Без выбора

      Старик, еще бледный как полотно, с неаккуратной, вернее сказать дилетантской, перевязкой на руке, но уже значительно посвежевший, надоедливо шатался по всей квартире. И ладно бы он просто ходил из угла в угол, как часто это делают все нормальные люди, так нет же, при каждом шаге он что-то бессвязно бормотал по поводу нежданно-негаданно пробудившейся способности. И именно сейчас это несказанно раздражало Ацуши. Складывалось ощущение, что Кадзиро специально стремился как можно сильнее расковырять едва покрывшиеся тонкой коркой чувство вины и ответственности за произошедшее (конечно, это было не более, чем игра его воображения, и старик уж точно не собирался давить этим на больное). Накаджима прекрасно понимал (нет), что это все его паранойя, и он зря винит себя в произошедшем с Сэридзавой. В любом случае он не смог бы предотвратить случившееся.        Я не виноват. Именно эти слова Ацуши повторял себе изо дня в день, стараясь перестать испытывать знакомую по детству в этом мире ненависть к себе. Но каждый раз, когда он видел бинты и неестественную безжизненность старика, он вспоминал о своей, пускай и косвенной, причастности к его ранам. А про свою способность Ацуши теперь и вообще ничего не хотел слышать, она прикончила уже одного человека - да это был враг, но сути не меняет - и чуть не убила старика. Вот только его нежелание видеть свою сверхспособность, не означало, что она магическим образом испарится и не объявится одной прекрасной лунной ночью. Кадзиро был полностью прав в своем беспокойстве на эту тему. И Ацуши упорно видел в этом во всем только два решения проблемы: обратиться за помощью к Дазаю или запереть себя в клетку как можно дальше от людей. Первый вариант был хорош и удобен, вот только окончательно довериться Дазаю Накаджима не мог по понятным причинам. Второй вариант был хуже первого тем, что являлся крайне ненадежным и сложно исполнимым. Ведь не было никаких гарантий, что он не разнесет ее к чертям собачьим, а после не закусит каким-нибудь мимо проходящим человеком.       Старик о первом способе решения проблемы конечно же не знал. Потому что соизволить сообщить ему о своем, так сказать, общении с членом портовой мафии Ацуши особо не старался. И из-за этого незнания у него был совсем уж скудный выбор, который включал в себя к тому же совершенно безумные теории. Наподобие контакта с тигром и налаживания дружеских отношений с ним или полного, тотального контроля, над своей сверхспособностью. Но была одна существенная заминка, ничего такого Ацуши брать себе под контроль, а уж в тем более мириться, не хотел, и с превеликой радостью вообще избавился бы от него* и даже не посмотрел на все плюсы в виде: хорошего зрения, аномальной интуиции и так далее по списку.       Правда старик его идею совсем не поддержал и сказал, что со своей сверхспособностью надо ладить и жить в мире и согласии. В ином другом случае она просто сделает жизнь своего хозяина невыносимой. И при этом, как вишенка на торте, привел огромное количество маньяков, которые либо сошли с ума из-за своей способности, либо вообще не знали о том, что она делает ночью. Однако на все эти увещевания у Ацуши был железобетонный аргумент: "Я не буду идти на контакт с тигром, что без пяти минут чуть не убил моего друга."       Кадзиро же отмахивался от этого и искал кучу попыток оправдать зверя, считал, что такой кровожадностью он обзавелся в приюте и надо подождать, когда он станет поспокойнее. В итоге все это вылилось в типичную ссору, где они бессмысленно орали друг на друга минуты три. Надо ли говорить, что в итоге это ни к чему не привело? Поэтому решится на то, чтобы рассказать старику про "друга" мафиози, который сможет стать решением насущной проблем, он попросту боялся. Но тем не менее надо было что-то с этим делать. —"Раз, два, три..." — посчитав про себя для храбрости, он начал, — Старик, у меня есть альтернативное решение проблемы, — сразу после этой фразы Сэридзава резко остановился и с толикой недоверчивости заинтересовано посмотрел, — В общем у меня есть друг с аннулирующей способностью. — Здесь точно есть двойное дно, иначе бы ты сразу сказал мне о нем, — сложив руки на груди, он демонстративно отвернулся от Накаджимы, словно говоря:"Я все еще обижен." — Ты прав есть одна проблема, он член портовой мафии и... — старик настолько быстро развернулся, что Ацуши на долю секунды показалось, что за ним определенно развевается черный плащ, наверное именно так выглядит любой строгий родитель отчитывающий свое непутевое чадо, вот только Ацуши ребенком уж точно не был и в чужих нотациях нуждался меньше всего. — Что прости? Либо у тебя хреновый юмор, либо ты... Господи, просто скажи что ты шутишь. — Я не шучу, это правда одно из лучших решений проблемы. Не надо будет искать сверхпрочную клетку или свободный подвал, где меня запрут, словно минотавра в лабиринте. — Да это рационально. Но какого черта, можно у тебя спросить, ты продолжал втихую общаться с человеком без пяти секунд не убившего тебя? — А какого хрена ты оправдываешь способность почти прибившую тебя. И вообще это мой выбор. — С оправданием ты меня уел, признаю, но перейдем к делу. Я прекрасно понимаю, что ты волен выбирать и все такое, но не быть же таким недальновидным. У тебя вообще с чувством самосохранения все хорошо? — Да, у меня оно отбито еще с детства, но скажи, ты видишь другие варианты решения этой проблемы, плюс ко всему моя интуиция реагирует на это событие положительно. — Ты ненавидишь тигра, но при этом спокойно реагируешь на свою интуицию. И можно ли ей доверять, так как прежде? — Сэридзава задумчиво растрепал и без того прибывающие в полном беспорядке седые волосы, — И если честно, я все же считаю, что это крайне недолгосрочная и хрупкая перспектива, куда надежней будет поладить с тигром. Но ты как баран, уперся рогами в землю и ни в какую. — Во-первых я не баран, а тигр... — на этих словах старик беззлобно рассмеялся, — А во-вторых, ты правда согласен, на сотрудничество с портовой мафией? — Мы же не со всей мафией сотрудничать собираемся. Просто по-дружески попросишь помощи, конечно раскрывать такую способность как тигр ужасная перспектива, но других вариантов у нас попросту нет. Но знай, я все еще не в восторге от этой идеи. — Как будто я в восторге. — Поверь мне, ты в восторге, по тебе за километр видно, как ты светишься. Я так рад был, когда в глубоком детстве пошел на встречу с другом, которого год не видел, — он улыбнулся своим воспоминаниям, — И когда ты соизволишь с ним встретиться? — Завтра, он как раз приглашал меня прогуляться по парку. — Будь так добр, сообщай хотя бы о глобальных переменах в твоей жизни. И желательно об общении с не самыми добропорядочными личностями этого города, — сделав короткий вздох, полный горечи и пустой надежды, он продолжил, — И никуда не влипни по своей глупости. — Да не влипну я, не влипну...

***

      Факт того, что Дазай уже третью неделю подряд ходил с довольной улыбкой объевшегося сметаны кота на все лицо, несказанно раздражал Чую. И ладно бы обстановка располагала к такой поистине дьявольской улыбке, так нет же, все было совершенно наоборот. Босс портовой мафии окончательно съехал с катушек, и когда-то нормальные и вполне адекватные приказы стали еще больше напоминать извращение садиста. Мало кто теперь осмеливался напрямую пойти против него, а если такие и находились, то резво убирались с шахматной доски метким выстрелом. Вот только зарождавшиеся сопротивление потихоньку крепло и набирало обороты, все чаще - за спиной босса конечно же - приказы всячески не исполнялись, но преподносились тупому старикашке как идеально исполненные миссии. Правда всякий, кто решил сыграть в эту игру, часто садился играть за стол с самой смертью. Чуя же в такие моменты вопреки своему буйному и крайне неуравновешенному характеру наоборот сидел тише воды и ниже травы. Что-что, а глупцом он никогда не был и попадать под горячую руку тоже особо не стремился. Тем более он вполовину не был так силен, как нынешняя верхушка организации. Конечно за последние месяцы он серьезно подправил свой ювелирный контроль над гравитацией, чтобы впредь не выкорчевывать целые куски земли или зданий, но это были просто крохи по сравнению с другими.       И вот в такой изрядно накалившейся обстановке Дазай, как ни в чем не бывало, выполнял все свои поручения и ходил с отвратительно одухотворенным лицом. Даже о суициде практически не заикался, хотя раньше чуть ли не каждую секунду рассказывал о "замечательной балке, которая буквально требует того, чтобы на ней повесились". В такие моменты у Чуи руки чесались собственноручно сделать на его шее злополучную петлю из веревки и повесить напарника на ближайшем удобном месте. Поэтому столь резким переменам Накахара был не просто удивлен, а скорее даже ошарашен, на своем веку таким "белым и пушистым" он был только с Одасаку. И разумеется любопытство с каждым днем разгоралось в нем все сильнее, и узнать причину столь "великой" радости не терпелось все сильнее.       А еще Чуя все чаще начал замечать Дазая в телефоне, не то что он и раньше меньше в нем сидел (да здравствует пресловутая змейка, которая одно время безумно раздражала Накахару). Но сейчас эти "залипания" стали куда чаще, правда и более короткими. Ему даже однажды удалось мельком заметить, чем все это время недосуицидник занят. Это оказалась совсем не очередная глупая игрушка на подобии судоку, как изначально рассчитывал Чуя. Там оказалась переписка, с кем правда, ему разглядеть так и не удалось. — "Снова отвлекает Сакуноске, мучает, наверное," — подумал он и спокойно забыл об этом инциденте до этой недели.       То, что Дазай с кем-то познакомился, Чуя, к своему сожалению, понял слишком поздно. И то благодаря его чересчур уж нетипичной реакции (правда восторженное "наконец-то встретимся" сложно было назвать чем-то нетипичным в исполнении Дазая). Тут даже не надо было обладать хорошими дедуктивными способностями, чтобы догадаться до этого. И вот спустя какое-то мгновение все стало на свои места и постоянное залипание в телефоне, и довольная улыбка на все лицо, и просто шелковое поведение. Вывод напрашивался только один — Дазай нашел себе долгожданную девушку для "двойного самоубийства". И вот тут уж не сказать, что Чуя хотел знать, кто эта "счастливица". Но почему-то ощущение того, что завтрашняя работа с отчетностью - вместо этих тупых отчетов Чуя с радостью посвятил бы время тренировочным боям - откроет много нового, не стремилось его покидать, а профессиональному чутью он привык верить.       И не зря не переставало. Теория Чуи, словно в насмешку над его несравненной логической выкладкой, провалилась по всем фронтам ровно в этот день, когда Дазай так удачно забыл свой телефон* на столе, а сам ушел по поручениям к своему наставнику. Достаточно было прочитать "Ацуши~кун", чтобы сразу вспомнить кто это, и вероятность того, что этот "Ацуши-кун" окажется не тем, с кем он так паршиво познакомился, была чертовски мала. Кажется большему удивиться Чуя не мог.       Быстро пролистав, на удивление, короткую переписку, Накахара постарался вычленить все самое главное. И сделал кое-какие выводы для себя. Все-таки Дазай умудрился найти себе друга и за пределами портовой мафии. Довольно своеобразного друга, если судить по переписке. Да черт возьми, Чуя теперь просто обязан познакомиться с этой, на первый субъективный взгляд, бедной сироткой поближе. Героев, что способны настолько виртуозно игнорить и периодически "отшивать" довольно колкого на язык Дазая, днем с огнем не сыщешь. Даже в мафии его все слегка побаивались и за глаза считали правой рукой Мори. Конечно ему можно было сделать скидку на то, что мальчишка не знает про все, так сказать, грехи Осаму. Но в конце концов так спокойно общаться с человеком, что угрожал тебя застрелить... Да он глупец. Хотя с таким-то дедком, который судя по найденной информации еще прошлый век застал, еще и не такой закалки будешь.       Запомнив всю информацию о грядущей встрече и записав при этом на первой попавшейся бумажке время и адрес, Накахара осторожно, зная какой внимательностью обладает его напарник, положил телефон на стол, так как он лежал раньше. И кажется впервые, за довольно долгое время, испытал такое чувство удовлетворения от знания чужого, пускай и не шибко защищенного, секрета.