемы с чарами, в которых нет материальных элементов. - Так и есть, - сказал он, тяжело сглотнув. - Я никогда раньше его не накладывал. Рон позеленел, и теперь Драко не думал, что это было вызвано просто болью в ноге. - Так, ты думаешь... это будет как Локхартом в прошлом году? - Узнаем, когда он очнется, - пожал плечами он. - Я читал теорию, я пытался стереть только последние несколько часов, но... да, мы узнаем, когда он очнется, - он сглотнул и подал знак Сириусу и Люпину. - Так о чем вы говорили? Они продолжили свой рассказ, запинаясь по началу, но затем снова увлекаясь, и Гарри все еще относился к этому с недоверием, но Драко им верил. Недоверие Гарри наконец растаяло, когда они превратили Коросту в хныкающего, лысеющего мужчину, который без сомнения был Питером Петтигрю. Он признался в предательстве Джеймса и Лили Потер. Наконец удовлетворенный объяснениями, Сириус забрал у Снейпа палочку, и они с Люпином приготовились забрать у Питера жизнь. Драко отвел взгляд, и он увидел, как Гермиона прячет свое лицо, уткнувшись Рону в плечо. Он практически хотел сделать так же, даже если у Рона и были исключительно костлявые плечи. - Остановитесь. Все они оглянулись. - Гарри? - спросил Люпин. - Остановитесь, - упрямо повторил он, выпрямившись, и суровость загорелась в его глазах. - Я не собирался дать Драко стать убийцей из-за Сириуса. Я не позволю и вам стать убийцами из-за Питера. Я не думаю, что это то, чего хотел бы мой отец, и это не то, чего хочу я. - Он не будет первым, кого я убил, - осторожно произнес Люпин. - Была война, Гарри. - И она закончилась, - ответил Гарри. - Это не война, и мы не убиваем людей даже тогда, когда они этого заслуживают. Это не наша работа. Питер начал завывать о своей благодарности, и Сириус сильно пнул его в ребра, чтобы заставить того заткнуться. Драко прочистил горло: - Было бы гораздо проще очистить твое имя, если мы отдадим аврорам Петтигрю. Гораздо проще, чем если бы мы отдали его труп. - О, не осталось бы никаких следов, - мрачно заверил Сириус и вздохнул. - Но думаю, что ты прав. Вы оба правы. Они связали Петтигрю и Снейпа, и Люпин левитировал их впереди себя. Гермиона и Драко шли по обе стороны Рона, помогая ему прохромать по лестнице. Гарри и Сириус следовали позади, тихо переговариваясь, и Драко очень старался не подслушивать. Они только прошли мимо гремучей ивы, когда облако сдвинулось, и лунный свет упал на землю. Они все взглянули вверх. - Боже мой, - тихо произнесла Гермиона. Следующие несколько минут были ужасающими, и Драко было тяжело уследить за тем, что происходит. Люпин переменился, потому что не выпил зелье, а Петтигрю сбежал. Сириус рванул за ним, но затем вернулся, чтобы отогнать от них Люпина, из-за чего Драко ему безумно благодарен. Ему очень, очень не хотелось воспользоваться своими серебряными пуговицами. Затем, потому что очевидно ситуация не пробила дно, появились дементоры. Не один или два, но все они - дюжины и дюжины, кишащие вокруг них в поиске Блэка. Он, Гермиона и Гарри упали на землю - им было некуда бежать, и внезапно они слишком устали, чтобы двигаться, даже если бы и могли. Он потянулся к Гарри, и подлетевший дементор схватил лицо его соулмейта, и он хотел закричать, хотел спасти его, хотел сделать хоть что-нибудь, но не мог заставить себя пошевелиться. А затем прекрасный серебряный олень ворвался к ним, пронзая дементора, держащего Гарри, своими рогами и отбрасывая его в сторону. Гарри упал на землю. Последнее, что видел Драко, перед тем как потерять сознание - мерцающий патронус, отгоняющий от них дементоров.

~

Гарри очнулся, что всегда было приятным сюрпризом. Он услышал, как говорит Снейп, что было уже гораздо менее приятно. - В последний раз Вам говорю, Министр, я понятия не имею, что мы все там делали, потому что ничего не могу вспомнить. Я очнулся рядом с учениками без сознания, и вернулся с ними в замок. Больше мне сказать нечего. - От головных травм бывают такие последствия, Министр, - примирительно сказал Дамблдор. - Само собой, нет никаких причин продолжать тревожить моего зельевара из-за этого? Разве нельзя освободить его, чтобы он получил столь нужный ему отдых? Фадж выглядел недовольно, но все равно сказал: - Ладно. Вы можете идти, - было слышно, как Снейп быстро прошагал к выходу, а затем дверь открылась и закрылась. - Сириус Блэк сидит в вашем кабинете, неся полную чушь, а Гарри Поттер был найден без сознания на границе Запретного леса. Я устал ждать ответов, Дамблдор! - Ну же, Корнелиус, возможно сейчас не лучшее время для опрометчивых поступков... - Это не опрометчивость! - отрезал Министр. - Блэк пойман, палач уже здесь, я думаю, что вполне очевидно, что произойдет дальше. Нет! Нет. Гарри только встретил своего крестного, он не может уже его потерять, это несправедливо, и в его жизни нет ничего справедливого, но это уже было невыносимо. - Если бы только у нас было больше времени, возможно, две жизни могли бы быть спасены, - вздохнул Дамблдор. - Что за чепуху Вы теперь несете? - выпалил Фадж. - Неважно, пойдемте, нам нужно поймать палача до того, как он вернется в министерство. Они ушли. Гарри резко поднялся, и в больничном крыле все кровати были пусты, кроме четырех. - Ты не спишь? - Само собой, - ответил Драко, тоже приподнимаясь. - О чем говорил Дамблдор? Гермиона встала и скривилась: - Он сказал это мне, я знаю, что нужно делать, - она взглянула на Рона и прикусила губу. - Помфри погрузила его в оздоровительный сон из-за его ноги, и он все равно не может ходить с ней. Нам придется оставить его здесь. - Мы собираемся спасти Сириуса? - спросил Гарри. - Как? - С помощью этого, - Гермиона вытащила подвеску из-под своей мантии. Драко выругался. - Маховик времени? Ты паршивый читер, как много часов ты смогла проучиться с этим? Откуда ты вообще его взяла? - МакГонагалл отдала его мне, чтобы я могла посещать дополнительные занятия, - сказала она. - А теперь поторопитесь и идите сюда, пока никто не зашел, - Гарри не был уверен, что происходит, но он встал и подошел к ней. Гермиона накинула подвеску на их шеи, и золотая цепочка магически расширилась для того, чтобы вместить их троих. - Думаю, трех оборотов хватит. Гарри все стало понятно, когда они оказались на три часа в прошлом. - Невероятно, - выдохнул он. - Вторая жизнь, о которой говорил Дамблдор... Клювокрыл? - Должно быть он, - согласилась Гермиона. - Пойдемте, нам нужно уйти отсюда, чтобы никто нас не увидел. Они прокрались к хижине Хагрида, ожидая, пока Драко из прошлого зашел в нее, чтобы тихо увести оттуда Клювокрыла. Драко дал Гарри и Гермионе идти между ним и зверем, не желая подходить к гиппогрифу ближе, чем необходимо. Палач в исступлении вонзил топор в пень, тот же звук, что они слышали раньше, и все трое тихо залились смехом, прячась на краю леса. После этого оставалось только ждать. Они смотрели, как Рона протащило под Гремучую Иву в Визжащую Хижину, а затем - как все они вышли. Превращение Люпина во второй раз каким-то образом было даже хуже, и Гермиона увела Клювокрыла в пустую хижину Хагрида на случай, если Люпин пойдет в этом направлении. - Ты идешь? - нетерпеливо спросил Драко. - Хотя я очень не хочу, чтобы меня полоснула эта переросшая птица, я в особенности не хочу, чтобы меня покусал оборотень. - Иди, - ответил он, отчаянно желая увидеть того, кто вызвал патронуса и спас их, отчаянно желая увидеть хотя бы след своего отца. Драко смерил его долгим взглядом, после чего вздохнул и расположился рядом с ним. - Если мы помрем, я буду винить тебя. - Справедливо, - сказал он, облокотившись на Драко так, чтобы они соприкасались от плеча до бедра. Ночью в лесу становилось холодно. Стало еще холоднее, когда дементоры заполнили территорию, и он слышал, как Драко стучал зубами рядом с ним. Он все напрягал глаза, пытаясь высмотреть, как его отец появится и спасет его, но рот дементора медленно приближался к прошлому нему, и ничего не происходило. - Оу, - сказал он, и смесь разочарования и гордости пробежалась по нему. - Это был не мой отец. Это был я. - Что? - спросил Драко, но Гарри его проигнорировал. Он подпрыгнул и побежал вперед, выбрасывая руку вперед, высоко держа палочку. Он думал о руке Драко в своей руке, о тех длинных ночах, когда его друзья и друзья Драко стали его друзьями, о том, как Сириус предложил ему бросить Дурслей и жить с ним. - ЭКСПЕКТО ПАТРОНУМ! Прекрасный серебряный олень вырвался из его палочки, пробежав вперед и разогнав дементоров. Драко подошел к нему и встал рядом: - Черт побери, Гарри. - Пойдем, - он взял Драко за руку и потянул в сторону хижины Хагрида. - Нам нужно идти. На Клювокрыле Гарри подлетел к окну кабинета Дамблдора и отпер засов. Сириус изумленно смотрел на него, взбираясь на спину Клювокрыла. Они приземлились, и Драко с Гермионой стояли в стороне, давая им возможность попрощаться. - Я пришел сюда, чтобы спасти тебя, и вместо этого спасаешь меня ты, - сказал Сириус, и его голос до сих пор был хриплым от того, как редко он им пользовался. Гарри пожал плечами: - Ты сможешь спасти меня в следующий раз. Сириус захохотал, и на мгновение его лицо полностью изменилось - он выглядел моложе. Он взлохматил волосы Гарри: - Мне нравятся твои друзья. Хотя я и не очень уверен в этом мальчишке Малфоев. - Он тоже Блэк, - Гарри почувствовал необходимость уточнения. - Твоя двоюродная сестра - его мама. Сириус фыркнул: - От этого не легче. - Не знаю, - произнес он. - Я встречал больше Блэков, которые мне нравились, чем нет. Он улыбнулся в ответ: - Позаботься о себе, хорошо? Я буду писать, когда смогу, если... если ты захочешь. - Да! - сразу же ответил Гарри. - Я тоже. Ведь все-таки, ты мой крестный отец. - Да, - хрипло ответил он, - так и есть, - Сириус притянул его в сильные объятия, и он старался не думать о том, как мог посчитать ребра Сириуса через их одежду, - Нам пора, у вас заканчивается время. Он был прав, но Гарри не мог заставить себя отвести взгляд до тех пор, пока Сириус не превратился в маленькую точку на небе. Они добрались до больничного крыла как раз вовремя, чтобы увидеть себя исчезающими.

~

Пэнси и Блэйз были в ярости, что все произошло без них, и заставили Драко подробно изложить каждую деталь, иногда даже не один раз оттого, насколько неправдоподобно все звучало. Драко не знал, сколько конкретно времени стерло его заклинание забвения у Снейпа, но он не был удивлен тому, что Люпин профессор, поэтому пойдет и так. Это не могло быть больше года, хотя судя по тому, как Снейп проводил большую часть времени, запершись в своем офисе, Драко решил, что это было гораздо больше нескольких часов. А это, само собой, значило, что некому было возразить ему, когда он сказал, что увидел, как гриффиндорцы скрылись куда-то, поэтому он рассказал об этом Снейпу и пошел со своим деканом к Визжащей Хижине. Это значило, что Снейп получил от его матери громовещатель, в котором она ругалась о правильном уходе за детьми, и ее гневный голос было слышно по всей гостиной слизерина. Драко выходит из этой ситуации так, словно просто наткнулся на весь этот хаос, и не имеет к нему никакого личного отношения. Дементоров отправили обратно в Азкабан в ту же ночь. Его отец созвал срочное совещание Попечительского Совета, и все они собрались вместе, пригрозив Фаджу реальной юридической ответственностью, если бы он немедленно не убрал бы этих существ со школьной территории. К счастью, во всем этом хаосе с дементорами и Сириусом Люпин совершенно не упоминался. Это означало, что он абсолютно не ожидал того, что в конце письма от его родителей отец напишет о том, что Люпин уходит в отставку. Он кинул письмо и рванул к классу защиты еще до того, как обдумал это, врываясь внутрь и выкрикивая: - Что Вы делаете? - Собираю вещи, - спокойно сказал Люпин, и да - большая часть класса уже была упакована. Уголки его губ дрогнули. - Я рад, что с тобой все в порядке после того, что случилось. Ты пришел сюда для того, чтобы наказать меня по совету своей матери? Боюсь, это будет не настолько эффективно, потому что я уже ухожу, - его взгляд переместился на плащ Драко. - Или ты пришел, чтобы воспользоваться методом твоего отца? Ты сказал, что это произойдет, если я подвергну Гарри опасности, и я не думаю, что мою трансформацию перед ним можно назвать как-то иначе. Ошеломленный, Драко просто смотрел. - Вингардиум левиоса, - произнес он, и его серебряные пуговицы оторвались от его плаща. Люпин шагнул назад, и его лицо помрачнело, пока он тянулся за своей палочкой. - Редитус! Пуговицы исчезли, вернувшись в поместье. Люпин моргнул, приоткрыл рот, затем снова его закрыв. - Мистер Малфой? - Мне все равно, что Вы оборотень! - в ярости выпалил он. - Мы были там с Петтигрю и дементорами, и Вы были наименее ужасающим из них, даже когда трансформировались. Это... пугающе, и ужасно. Но я не думаю, что Вы можете как-то исправить то, что Вы оборотень, как и Милли не может исправить то, что ее мать - маггл, или то, что Гермиона - грязнокровка, или что Хагрид - полукровка. Поэтому... поэтому я решил, что это неважно. - Правда? - спросил Люпин, улыбаясь, и вокруг его глаз появились тонкие морщины. Драко нахмурился: - Нам было бы хуже, чем мертвым, если бы Вы не обучили Гарри заклинанию патронуса. Нам нужен профессор, который будет знать, что он делает, и никто не знает, что Вы оборотень, и они не узнают об этом от меня. Не уходите.

~

Прямо из лачуги Хагрида Гарри побежал в класс Люпина, распахнув дверь и увидев Драко, мрачно глядевшего на улыбающегося Люпина. - Вы уходите? - настойчиво спросил он. - Слухи быстро расходятся, - насмешливо произнес Люпин. - Да, это так. Драко закатил глаза: - Замечательно, может хоть ты сможешь донести до него что-нибудь разумное, меня он не слушает, - он вышел, столкнувшись с Гарри плечом. Люпин внимательно смотрел, как тот уходит, дождавшись момента, когда он захлопнет дверь: - Знаешь, мне кажется, мне нравится этот парень. - Он проникся к Вам, - признал Гарри. - Не уходите. Пожалуйста. Вы лучший преподаватель, который у нас когда-либо был. - В прошлую ночь нам ужасно повезло, - сказал он. - Я мог навредить кому-то из вас, или куда хуже. Я не должен быть рядом с учениками, когда трансформируюсь. Все в порядке... у меня есть год в качестве преподавателя Хогвартса в моем резюме. Мне будет гораздо легче получить другую работу. - А как же мы? - спросил Гарри, сжимая руки в кулаки, и пытаясь не сказать - а как же я? Люпин смягчился: - Я буду поддерживать связь. Я вам не нужен... ты и твои друзья доказали, что вы прекрасно можете позаботиться о себе. Тем более, - он дотронулся до левого запястья, - я нужен Сириусу. Нам многое нужно наверстать, - он улыбнулся, и по его лицу пробежал след ностальгии. - Сириус и я получили наши отметки в первый же день учебы. Когда он получил свою форму анимагуса, Джеймс сказал, что это знак, что мы все должны были стать друзьями, потому что в Индии львиный зев известен, как собачьи цветы, и без него мы не узнали бы об этом. Гарри практически рассказал ему о Драко, о его собственной отметке, но сдержался. Это был не только его секрет. - Позаботьтесь друг о друге, хорошо? Я ведь только нашел вас. Люпин взлохматил его волосы и достал что-то из своего стола: - Полагаю, мне нужно отдать это вам. Мне она не пригодится. Он протянул Карту Мародеров, и Гарри, покраснев, взял ее. Он практически хотел оставить для себя, хотел оставить это напоминание об отце для себя, но это было не очень справедливо. - Эм, как Вы думаете, я имею в виду... Можно ли отдать ее обратно Фреду и Джорджу? Она им неплохо пригождалась, и это карта была сделана шутниками для шутников, поэтому мне кажется, что она должна быть у них. - Если ты этого хочешь, - удивленно промолвил Люпин. - Но она весьма полезна. Я удивлен, что ты не хочешь оставить ее себе. - Ну, - Гарри потер затылок, - суть в том, что после того, как Вы забрали ее, мы как бы... сделали свою собственную? Драко и Гермиона вычислили все заклинания и вещи, которыми вы воспользовались, перед тем как Вы забрали ее, поэтому после этого было легко понять, как создать ее самим. На вашей карте нет каких-то вещей, на самом деле, - добавил он просто для того, чтобы рассмешить Люпина. - Я впечатлен, - ответил он. - У нас ушло два года, чтобы сделать эту карту. - Вы сделали ее из ничего, - рассудительно произнес Гарри. - Нам не пришлось, - он замешкался, но добавил, - мы назвали ее Картой Химеры, потому что мы все очень разные, а химеры скрещивают в себе множество существ, включая льва и змею, поэтому нам показалось, что оно подходит. - Да, - с теплотой отозвался Люпин. - Я думаю, оно прекрасно подходит.

~

Гарри закатил глаза, когда Драко распахнул дверь в купе, насмехнулся: "Неудачники" - и зашел внутрь в сопровождении Пэнси и Блэйза. Гермиона наложила запирающее заклинание на дверь, а Драко - заглушающие чары, чтобы перестраховаться от подслушиваний. - Подвиньтесь, - фыркнула Пэнси, садясь рядом с Гермионой, и Блэйз сел рядом с ней, в то время как Драко пихнул Рона и рухнул напротив него. Им придется уйти перед тем, как они прибудут на станцию, чтобы отвести подозрения, но перед этим у них была еще пара часов. - Это что? - Сова, - с сомнением сказал Рон. - Сириус отдал ее мне. Он ткнул шарик из перьев. - Не похоже, что она может много перенести. Гарри рассмеялся, когда все слизеринцы окинули сову критичным взглядом. - Кто хочет сыграть в Подрывного Дурака? - спросил он. - Можно и развлечься перед тем, как начнется лето. - Просто еще раз вздуй свою тетку, - предложил Блэйз. Рон хохотнул: - Я уже поговорил с мамой насчет того, чтобы ты провел с нами часть лета... к счастью, тебе не придется долго жить с Дурслями. - У нас будут зеркала, - сказал Драко. - Слава Мерлину, тебе не придется общаться с одними магглами. Гермиона подалась вперед: - Кстати, как тебе удалось заколдовать те зеркала? Рон простонал, и начав раздавать карты, громко рассуждая о своих планах на каникулы, чтобы вся поездка до дома не превратилась в занятие по чарам. Драко столкнул Рона на пол, и Гермиона наложила на него щекочущее заклинание. Оказалось, что у Рона к нему была раздражающая стойкость. - Пять старших братьев, двое из которых - Фред и Джордж, - самодовольно напомнил он, что не оставило остальным иного выхода, кроме как всю дорогу пытаться внезапно пощекотать его, чтобы вызвать у него смех. Пэнси была единственной, у кого это получилось. К тому моменту, как поезд подошел к станции, Гарри практически забыл об ужасе предстоящего лета.