Кулон

… ВВОД КОДА: Так я спасаю жизни … Проверка …Эй, ты меня видишь? Слышишь? У меня мало времени, так что читай внимательнее. Не принять приглашение от одного из членов Совета О5 было бы самым глупым самоубийством во всем мире и за все века, так что на выходе меня уже встретил Черный Дрозд с черным приталенным пальто в руках, которое вскоре аккуратно накинул на мои дрожащие плечи. Как он так быстро оказался в коридоре, да еще и с каким-то новым пальто, предназначенным для моей персоны, я понятия не имею, да и сомневаюсь, что хотела бы знать. Боже, я бы вообще не хотела его знать, но мне не оставалось выбора, как идти с ним в одном направлении и тихо шугаться каждого шороха со стороны мужчины. Он умел пугать своим присутствием и в то же время располагать к себе своей улыбкой. Хотя, в какой-то определённый момент я все же осмелела без вина и подняла голову, чтобы посмотреть на моего попутчика, удивительно подмечая, что на нем уже была шляпа черного цвета и такого же цвета пальто. И красиво вышитый дрозд на ветке прямо на плече глядел своими рубиновыми пуговками-глазами на меня. — Вы подросли? — Внезапно спросил меня Дрозд, предлагая локоть для прогулки, которую я не сразу, но приняла. И глаза его, обычно темные и пустые, смотрели сейчас с живым интересом и маленькими огоньками молодого нахальства. Класс, я теперь и просто так уйти не смогу от этого непонятного и пугающего мужчины. Осторожно взявшись за локоть, я вздохнула и меня направили подальше от душного кабинета. — Мой рост все тот же, — Возразила я, нахмурив черные брови. Я бы сунула руки в карманы, как всегда любила это делать, да вот что-то мне подсказывало, что лучше уж держать за локоть мужчину и поддерживать его хорошее настроение, чем потом жалеть, что повелась на поводу своих собственных привычек. — или вы о служебном росте? — О психологическом росте, — Ответил мужчина, направляя меня по коридорам и ступенькам куда-то вниз, причем ему не нужны были карты доступа. Он просто брал и открывал, когда как нам нужно было вводить специальные пин-коды.Ахуеть. — Будь приглашение месяца два-три назад, Вы бы и носа сюда не сунули, моя дорогая, предпочитая свои привычные рамки существования. А сейчас приехали, познакомились с союзниками Джека, и даже приняли мое приглашение на прогулку. — У меня, словно, выбор был. — Буркнула я в сторону, на что О5-5 рассмеялся, как обычно смеялись люди, прожившие много лет и встречавшие шуток намного забавнее, чем моя. Мужчина подмигнул мне, открывая передо мной дверь, за которой находился широкий белый коридор и несколько дверей в них. — Вы могли бы остаться с Джеком в кабинете и рассматривать вопрос о Церкви и под конец вечера совсем неожиданно познакомиться с О5-10 и О5-6, — Предложил альтернативу Дрозд, подведя к третьей двери слева, где, на удивление, оказалась очередная лестничная площадка. — А потом подойти к Альто со своим вопросом, мучившего вас с того самого взгляда, и спросить про его третий глаз, а вспомнить себя только на следующий день в его постели полностью обнаженной и без памяти о вечере и целой ночи. — Ну, это не так уж и плохо. — Пожала я плечами, чем по настоящему удивила мужчину. Тот повернул ко мне голову, нахмурившись, словно проверяя шучу ли я. Но я не шутила. — Моя дорогая! — Возмутился О5, открывая для нас дверь на улицу. В тишине мы прошли дворик и вышли в город через пропускной пункт, наслаждаясь вечерними маленькими улицами, что готовились к предстоящим праздникам. Воздух пах сладкой выпечкой и везде слышался озорной смех. Солнце уже протягивало свои последние лучи света, окрашивая небо в кроваво-красный цвет, а месяц все так же весел посреди рваных облаков, готовясь вступить в свои права. Все было таким…уютным и прекрасным, что я бы с радостью осталась жить в одном из этих разноцветных домиков среди заснеженных гор. Было так необычно видеть белые шапки вершин, но при этом не видеть снега на кирпичных тротуарах. — Хотя, вы в любом бы случае столкнулись, — Внезапно услышала отрывок монолога мужчины, не особо вслушиваясь в смысл. Среди этих старинных улочек и декораций меня интересовало другое. — А можно задать вопрос? — Спросила я, отрываясь от разглядывания города. Дрозд с задержкой, но кивнул, растягивая губы в легкой и доброй улыбке. — Почему именно к Чумному Доктору? — А Вы, моя дорогая, хотели бы к другому? — Поинтересовался в ответ О5, сворачивая куда-то в темный переулок. Я глубоко задумалась, рассматривая тротуар, по которому мы шли. А хотела бы я быть у другого Объекта? Нет, точно нет. Он был единственным в Зоне, кто по настоящему меня интересовал как личность и как Объект. Он с легкостью поддерживал разговор, при этом избегая допросы о нем самом. Такая загадочная личность не может не зацепить, ведь человек любопытен, а загадка для него лучшее в жизни. Да, иногда его таинственность раздражает, даже злит до дрожи, да и еще его непонятное средневековое воспитание, которое вгоняет в глубокий ступор, но при этом в нем эти недостатки были идеальны. Он сам казался идеальным и его лечение, от которого он так зависит, тоже кажется иногда чем-то на самом деле простым. Об этом я и сказала О5, на что тот утвердительно кивнул, соглашаясь с моим мнением. Возможно, мое утверждение показалось ему глупым и не со стороны ученого, а со стороны обычного обывателя. — Хотите леденец? — Внезапно спросил мужчина, когда мы вышли на центральную уличу с разноцветными фонариками и такими же яркими прилавками. Было похоже, что шла праздничная ярмарка, ведь вокруг все было таким праздничным и веселым. — А можно? — Приподняла я брови, разглядывая прилавки, но при этом не отпуская локоть Дрозда. Тот добродушно хохотнул, разрешая мне взять любой. Ну, я и выбрала один из самых больших в форме груши и со вкусом фруктов. После этого все было как в детстве, которого у меня не было. Мы гуляли, стреляли в тире и развлекались за тихими беседами и рассказами о жизни. Было странным, что мне внезапно стало так уютно с Дроздом, ведь за этот вечер он стал мне словно наставником или тем самым дядей, который редко приезжает в гости, но дарит щедрые подарки. В общем, мне было с ним приятно проводить время, но при этом была между нами какая-то преграда, которую никто не хотел переходить, да и не было в этом особой нужды. Когда на улице совсем стемнело, а народу поубавилось мы пошли обратно в зону. — А где вы так ловко научились кольца забрасывать? — Спросила я после того, как мы достаточно отошли от шума и музыки. — Опыт…опыт. — Пожал плечами Дрозд, усмехнувшись. — Помню, был у нас Объект один интересный. За одно забрасывание кольцом в конус он дарил любое блюдо. Так, когда столовую закрыли, нам пришлось учиться бросать, чтобы голодными не ходить. — Он издал смешок, а глаза его видели тот эпизод и показались совсем туманными. — Да, было время. — Вы были обычным научным сотрудником? — Все мы были научными сотрудниками, кто-то даже в D-классе побывал. — Пожал плечами мужчина. Я задумалась. А ведь это бывало, чтобы кто-то из дэшек внезапно становился лаборантом или ученым. Да, они преступники, да, убийцы и маньяки, но они могли помочь множеству народу, будучи работником Фонда. Да и вряд-ли кто-то из сотрудников отличается чистой душой. За раздумиями я и не заметила, как мы оказались на том же самом белом этаже с дверями. Казалось, что из этого места можно попасть в самые дальние уголки комплекса, но ходить здесь могли только некоторые, так как обычно народу в любое время суток было много, а здесь так тихо и пусто, что любой шаг казался громом. — Моя дорогая, я хотел бы вам кое-что показать. — Внезапно серьезно произнес Черный Дрозд, но в глазах его все так же прыгали огоньки. — О чем вы? — Не поняла я, но мой порыв слов остановила открывшаяся дверь перед лицом. Перед белой пустой комнатой стояло прозрачное стекло, за которым находилась камера наблюдения. В сердце что-то защемило с такой адской болью, что делать новый вдох у меня не получалось. Сначала мне показалось, что это простой мираж перед моими глазами. Что среди мягких игрушек и детских инструментов сидит не моя дочь, а страшная галлюцинация моего мозга, но с каждым шагом, с каждым сантиметром преодоленного расстояния, картинка не рассеивалась. Она была прежней. И Лилит за стеклом была живой, она была здесь, в камере. — Лилит! — Выкрикнула в порыве чувств я, прислоняясь к стеклу и ударяя кулаками, чтобы преодолеть те жалкие несколько метров между нами. Но стекло не билось, да и девочка по ту сторону продолжала играть в игрушки в полном одиночестве, словно не слышала мои мольбы и дрожания стекла. — Как мало нужно, чтобы заставить материнское сердце трепетать. — Заметил Дрозд, подбираясь к ко мне ближе, сидящей на коленях перед зеркалом. — И именно в этот момент сердце более уязвимо. — Что вы хотите! — Взревела я, не сводя взгляда с дочери. — Вы отняли у меня жизнь, отняли чувства, силу, даже семью вы у меня забрали! Что же… Что же вы за монстры такие?! — Не находила слов я, стараясь не разревется в голос. — Моя дорогая, мы делали все, чтобы сохранить ваше существование мирно. — Возразил мужчина, рассматривая комнату за окном с таинственной доброй улыбкой. — Мы могли бы убить Вас, но подарили жизнь. Мы следим за Вашим состоянием и пытаемся найти компромисс, вместо того, чтобы заставлять бояться нас под натиском силы и страха. Мы создали контракт, чтобы Ваша же сила Вас не убила. И семью мы оградили именно из-за Вашей силы, но кто же знал, что Ваш старший приемный сын наследовал такую же кровь как и его родителей? Мы промолчали, когда Вы сами запечатали его Конструктор Реальности. Нам меньше проблем и Вам больше уважения. Но совсем недавно у вашей дочери обнаружилась такая же проблема… — Постойте. — Не поверила я, поднимая взгляд на О5. — Подождите…она Скульптор? — На начальной стадии. — Согласился мужчина, кивнув. — Хотя было доказано, что по крови этот дар не передается. Это просто совпадение. — Злая шутка Судьбы, — Эхом повторила я тот же смысл, прислоняясь лбом к стеклу. — Боже, тот, кто пишет сценарий моей судьбы, явно сбежал из цирка. Что теперь будет с ней? — Нечего, пока Вы работаете в наших интересах, моя дорогая. — Ответил Дрозд. — Вы ошибочно предполагаете нас врагами, но единственное чего хотим я и Джек, так это продвинуть вас в Совет и тем самым защитить Вашу семью. Так что подумайте, будет ли это для вас плюсом. — В Совет? Меня? — Усмехнулась я, не веря собственным ушам. — Вы же знаете, что я Скульптор Реальности. Если я буду знать все тайны мира, я стану намного сильнее. Сильнее вас всех. — Но Вы не пойдете против Фонда. Вы не пойдете против своей сущности, моя дорогая. Если уж Объектам мы позволяем занять руководящие должности, то почему не можем позволить править Архитектору? — Стал размышлять мужчина, раскрывая все те тайны, которые мучили меня все это время. Которые и были преградой в наших отношениях. Теперь мне стало ясно. И самое забавное, что я знала об этом с самого начала. — Могу я… Могу я зайти к ней? — Спросила я, с надеждой взглянув на мужчину. Тот несколько секунд о чем-то раздумывал, но согласно кивнул, указывая на скрытую дверь.

***

Она сидела в комнате совсем одна, но ее друзьями были мягкие игрушки, с которыми она так забавно играла, рассказывая придуманные на ходу сказки. Услышав звуки закрывающейся двери, Лилит подняла на меня свои серые большие глаза в оправе густых черных ресниц, открыв от удивления рот. В этот момент она походила на своего отца-сорванца, по которому «сохла» не только старшая и средняя школы, но даже некоторые учителя. И среди этих людей была и я. — Вы фея снега? — Спросила она меня, жадно поглощая своими глазами цвета утреннего тумана в лесу, а я не смогла сдержать улыбку, ведь она была самой красивой малышкой в этом мире. Мне бы хотелось сказать, что я ее мама, что я та самая единственная, но понимала, что это будет лишним, что таким образом я только все разрушу. Разрушу ее хрупкую повседневную жизнь. — Да, и я пришла к тебе поиграть. — Склонила голову в бок я, смахивая невольно подступившие слезы. — Расскажешь немного о себе? — Меня зовут Лилит, мне 7 лет и я живу с бабушкой и дедушкой в городе, прямо в центре! Скоро я пойду в школу и буду учиться на одни пятерки — Рассказала она все о себе так просто, пока я садилась рядом с ней. — а родителей у меня нет с рождения. — Бабушка и дедушка хорошо о тебе заботятся? — Поинтересовалась я, смахивая с щеки ребенка какую-то блестку. — У тебя есть друзья? — Они часто балуют меня, но я не позволяю им этого делать. — Надула щечки Лилит, обнимая плюшевого ежика. — А друзей во дворе у меня полно. Даже есть мальчик, который мне нравится, правда он болеет часто и сидит поэтому дому. — А ты ему нравишься? — Поинтересовалась я, рассматривая игрушки вокруг. Были здесь и динозавры и самолеты, но больше всего здесь было много игрушек в одном стиле и скорее всего от одного производителя. Рядом лежал такой же еж, но черного цвета, а рядом пристроилась белая летучая мышь с габаритами. В дали валялся желтый…лис с тремя хвостами? — Да! — Твердо произнесла она, но тут же поникла, опустив голову. — Но он об этом еще не знает. Я не удержалась и рассмеялась, чем тоже развеселила Лилит. Она глупо разулыбалась и захихикала, пока и вовсе не засмеялась в голос. — А ты можешь его заколдовать? — Внезапно спросила девочка, все так же улыбаясь и подползая ко мне поближе. — Чтобы думал и день, и ночь! — А ты о нем думаешь день и ночь? — В альтернативу спросила я, наклоняясь ниже. Дочка покачала отрицательно головой после некоторых раздумий. — Тогда и ему не нужно думать так часто. Если вы и правда друг другу нравитесь, то пускай все идет своим чередом, хорошо? — Тогда… не знаю, ты же фея! — Да, фея, — Согласно кивнула головой я, растягивая губы в улыбке. — И мне нужна твоя помощь, поможешь мне? Девочка согласно закивала и я продолжила. — В каждом человеке есть свои внутренние демоны, а я ими питаюсь. — Начала я. — Они приходят в кошмарах и иногда действуют наяву. Если ты представишь их в каком-нибудь предмете и отдашь мне, то они исчезнут. Лилит озадаченно нахмурила брови, но сделала все так, как я ее просила. Этим предметом оказался тот самый ежик в ее руках, которого она мне передала. Глаза ее стали тяжело закрываться, а сквозь сильную зевоту она хотела что-то сказать мне, но не успела, уснув прямо в сидячем положении. Только в последний момент я успела ее подхватить, аккуратно уложив на подушку в форме звезды. — Это так Вы, моя дорогая, блокируете Скульптора Реальности? — Поинтересовался О5 за моей спиной. Я вздохнула, не отрывая взгляда от Лилит, стараясь запомнить все ее черты безмятежного лица. — Так я спасаю ее жизнь.

***

Многие говорят, что только у мужчин бывает тот момент, когда они реально ощущают голод и потребность с кем-то разделить ночь хотя бы на пару часов, но я с уверенностью могу сказать, что не у одних мужчин бывает такое. У меня тоже бывает голод и эта потребность мгновенно заполняет все мои мысли, посылая самые реалистичные  эротические сны в неожиданный момент. Именно поэтому я проснулась посреди ночи, ощущая тяжесть внизу живота от возбуждения после таких страстных побегушек моего сердца. Мало того, что после изнуряющей прогулки с О5 я легла спать в комнате отдыха, уснув на животе, так меня еще до утра не выпустят, так как дверь заблокирована. А ведь мне было просто лень идти дальше. Приподнявшись на локтях, я выгнула спину и стон сам собой вырвался при воспоминании такого прекрасного сна, который, увы, не повториться в реальности, а на губах расцвела мечтательная улыбка. Уронив голову обратно на подушку, я опять провалилась сном, сразу же ощущая теплые нежные прикосновения, которые гуляли сначала по белой рубашке, массируя самые напряженные точки, пока я не расслабилась полностью, а затем уже под рубашкой, гуляя волнами от низа спины до шеи, создавая целый табун мурашек у меня на коже. Я улыбнулась, глубоко задышав и чуть ли не мурча от удовольствия, подобно из рода кошачьего. Настолько были приятны мне эти жаркие прикосновения, разминающие уставшую спину после тяжелого дня, что я сдерживала себя до последнего, чтобы не начать глупо хихикать. Горячие дыхание обожгло шею и я сама убрала волосы наверх, открывая всю поверхность. Мне хотелось еще, мне хотелось больше. По позвонку прошли жаркие, но такие приятные и нежные поцелуи, что я сама не заметила как осталась без рубашки, которую на мне так жадно разорвали и бросили куда-то в темноту. Сердцебиение моего сердца внезапно участилось, ведь мороз прошелся по коже, охлаждая те места, где недавно были поцелуи, и меня накрыла новая волна возбуждения, заставляющая уже дрожать от желания, а не от холода. Горячие губы вернулись к шее, а руки опустились ниже спины, из-за чего я хотела возмутиться, но меня внезапно укусили, да так больно, что не просто синяк останется — кровь пойдет. Тут я уже не выдержала и ойкнула, поднимаясь на локоть, а другой прикрывая начинающий багроветь синяк. Засос. Прекрасно. Да такой болючий, что держать руку мне удавалось с трудом. И тут меня накрыло. Во сне боли не чувствуешь, верно? Да и чужое тепло ты тоже, по идеи, ощущать не должен. Тогда, это все та же реальная комната отдыха и все тот же реальный диванчик. А реальная ли тяжесть у меня чуть ниже мягкого места? Я медленно обернулась, насколько мне позволяло мое положение, и тихо охуела. — Доктор Альто Клеф? — Уточнила я чуть грубым, сухим голосом. Мужчина, что оставался только в расстегнутой наполовину рубашке и брюках, улыбнулся уже шире некуда, мерцая в ночи уже двумя глазами. Куда делся третий я спрашивать не решилась. — Тот самый, тот самый. — Подтвердил заигрывающе детектор, нависая надомной. — Ожидала увидеть здесь выскочку? — Брайта? — Нахмурилась я, стараясь разглядеть остатки рубашки в этой полной темноте. — Скорее уж иллюзию горячего парня с островов. — А чем я не горячий? — Удивленно вскинул брови Клеф, подбираясь к застежке лифака. — Я же чувствую твое настроение, моя драгоценная, ты ведь хочешь этого. — Мне много чего хочется, — Забурчала под нос себе я, стараясь отгнать руки мужчины от последнего оплота моего разума, не считая низа, но Альто оказался в более удобном положении нежели я и быстро прекратил мои попытки к сапротевлению, схватив кисти и тут же покрыл их поцелуями, чуть покусывая острыми клыками кожу. — Доктор Альто Клеф, прекращайте уже, здесь же есть камеры. — Разве это не возбуждающе? — Усмехнулся мужчина, придавливая меня всем телом и продолжая оставлять на моей шее легкие синяки, тут же их целуя или облизывая. — Вот только в эту ночь они внезапно отключились. Я замычала, стараясь оставаться в нормальном состоянии, но возбуждение накрывало меня все с более сильной волной и сопротивляться уже не оставалось сил. Отпустив голову, я сдалась и решила наслаждаться этими минутами. Удивительно, но директор знал чего я хочу и как хочу. Он тут же изменился в поведении и стал более грубым, похожим на какое-то дикое животное с блестящими в ночи глазами, в которых то и дело плесали искры какого-то безумия. Он то сильно сжимал мое тело до образования красных пятен, то тут же нежно впивался губами в мои, создавая контраст чувств, от которого я просто теряла сознание. Он вошел неожиданно резко, словно сорвавшись с цепи. Ночь и правда прошла как в сладком забвении, за которое я разбивалась на осколки несколько раз. Альто действовал быстро, где-то с грубой силой, где-то нежно целуя, согревая своим телом и показывая страсть действиями. Его необузданная, животная сила и резкие, дикие движения сбивали с толку. Быстрый темп он держал долго, но как только я подходила к своему завершению, он тут же замедлялся, впиваясь губами в тело и оставляя все больше засосов. Я же, в знак отмщения, делала так же, но уже царапая, не боясь сломать ногти. Под утро я отключилась, провалившись глубоким сном, ощущая, как мужчина поднимается, оставляя меня в холодном одиночестве. Больно надо. Проснулась я, как мне показалось, только после обеда. Открыв глаза, у меня с трудом получилось оглядеть комнату, протирая заспанные глаза. Мои джинсы аккуратно сложенные лежали на стульчике рядом, там же была и новая темно-серая рубашка, видимо, оставленная Клефом. Халатом я укрывалась, так что все вещи, вроде, нашла быстро. Медленно одеваясь, сквозь зевоту, я мечтала о горячем чае или на худой конец кофе. — Я только сейчас заметил у тебя еще одну татуировку. — Задумчиво произнес директор, появившись за столиком внезапно. Похоже, он там сидел все время, ну, не стесняться же мне, как девочке, и не визжать на него. — Портак, — Поправила я, зевнув в очередной раз. — Подростковый бунт для родителей. — И как? — Они даже не заметили. — Усмехнулась я, вставала и накидывая рубашку. — Твоя? Альто Клеф лишь усмехнулся, с наслаждением рассматривая как я застегиваю пуговки. Где-то читала, что для них это что-то вроде метки, мол запах их и все такое, хотя, как по мне, чушь собачья. Не верю я в эти отношения любовные, хоть убейте.

Внимание! Взлом системы, компьютер будет взаимоуничтожаться через несколько минут.