Исцели меня

6 июня 2018 года       До больницы они добираются быстро. Девушку, которая сейчас напоминала больше пустую безжизненную куклу, Игорь сдает сразу же на входе. Описывает, что у нее наверняка какой-нибудь нервный срыв, и этого хватает врачам, которые забирают Иру. А потом Акинфеев следует вместе с Артемом к своему знакомому доктору. — Скорее всего, перелом. Сначала обработаем все раны, потом сделаем снимок и уже наложим гипс, — объясняет мужчина, которому на вид около пятидесяти лет. — Хорошо, — кивает Игорь, а затем обращается к Артему. — Раз я больше не нужен здесь, то поеду и закончу с ератником.       Потому что в квартире осталось тело с оторванными конечностями и головой, кровь и немалый разгром. Скоро благовония перестанут перебивать трупный запах, и соседи вызовут полицию. Поэтому Акинфеев должен позаботиться об этом заранее. — Игорь, подожди, у тебя вся рубашка в крови, — останавливает его врач, и вендиго только сейчас вспоминает о такой мелочи. Опускает взгляд на белоснежную ткань, которая в районе горла украшена алыми пятнами, которые хаотично расходятся вниз. Да уж, в таком виде заявляться в участок ему точно не стоит. — У меня есть запасная, я тебе одолжу.       Акинфеев отмывает в туалете запачканную кожу и переодевается. Рубашка ему чуть велика, она немного измята, но вариантов у мужчины больше нет. Заезжать домой только ради такой мелочи — просто глупо потерять время. Поэтому вендиго едет в участок и находит своего хорошего знакомого, который так же не является человеком. Это не первое дело о смерти сверхъестественного существа, которое им выпадает разгребать вместе. Волокита с трупом ератника и заполнение разных протоколов отнимает несколько часов, так что усталый следователь вваливается в знакомое кафе с опозданием. — Игорь, ты в порядке? — обеспокоенно спрашивает Марио. От его внимательного взгляда не может скрыться внешний вид друга. — Да, Марь, все хорошо, — вендиго еще пару секунд играет в гляделки с Фернандесом, который все же проигрывает упрямому другу и опускает глаза. — Тебе как обычно? — Да, но заверни все с собой. Я сейчас только кофе попью.       Марио хмурится и пытливо смотрит на вендиго. Акинфеев и не думает поддаваться. — Слышал, у нас в городе начали младенцы пропадать… — начинает Фернандес, но Игорь его перебивает. — Знаю, я только разобрался с этим, — Акинфеев отпивает крепкий кофе, в то время как Марио усаживается рядом с ним.       Из подсобного помещения выглядывает Денис. Он бросает хмурый взгляд на друзей, фыркает и вновь скрывается. Игорь знает, что Черышев в курсе их общего прошлого. И поэтому ревнует Марио в те моменты, когда бразилец беспокоится об Игоре. — Ты после «охоты» всегда ешь. Уверен, что все нормально? Ты не заболел? — нотки волнения легко улавливаются в голосе друга. Вендиго лишь мягко улыбается. — Не переживай, Марь, я здоровее всех. А поем я не здесь, просто не могу так долго тут задерживаться. — Твой специалист по сверхъестественному вернулся в город, — издали начинает Фернандес, и Игорь в очередной раз удивляется, как этот мужчина может быть в курсе всего. Хотя его кофейня довольно популярна, и знакомые, особенно из нечисти, любят обсудить здесь все слухи. — Знаю, — кивает Акинфеев, предчувствуя следующий вопрос, который точно будет связан с этой же темой. — Поедешь к нему?       Вендиго удивленно поднимает брови, потому что не понимает, как Марио вообще пришел к такому умозаключению. И еще потому, что Фернандес попадает в точку. — Он же наверняка вернулся для того, чтобы убить ератника. И раз ты с ним разобрался, то охотнику можно об этом сообщить. — Вообще-то мы вместе расправились с ним.       Теперь уже Фернандес удивленно поднимает брови. Из подсобных помещений слышится выразительный кашель Дениса. — И что он тебе сказал после всего? — Ну… Он поблагодарил меня за помощь, — честно отвечает Игорь, припоминая, что в машине, по дороге в больницу, они почти не говорили. — Ты точно поедешь к нему, — вздыхает Марио, констатируя факт. — Да. — Игорь, ты только будь осторожен, хорошо? — Конечно, — улыбается Акинфеев.

***

      Игорь с пакетами, полными пирогов и прочей еды, поднимается по лестнице, а после останавливается у нужной двери. Кое-как перекидывает все в одну руку и вдавливает кнопку звонка.       Дверь открывается только минуты через три, не меньше. На пороге стоит сонный Дзюба. Удивительно наглядная иллюстрация выражения: «Поднять подняли, а разбудить — забыли». В одних трусах, с перебинтованной грудью и гипсом на руке. — Привет, — произносит Артем и больше ничего не успевает сказать, потому что Акинфеев просачивается в чужую квартиру и по-хозяйски идет на кухню. — Так и знал, что у тебя нет никакой нормальной еды.       Игорь начинает забивать холодильник мужчины продуктами, успевает поставить кипятиться чайник и найти нож, чтобы порезать пирог. — Ну, у меня выдались занятые деньки. Я тут только ночевал, — пожимает плечами Артем и морщится от боли. — И мог не напрягаться. Я уже пиццу заказал. Хотя… тебе определенно не хватит одной пиццы, — он усаживается на диван и спрашивает у Игоря с надеждой: — Скажи, что ты принес пиво. — Держи, — Игорь вытаскивает из пакета бутылку и отдает её Дзюбе. — Как ты себя чувствуешь? — Как плохо прожаренная отбивная, — хмыкает Артем. — Ничего, не впервой.       Акинфеев, тем временем, вовсю орудует на кухне по-хозяйски. Нарезает пирог, пробуя его в процессе и мыча от удовольствия. Отдает один из кусков Дзюбе, чтобы тот не пил на голодный желудок. Заканчивает опустошать пакеты, в конце забивая холодильник десятком бутылок пива. Теперь все выглядит так, будто вендиго, как минимум, готовился к апокалипсису. Игорь берет одну из бутылок себе, усаживается рядом с Артемом и спрашивает: — И насколько же теперь затянется твой больничный отпуск? — Ну, со сломанной рукой я к нечисти не полезу, — хмыкает Артем. — Так что месяца два придется отдыхать, — он морщится, явно не радуясь подобной перспективе. — Чем планируешь заниматься в это время? — с любопытством спрашивает Игорь. — Не знаю. В Москву вернусь, как чуть в себя приду. А там посмотрим. — Хочешь… проведу тебе экскурсию по Рязани? — неожиданно даже для себя предлагает Игорь. — Может, тебе даже понравится, и ты останешься подольше. Может, даже увлечет на столько, что в этот раз ты не пропадешь без единого слова.       Артем сжимает здоровую ладонь в кулак и играет желваками. Он явно пытается сдержаться, но… Дзюба далеко не лучший образец контроля. — А с чего ты взял, что я должен что-то тебе сообщать? Мы друг другу никто. — У нас было два вполне успешных, на мой взгляд, свидания. Я думал, что за это время успел накопить очков хотя бы на пару прощальных слов, — ухмыляется Игорь.       Он сам не понимает, зачем вновь поднял эту тему. Может быть потому, что ему действительно было обидно, что Дзюба так просто уехал. А может быть потому, что все, что происходило между ними за эти две встречи — нравилось Акинфееву. И это не хотелось заканчивать так быстро. — Ой, да ладно, — пожимает плечами Артем. — Я в каждом городе, где работаю, себе кого-нибудь нахожу. Чтобы не скучать. — Значит хорошо, что я отказался от идеи секса с тобой. С твоим набором связей наверняка подцепил бы от тебя что-нибудь венерическое. — Тут еще кто бы от кого подцепил. Три сотни лет назад точно не было презервативов. Так что это я бы от тебя потребовал справочку. — Вообще-то, я никогда и ничем не болею, — ухмыляется Акинфеев. — Так что лучшего партнера, чем я, точно не найдешь. Со мной твое тело будет в безопасности. Хотя я могу и выпороть плеткой, если ты попросишь, но так, что тебе точно понравится. — Пожалуй, откажусь, — хмыкает Артем. — Мою тягу к боли уже удовлетворила прекрасная Ирочка вместе со своим мужем. У нас был отличный садомазохистский тройничок. — Так я могу быть и нежным. Таким, что ты точно и об Ирочке забудешь, и о сломанной руке. — Это предложение?