Все, что тебе нужно - это я

Наверное кто-то сверху решил надо мной поиздеваться. Эта мысль упорно билась в голове, пока я наблюдал, как Антон ходит по моей кухне. Антон. На моей кухне. И мы были только вдвоем. От этой мысли я едва не застонал. Хуже и быть не могло. Сейчас на нём были спортивные штаны, а не только боксеры, как несколько минут назад, так что мне было проще сосредоточиться на том, что он говорил. - Что ты делаешь? - сухо поинтересовался я, глядя как Антон роется в холодильнике. - В смысле? Пытаюсь сообразить, что мы будем есть. Нам же нужно чем-то питаться, - он закрыл холодильник и посмотрел на меня. При этом вид у него был задумчивый и очень забавный, как будто перед ним возникла проблема глобального масштаба. Он почесал затылок. - Может, заказать пиццу? - Хватит уже есть что попало. Мы можем просто приготовить что-нибудь, - я хотел встать, снова позабыв про ногу, но острая боль тут же напомнила о себе, и я со стоном упал обратно на стул. Вот же дебил. Но мой порыв оказался не совсем напрасным, потому что Антон мгновенно оказался рядом. - Ты как? - его лицо стало встревоженным. - Сиди смирно, понял? Тебе вообще нужно лежать, как сказал врач. - Я не собираюсь весь день лежать как бревно. - Тогда пожалуйста, хотя бы сиди. Боль утихла, и я покорно кивнул, мысленно удивляясь его заботе. Это было неожиданно приятно - вновь почувствовать, как о тебе кто-то заботится. - Придётся тебе побыть моими руками. Раз сам я не могу ничего делать, то хотя бы буду руководить. - Да не вопрос, - он согласно кивнул и огляделся, - говори, что мне делать? - Сначала определим, что у нас есть. Посмотри в шкафу, там что-то должно быть из круп. - А ты на самом деле умеешь вот это всё… Ну, готовить и всё такое? - спросил он, роясь в верхних шкафчиках. - Я вижу рис, гречку и макароны. - Умею. Доставай рис, - ответил я. Мой взгляд остановился на его спине. Пока он тянулся, футболка задралась, оголив полоску светлой кожи. Мой пульс участился. Я чувствовал себя стыдливым подростком, подглядывающим за девчонками в раздевалке. Только вот тут была отнюдь не девчонка, а высокий молодой парень, волновавший меня до чёртиков. И под штанами на нём были боксеры красного цвета. - Тогда мы будем оба обездвижены. - В каком смысле? - не понял я, с трудом отвлекшись от лицезрения его исподнего. - Ну, - он бросил на стол пачку макарон, - у меня аллергия на все крупы. - Серьёзно? Антон кивнул. Я вспомнил, что он когда-то упоминал об этом, но я видимо забыл. - Я просто сразу опухаю и… короче, будет очень плохо, - он подкрепил слова жестикуляцией рук. Представив это, я не удержался от широкой улыбки. - Хорошо, тогда макароны. - Так. И как их варить? Вздохнув, я стал руководить им, объясняя, что и как делать. Моя бывшая жена не особо любила готовить, а вот я почему-то с детства питал интерес к этому, хотя никогда сам не ел ососбо много. - Отлично, - похвалил я, когда на плите закипела кастрюлька с водой, - теперь бросай туда макароны и засекай время. Всё это выглядело очень по-домашнему, словно мы были какой-то семейной парочкой. Я раздражённо отмахнулся от этой мысли. Антон беспрекословно исполнял все мои приказы, суетясь между плитой и обеденным столом. Он достал и распаковал сосиски (больше ничего в холодильнике не нашлось,так как ребята хорошо подчистили мои запасы прошлым вечером) и даже кое-как, не без ругательств, пожарил их на сковороде. Где-то спустя пол часа мы наконец могли лицезреть на тарелках плод наших общих стараний. Антон уселся напротив и пододвинул мне тарелку. - Е-booy, - протянул он довольно свою коронную фразу, явно гордый своими стараниями и ухватился за вилку. Заметив мой взгляд он нахмурился: - Ты как-то странно смотришь на меня. Все слова вдруг застряли в горле, я просто не мог отвести от него глаз. И откуда эта глупая радость от того, что он здесь? Я взял вилку и повертел её в руках. Потом пожал плечами. - Просто… непривычно видеть тебя здесь. В моей квартире, я имею ввиду. Антон опустил взгляд на свою тарелку. - Да. Я и не думал, что задержусь. Он машинально поправил пятернёй чёлку, опять выдавая своё волнение. Я заметил, что его русые волосы немного отросли, пока мы не виделись. Думал ли он обо мне хоть раз за это время? Мне хотелось спросить, что он делал, как жил… Но он наверняка начал бы говорить про то, как весело проводил время со своей девушкой, и поэтому я молчал. - Знаешь, я рад, что ты остался, - мой голос вдруг охрип от волнения. - Просто… Ну, я не ожидал этого. Он вскинул на меня удивленные глаза, но ничего не сказал. Я давно заметил, что когда мы были в компании с друзьями, он был более общителен и открыт, чем когда мы оставались наедине. Но на аппетит это никак не влияло. Тарелка Антона быстро опустела, пока мы разговаривали. Я подавил улыбку: куда бы мы не ездили все вчетвером - почти на всех видео, которые Дима снимал, Антон обычно что-то жевал. По мне это было довольно мило и забавно. Он отодвинул тарелку и поёрзал на стуле, устраивая удобнее длинные ноги под столом. В этот момент раздался звонок в дверь, и Антон пошёл посмотреть кто это. Вернулся он не один, а с моей соседкой, теть Светой. При виде неё я едва не застонал. Нет, она была очень милой старушкой и совсем не походила на вредных бабулек её возраста, которые сидели возле подъезда. Но тетя Света с самого моего переезда решила взять меня под свое крыло, узнав, что я развелся. И теперь сватала мне, можно сказать, всё, что движется. Сначала это были ее знакомые женщины и девушки. А потом, когда я упорно стал вежливо отвергать её «варианты» она стала подозревать нечистое и намекать на знакомых по мужской линии. Слава богу, пока это были только намёки. - Сенечка, я тебе тут пирожки принесла, а то небось опять сидишь с пустым холодильником! - запричитала она. При слове «Сенечка» меня знатно передернуло, но я уже смирился с тем, что она упорно называла меня этим именем. Теть Свету не переспоришь. Антон, стоявший рядом с непонимающим лицом, переводил взгляд то на меня, то на соседку. - Звоню я в дверь, а мне открывает этот молодой человек, - протянула теть Света, заботливо запихивая пирожки в холодильник. - И я думаю: Ну наконец-то у Сенечки гости, а то всё один, да один! - она заулыбалась. Я заметил, как её взгляд оценивающе прошелся по Антону, потом она повернулась ко мне и заговорщецки подмигнула. - А мальчик то хороший! Ты погляди какой высокий, да красивый! - Спасибо, - растерянно пробормотал Антон, явно не понимая, что происходит. В отличие от него, я прекрасно понял, какой поворот приняли мысли неугомонной старушки и поспешно решил представить ей своего гостя, пока её ещё можно было остановить. - Теть Свет, это мой друг, мы работаем вместе. Просто я подвернул ногу и он остался помогать мне, пока я не поправлюсь. Но судя по лицу соседки, она для себя уже всё решила. Она ласково похлопала меня по руке: - Дороги нынче скользкие, я сама чуть бедро не повредила, - потом она понизила голос, - главное, надеюсь, этот мальчик у тебя надолго. Она снова хитро подмигнула и спешно засобиралась уходить, сказав, что у неё ещё полно дел. Я с досадой услышал, как в коридоре она что-то сказала Антону, и тот рассмеялся. - Какая милая старушка, - сказал он, вернувшись, и улыбнулся. - Да, тетя Света она... такая. А что она сказала? - забеспокоился я. - Ты над чем-то смеялся. Антон достал пирожок из пакета. И с блаженным видом понюхал. - Да. Она наказала мне лечить тебя всеми способами, - ответил он, жуя. - Я не понял, что она имеет ввиду, но она забавная. Мне бы такую соседку. У меня в Воронеже соседи не очень приветливые. Я промолчал, решив, что не стоит пояснять смысл её слов. - Почему ты не сказал, что давно развёлся с женой? - вдруг спросил он, вновь усевшись. - Тебе Поз сказал? - Да. В ответ я помолчал, собираясь с мыслями: - Это довольно болезненная для меня тема пока. Мне бы не хотелось говорить об этом. Его лицо стало задумчивым. Он кивнул и посмотрел в окно. - Я знаю, это не моё дело, извини. Повисло молчание. Я вздохнул и откинулся назад. Есть совсем расхотелось. - Думаю, мы просто разлюбили друг друга. И уже давно, - признался я. - Только понял я это недавно. Вот и всё. Он молча кивнул. - Единственное, о чем я сожалею, это что мало вижусь с Кьярой,- вздохнул я, имея ввиду дочь. Почему рассказываю ему всё это я и сам не знал. Вряд ли Антону это было нужно. Но неожиданно я испытал потребность выговориться, выплеснуть скопившуюся за время горечь и разочарование. Может, я просто нуждался в поддержке, а он как раз оказался рядом. - Все наладится. Так бывает. Наверное любовь со временем проходит. Я криво усмехнулся: - Думаю, что любовь и всякие там чувства это не по мне. Больше я не собираюсь ввязываться в эту хрень. После этих слов я замолчал. Я ожидал, что сейчас он начнет рассказывать, как влюблён в свою девушку, и что я не прав, и любовь это смысл жизни и все такое. Но он только пожал плечами. Потом убрал со стола и помог мне переместиться в зал. Так как заняться было нечем, то было решено посмотреть какое-нибудь кино. Я разрешил Антону выбрать что-то на свой вкус и он включил «Крепкий орешек». Сидя на диване, я молча наблюдал за его движениями. Он включил фильм и отлучился ненадолго покурить на балконе. Когда он возвращался, я услышал, что он с кем-то тихо разговаривает по телефону, но ,войдя в комнату, быстро закончил разговор и выключил телефон. Каким-то шестым чувством я догадался, что это была Ира. И тут же подумал, что, наверное, сейчас он предпочёл бы быть с ней, чем здесь со мной и ждёт не дождётся, как бы вернуться в Воронеж. Что было весьма разумно, конечно же. Эта мысль знатно испортила мне настроение и весь фильм я просидел в унылом настроении, не особо следя за сюжетом, который я и так знал наизусть. Иногда я незаметно посматривал на Антона. Я чувствовал слабый запах сигарет, исходивший от него. Вот он, сидит совсем рядом. Протяни руку и можно дотронуться. Но трогать было нельзя - можно только смотреть. Чёрт, ведь так было всегда. - Ты какой-то задумчивый, - он встал и выключил ноутбук. «Ведь он наверняка даже ни разу не подумал о тебе за то время, что вы не виделись», - едко напомнил мне внутренний голос, который я незамедлительно послал подальше. - Просто до сих пор не верится, что вот так я провёл свой День Рождения, - поморщился я, посмотрев на лодыжку. Антон улыбнулся. Потом подошёл к шкафу, где стояли фотографии Алены с Кьярой. - Это Кьяра? - спросил он, разглядывая фото. - Да, - ответил я невольно улыбнувшись, так как обожал свою дочь. - Такая забавная здесь, - прокомментировал он, тоже улыбнувшись. Потом посмотрел на меня. - Я ужасно скучаю по ней. Сейчас мы редко видимся. Он осторожно поставил фотографию на место, после чего вернулся и сел рядом. Мой взгляд рассеянно остановился на часах, стоявших на столе. Я помолчал, пытаясь собраться с мыслями. - Знаешь, я думал о тебе. Эти слова вырвались сами собой, и я едва не выругался вслух, жалея, что не сдержался. Он не шелохнулся, опустив голову и глядя куда-то в сторону. - Арс, не надо. Вот и всё. Теперь стало яснее ясного, что мой внутренний противный голос был прав. Чего я добиваюсь? Но мозг упорно продолжал жить своей жизнью и творить непонятную херню. Черт, я же натурал. Натурал… И тут же память услужливо напомнила, как я недавно проснулся утром с эрекцией после сна, в котором был он. И потом, стоя в душе мне пришлось удовлетворять потребности плоти и вновь думать о нём. Хуже всего то, что это был не единичный случай. Что-то мне подсказывало, что если бы он узнал об этом, то вряд ли вызвался бы добровольно моей сиделкой. Мы оба молчали уже несколько минут. Потом мой телефон завибрировал. - Как ты там, развалина? - раздался в трубке веселый голос Матвиенко. - Ещё не подмял Шаста? - Бл*ть, лучше заткнись, - процедил я сквозь зубы. К счастью, мое лицо осталось невозмутимым. Я покосился на Антона, надеясь, что он ничего не слышал. - Я же шучу, - обиделся Серёжа. - Просто шутка. Я так понимаю, тебе там не весело, судя по голосу. - Все нормально. Пока я разговаривал, Антон поднялся и, прихватив сигареты с зажигалкой, снова ушёл. Я проводил его взглядом и тяжко вздохнул. - Как нога? - поинтересовался Серёжа. - Или у тебя сейчас проблемы похуже? - Второе. Он фыркнул мне в ухо. - И что он? Я откинул голову на спинку дивана и раздражённо потер переносицу. - Наверное, безумно счастлив со своей воронежской девчонкой. Сережа в ответ хохотнул. - Чувствую, вы замечательно проведёте время. Не удержавшись, я снова послал его. Мы поговорили ещё какое-то время, и я повесил трубку. Остаток вечера прошёл относительно мирно. С Антоном мы общались на самые нейтральные темы, в основном разговаривали мало. Я чувствовал, что он пытается быть со мной дружелюбным, но при этом между нами словно выстроился невидимый барьер размером с Гранд Каньон. И тем не менее, я упорно придумывал самые разные причины, чтобы не звонить сестре. Ведь она могла спокойно приехать, чтобы помогать мне, пока я не приду в норму, я прекрасно знал это. Но на самом деле причина была всего одна - я не хотел, чтобы Антон уехал, просто не хотел признаться в этом самому себе. Вечером с помощью Антона я добрался до своей комнаты и сел на кровать. - Подожди, - попросил я, заметив, что он собирается уйти. - Можешь дать мне чистую футболку? Не могу спать в том, в чём ходил весь день. Я махнул, показывая в сторону шкафа, и стянул футболку, собираясь сразу переодеться. Я заметил, как он замер, потом поспешно отвёл взгляд и пошёл к шкафу. Мой пульс внезапно участился. Он подошёл, протягивая футболку, но я поймал его руку. - Антон… Мне хотелось сказать: «Не уходи», но я молчал и смотрел в его глаза, сам не зная, чего добиваюсь. Меня тянуло к нему неимоверно. Это просто какое-то сумасшествие. Ведь он был парнем. Но мне нестерпимо хотелось прикоснуться к нему...поцеловать... При этой мысли меня охватило возбуждение. Антон облизнул губы и повернулся, чтобы уйти: - Спокойной ночи, - бросил он и вышел из комнаты. Я со стоном откинулся на кровать и обозвал себя "дебилом", накинув на лицо футболку.