Крылья

— Пожалуйста, скажите, как мне его найти? — Придёт время и он сам найдёт тебя. Арсений уже год живёт без Антона. Целый год без того, за кем он наблюдал каждый день, видел как тот радуется, грустит, поднимается и идёт дальше, как и обещал. Целый год без Солнца, которое светило за двоих, которое спасло от плохого настроения, если не задался день. Теперь солнце потухло, как и огонь в глазах Арсения. Уже год ему практически всё вокруг напоминает о парне, не давая здраво мыслить. Он перестал улыбаться, он перестал надеяться он перестал жить, оболочка лишь существует. — Арс, не отчаивайся, он вернётся. — Ты сам в это веришь, а Серёг? — Да, а ещё я хочу, чтобы верил и ты. Его поддерживает лишь его лучший друг, который не собирается расспрашивать лишнего, а лишь верит, вместе с Арсом, хоть тот и старается убедить всех, что ему наплевать. В душе он всё равно ждёт, что в один прекрасный момент появится его Солнце и вновь будет светить. Арсений уже два года живёт без Антона. Ему тяжело? Да. Ему плохо? Безумно. Он отчаялся. На любые попытки Серёжи он уже не реагирует, лишь слабо кивая и уходя в кресло. Ему нравится это кресло, оно уютное, в нем хочется всегда спать, а потом случайно не проснуться. Самокопание убивает изнутри, одиночество — снаружи. Арсений постепенно превращается в некое подобие ходячего трупа: похудевший, бледный, забывший как улыбаться. Серёжа, который и вправду не оставлял попыток даже самому найти паренька, свою любовь нашёл где-то через два года после смерти того, практически добивая Арса, хоть сам и не хотел этого. Дима стал частым гостем в доме Арсения, иногда расспрашивая, как выглядит юноша, потому что он знает, какого это, потому что он сам ждал. Чаще всего Арс говорил, что тот слишком прекрасен, чтобы описать одним словом. Однажды он все же рассказал, описывая Антона в мельчайших подробностях. Наверное это надо было и ему самому, потому что он помнил образ парня, но было тяжело удержать в памяти всё, иногда надо было вновь озвучить, чтобы не потерять. Дима несколько минут сидел, думая и пытаясь собрать образ. Когда же он наконец заполучил желаемую картинку перед глазами. — Я… Я был его лучшим другом… — почему Арс не помнит этого. Наверное он просто не замечал его, смотря лишь на одного человека. — Арс, дай мне месяц, я найду его. — Дима надеялся увидеть хоть небольшой огонёк в глазах мужчины, но там уже не было ничего. — Я постараюсь, Арс, я же вместе с ним погиб… — он прекрасно знал, что это ничего не меняет, но всё же глянул на Серёжу в поисках поддержки. — Я же тут… Уверен, что и он найдёт дорогу к тебе. — Знаешь что, дед, вставай. — парень пнул друга, заставляя встать с кресла и с непониманием смотреть на обоих. — Мы идём гулять. И не спрашивай зачем. Просто так. Дима, ты с нами! — видно было, что Матвиенко настроен решительно, поэтому противиться ему никто не собирался. Везде есть города, даже у хранителей. Парни шли вдоль красивой реки, которая неестественно переливалась на солнце. Здесь всё было довольно неестественно, всё было слишком, именно поэтому Арс часто думал, что не вписывается со своим горем в эту радость жизни. Мужчина не спеша шёл по дороге, мысли были забиты лишь одним человеком, его улыбкой, которая так ярко впечаталась в сознание, его смех, который отдавал звоном в памяти, поэтому шутки друзей он пропускал мимо ушей. Домой компания вернулась довольно поздно. Арсений отправился на кухню, ставя чайник. Раздался звонок в дверь, он уже на автомате сказал «входите», особо не вслушиваясь, кто, зачем и почему пришёл. Ведь там есть Дима с Серёжей, они разберутся. — Арс, иди сюда. — Серёжа говорил тихо, но Арсений прекрасно его слышал, идя по коридору в сторону прихожей. — Простите, мне сказали, что Арсений Попов живет здесь… — высокий светловолосый юноша мялся в дверях дома Арса, немного смущено улыбаясь. Ему и вправду сказали, что это дом Попова, которого он ищет с момента попадания в ряды хранителей. Он расспрашивал у всех, кого только можно и нельзя, лазил по всем книгам и звонил почти по всем номерам. Однако ответа не было ровно до вчерашнего дня. Вчера ему позвонила женщина, судя по голосу пожилая, которая сказала, что у нее так зовут соседа. Он сразу же побежал по указанному адресу, но смог добраться только к ночи. — Скажите, что он здесь, пожалуйста. Слыша столь родной голос, Арсений замирает на месте, кажется Дима с Сережей что-то говорят, но в голове лишь шум, который не удается заглушить. На ватных ногах он идет уже в гостиную, куда друзья учтиво провели гостя. Арс застывает в проходе, желая что-то сказать, но лишь беспомощно открывая рот и закрывая лицо ладонями. — Придёт время и он сам найдёт тебя. Эти слова сейчас эхом долбили по ушам. Он нашел Арсения, он искал, он помнил. Мужчина медленно съехал по стене. Ему было так стыдно, что он посмел потерять надежду, что он начал забывать этот образ. Где-то вдалеке он слышит, что кто-то опускается рядом с ним. — Арсений. — тихий, такой мелодичный и приятный голос у уха. Теплые руки, обнимающие плечи. — Я нашел тебя, Арсений. — руки убирают от лица, держа в ладонях, заставляя метать взгляд то на пустые руки без колец, которые сейчас заставляли не дрожать его собственные, то в изумрудные глаза, в которых видны слезы. — Антон… — имя, которое уже, казалось, никогда не прозвучит из его уст. — Не плачь, прошу. — парень сам еле держивался, стараясь осознать, что это не сон, который вот-вот закончится. — Иди ко мне, я так долго ждал тебя. Арсений крепко обнимает юношу, который падает в его объятия, начиная тихо плакать на плече Попова. Старший зарылся носом в светлые волосы, вдыхая приятный аромат ванили. Серёжа с Димой с улыбками смотрели на эту парочку, которая так и сидела у стены, не в силах отпустить друг друга.

Один отдал жизнь другому, а другой посвятил свою — одному.