Город Белого Волка

       — Некоторые люди считали, что всех богов создал Ранальд, — услышал Теклис насмешливый голос. — Глупо, но что-то в этом есть. Разумеется, дело не в Ранальде, а в Древних. До них планета была холодной и неуютной…уходя, они оставили здесь то, что может вернуть те времена. И даже поставили стража, который охраняет это оружие. Стража, которого ты хотел обокрасть.....       Архаон словно не замечал ударов топора своего противника. Человек кружил вокруг него, словно волк вокруг загнанного оленя. Всеизбранный кипел от бешенства, смазанный силуэт воина в белой волчьей шкуре был быстр, слишком быстр даже для того, кого наделил своей силой последний бог Империи.        — Империя сгнила, твой город и Аверхайм последнее, что от неё осталось, — Убийца Королей пронзил пустоту, где за миг до этого находился имперец. — Что ты на это скажешь, звериный бог? Конец Времён уже пришёл…        — Ты умрёшь здесь, — отчётливо произнёс воин, на чьем бородатом лице свирепо горели жёлтые волчьи глаза. Человек оскалился, обнажая длинные зубы. — В Городе Белого Волка, моём доме…       Удар секиры был стремителен и достиг цели. Архаон покачнулся, когда оружие имперца обрушилось на его шлем, круша Око Ширииана. Торжествующий вой Ульрика перекрыл все звуки. Волчий бог еще ликовал, когда Архаон атаковал его слугу сам.       Ледяная секира разлетелась на тысячи сверкающих осколков, но слуга волчьего бога не растерялся и железной хваткой вцепился в руку Архаона, заставив его выпустить меч. Всеизбранный зашипел от боли, когда ледяная корка начала покрывать его, а смертельный холод коснулся тела.       «Вот и настал твой последний час, Дайдерих Кастне…»        — Я Архаон и я конец воплощённый, — взревел Вечноизбранный. Он сумел отбросить вцепившегося в него мёртвой хваткой человека. Архаон коснулся искореженного шлема и издал вопль, полный гнева. Он уже не был Трехглазым Королём. Отныне он взирал на мир данными от рождения глазами.       Окровавленная фигура в волчьей шкуре рухнула в снег, усеянный обломками взорванного бастиона. Такой бросок убил бы даже норскийца, но носитель Пламени был крепок. Архаон освободил силу У’зкула и занес Убийцу Королей, когда казалось беспомощный враг поднялся.       Повелитель Конца Времён приближался к нему с неестественной для человека грацией, а по его клинку пробегали чёрные молнии. Его враг спокойно ждал атаки, сжимая самое ненавистное для Архаона оружие, покрытый рунами золоченый молот. Гхал-Мараз пережил Вальтена,как и многих других владельцев.        —Волки не герои, Вечноизбранный, — прохрипел он. — Время героев прошло. Пришло время Эвернахта.       На снег упал изувеченный отпрыск старого графа-выборщика, разорванного в Драквальде зверолюдами. Такой же упрямый, как и все мидденландцы, но все же человек. Тень мощи волчсьего бога укрепила его, но Архаон одолел упрямца, несмотря на вой и рычание его бога. А теперь…       Мидденхаймец, окровавленный и израненный, исчез. На его месте стояла могучая бородатая фигура в бронзовой броне, подобной той, что носили вожди задолго до того, как Зигмар был коронован. С плеч воина ниспадала серебристая волчья шкура, а глаза горели холодным белым огнём.       Архаон с боевым кличем ринулся вперёд, выбрасывая для смертельного удара Убийцу Королей. Боги Империи обманывали его, Зигмар прежде всего, но и остальные, те, кому молился сам Император. Последнее ухищрение волчьего бога его не остановит. Он Всеизбранный, Владыка Конца Времен…       Объятый белым сиянием Гхал-Мараз с грохотом проломил искореженный шлем Архаона.