Love in Korean

У Сокджина каждое лето жутко болит голова, а у Хосока болит Сокджин. И, вообще-то, у Джина эти боли вполне себе реальные, объяснимы непереносимостью жары. Он аспиринчик, вот, носит с собой по всем карманам, пьёт его постоянно и жалуется часто. А у Хоупа каждый год сердце начинает разрываться с середины июня и аж до сентября, аспирина не выпьешь. И причина непонятна. Нельзя ведь так, — влюбляться в определённый сезон и даже не задумываться об этом в другие, будто и не было ничего. Кажется, просто летнее обострение, но от этого почему-то не легче. — Эй, ты вообще слушаешь? — Джин щёлкает пальцами перед лицом Хосока и обиженно сопит. — Вот так и дружи с тобой, вечно в облаках витаешь, даже не интересуешься моими земными проблемами. — Прости, хён, я слушаю, — Хоуп вздрагивает и смотрит на лицо сидящего напротив блондина. — Я думаю, тебе стоит дать ей шанс. Сам же говоришь, она миленькая, и вам есть о чём поговорить. Тем более если так видно, что ты ей нравишься. Стоит попробовать. Хосок делает глоток кофе, чтобы скрыть лицо за чашкой. На деле он был бы не против в этой самой чашке утопиться. Тупой ты, блять, Хосок, что ты делаешь? Мазохист хренов. Шанс дать? Стоит попробовать? Жаль самого себя нельзя удушить, он бы с радостью, честно. — Спасибо за совет, Хоби, — лицо Сокджина озаряет улыбка. — Чёрт, опять голова болит. Он достаёт из кармана аспирин, кладёт на язык таблетку и запивает своим айс-латте. Потом достаёт телефон, смотрит на время и встаёт из-за стола. — Слушай, я тогда пойду. У неё как раз пары заканчиваются, встречу её, может сходим куда-нибудь, — Джин снова улыбается и Хоуп залипает на его губы. — До встречи, Хоби. — Пока, хён. Удачи. Он уходит. Выходит из кафе, его фигура растворяется в толпе, а Хосок не может перестать смотреть сквозь прозрачные двери. Он всё ещё видит очертания спины Джина, даже если глаза закрыть. Он о многом жалеет. Он хочет сказать много и ничего. Он остаётся один. Хосок смотрит на забытую на столе упаковку аспирина, раскрывает её и глотает таблетку. Вообще-то, это очень глупо, но вдруг поможет. Вечером в какао приходит сообщение с текстом: «я её поцеловал и мы теперь встречаемся, спасибо, Хоби ;)», и Хоупу хочется повеситься. Утопиться, спрыгнуть с крыши, с моста или, на худой конец, порезать вены. Но он продолжает сидеть на диване перед телевизором, держать бутылку пива, которую он так и не открыл и смотреть на тупое окошко чата с тупой фоткой Джина в правом верхнем углу. В конце концов, он будет счастлив. А у Хосока просто летнее обострение. Да ведь?