Бабочка

Вэй У Сянь чуть не прыснул со смеху. В прошлый раз он видел друга настолько потерявшим над собой контроль, когда сам же подсунул ему книгу порнографического содержания с обложкой, имитирующей буддистский трактат. Только набор эмоций, отражавшихся на его обычно бесстрастном лице, был несколько иным. – Давай я помогу, – сжалился над ним Вэй У Сянь. – Так я сэкономлю нам массу времени, и тебе не придется на ходу сочинять отговорки. В конце концов, это мне пристало нести околесицу, так ведь? – вопрос был риторическим, ведь это он столько времени разыгрывал из себя сумасшедшего. Тон его стал серьезным, но в глазах плясали смешинки: – Итак, сперва ты должен сказать, что это я сам во всем виноват. Ты ничегошеньки не знал о технике, которую я так беспечно применил, не дав себе труд рассказать, как все будет проходить. И по моей вине ты очень за меня волновался и переживал, сидел здесь, не находя себе места, держал меня за руку. Он устроился поудобнее, по-прежнему предусмотрительно не выпуская конца белой ленты из рук. Хань Гуан Цзюнь вспомнил о приличиях и расположился напротив него чинно и с абсолютно прямой спиной, как за чайным столиком. Не предпринимая попыток отвоевать лобную повязку, привел одежду в порядок. Мужчина внимал каждому его слову с надеждой, затаившейся в глубине светлых глаз вместо того, чтобы холодно окоротить. – Потом, дай-ка подумать, – он сделал небольшую паузу, играя пальцами с полоской ткани, которая казалась легкой и летящей, но только не тому, кто теперь не понаслышке знал какой прочностью она отличалась. – Потом тебе вспомнилась та детская сказка, в которой была заснувшая беспробудным сном дева, а спасти ее мог только ее суженный, конечно же неземной красавец. Все говорят, что в Ордене Гу Су Лань не бывает некрасивых людей. Так что по всему выходит: ты вовсе не хотел украдкой похитить у меня поцелуй, а просто пытался спасти меня, так? Лань Ван Цзи издал невнятный звук в знак согласия, несмотря на то, что Вэй У Сянь увязывал вместе вещи, которые друг с другом никак не сочетались. Похоже, мужчина понемногу оправлялся от потрясения и даже перестал опасаться, что его друг выкинет что-нибудь, за что потом будет стыдно не ему, а Лань Чжаню. Воодушевленный его реакцией, Вэй Ин продолжал: – Я должен буду сделать вид, будто поверил, и мы оба сможем лечь в постель, потому что сейчас уже девять вечера, а наутро забыть обо всем, как будто бы это был сон, – похоже его слова вдохновили Лань Ван Цзи, тот слушал и даже одобрительно кивал. – Но разве я могу так поступить после того, как ты связал меня лобной лентой, да еще столь туго, что… – Я… связал тебя… чем?.. – с трудом, очень медленно выговорил заклинатель, будучи близким к тому, чтобы призвать Би Чэнь. В атмосфере повисло ощущение неминуемой опасности, как перед грозой. Наверное, Лань Ван Цзи тоже это почувствовал – дышал он так, словно ему не хватало воздуха, хотя окно гостевых покоев было открыто. – Я хотел сказать, – поспешно затараторил Вэй У Сянь, заговаривая собеседнику зубы. – После того, как я стянул с тебя лобную ленту Ордена Гу Су Лань. Ты помнишь, когда нам было семнадцать и мы явились на Совет Кланов в Ци Шане? – он уловил чуть заметный кивок и этот взгляд, устремленный куда-то вдаль сквозь завесу времени. – Ты конечно помнишь, а я как честный заклинатель, не могу поступать с тобой настолько бессовестным образом. – Мгм, – многозначительно сказал Хань Гуан Цзюнь, что бы это ни значило. – И потому в качестве своих искренних извинений и в знак сердечной благодарности за мое спасение я прямо сейчас тебя поцелую, – радостно сообщил о своем решении Вэй Ин и мог поклясться, что в первый момент друг всецело поддержал его инициативу. А после, когда смысл сказанного, наконец, дошел до него, а Вэй У Сянь приступил непосредственно к действиям, у Хань Гуан Цзюня получилось только невразумительное мычание, вроде как протестующее, но уверенности в этом не было. Однако и отличная же возможность ему выпала убедиться в своей правоте – Лань Чжань действительно закрывал глаза в такие моменты. Вернее, он так оторопел, когда Вэй У Сянь смял его губы своими, что и вовсе зажмурился. Если бы он только знал, что целовать Лань Ван Цзи так приятно, то ни за что бы не отказывал себе в этом удовольствии в прошлой жизни. Когда он украл первый – подумать только, первый! – поцелуй Лань Чжаня, это было почти невинно, он мог лишь гадать, каков будет вкус, проведя языком по сомкнутым губам. А когда тот поцеловал его сам, Вэй У Сянь выдал себя и все закончилось слишком быстро. Теперь они оба могли в полной мере распробовать друг друга. Бледные губы оказались мягкими и прохладными, Вэй У Сянь буквально млел от того, как это ощущение сочетается с освежающим ароматом сандалового дерева, окутывающим их. Мужчина широко распахнул глаза, когда почувствовал чужой язык, пробравшийся в его рот и начавший там хозяйничать. Вэй У Сянь ответил ободряющим взглядом, как бы говоря: «Все ведь хорошо, нечего пугаться». Он выпустил ленту, чтобы коснуться кончиками пальцев безупречной нефритовой кожи, такой гладкой, что хотелось трогать еще и еще. Лань Ван Цзи как будто каким-то образом почувствовал, что свободен, и отпрянул. – Вэй Ин, – сбивчиво проговорил он и дотронулся до губ очень осторожно, будто они вдруг стали чужими. – Сколько правил Ордена Гу Су Лань мы нарушаем? Я не читал, что еще успели увековечить на Стене Послушания за время, пока… – он собирался, но просто не смог сказать то, что уже было на языке, и в попытке как-то смягчить подобрал другие слова: – Меня не было. – Учитывая, что мы злоупотребляем чужим гостеприимством? – ему показалось или губы Лань Ван Цзи тронула улыбка. И он еще раз проверил, на месте ли они. – Хватило бы, чтобы познакомить тебя с дисциплинарным кнутом. – Ай-яй-яй, Хань Гуан Цзюнь, одного меня? Какая вопиющая несправедливость! – Вэй У Сянь состроил обиженную физиономию, а потом склонил голову на бок и пытливо посмотрел на друга: – Для тебя это слишком, Лань Чжань? – Мгм, – сказал тот, когда для наглядности Вэй У Сянь повторил его движение, дотронувшись до своих губ. Вэй Ин крепко задумался. Он не привык много анализировать, просчитывать свои ходы и предугадывать что-то наперед. В голове его словно воздушные змеи в небе над Пристанью Лотоса затанцевали мысли, но мало было поймать за хвост любую из них и смотреть, что из этого выйдет. Поначалу он сомневался. Просто смотрел в лицо Хань Гуан Цзюня, по которому трудно было что-либо прочитать, и пытался понять его. Вспоминал Лань Чжаня, когда тот захмелел, и то, как он реагировал на его выходки. Тогда Вэй У Сянь дурачился, целуя друга и не думал, как далеко это может зайти для них обоих… С этими мыслями пришло неприятное чувство, что он ужасно подвел Лань Ван Цзи в прошлой жизни. И что самое ужасное, в этой продолжил в том же духе, хоть тот об этом и не помнит. Они были ужасно разными и одно сплошное недоразумение, что этот добродетельный заклинатель решил, будто его судьбой может оказаться столь беспутный человек, как Вэй Ин, зло во плоти, кого ни спроси. «И все же это именно то, чего хочет Лань Чжань», – убежденно подумал про себя Вэй У Сянь, прежде чем отринуть сомнения и высказать вслух мысль, которая немного смущала его самого. – Я кое-что придумал, – он старался звучать бодро, хоть настроение Лань Ван Цзи его и беспокоило. Как он отреагирует? Вэй У Сянь подобрался поближе к нему, все еще сидящему на полу, несмотря на то, что его уже никто не держит. – Когда я лежал там, все ведь было в порядке? – спросил он осторожно. – Тебя не тревожило то что, ну, что волнует сейчас? – Думаю, что так, – Хань Гуан Цзюнь немного колебался и явно не понимал, к чему друг клонит. – Тогда давай сделаем вид, что я как та дева из сказки заснул беспробудным сном или что-то в этом духе? – предложил он и очень вовремя почувствовал, что Лань Ван Цзи потянулся к уже знакомому месту на пояснице. – Лань Чжань, только не это! – возопил он с неподдельным испугом, чуть ли не повалившись на пол. – Лань Чжань, ты не можешь поступать со мной так жестоко! Только не после того, чего я натерпелся, когда очнулся здесь в темноте совсем один-одинешенек и не мог пошевелить даже кончиком пальца! Лань Чжань! – Потише, прошу тебя, – попросил Лань Ван Цзи, поспешно убрав руку. – Представь, что о нас подумают. А если кто-то решит войти? – Он увидит двух заклинателей сидящих на полу посреди гостевых покоев, – резонно заметил Вэй У Сянь и демонстративно потянулся, заведя одну руку за голову, а второй опираясь на пол позади себя, отчего его одеяние слегка распахнулось, съехав с плеча. – Ты прав, Лань Чжань. Уже давно девять, время отдыхать… – Нет, – твердо сказал Хань Гуан Цзюнь.