Случайность?

      Я уже забыла, что значит просыпаться абсолютно выспавшейся и удовлетворенной. Спасибо тишине в соседней комнате, которая позволила мне вновь ощутить данные приятные состояния.       Лениво потягиваясь и зевая, я взглянула на телефон, и мои глаза тут же округлились. Половина первого? Серьезно? Странно, что Егор еще не ввалился в мою временную комнату и не потребовал принести ему сердце мертвой собаки (обязательно!) породы бультерьер, ну или почесать ему левую пятку, так как не царское это, видите ли, дело.       Поднявшись со своего ложе, я направилась в гостиную, при этом потирая заспанные глаза. Хм, никого. В кухне и ванной тоже пусто. Я уселась на диван и старалась прийти в себя, не веря собственному привалившему счастью, пока не послышался звук открывающегося замка. Не долго музыка играла, как говорится, не долго фраер танцевал.       Тихо, по всей видимости, стараясь на разбудить меня, в помещение прошел молодой человек. Увидев меня, Егор вздрогнул от неожиданности и тяжело выдохнул. — Как ты меня напугала, — фыркнул он, поставив пакет с продуктами на небольшую тумбочку возле дивана, и расстегнул ветровку, — давно не спишь? — Какие мы, оказывается, пугливые. Только проснулась, мой господин, — я сделала легкий поклон туловищем, — спасибо за возможность выспаться. — Я тут… Это… Шавуху купил, будешь? — слегка замялся молодой человек, переводя взгляд в сторону. Я засмеялась. — Втихаря хотел заточить? — сквозь смех поинтересовалась я, замечая, как брови Егора нахмуриваются, а взгляд становится сердитым, — Да шучу, не парься. Спасибо за предложение, пока не хочу. — Ну, тогда иди, делай кофе, будем завтракать нормальной едой, — проговорил он, подходя к шкафу и скидывая с себя белую футболку.       Я обреченно вздохнула и поплелась в кухню. Ненароком подумала, что Егор заболел, так как решил поделиться со мной своим сокровищем — шаурмой, но нет. Все становится на свои места. Я вновь возвращаюсь к роли покорного раба.       Раздумывая о чем-то своем, я не сразу заметила, как в комнате появился парень, который завязывал на своем прекрасном торсе фартук. Я приподняла брови и уставилась на не укладывающуюся в голове картину. Может быть, все-таки заболел? Или упал по дороге в магазин? Он готовить что ли собирается? Я уже было хотела задать волнующие меня вопросы, но Егор недовольно зыркнул на мое опешившее выражение лица и заговорил первым. — Я приготовлю блины, — немногословно и все также непонятно. Я кивнула ему в ответ и начала наводить нам кофе. Ну уж нет, мне слишком любопытно, чтобы молчать. — С чего это вдруг Вы решили сами приготовить что-то, а не приказали сделать этого мне? — я вскинула свои брови, насыпая в кружки сахар. Егор с минуту молчал и усердно работал венчиком, взбивая тесто для блинчиков. Но я не унималась, — Чего молчите, Ваше Величество? В Ваши планы не входит оправдание перед прислугой? — Алена, — он хмуро посмотрел в мою сторону, при этом быстрее двигая рукой и подсыпая немного муки, — ты хочешь испортить мое настроение? Видимо нравится, когда к тебе дерьмово относятся. — Да ладно тебе. Просто это все неожиданно как-то, — я поставила кружки с ароматным кофе на стол и медленно опустилась на пуфик. Осматривая молодого человека, я не заметила того, как глупая улыбка расползлась по моему лицу. Когда Егор не хмурится и не показывает, как ему плевать на мою ничтожную персону, рядом с ним становится намного уютнее. На удивление, даже не хочется долбануть его по голове чем-нибудь тяжелым или придушить. — Чё лыбишься? — из собственных мыслей меня выдернул резкий шлепок по лбу чем-то мокрым и липким. Я мотанула головой и свела брови к переносице. По лицу стекало блинное тесто. Нет, все-таки хочется отвесить этому придурку неплохую оплеуху, чтобы не расслаблялся. — Ты двинулся что ли? Нахер ты меня ложкой треснул? — сложила я руки на груди и словесно накинулась на парня. Он лишь улыбнулся в ответ, протягивая влажное полотенце, дабы я вытерла мерзкие капли, стекающие со лба, — идиота кусок, — причитала я, двигая по лицу влажной тканью. — Нечего в облаках витать, когда я прошу тебя поставить сковороду на плиту, — Егор пальцем стер еще одну каплю, которую я пропустила, и резко повернулся ко мне спиной, продолжая хлопотать над тестом. — Ладно, я пойду пока что поприбираюсь, а то ты тут, как бабочка порхаешь, а я сижу и ничего не делаю.       Заразная это штука — суета. Не дожидаясь ответа молодого человека, я направилась в свою комнату. Уф, какая же я неряха. Кровать была не заправлена, вещи валялись в разных углах помещения, повсюду расчески, тени, помады. Такое ощущение, как будто я находилась у Егора не несколько дней, а несколько лет. Оценив взглядом масштаб работы, я приступила к уборке.       С кухни до меня начали доноситься приятные ароматы, и я жадно сглотнула выделившуюся слюну, запихивая при этом всю свою требуху в сумку.       Спустя полчаса комната была идеально «вылизана», и я позволила себе увалиться на только что заправленную кровать. Люблю, конечно, чистоту, но убираться терпеть не могу. В дверях появилась подтянутая фигура и, сообщив о том, что все уже готово, пригласила меня к столу. До чего же он сегодня любезен, главное не сглазить. Так, глядишь, оставшиеся дни прилетят незаметно, и я смогу со спокойной душой свалить из этого ада.       Во время завтрака, плавно перетекающего в обед, мы с Егором впервые за все время моего пребывания здесь увлеченно разговаривали. Я задавала вопросы, а парень с неожиданным энтузиазмом отвечал. Сегодня он, по всей видимости, находился в достаточно хорошем расположении духа, что не могло не радовать.       Закончив нашу с ним трапезу, я убрала посуду со стола и принялась ее намывать. Молодой человек же не ушел в гостиную, как я ожидала, а остался со мной в кухне, при этом помогая перетирать помытые тарелки. — Хочешь, я тебя с другом своим познакомлю? — вдруг поинтересовался Егор, заглядывая в мое лицо. Ну, почему бы и нет. С мамой познакомились, можно и друзьям меня представить. Я мысленно усмехнулась своему внутреннему голосу, — только он немного… необычный, скажем так, — необычнее тебя что ли? Или у него три глаза? — Да я не против, — кивнула я, не сказав ничего из того, что крутилось у меня в голове.       Закончив с посудой, мы прошли в гостиную. Парень сказал, чтобы я ждала его здесь, и удалился на балкон, возвращаясь оттуда с небольшой клеткой. На дне мирно сопел хомяк. Я начала улыбаться, как ребенок, рассматривая милое создание и пропихивая пальцы между прутьями, дабы его потрогать. — Это Григорий, — на лице Егора тоже появилась улыбка. Он открыл клетку и достал пушистика, сажая его на мои колени, — знакомься.       Мне стало смешно от серьезного тона молодого человека, но смеяться я не стала, поскольку заметила, насколько важен хомяк для парня. Если уж он показал Гришу мне, значит, я стала для него чуточку ближе. — Ну, здравствуйте, меня Алена зовут, — задорно проговорила я, тиская маленького зверька. Хома же смотрел на меня своими глазами-бусинками и подставлял моську под почесывания, — я ему нравлюсь, — я позволила себе рассмеяться, переведя взгляд на Егора, который тоже уже во всю лыбился. — У тебя, наверное, в голове не укладывается, как такое чудовище, как я, уживается с таким милым созданием? — У меня в голове не укладывается, что ты разговариваешь со мной, как с человеком, а не как с ничтожеством, — буркнула я, увлеченно разглядывая Григория. — Ну, я ведь такой же человек, как и ты, поэтому в этом ничего особенного нет, — Егор пожал плечами, забирая у меня хомяка и сажая его в специальный шар для передвижения по квартире, — пускай пошароебится немного, — с усмешкой проговорил молодой человек. — Нет, это странно. И я хочу знать, что послужило таким переменам? — Много думал просто, — парень поднялся с дивана и подошел к окну, поворачиваясь ко мне спиной, — я не такой мудак, как ты считаешь. Просто выслушай меня…