Без выбора

      Чуя и Дазай наконец выполнили чертову миссию, пускай они и думали, что в конце им поручат устранение до сих пор неизвестной личности, но в результате хватило и просто раскрытия его местоположения. Хорошо, что у них в знакомых был человек со сверхспособностью, которая без особых проблем могла вычислить координаты любого живого существа по принадлежащей ему вещи. А то так бы и шатались в унылых поисках хоть какой-нибудь зацепки.       Теперь им выдали другое задание на убийство одного особо языкастого политика. Это сделано больше для того, чтобы мафия укрепила отношения с нынешней верхушкой власти. Все-таки эти убийства изрядно их потрепали, особенно последнее, что хорошо показывает насколько в разрозненном состояние нынче находятся все отделы некогда мощной организации.       Уничтожить одно из самых доверенных лиц, обеспечивающего контрабанду, было умным ходом со стороны противника. Так еще и сделано оно было выбивающиеся из общего стиля маньяка. Мори, окончательно не потерять авторитет, среди некоторых особо мятежных, после смерти прошлого босса, отделов помогла только его природная хитрость и дипломатические навыки. В общем, они наконец с чистым сердцем могли вернуть Ацуши его улику и забыть о не самом приятном выполненном деле (в конце концов их команда все-таки заточена больше на ударную силу, чем на решение детективных задачек, пускай и Дазай с ними неплохо справлялся).       Новое задание они спокойно выполнят или завтра, или сегодня ночью. Пускай и рассчитано оно было на сегодняшней день — стоит сказать именно из-за этого их освободили от этой миссии, посчитав что с этим справится и более средний по силе эспер. — Эй, Чуя, у тебя тут телефончик звонит. Новая пассия? — ехидный голос Дазая вывел его из размышлений.       У Чуи не было никакого желания и сил устраивать очередную ссору на пустом месте, поэтому он просто вырвал неведомо как оказавшуюся у его напарника вещь. — Какая к черту пассия, — сказал он и кинул взгляд на дисплей, — О, это Ацуши, наверное беспокоится о том, как все прошло. — Эй, обычно Ацуши-кун звонит мне, а не тебе. — Завидуй молча.       Когда Накахара наконец отвечает на звонок, ответа не следует. Слышен только непонятный шум на фоне. И даже после короткого приветствия ничего не меняется. — Странно, может случайно набрал? — Как бы мне не хотелось в это верить, но случайно набрать кого-то раскладушкой сложно. Из тебя детектив и правда никакой. Включи громкую связь.       Чуя это никак не прокомментировал довольно обидную фразу, но громкую связь все же включил. В конце концов Ацуши редко, когда над ними подшучивал, а по пустякам так вообще никогда не звонил. Хотя возможно это и правда просто нелепая случайность.       Однако спустя несколько секунд помимо неясного шума начал отчетливо слышаться чей-то разговор. Даже Дазай изначально стоявший в метрах трех от него приблизился и с интересом прислушался. Наконец-то стало отчетливо ясно, что говорит Ацуши. Не им правда, а кому-то до сих пор неизвестному с невнятной речью. — Это где-то в порту, я уверен, — произнес Дазай с задумчивым лицом, — Только с кем он разговаривает? — С кем, с кем, с нашим маньяком.       Судя по расширенным глазам у Дазая, он попал как раз в точку. Это догадка пришла к нему спонтанно. Просто почему-то факт того, что, когда они узнали месторасположение мстителя, оно было прямо рядом с портом, неожиданно всплыл у него в голове. Наложив услышанное и кривенько сопоставив данные, он сделал такую крайне хлипкую и ненадежную теорию. — Может ты и прав, до порта отсюда минут пятнадцать пешим ходом. Надо поторопиться есть все шансы, что эспер из мафии не будет считаться с кем там разговаривает наш убийца. — Порт большой. — Я помню точное расположение нашего маньяка полчаса тому назад, пойдем сначала к нему, а там ясно будет, — только Осаму это сказал, как одна неестественная фраза Ацуши дала им долгожданную подсказку, уж они точно знали, как звали его опекуна, — Корабль, по-любому название корабля. — Тогда нам стоит поторопиться.       То что порт находился от них и правда на недалеком расстояние было просто замечательно. В ином другом случае им бы пришлось либо ехать на метро, либо на машине по адским пробкам в это время. А тут можно было спокойно пробежаться, что они и собственно говоря сделали. В голове крутилась фраза про то, что мафия и правда может случайно вместе с маньяком прикончить Ацуши. Из-за этого Чуя пожалуй даже немного нервничал. По лицу Дазая этого не было видно, на нем как влитая сидела маска показного равнодушия, но Накахара мог бы поспорить на все свои деньги, что тот тоже волнуется.       Порт Йокогамы был на самом деле довольно большим – один из крупнейших портов Японии. Но в свободном доступе находилась гораздо меньшая часть, остальная была отведена для грузовых судов, и зачастую туда просто нельзя было проходить. Да и шум там стоял такой, что по телефону было бы точно ничего не слышно. Они с Дазаем до сих пор так и не положили трубку, опасаясь того, что с Ацуши что-нибудь все-таки случится за это короткое время. Можно это назвать предчувствием, что гнало их вперед еще быстрее. А потом внезапно из трубки достаточно громко донесся тот голос, который не было слышно:"Вернее будет сказать уже нашли. Берегись.". Чую пробило на холодный пот, так как дальше, судя по звукам, раздался оглушительный взрыв и звонок прекратился. — Твою мать, — это единственное, что сказал Чуя. — Видишь верхушку того здания? — Дазаю не надо было продолжать, Чуя и так все прекрасно понял.       Ему потребовалось всего пару минут, чтобы беспрепятственно с помощью своей способности забраться на самый вверх близ стоящего от побережья здания. Оттуда он смог увидеть крупные обломки от некогда старой пристани, одиноко дрейфующие в море. —Черт-черт-черт, — пробормотал он, и подняв руку, указал Дазаю направление.       Тот лишь кивнул и беспрекословно побежал в том направлении, куда указал Чуя. Он же спокойно мог передвигаться по крышам. В итоге перед разгромленной пристанью они оказались примерно в одно и то же время. Но было уже слишком поздно. Ни человека, что учинил это, ни того, кто стоял на пристани, тут уже не было. Это могло означать только одно. Ацуши сейчас где-то в море.

***

      Единственное, что мог чувствовать сейчас Ацуши это холод. После обжигающей взрывной волны контраст особо сильно ощущался. Он честно пытался выплыть первую минуту точно, но стоило ему только вздохнуть свежего воздуха, как его тут же загребало волнами. О том чтобы вцепиться в обломки и речи не было. Теперь же ему с большим трудом удавалось сохранять последние остатки живительного кислорода, лишь бы окончательно не захлебнуться и не пойти ко дну. Получалось откровенно не очень. Главной целью на данный момент было не потерять сознание, тогда уж точно он мило устроит себе могилку на дне моря.       "Спасение утопающих, дело рук самих утопающих,"— почему-то из всего, что может прийти в голову умирающему, Ацуши подумал именно об этой фразе. И именно она заставила его собрать расползшиеся мозги в кучку и поразмышлять о нынешнем положении более рационально, а не под мешаниной эмоций, осложняющий его общее состояние.       В первую очередь ему нужно еще чуть-чуть воздуха, во вторую надо попытаться плыть под водой в сторону берега. До него не так уж и далеко, как кажется на первый взгляд, если постараться, все получится. Почему-то вспомнился момент, как он погружался примерно на такую глубину с Жюль Верном. Вот только ощущение тогда были совсем другие. Еще бы, иметь под водой неограниченный запас воздуха или иметь только смерть в своем кармане.       Ацуши рывком выплыл на поверхность и тут же отплевываясь от соленной воды сделал вдох. Глаза щипало от соли и он даже открыть их не мог, не то чтобы увидеть берег. Ему крайне не повезло с нынешней погодой. Потому что волны были довольно высокими и все время накрывали его с головой. А его навыки по плаванью были точно не настолько велики, чтобы по такой погоде проплыть даже такое расстояние. Абсолютно, черт возьми, безвыходное положение, с которым он не с может справится своими силами, как бы не старался. Но пока он борется у него есть все шансы, возможно за ним все-таки придут и смогут вытащить, надо лишь чуть-чуть продержаться. А может, он так не кому и не дозвонился, может старик или Дазай просто бросили трубку, и он лишь продолжает свои мучения.       Ацуши снова попытался сделать рывок на поверхность, но рукам было уже тяжело двигаться, да и к тому же во время взрыва ему довольно сильно задело ногу. Холод потихоньку забирался под кожу. Дышать уже было нечем и ощущалась стойкая потребность вдохнуть хотя бы каплю кислорода. Накаджима теперь еще стойко ощущал подвижки в своем подсознании. Его сверхспособность в экстремальной ситуации начала пробуждаться и без полнолуния! Голова снова начала раскалываться и вперемешку с кислородным голоданием это дало просто убойный эффект, он чуть сразу же не отключился. Но из последних сил все-таки удержал тонкий баланс, хоть и изрядно наглотался воды. Ацуши сделал еще одну довольно слабую попытку сделать хоть что-то, но сил уже попросту не было. И теперь он медленно, но верно опускался на довольно глубокое дно.       Когда его руку что-то обхватило первая скомканная мысль была про водоросли, и то она достаточно быстро исчезла, уступив место темноте. Вот только то, что казалось изначально водрослью стиснуло его запястье еще сильнее и с огромной скоростью потащило его вверх. За какие-то пару секунд он оказался наконец-то на берегу. И первое, что он был в состояние сделать, так это избавится от воды, которая порядком осела у него в желудке. Когда Ацуши наконец-то привел свое затуманенное сознание и тело в относительный порядок, он попытался встать. Но раненная нога подкосилась и Накаджима бы распластался пластом, если бы не крепкие руки Дазая и Чуи, что вовремя подхватили его. — Ты что рехнулся? Да, ты чуть не захлебнулся, у тебя ранена нога, а ты пытаешься встать. Сядь спокойно, — громко сказал Чуя и буквально силой усадил на довольно каменистый берег.       Дазай обычно болтливый и до чертиков остроумный был подозрительно молчалив и не спорил с Чуей. Он лишь начал аккуратно разматывать бинты со своей правой руки. Ацуши хоть и смотрел на это с удивлением, но ничего сказать не мог, он вообще как бы был чуть-чуть ошарашенным произошедшим. У него не было никаких идей, мыслей, да ничего. Он просто пытался переварить все произошедшие с ним за сегодня. И Накаджима совершенно точно не имел ни моральных, ни физических сил, чтобы придумать хоть что-нибудь. Последняя нить с его прошлым разорвалась и пошла крахом и чуть не прихватила его за собой. А он ничего и сделать не смог, ничего. — Ацуши, почему ты плачешь? — Дазай сказал это тихо, практически не слышно, — Все закончилось.       Только после этого Ацуши осознал, что и правда, все это время, он плакал. Да, Дазай прав, все закончилось. Теперь все хорошо, все на своих местах. Не о чем больше беспокоиться. — Со мной все в порядке.       Кого он пытался этим успокоить? Дазая и Чую? Нет, в первую очередь он пытался успокоить себя. И отчасти это помогло. Эмоции улеглись, тигр окончательно перестал буянить где-то в его подсознании и больше не пытался взять контроль над телом, а Ацуши наконец смог трезво мыслить. — Что-то не похоже на то, чтобы ты был в порядке, — все еще прибывающий в крайне отвратительном настроении и в насквозь мокрой одежде сказал Чуя, — Каким образом ты оказался на переговорах с опасным преступником? — Я просто случайно учуял его на улице и пошел следом за ним, — пробубнил себе под нос Ацуши, внимательно наблюдая за тем, как Дазай аккуратно заматывает бинтом кровоточащую рану на его ноге, — А он меня легко вычислил. Простите, я сглупил, надо было сообщить хотя бы вам об этом. Спасибо за то, что пришли на помощь, иначе я бы точно утонул. — Тебе не за что извиняться, каждый может допустить такую ошибку. Главное, что ты жив, — ответил ему Дазай, и окончив перевязку верхней части голени, встал, — Я закончил, при ходьбе оно не должно особо мешать, поэтому попробуй встать.       Ацуши схватился за протянутую руку и поднялся, на удивление, стоять и вправду было легко. — Даза-ай, куда ты дел мою шляпу? Попросил тебя приглядеть за одной шляпой, и что в итоге? — гневный крик Накахары, который так и не нашел свою шляпу на том камне, где ее оставил, был слышен наверное даже на другом конце Йокогамы, — О, Ацуши, нога все-таки не сильно была задета. А я то беспокоился. — По-моему ее унес куда-то ветер. Не обращал внимание куда. — Чуя, твоя шляпа рядом с тем камнем на земле. Не бей Дазая. — Чертов придурок, спасибо Ацуши.       Дазай театрально закатил глаза. И Ацуши знал, что если бы шляпа находилась в зоне его досягаемости, то он обязательно пнул бы ее или вообще выкинул в море. Но та, слава богу, находилась в метрах ста от них. — Ну, а теперь, когда все утопающие были спасены, а шляпы подобраны, можно и идти сдавать Ацуши старику. Уж он-то тебя точно как следует отчитает за выходку, — будничным тоном сказал Дазай. — А может не надо? — Полностью согласен с этим придурком, а то ты такими темпами до своего совершенолетия не доживешь. Сколько можно влипать в неприятности. Мы и то реже встреваем в передряги, чем ты, а мы работаем в мафии между прочим. — Я просто очень удачливый человек. — Если ты такой удачливый человек, то я могу посадить тебя в клетку и тогда с тобой точно ничего не случится, Ацуши~кун.       Пускай и сказано было это довольно в шутливой форме, Ацуши на долю секунды пробрался холодный пот. Почему-то он был на сто процентов уверен, что если он и правда попадет в передрягу ближайшее время. Дазай с радостью исполнит эту угрозу. — Э-э, хорошо, я постараюсь ни с кем подозрительным больше не связываться, обещаю. — Вот и славненько, Ацуши, как насчет по дороге зайти перекусить? Я страшно голоден. — Я согласен. — Эй, а про меня вы что забыли? И куда у меня вопрос вы пойдете есть, когда одежду Ацуши хоть выжимай? Нет уж, я лично проконтролирую, чтобы ты, Дазай, отвел его домой. — Коротышке слова не давали. — Да, кто тут коротышка? Сам-то жердь.       У них снова разгорелся спор. Ацуши скоро придется таскать с собой секундомер, чтобы засекать время их спокойного разговора. Зато теперь он ощущал себя в полной безопасности. Дома успеет над всем поразмышлять, а сейчас надо было успокаивать этих двоих. Боже, они ведут себя порой хуже младшеклассников. На такие глупые дразнилки были способны только они. — Чуя, Дазай, прекратите, — на фоне их разгорающейся перепалки, это звучало как-то жалко — Не в коем разе, — они даже хором это умудрились произнести.

Боже, и кто за кем тут должен следить?