Пустота

-Тебе не кажется, что здесь слишком холодно? - бормочет Блаус, натягивая одеяло до подбородка. -Нет. Но у меня почему-то мурашки по всему телу.- говорит Криста, растирая себя ладонями. Они сидят в комнате. Ирен вместе с ними. Когда Саша в очередной раз громко чихает, то нервы не выдерживают, по комнате разносится крик. -Марш в лазарет! На что в ответ летит интересная рифмовочка: -А Ханжи нет! Ирен потирает устало переносицу. Нет, но умудриться заболеть. Хотя, кому будет под силу не простудиться после поездки в столицу под проливным дождём. -Лежите тут. Я за чаем и вернусь. Как бы Кирштайн не строила из себя железо, всё-таки слабости у неё были. Она чертовски боялась холода и почти никогда не оставалась в холодных местах, поэтому заколённой и отнюдь не была. И у самой Ирен жар. -Черт. Этого ещё не хватало. - стукнула себя по лбу девушка. Она пришла в столовую, чтобы заварить чаю больным подругам, а чая-то нет. Она идёт широким строевым шагом к кабинету капрала и стучит. В принципе, другой на её месте волновался,но она не боялась Леви с их первой встречи. Только сердце ничем не умеешь остановить. Бьётся часто и громко, как безумное. -Грёбанная температура. - шикает она прежде, чем по ту сторону двери слышится: -Войдите! Кирштайн не спеша входит в кабинет, боясь наверное споткнуться о несуществующую пыль. В кабинете Аккермана не так светло, как в коридоре, но писать можно. Ирен отдала честь, вытянувшись по струнке. -Сэр, я хотела попросить немного чая, точнее заварки. Леви удивлёно приподнял бровь. -Чая? А что в столовой... -Его нет. А у рядовых Блаус и Ленц жар. Они видимо простудились. Капрал лишь качнул головой, ничего не отвечая, а Кирштайн самой становилось всё хуже и хуже. -Хорошо. Обычно у меня никто его не просит. А очкастая, которая на данный момент в отъезде, его бессовестно ворует. Опять прихватила с собой несколько упаковок. Он протягивает ей небольшую коробочку желтого цвета. -А у вас есть ещё? Не хочется забирать последнее. -Угомонись. Любезность здесь ничего не играет. - деловито говорит Леви, опускаясь в рабочее кресло. - У меня его полно. Ирен снова отдаёт честь и собирается уходить, как вдруг: -А ну, стой. Девушка оборачивается на голос и не понимающе смотрит на Леви. -Подойди-ка сюда. Ирен не спеша подходит. -Нагнись. Что? Что ему нужно? Не выдавая и капли волнения она опускает голову. Холодная ладонь задерживается на лбу, оставляя не приятные ощущения какого-то холода. Странно, видимо болезнь даёт о себе знать. Там, в зале суда, его ладонь была тёплой. -Ну что, геройской натуре везде нужны геройства. Ты сама больна. Ирен недовольно отводит взгляд. -И как теперь - разводит она руками- они больны не меньше. -Ты права, но хотя бы и себе заварить горячего чаю, тоже не помешает. Ирен качает головой в ответ и уходит, оставляя в кабинете едва уловимый странный, но приятный запах. -Ромашка. - подводит итоги капрал. - наипростейший цветок. Но из него можно заварить вкусный чай. **** Эрен вбегает в комнату девушек без стука. Его широко раскрытые глаза блестят на свету. Лицо не выражает ничего, кроме удивления. -Там... Т.. - произносит он, задыхаясь. -Титан? -Там... Микаса... она... -Да что?! Умирает?! -Заболела. -Идиот- кидает Кирштайн напоследок, выходя из комнаты. И направляясь в сторону двери, которая ведёт прямиком в комнату Микасы. Ирен не понимает, почему не желает ни кого бросать и за прошедшие три часа стала почти, как Зое. Почему, ведь ей самой так плохо? Но это сейчас не важно - главное, что сейчас у неё в комнате стоит коробочка с чаем, которая помогает многим. И мало кто знает, что капрал мирно стоит за углом и наблюдает за тем, как Ирен бегает от комнаты к комнате, давя желание упасть. Что в этой девушке не то? Наверное, чрезмерная доброта к окружающим. Превращается в титана, берётся за любую работу, владеет холодным рассудком и прекрасной техникой рукопашного боя. Что с ней не так? Может то, что она заставляет его чувствовать себя довольно странно. Капрал уловимо ощущает, как жар расползается по щекам. -Неужели заразился? - он прикладывает ко лбу ладонь. - Да нет...