Смерть — только начало

"Судьба нас будто берегла; Ни беспокойства, ни сомненья… А горе ждёт из-за угла"

***

13.11.2015       — Ты сейчас все сожжешь! — воскликнула Арина, заглядывая через плечо Игоря в сковородку, на которой тушились грибы с овощами, и откуда начинал исходить запах горелого лука.       — Я знаю, что делаю. Все под контролем! — засмеялся он, тем не менее выключая плиту. Откинув крышку, он перемешал содержимое, победно усмехаясь своему сомнительному кулинарному профессионализму. — Паникерша, — фыркнул он, вальяжно облокачиваясь рукой о стол.       — Позер, — парировала девушка, легко щелкая его по носу.       — Кажется, кто-то сегодня останется без ужина, — нарочито обиженным тоном произнес он.       — Эй, я тоже принимала участие в приготовлении, так что тебе меня не остановить!       — Да уж, я давно усвоил этот урок, — улыбнулся парень, обхватывая сильными руками тонкую талию девушки, подхватывая и усаживая Арину на мраморную столешницу.       Она засмеялась, оплетая ногами его талию, прижимаясь к парню. Он потянулся к ней, еще ближе притягивая возлюбленную к себе. Их губы слились в легком поцелуе, предвосхищающем нечто особенно сладкое, и от этого ожидания в груди приятно заныло. Пальцы Арины запутались в темных мягких прядях любимого, сердца обоих затрепетали в груди.       — Все остынет, — тяжело дыша, проговорила Арина, с трудом оторвавшись от Игоря.       Он неохотно отодвинулся от нее.       — Умеешь ты испортить момент, — пробубнил он, поворачиваясь обратно к плите.       Девушка лишь улыбнулась и легко спрыгнула на пол, возвращаясь к приготовлению ужина, которого она с нетерпением ждала уже несколько дней. Сегодня к ним должны прийти гости — лучшая подруга Марина и Леша, ее муж. Из-за новой работы Арины, на которой она была загружена круглые сутки, друзья не виделись уже около двух месяцев, обмениваясь лишь короткими звонками и сообщениями. Они с Мариной и Игорем знакомы со школы, их дружба пережила множество трудностей и невзгод за двадцать лет, но они преодолели все, и их общение переросло в нечто большее — в семью. И любые экзамены судьбы, проверяющие, насколько крепок их дружеский союз, они всегда сдавали с отличием.       Взглянув на наручные часы, Игорь нахмурился.       — Она тебе не звонила? — Арина отрицательно покачала гловой, раскладывая приборы на круглом белоснежном столе в гостиной.       Девушка ощутила неприятный холодок, пробежавший по спине. Марина, сколько друзья ее знали, никогда не опаздывала, она слишком пунктуальна и ответственна. И то, что она вдруг задерживается, даже не предупредив, заставило Арину напрячься, чувствуя, как мрачное волнение незаметно подкрадывается к ней со спины. Тяжелую тишину нарушил неожиданно громкий звонок телефона Игоря, нетерпеливо трезвонивший в соседней комнате. Парень наскоро вытер руки о кухонное полотенце и поспешил на звук своего мобильника. Арина не могла разобрать приглушенного разговора, поэтому непрошенные темные мысли закружились в ее голове. Предчувствие чего-то нехорошего заполнило ее сердце, заставляя гонять по венам необъяснимый страх.       Игорь вбежал в комнату через несколько минут, с абсолютно белым лицом, сжимая в руке трубку телефона.       — Марина в больнице.       Несколько мучительных секунд они не могли сдвинуться с места. Ими овладел абсолютный шок. Не было нужды говорить, что все серьезно, это было видно по лицу Игоря. Холодный ужас моментально стал овладевать телом Арины. В разум, подобно гадкому и склизкому питону, заползало понимание того, о чем говорил ей парень. Без единого слова они кинулись к выходу, по пути схватив ключи от машины. Первой выбежав из квартиры, Арина натянула куртку и стала судорожно нажимать на кнопку вызова лифта. Решив, что он едет слишком медленно, они ринулись вниз по лестнице с четырнадцатого этажа. Сердце бешено колотилось в грудной клетке, в ушах глухо отдавались его быстрые удары. Дыхание сбилось, и при каждом судорожном выдохе изо рта вырывались облака пара. От морозного воздуха глаза девушки стали слезиться, смазывая картину окружающего пространства.       Их серый Nissan стоял недалеко от подъезда. Арина никак не могла попасть по кнопке отключения сигнализации, у нее так тряслись руки, что в конце концов ключи и вовсе выпали, звякнув о мокрый асфальт. Игорь их поднял, сел на водительское сиденье, Арина молча пролезла на пассажирское. Он накинул ремень безопасности на нее и на себя, завел машину и нажал на педаль газа.       Арина смотрела прямо перед собой и испытывала ужасный парализующий страх. Сердце тяжело билось и, казалось, вот вот разорвет ее на части. Новая порция паники нахлынула, когда они выехали на дорогу около торгового центра, откуда выезжали машины, создавая затор. Тогда в голову пришла ужасная мысль: можем не успеть. Арина не имела ни малейшего представления о том, что стряслось с подругой, но внутренний голос продолжал убеждать ее в том, что нужно торопиться, пока не стало слишком поздно… В машине стояло колоссальное напряжение. Казалось, еще немного и средство передвижения развалится на мелкие кусочки. Из-за нехватки воздуха Арина опустила окно, подставляя лицо ледяному осеннему ветру, в попытках привести дыхание и сердцебиение в норму.       Бросив машину около больничных ворот, они бегом направились ко входу.       — Где…где хирургический корпус? — запыхавшись, спросил Игорь у дежурной медсестры.       — Соседнее здание слева, — она еще даже не успела договорить, а они уже бежали к нужному зданию.       От вида больничного коридора у Арины тошнота подступила к горлу. Внутренности сковало от холода, запах сырости ударил в нос. Слева в конце коридора над широкими двойными дверями ярко горела надпись: «Идет операция». На белоснежного цвета скамейке, около операционной, сидела мама Марины с красными опухшими глазами и заплаканным лицом. В руках она сжимала телефон дочери, он был весь в крови, и у Арины закружилась голова, от мысли, что это кровь ее лучшей подруги. Игорь взял любимую за руку и сжал ладонь, в успокаивающем жесте и знаке поддержки.       Когда они подошли, Оксана Владимировна подняла на них глаза, полные боли и отчаяния, отчего слезы предательски рвались навстречу ее страданиям. Она встала, прижала Арину к себе и, уткнувшись в ее плечо, зарыдала. Девушка молча обняла ее в ответ. В такие моменты не нужны слова, все и так прекрасно понимают и чувствуют насколько велика поддержка друг друга.       — Что случилось? — сидя рядом с мамой подруги на жесткой скамейке, спросила Арина.       — В нее стреляли, — шепотом, почти беззвучно проговорила женщина и снова заплакала, опираясь на подругу своей дочери.       — Кто? Зачем? — Арина ничего не понимала. Это все какая-то полная чушь…       — Я не знаю, мне больше ничего не сказали.       Из операционной выбежала медсестра. Все трое вскочили на ноги.       — Что там? — спросил Игорь, надеясь на то, что она развеет все сомнения, успокоит, приведя Марину, которую привезли по ошибке не в то отделение, и что на самом деле с ней все в порядке.       К сожалению, он не угадал.       — Извините, операция еще не закончена, — пролепетала девушка, не поднимая глаз, и побежала дальше по длинному коридору.       Арина громко выдохнула, крепко сжимая теплую и надежную ладонь Игоря. Они все уселись обратно и стали ждать, ведь только это им и оставалось.       Это были самые кошмарные часы в их жизни. Накаленная атмосфера действовала на всех, вызывая бурю эмоций и мыслей. Арине стало так страшно после слов Оксаны Владимировны, что тряска с рук постепенно перешла на все тело. Через пару часов этой нервотрепки в висках будто образовалась стихийная наковальня. Арина прислонила затылок к холодной стене, пытаясь заглушить невыносимую боль в голове.       Сегодня Арина впервые увидела Игоря в таком состоянии: за несколько часов он не произнес ни слова, но девушка понимала, что он безумно волнуется, хоть и не хочет этого показывать, хочет выглядеть сильным, как всегда. Несколько раз Арина видела в его глазах слезы, которые он быстро смахивал, не желая поддаваться эмоциям. Он теребил в руках кожаный браслет, который всегда носил на правом запястье. Этот аксессуар всегда был при парне, тот считал, что браслет — его талисман. С самой школы он не расставался с ним, свято веря в то, что этот атрибут приносит ему удачу.       Этот пустой темный, пахнущей стерильностью коридор навсегда останется в памяти Арины. Именно в этом коридоре перевернулась вся ее жизнь. Через восемь часов дверь распахнулась, и к ним вышел врач, стягивая с себя белые, запачканные кровью перчатки. Он выглядел очень усталым, разочарованным и печальным. Его взгляд, как стрела, прошел сквозь Арину, принося осознание того, что мужчина принес дурную весть. Девушка тряхнула головой, пытаясь отогнать это чувство.       Они окружили его, ожидая ответа, и в то же время опасаясь того, что он сейчас произнесет. Он посмотрел в глаза маме Марины, полные надежды и покачал головой.       — Множество огнестрельных ранений, большая потеря крови, многие жизненно важные органы были повреждены. Мы сделали все, что могли, но спасти ее не удалось. Мне очень жаль.       Первые несколько секунд Арина не могла понять о чем он говорит.       — Что? — только почувствовав на своем плече теплую руку Игоря, и услышав крик Оксаны Владимировны, она начала осознавать, что только что услышала — Марины больше нет…       — Нет! — услышала девушка свой собственный крик.       Это было самое ужасное чувство, которое Арина когда-либо испытывала. Дикая, невыносимая боль, поселившаяся с этого момента в ее груди, разрывала ее на части. Она физически чувствовала, как от нее отрывается кусок жизни. Из-за слез, застилавших глаза, девушка не видела ничего вокруг, из-за боли в груди стало трудно дышать, казалось, что она умирает вместе с подругой. Ноги подкосились и Арина упала на колени, в горле застрял очередной крик: «Как мне теперь жить? Как жить без нее? Я не могу представить себе существование без своей лучшей подруги, без своей сестры. Этого не может быть! Так больно не бывает, не должно быть так больно!». Марина не могла умереть, не могла бросить их всех. Это невозможно… Больше никогда не увидеть ее улыбки, не услышать ее смеха, ее голоса. Никогда больше не суметь дотронуться до нее. Она так молода, она не может умереть! Это не справедливо…       Что было дальше Арина почти не помнила.       Следующие несколько дней просто выпали из ее памяти. Осталась лишь тупая, непроходящая боль, не стирающаяся ни на секунду, и море слез, льющихся без остановки, не давая дышать, заставляя девушку задыхаться от рыданий…