Пустота

Огромный зал суда изначально был каким-то через чур не приветливым и подозрительным. Ирен здесь не нравилось всё. Начиная с пыли на подоконнике, заканчивая судьей. А ещё были люди из города и городской полиции. И были взгляды, полные призрения и ненависти в сторону разведчиков. Капрала это очень раздражало. Он был ранен на вылазке, устал, всю дорогу хотел убить картофельную девку и все здание суда сжечь к чертям собачьим. А ещё и городской полиции не хватало. Он уже дважды просил Ирвина убить его и больше не мучать народ, но тот ответил, что Аккерман ведёт себя как ребёнок. Заседание уже началось. Кажется, что весь мир ополчился против разведки. Что же от них было нужно? Из-за стола встал высокий брюнет, лет тридцати, облаченный в форму военной полиции и начал свою речь: -Я хочу представить свои обвинения в пользу легиона разведки. В этот раз государство утратило больше денег, но результатов это не дало вовсе. Только потери... - зал зашумел в знак согласия, Леви напрягся, Ирвин оставался прежним. - И возникает вопрос: "Зачем существует разведка?". Может за тем, чтобы люди вкладывали доходы в черную дыру? -И что же вы предлагаете? - обратился к нему судья.- прекратить существование разведки? -Я предпологаю, - улыбнулся тот, - что нужно заменить начальство. Нужны свежие и честные кадры. -Что вы имеете в виду? -О, сэр, а вы разве не заметили, что большая часть их отряда состоит из девушек? Напрашивается тот вывод, что они попали туда через постель! Зал вновь зашумел. Леви стиснул челюсти так, что послышался хруст. -А как вы можете доказать данный факт? - спросил Ирвин. -А пусть кто-нибудь из этих красавиц сразится со мной. Да хоть та, - он небрежно ткнул пальцем в Ирен. - Слишком щуплая, да и на солдата не похожа, скорее на... - он прыснул. То, что сейчас происходило с Ирен грех было назвать гневом, да и злостью тоже. Она хотела убить его на месте, растерзать. Знала бы эта мразь, что им пришлось пережить за стенами. Нет, она заставит его мучатся. -Имя рядовой. -Ирен Кирштайн, сэр. -Ты можешь отказаться от сражения, но тогда Джейк победит автоматически. -Пожалей себя, девочка, говорят, что я сильнее вашего Аккермана. Он улыбается, насмехается над ней. Ирен, борись! -Да он силён. - говорит Ирвин. -Но запомни, что в данный момент я верю в тебя. И Леви тоже верит. Она поворачивается в сторону капрала, тот говорит ей: -Все верят. Ты должна сама решить, спасти ли нас в этот раз. -Так, Ирен выйдет бороться? - спрашивает судья. -Да. Снова ухмылка. Такая зверская, что кровь стынет в жилах. Но мало кто знает, что за этой ухмылкой пустота раненного сердца. Она стоит, помня, что превратится в титана нельзя. Она устала. Прошло лишь три дня с момента возвращения за стены, смерть друзей, превращение в гиганта и бесплодность. Всё давит. Он нападает. Она уворачивается. Снова и снова. Она будто в вакууме. И... Удар, сбивающий с ног. Она падает, прижимая руки к груди. Прошлое её падение привело к смерти матери. Все, как и тогда. Смех этого ублюдка, головная боль, рвотные позывы и глаза, смотрящие с надеждой. Братья, сестры, товарищи, Ирвин, Леви... Поверили в воровку с улиц подземного города. Поверили в ничтожество. Прошлый раз она проиграла и погибла мама, в этот раз погибнет целый отряд. Пол и потолок. От края до края. Она вновь наполнена гневом и поднимается за счет него. Сталью пропитан даже воздух, так ей кажется. -Замечательная разминка, - прогибаясь в спине говорит Кирштайн,- но... Вы почти проиграли этот бой! Не знаете, с кем имеете дело. -Я думал, что не заставлю тебя страдать. Он кидается вперёд. Один удар и он падает на колени, а потом еще и еще... Она выворачивает ему руку так, что ломает её почти напополам. Даже кость выступает и прорывает кожу. Тот кричит и просит о пощаде. Наивный, он не понимает, что она уже поддалась и щадить потом не должна. -Да кто ты, чёрт возьми, такая? -Ирен Кирштайн, сэр. Она приподнимает его над полом и швыряет о судейскую требуну. Слышится негодование народа. Руки стягивает кровь и когда она всё-таки достигает Ирвина, то слышит короткое "молодец" и весело хмыкает. -Кирштайн, -Леви протягивает ей свою ладонь. - ты не посмела подвести своих товарищей, ты замечательный боец. Она пожимает его руку, забывая, что её пальцы в крови того идиота. Леви лишь ведёт носом, совсем как кот. Ирен замирает. Кажется для этого рукопожатия она и жила. Странное тепло от вечно холодного капрала, но... Она ещё долго держит тёплую руку и сердце, бьющееся твёрдо и размеренно, набирает скорость. Такое приятное щекочущее чувство. Капрал и сам не рад такому исходу дел. Пока она была там, он смотрел, крепко сжимая тонкими пальцами барьер. По деревянному ограждению вниз пошла трещина. Он был готов вывернуть того идиота на изнанку Она была готова вывернуть того идиота на изнанку. Только для того, чтобы еще раз пожать руку. И послушать, как мертвецки холодное до селе сердце, стучит громче, сбиваясь с ритма. И молится, чтобы это оказалось правдой. Или же снова показалось? .