Несколько дюймов к смерти

Следующее утро Аноры, после того дня началось куда хуже чем остальные... Всю ночь девушке снились кошмары. В сновидениях она видела странные, а то и страшные окровавленные образы. Во сне девушка видела мутный образ женщины, которая обладала такими же рыжими волосамы и бледной кожей, до боли похожими чертами лица. Она была очень сильно похожа на Анору. Дрожащими от страха руками женщина крепко держала рыжеволосого младенца, прижимая его к себе, будто боясь отпустить его. Из её ярко-зелёных глаз ручьями текли прозрачные слёзы, которые периодически, скатываясь с бледных щёк капали на пеленку младенца. Женщина, держа своё чадо, и смотря стеклянными от слёз глазами на статую Иисуса Христа, дрожащим голосом умоляла Бога, чтобы весь кошмар закончился, чтобы всё было хорошо. Просила спасти её чадо от кошмарной войны, молилась за его жизнь. — Мэри... — послышался сзади уверенный, и в тоже время переполненный грустью мужской голос. Светловолосый мужчина легко обнял женщину, затем аккуратно взял младенца на руки. Наклонившись к нему, он нежно поцеловал его в лоб. — Мэри, всё будет хорошо и с нами, и с нашим ребёнком. — тихо говорил мужчина, заключая чадо в обьятьях. Затем всё будто исчезло. Образ женщины, мужчины, Иисуса Христа и католического храма. Вокруг всё стало чёрным, словно мир исчез. Из чёрного пространства вдали показалась худощавая фигура той самой женщины, которая делала медленные шаги прямо к Аноре. На бледном лице намечалось очень много ран и ссадин, все лицо было в алой крови, а руки и ноги в побоях и синяках. На животе у женщины была глубокая рана, явно сделанная с помощью холодного оружия. Сквозь неё, кажется, с трудом, но можно было бы просунуть руку. Из раны активно лилась алая кровь. Глаза женщины также слезились и о чём-то умоляли. Её образ начал медленно приближаться к Аноре. Подойдя, женщина дотронулась дрожащей рукой к её щеке. Девушка почувствовала тепло, исходящее от руки рыжеволосой дамы. Её руки были черезвычайно теплыми, и казались до боли родными девушке. Посмотрев Аноре в глаза, женщина заговорила. — Доченька, умоляю, береги себя... Мы не смогли этого сделать, прости нас... — хриплым от бессилия голосом промолвила она. Анора поняла, что это был образ её покойной матери. — Мы с твоим отцом покинули этот мир, когда были тебе так нужны... Хоть это и сон, но он казался таким реальным... От этих слов и от понимания, что девушка видет свою мать, Анора отчаянно заплакала. Женщина обняла девушку. Во время обьятий её образ начал исчезать, словно призрак. Анора вновь осталась одна среди черного пространства. После ухода образа её матери, вдруг стало так противно, холодно и склизко, будто девушка снова осталась совсем одна в этом жестоком и холодном мире. Анора внезапно пробудилась. Рыжеволосая проснулась в холодном поту и в слезах, она вся дрожала, будто её ударило током в тысячу вольт. Когда девушка осознала, что это был сон, она попыталась встать с холодного пола, на котором спала. Но тело почему-то её не слушалось, но через силу у Аноры всё таки получилось встать. Стройные ноги девушки казались такими тяжёлыми, словно были сделаны из свинца. Нет, это было не из-за страшного сна, а уже из-за вечно уставшего состояния. Поднявшись, Анора сквозь сонные глаза посмотрела в небольшое окно. Солнце уже выходило из-за небольших холмов, оставляя на небе красно-оранжевые разводы. А это означало, что скоро Аноре надо было идти и "пахать как лошадь" на жестокую Королеву. В любом случае, это было несколько лучше, чем если бы она продолжала сидеть в темнице и умирать от голода, холода и жажды. Девушка была до небес благодарна Мартину за то, что он помог ей выбраться оттуда. Как всегда, девушка помылась в ледяной воде. С ней всегда была вода, которую она набирала в железный таз, когда ей удавалось. Да, мыться было до жути холодно, но что поделать? Вода противно лилась по всему телу, задевая едва зажившие раны на спине девушки. Это заставляло её тело вздрагивать от холода и боли. Голову приходилось мыть также, ведь в этом дворце заводить "Божьих Жемчужин" было крайне не принято, да и Анора их сильно боялась. Ведь это ужасно, от одной только мысли о вшах девушку не по детски трясло. Затем, рыжеволосая одела зелёное платье, которое идеально ложилось на тонкую талию. Анора расчесала длинные огненные локоны расческой, которую ей дала Джулианна. Слава Богу, в "нору", где поселили пленницу, редко заходили проверяющие инквизиторы. Поэтому девушка хранила там вещи, данные её единственной плюс-минус подругой. Анора поднялась вверх, где Королева дала ей задание. Но сегодня Марии Тюдор не было, поэтому задание ей дал Роджер. Также Анора встретила Джулианну. Темноволосая удивилась, снова увидев Анору, ведь после слов, сказанных ею Марии, она не должна была выжить. К сожалению, сегодня им почти не удалось поговорить. Но темноволосая передала девушке очень надёжную информацию. — Анора, я могу тебе рассказать об одном из надёжных углов дворца. — говорит темноволосая, параллельно стряхивая пыль из стекла витрины. — Слушаю, Джулианна. — тут же ответила рыжая, посмотрев на итальянку. — Так как скоро наш день заканчивается, я тебе даже покажу это место. Туда почти не ходят инквизиторы, поэтому в свободное время мы можем разговаривать там. Я вчера с Анной там почти два часа проговорила! — рассказывала кареглазая, сделав акцентн на последнем предложении. — Если в этом дворце подобное существует, то проведи меня к этому месту. — Пошли, прямо сейчас. Только не разговариваем по пути, если вдруг что, то нас Королева туда послала. — Хорошо, поняла. Приятельницы, выйдя из зала, спустились в низ по лестнице. Они бродили тёмными коридорами, разглядывая по пути старые фрески. Спустя несколько минут, девушки прибыли на нужное им место. Там было полностью тихо, помещение скудно освещал факел. На стенах висели картины и фрески. Хоть и создавалось впечатление, что об этом уголке никто не знал, что было вполне возможным, ведь фрески являлись очень старыми, будто вот вот отвалятся и упадут, создавая грохот, который непременно раздался бы по всей аудитории. *** Возвращаясь назад в подвал, где поселили ирландку, Анора постоянно о чём-то думала, параллельно разглядывая дорогие королевские ковры, что попадались под ногами девушки. В основном, Анора думала о том, почему ей сегодня так и не удалось пересечься с Мартином. Неужели, с ним случилось что? Ведь от Марии Тюдор вполне можно было ожидать сюрпризов. Девушка настолько задумалась, что сама и не заметила что в несколько дюймов от неё стоял тот самый высокий парень в чёрной сутане. И не заметив, она в него врезалась. Выйдя из мыслей, она глянула на того, кто встал на её пути. Парень резко повернулся. Увидев на себе взгляд голубых глаз, слова, словно рефлекс, самопроизвольно вырвались из нежных уст рыжей. — Мартин, прости, я не заметила тебя, я не хотела... — принялась извинятся девушка, почувствовав себя неловко. От чувства неловкости её бледное лицо покрылосьо румянцем. С другой стороны, она с облегчением вздохнула, когда поняла, что это был Мартин, а не кто-то другой. Заметив девушку, парень искренне улыбнулся. — Анора, ну наконец-то я тебя увидел. — улыбчиво сказал священник. Анора подняла взгляд на парня. — Честно, я только о тебе подумала. — Я тоже только подумал о тебе, и тут же тебя увидел, я был очень даже удивлён. — Мартин, тут нас могут услышать, не дай Бог... Одна девушка показала мне место, куда не ходят инквизиторы. Пошли туда, там поговорим, только тихо... — шепотом сказала девушка, чтобы их не услышали. Анора по памяти вела Мартина в тот самый "всеми забытый уголок". Рыжеволосая сразу нашла его, так как запоминала путь когда Джулианна показывала ей его, внимательно всматриваясь в каждый дюйм. Они остановились. — Теперь мы будем приходить сюда и тайком рассказывать все новости, хорошо? Тут нас точно никто не найдет и не услышит кроме Бога. — уже громче усказала девушка. Парень спокойно кивнул, принявшись осматривать помещение. Внезапно брюнет задал вопрос. — Как ты сегодня? — Мне приснился кошмар. — ответила рыжеволосая. От воспоминания этого сна у девушки пробежались легкие мурашки по телу. — Анора, что там было? — задал ещё один вопрос парень. Девушка вздрогнула. — Мне приснилась моя мать, которая предупреждала меня о том, что мне нужно себя беречь. — быстроватым от волнения голосом проговорила Анора. Она не знала почему, но её бросало в дрожь, когда она видела перед собой запомнившиеся ей кадры из этого сновидения. — Ты очень сильно волнуешься, поэтому тебе и могут снится страшные сны. — парень взял девушку за дрожащую руку. — Как только мы сбежим отсюда, всё будет нормально. Девушка прикрыла глаза. Несколько секунд между ними стояло молчание. — Мартин, ты говорил мне про Иоанна вчера. Расскажи пожалуйста о нём больше. — поинтересовалась вдруг Анора, развивая неловкое молчание. — Мой ученик Иоанн черезвычайно умён для своих лет. А ведь ему всего девять. — начал священник. — Он был твоим самым лучшим учеником в католической школе? — Да, он очень умный мальчишка. Он стал мне словно родным братом за всё это время. Иоанн очень напоминает мне меня. Я всегда удивлялся его тяге к учебе. Девушка принялась внимательно слушать рассказ. — Только вот мне очень жаль его молодую мать, у неё тяжелая болезнь. Я всегда молился за неё, ведь если с ней не дай Бог что-то случится, то что же будет с Иоанном... А я здесь... — Мне так жаль её! А как и почему Иоанн стал тебе как брат? — Он очень сильно любил, как я учил его. Он как и я, очень сильно любит Бога и пытается передать свою любовь к нему другим людям. Между нами появилась некая привязанность. Я часто гулял с Иоанном, водил его на Мессы и мероприятия, мы вместе, без других учеников слушали органную музыку в католических храмах. Этот мальчишка был искренне дорог мне, мне хотелось обучать его и проводить с ним время. Однажды, он сказал мне: "Отец Мартин, когда я вырасту, я хочу стать таким, как Вы, мудрым и целеустремленным". Я улыбнулся и тут же ответил ему: "Иоанн, дитя. Ты станешь ещё лучше, чем я. Ты станешь Папой Римским, я в это верю. Если им не стану я, то станешь ты! Я надеюсь только на тебя, Иоанн. Ты обещаешь? "— Обещаю, Святой Отец." уверенно ответил мальчишка мне. Но к сожалению, это был наш последний разговор с ним. Я очень сильно скучаю по нему. Девушка внимательно вслушивалась в каждое слово, сказанное Мартином. — Мартин, ты обязательно вернешься в тот храм в Лондоне. Самое главное, Богу нужны такие, как ты. Понимаешь, мы с тобой ещё так мало знакомы, а ты уже столько всего для меня сделал. Я обязана тебе своей жизнью. Священник взглянул на рыжеволосую. — Анора, мне не должна и не обязана ничего для меня делать. Так решил Бог. — сказал парень, немного ближе подойдя к Аноре. Парень аккуратно поправил прядь огненных локонов. — У тебя такой необычный цвет волос. Он мне очень сильно нравится. Ты не ведьма, ты ангел. Ангелов во плоти Бог награждает чем-то особенным, жаль что люди думают, что это знаки нечистой силы, когда это божий дар. — подметил парень, продолжая рассматривать огненные пряди, параллельно смотря на лицо девушки. Анора также поглядывала на него, поднимая взгляд зеленых глаз на верх, так как Мартин является выше девушки на несколько дюймов. Анора будто замерла от его прикосновений. Девушка молчала, хотя на самом деле, ее душа, казалось бы, испытывала все до единой положительные эмоции. Рыжеволосая почувствовала странное, но приятное ощущение, которого она не чувствова никогда в жизни. В её животе словно порхали бабочки, а за спиной выросли ангельские крылья. Анора и сама не заметила, как каждое его слово, движение, сводило её с ума. Она не могла оторваться от его неповторимых светло-голубых глаз, которые были подобны небесам и прямо тянули тонуть в них. От тёмных волос, от его улыбки, от которой хотелось улыбаться самой, забыа обо всём на свете. От чистой и грамотной речи, от бархатного голоса. Но девушка понимала, что она не должна допускать таких чувств, ведь если Королева узнает, то будет горько. Мартину не разрешалось такого темболее, ведь священник не должен привязываться ни к кому, темболее к девушке. О чувствах можно было забыть навсегда. Поэтому они всё ещё считали друг-друга не больше чем товарищами по несчастью. Впервые за всю жизнь, счастливая девушка возвращалась в холодный подвал. Какими бы силами она не старалась тянуть время, лишь бы ещё одну секунду побыть с Мартином, но уже было довольно поздно, и они должны были возвращаться. Перед тем, как они разошлись, Мартин приобнял девушку, пообещав, что завтра они снова обязательно встретятся.