Зелёная сторона силы

      Все последние дни Дгоб-Кор потратил на две задачи — всесторонне изучение единственного живого пленного, а также его языка. Со вторым были серьёзные проблемы — как объяснил С5РО, язык аборигенов не имеет никаких общих корней с любым из галактических языков, даже с языком раката, архаичный вариант которого имелся в базах данных переводчика. А так как и в научной группе, и среди наемников не было ни одного одарённого Силой, то изучать неизвестный язык приходилось при помощи классических методов лингвистики, вплоть до показывания зеленокожему различных картинок с целью узнать обозначение изображённых на них предметов в языке аборигена, а то и вовсе при помощи простейших жестов, многие из которых совпадали у всех гуманоидов. Из полученных данных протокольник составил первичный словарь терминов, при помощи которого пробовал составить хотя бы простейшие предложения. Хотя судя по излишне буйной реакции пленника эффект выходил не сказать чтобы очень хорошим.       Гораздо большего джеонозиец добился в области изучения биологии, результаты которого старательно заносил в дневники — Да это же золотая жила! — воскликнул Дгоб-Кор, игнорируя злобный рёв крепко связанного ремнями подопытного — Запись номер 87…       — Объект обладает крайне высоким болевым порогом и довольно высокой регенеративной способностью. Данное существо спокойно переживает вскрытие брюшной полости без наркоза и как минимум треть времени операции остаётся в сознании. При этом для заживления травмы даже не требуется использование бакты или колто — достаточно стянуть края разреза и зафиксировать их скобами, после чего симбиотические грибные клетки просто начнут сращивать их, образуя рубцевую ткань, которая однако совершенно не теряет функциональных свойств изначальной ткани! Более того, отделенные от организма части, будь то кожа, мышца, часть органа или даже конечность не спешат погибать и могут быть без особых проблем вживлены обратно, предполагаю, что трансплантация органов для аборигенов является плёвым делом. При этом многие неорганические внедрения не отторгаются организмом, если не несут прямой вред — например скобы, стягивающие разорванный эпидермис не нагнаивают, а вот кусочки металла попавшие в лёгкое будут «выдавлены» и даже частично растворены защитными клетками!       А вот попытки внедрить в организм чужеродную органику окончились провалом — организм подопытного воспринимает их как болезнь или вирус и начинает активно вырабатываешь антитела убивающие трансплантанты, причём наиболее агрессивно себя ведут мидихлориане, которые действуют на манер антител. Интересное замечание — кровеносная система подопытного также является частью пищеварительной системы — второе сердце также играет роль вторичного желудка и дублирует роль печени. Результатом работы такой пищеварительной системы является получение организмом большего числа полезных веществ из продуктов питания. Сама кровь частично меняет свой состав в зависимости от употребляемой пищи, в основном это сказывается на цвете жидкости — если изначально она была зеленой, то в дальнейшем из-за употребления мяса горнтов и нерфов кровь подопытного стала красного цвета. Предполагаю, что они способны съесть большинство белковых форм жизни без боязни аллергической реакции и отравления. Однако для подтверждения этого нужно больше опытов.       Также наконец эти криворукие бездари починили прибор для анализа числа мидихлориан. Согласно тестам имеющихся образцов выходит, что у различных аборигенов этот уровень отличается — от полутора тысяч у самых мелких, до трёх с половиной у здоровяков. Насколько известно, уровень мидихлориан не меняется во время процесса взросления — сколько было при рождении, столько же будет и в момент смерти организма. Это в свою очередь отметает теорию о том, что аборигены принадлежат к одному виду в разных стадиях жизни. У пленника же уровень мидихлориан превышает среднее значение и составляет порядка четырёх с половиной тысяч… Хм, могут ли эти существа иметь более высокий процент одарённых, чем другие народы? Это бы неплохо объяснило убойность их примитивного оружия, ведь из немногочисленных исследований известна способность одарённых «напитывать» Силой предметы, изменяя таким образом их физические свойства…       Едва Дгоб-Кор собрался было продолжить надиктовывать текст, как вдруг был прерван входящим звонком своего наручного комлинка, сообщившего об головызове, идущем с самого Джеонозиса. Пересмотрев номер входящего вызова, инсектоид-ксенобиолог изменился в лице — глаза бусинки злобно сощурились, а рот оскалился в гримасе ненависти, выставив напоказ мелкие зубы. Но взяв себя в руки, сделав несколько глубоких вздохов, глава научной группы нажал на голографической клавиатуре кнопку принятия вызова.       С негромким жужжанием в руке возникло мигающее изображение собрата Дго-Кора в виде очень жирного, коричнево-рыжего инсектоида, одетого в синюю мантию. Но главным отличием звонящего джеонозийца от ксенобиолога было наличие торчащих из лопаток длинных и широких крыльев, которые правда уже не могли поднять разожравшегося джеонозийца в воздух.       Моргнув каждым из своих двух глаз по отдельности, жирдяй застрекотал, причём в его голосе звучала неприкрытые насмешка и презрение — А, дорогой друг и коллега! Давненько мы не виделись… — после чего уставился на свои пальцы — Лет так шесть или семь?       — Грашль… — едва ли не прорычал его имя Дгоб-Кор.       — Грашль Старший, после того случая на Играх — погрозил ксенобиологу пальцем рыжий жук — И главный, так как именно мой трофей оказался лучшим, а твой выбыл ещё на третьем круге, ну ты помнишь — тут же наступил он на больную мозоль ученого.       — Ну и какого хатта ты мне тут звякаешь?! Или Старший мастер-пикадор не способен справить со своими прямыми обязанностями из-за наличия в его геноме крайне постыдных дефектов, влияющих на умственные способности и пищеварительную систему и решил обратиться к простому смертному за советом и помощью — тут же попробовал уколоть своего «заклятого друга» Дгоб-Кор.       — О нет! Я ведь помню, что лишняя хромосома влияет на твою память и решил по доброте душевной напомнить тебе, какой сейчас год и месяц, ведь праздник Дня Вылупления близок… — Хихикнул Грашль — А ты все никак не найдёшь подходящий дар для взора… — и как ты можешь величать себя Мастером в таком случае?       О, Грашль знал куда бить, ведь гордость за профессиональное мастерство пикадора была Ахиллесовой пятой Дгоб-кора и эта рана ещё не восстановилась после того провала, так что разум джеонозийца метал молнии, а область пониже спины начала накаляться — находись они в одной комнате, то он бы не выдержал и вцепился наглецу в горло. Выведенный из равновесия, ксенобиолог тут же сделал то, о чем тут же пожалел, ведь каждое слово сорвавшееся в пределах улья тут же будет использовано против тебя…       — У меня есть ценный трофей и он сорвёт джекпот, когда я выставлю его на поле! И он размажет твоего чемпиона как личинку! — вырвалось у него прежде, чем он успел осознать, что ляпнул.       — Хе, Это ты сейчас серьёзно? В таком случае я сообщу совету мастеров о твоём участии… Надеюсь он окажется получше твоего прошлого экземпляра, иначе тебе предстоит самому принять участие в еженедельных игрищах и уже не в качестве игрока, а как непосредственному участнику… — подмигнул Дгоб-Кору его соперник и тут же оборвал связь.       *Ах ты гнида мусорная! И какой хатт меня за язык потянул ляпнуть про то чего нет?!* — затрясся в начинающемся приступе паники инсектоид — *Если раньше бы я тупо просто мог не явиться и все бы ограничилось максимум изгнанием и всеобщим порицанием, то теперь из-за неявки за мной устроят охоту через всю галактику, чтобы бросить мой хладный труп в пески великой арены! И где же я возьму подходящего кандидата?! *       Но уже видящего призрачные дула бластеров посланных за его головой охотников и клыки тварей, которым его могут скормить ксенобиолога прервал его верный металлический слуга, вокабулятор которого буквально сочился энтузиазмом и самодовольством — Хозяин! Я смог модифицировать лингвистический алгоритм на основе данных, полученных из последней тестовой беседы! Согласно расчётам, это позволит наладить более-менее адекватный диалог с пленником с вероятностью 78,6578 процентов!       — Что. Ты. Сейчас. Сказал?! — застыв словно статуя, с немалым трудом выдавил из себя слова Дгоб-Кор, словно его шею сдавили невидимые тиски.       — Эм, Хозяин… Вы здоровы?! — встревожено прошептал С5РО — Мне наконец удалось значительно расширить словарный список, благодаря которому, удасться наконец наладить взаимопонимание с нашим единственным пленником из числа аборигенов этой планеты! — едва не светясь от радости, выдал протокольник.       — Пленник, точно! — воскликнул джеонозиец и едва не подпрыгивая от радости.       Правда энтузиазм Дгоб-Кора немного поугас, когда он увидел, что зеленокожий пациент все же потерял сознание от боли — Думаю стоит дать пленному пару дней отдыха, чтобы он восстановил силы… — после чего вызвал охрану и приказал вернуть орка в его камеру.       — Великолепная идея, господин! — возликовал серебристый андроид и заковылял за жуком, продолжая трещать без умолку — Согласно расчётам, мне потребуется ещё дополнительные данные и тестовые беседы с объектом, так как данный язык имеет множество слов, на значение которых влияет огромное количество факторов, начиная от ситуации и заканчия громкостью интонации и жестикуляции в момент произнесения фразы… — но Дгоб-Кор уже не слушал, быстрым шагом двинувшись к выходу и продолжая бормотать — Учитывая средние показатели во время боев с наёмниками он возможно даже сможет победить. Надо будет сообщит неймодианцу, что я отлучусь, показать этому зеленозадому кто тут главный и тогда, Грашль мы посмотрим, не заржавели ли твои навыки…       За последние недели небольшой раскладной мобильный исследовательский центр сменился на целый этаж построенного лабораторно-медицинского космлекса, а единственного живого подопытного пришлось перевезти в другое здание — тюрьму, где должны были содержать как пленных, так и правонарушителей. Хотя инсектоид не понимал смысла подобных действий, ведь изначальная компановка его личной мобильной лаборатории была более удобной для доставки исследовательского материала в препараторскую.       — Ладно, раз уж вам так надо куда-то девать своих беспредельщиков, да пойманных шпионов, то делайте себе отдельную тюрьму. Но зачем требовать переноса моих собственных живых трофеев, добавляя таким образом мороки для исследований?! — негодовал джеонозиец.       Да вот только на все претензии Дгоб-Кора что Нкаш, что Нуд’Грент отвечали одинаково — Надо? Значит надо! Так что теперь приходится бегать туда-сюда — безобразие! А ведь помимо трудностей и неудобств постоянное движение пленника из точка А в точку Б по половине поселения не очень хорошо с точки зрения безопасности…

Две недели назад

      В один прекрасный момент световая стена потухла и в камеру вошли трое мелкозубых — один жук и два каких-то непонятных чувака в броне. В этот раз кровавый топор решил проявить хитрость и не стал сразу бросаться на них в открытую, отступив на пару шагов и сжавшись, словно побитый гретчин. Инсектоид нацепил на руки пленника наручники сделал орку очевидный жест, который был в ходу и в зеленокожих племенах — двигай давай. Для ускорения, Горбага пару пнули под зад, но он терпел. И едва они вышли на улицу, как юнец тут же понял — это его шанс! А значит пора действовать!       Сжав кулаки, орк резко развернулся и заехал идущему справа джеонозийцу прямо в узкую морду. Треснул хитин и из травмированной пасти хлынула зелёная сукровица. Остальные на секунду опешили, а один из бронированных потянулся к прямоугольной коробке с кнопками. Наученный горьким опытом, Горбаг понимал, что за этим последует очень болезненное ощущение выводящего из строя заряда живительного электричества, так что с разбегу ткнулся в конвоира всем корпусом, повалив на землю и отобрав коробку, тут же обрушил на неё свою ногу, давя в лепешку. Второй бронированный и пришедший в себя инсектоид извлекли шоковые дубинки. Да вот только вошедший в боевой раж Горбаг почувствовал, как по рукам пробегают миниатюрные искры, вызывающие онемение пальцев и в тот же момент наручники с писком магнитного замка раскрылись, давая пленнику полную свободу действия.       Кровавому топору словно кто-то шептал на ухо откуда прилетит удар и он молниеносно реагировал, уворачиваясь и даже отвешивая в ответ болезненные тычки и пинки. В один момент орк смог сделать подсечку, сбив с ног второго бронированного гуманоида, после чего заехал тому ногой в щиток шлема. Треснуло стекло и красная кровь забрызгала ступню орка. К несчастью, со всех сторон к драке спешили охранники и дроиды, так что Горбаг плюнув на недобитков и помчался куда глаза глядят, сбив с ног нескольких B1. Увы, даже учитывая что красное движется быстрее, трудно убежать, когда ты не знаешь, куда бежать и в этот же момент тебя окружают со всех сторон. Решив, что лучшее направление это то, которое перед глазами, Горбаг помчался прямо к воротам. К сожалению за ним следовало все больше и больше охранников и дроидов, а прямо у ворот что-то мелькнуло сбоку и орк со всей дури врезался в металлического здоровяка. Отшатнувшийся юнец тут же получил болезненную затрещину и отлетел на пару метров назад.       Проморгашись и подождав, пока летающие в глазах искры не погаснут, Горбаг сплюнул пару выбитых зубов и сгусток черно-красной крови и кряхтя поднялся. Его взору предстал серебристого цвета дроид высотой с ноба, чьё грушеподобное туловище стояло на двух многосуставочных толстых ногах, торчащих по бокам нижней узкой части туши, стопы которых представляли собой подобие слегка вытянутого рогового башмака. Более широкая верхняя часть была покрыта толстыми бронепластинами, переходящими в нагрудный горжет и высокие изогнутые наплечники, защищавшие слегка вдавленную внутрь округлую голову с выделяющимися на ней окулярами, горящими красным светом. Сзади же, голова была прикрыта металлическим псевдогорбом. Из-под наплечников торчали узковатые руки, значительно расширявшиеся в кистях из-за встроенного оружия и оканчивающиеся мощными трёхпалыми клешнями-кистями, удар одной из которых позволил орку ощутить все прелести короткого полёта.       Машина направила на Горбага обе руки так, чтобы дула тяжёлых бластеров смотрели прямо ему в морду и что-то басом пророкотала на языке мелкозубых. Как предположил юнец — угрозу или приказ остановиться и сдаться. Тем временем остальные преследователи остановились и окружили зеленокожего беглеца. Уже виденный кровавым топором во время провалившейся разведки лагеря череполомов ящер в броне серого цвета рявкнул что-то железной дылде и та опустила пушки. Собравшиеся наёмники и любопытные зеваки освободили небольшую зону. Худышки B1, ставшие полукруглом и державшие орка на мушке стали своеобразными стенами ринга. Трандошанин же взял непонятно откуда взявшийся металлический прут и кинул тот Горбагу. Орк на рефлексах схватил бюджетную хряпу и тупо уставился на дроида.       Видимо удар был очень сильным, так как голова продолжала кружиться и по краям глаз клубилась тьмя, иначе трудно обьяснить причину бездействия юного кровавого топора. Горбаг чувствовал, что вот-вот рухнет на землю обессиленным мешком с костями, но тут его взгляд зацепился обо что-то в серебристой поверхности боевого робота. Юнец на мгновение оказался где-то в другом месте, в мире без воздуха, где по серой и пористой равнине двигались шеренги легионов. Каждый боец этой шеренги представлялся собой скелет каких-то непонятных гуманоидов изготовленный из серебряного словно бы шевелящегося металла. Двигаясь медленным и пугающе синхронным безмолвным шагом, они казались вестниками гибели, что явится за каждым живым существом. Особенно это усиливали зловещие гнилостно-зеленые огни, горевшие в пустых глазницах и в середине грудной пластины между рёбер. Жуткие автоматы вскинули не менее странное оружие, напоминавшее длинноствольные ружья, дулами которых служило нечто похожее на колбы из зеленоватого мутного стекла, внутри которых бесновались молнии, а конец стволов венчали секироподобные лезвия, чьи поверхности были покрыты засохшей кровью.       Но на встречу им нёсся равный противник — в монструозных фигурах Горбаг с некоторой радостью и облегчением узнал орков, но в тоже самое время каких-то странных… Во первых их размеры — они были просто огроменными! Впервые Горбаг почувствовал себя жалким и ничтожным снотлингом, потому что по сравнению с этими гигантами даже Корбул выглядел гротом-задохликом… Во вторых их снаряжение — оно было вычищено до блеска, да и внешне практически не отличалось, словно это были не орки, а мелкозубые — доспехи из нехуденьких таких бронепластин, которые в тоже самое время обтекали тела хозяев как вторая кожа и полупрозрачные шлемы. Единственно, что отличалось у отдельных бойцов это цвет доспеха — красный, чёрный, жёлтый, синий, наплечники в шашечках, да зелёный камуфляж поверх основного цвета.       А вот оружие уже отличалось значительно, единственнейший что его объединяло, это габариты, позволяющие устанавливать его на виденные юнцом вагоны мелкозубых в качестве основного калибра и мощь дакки, которая убивала любого насмерть — буть то поток частиц буквально стирающий из реальности, плавящий луч света, силовой пузырь давящий врага в лепешку или отправляющий его в полет, пространственная дыра в виде зубастой пасти, засасывающая в себя все окружающее или просто мощная ракета, на месте взрыва которой вырастал пылевой гриб или огненный шар. Другие гиганты влетали в стой железяк на ракетных ранцах, давя отряды врага своей многотонной массой, разрывая десятками в искрящих молниями силовых клешнях или длинными клинками с двигающимися зубами, а то и вовсе ограничиваясь пинками и тычками, оставляющими в земле небольшие борозды. Причём часть «орков» возникла позади фаланги скелетов буквально из воздуха — видимо всему виной был фиолетовый цвет их мегаброни. С соплеменниками Горбага этих гигантов роднили не только зелёная шкура, морда лица и любовь к мочилову — когда громилы врывались в ближний бой, они широко раскрывали свои титанические зубастые пасти и изрыгали лишь одно слово, от которого тряслась земля — ВАААГХ!!!       Но и сам ходячий лут огрызался очень болезненно — молнии из их длинностволов или тяжелых пушек буквально срывали с зеленокожих броню и плоть слой за слоем, пока не оставался скелет, рассыпающийся в пыль. Другие железяки с более массивными и богато украшенными эндоскелетами размашистыми ударами светящиеся клинков, проходивших сквозь броню, мясо и кости как сквозь жидкое масло валили орков-гигантов и несколькими математически выверенными движениями превращали свои яростно размахивающие оставшимися конечностями жертвы в неаппетитные кровоточащие кубики. То тут, то там в зелёных вспышках возникали одноглазые скелеты, окружая выбранные цели. Их пукалки казалось не наносили видимого ущерба, но здоровяки падали как подкошенные, изредка дёргаясь в судорогах. А если «орки» смогли повредить железяк, то металл их тел растекался словно ртуть и соединял повреждённым части обратно и скелет поднимался с земли и вновь вступал в бой.       Увиденное очень впечатлило Горбага и он пришибленно-отстранённо взирал на эпическое побоище, разраставшееся от горизонта до горизонта — помимо гигантов, с металлическими скелетами сражались мелкие ловкие фигурки, которые испускали молнии и огненные шары из рук, или же разъезжали на хрупкого вида изящных парящих штуках, выглядящих так, словно развалятся от одного плевка. К кибдохлякам присоединялись всевозможные механические жуки, от мелких размером с мелкого сквига и прущих настоящим металлическим цунами, до титанических громадин высотой с хорошую гору. Но это все было мелочью по сравнению с разборкой между летающей металлической статуей в балахоне из тьмы, размахивающей косой и чем-то размытым, что юнец никак не мог разглядеть. В месте, где удары этих дуэлянтов сталкивались друг с другом сама реальность рвалась как бумага и тогда верх становился низом, окружающих выворачивало наизнанку, из почвы били фонтаны лавы, а камни обращались сначала в золото, а потом в навоз. В момент одной такой вспышки кровавый топор смог наконец чуть-чуть разглядеть размытого — что-то круглое и прозрачное, внутри которого в… мягком кресле?! барахтался и тыкал на кнопки и рычаги некто мелкий и зеленый, подозрительно знакомых очертаний…       Но бесконечно созерцать представление Горбагу не удалось — прямо перед ним из-под земли вылез один из скелетов, только вместо ног у того болтался длинный позвоночник с заточкой на копчике и пятью лезвиями вместо пальцев на руках. Горбаг издал клич, правда звучащий откровенно жалко на фоне «местных». Но все же ближайший из гигантов, одетый в обильно украшенный зелено-серым камуфляжем коричневый доспех с лицом, очень сильно похожим на рожу Горбага удивлённо повернулся, выискивая кричавшего. Когда здоровяк хмуро уставился на орка, то поджилки у кровавого топора начали трястись. Гигант не принёс ни слова, но Горбаг почувствовал его любопытство и некое подобие жалости и сожаления, обычно не свойственной зеленокожим. В голове юного орка пронеслась мысль, что ему тут не место. И словно бы читая мысли, гигант кивнул Горбагу, одарив на прощание тёплой, признающей родство улыбкой, прямо говорящей — Малыш, иди обратно в свою песочницу, тут взрослые решают свои скучные и не интересные проблемы. Горбаг хотел было возразить, но его «собеседник» сурово погрозил ему пальцем и кровотопор предпочёл подчиниться.       В этот же момент парящий металлический скелет решил атаковать юнца, взмахнув правой рукой и подняв «хвост» над головой. По позвоночнику Горбага пронеслась волна холода и он буквально пятой точной почувствовал подставу — этот удар ему никак не блокировать.Так, что кровавый топор резко отскочил назад и в голове словно лопнул пузырь. Взор орка-охотника прояснился, тьма в окраинах окончательно испарилась и вместо когтей и копчика-кинжала в паре миллиметров перед зелёным носом пронеслась трёхпалая клешня железяки мелкозубых. Негодуя, что видение оборвалось о невозможность победы над серебристо-ртутными железяками, Горбаг вознамерился доказать, что в реальности все иначе, и злобно рыча, побежал на дроида, замахиваясь металлическим прутом.       — Звяк! Звяк! Звяк! — мощные удары двуручным хватом лишь выбивали искры на груди дроида, но даже не сдирали краски!       Видя безрезультативность своих действия, Горбаг попробовал сменить тактику — вместо кучи бессистемных ударов куда Горк и Морк пошлют, охотник принялся выискивать щели в броне, чтобы загнать туда острый конец прута. Нижняя часть туловища была не настолько бронирована как грудь, ведь тогда это ещё больше сказалось бы на манёвренности и так не слишком ловкого дроида, от ударов которого орк довольно легко уворачивался. Но к сожалению тонкие, гибкие и упругие пластинки все равно не поддавались ударам, тут же выравниваясь после того, как Горбаг отводил свою дубинку для нового удара. Юнец уже чувствовал подступающую усталость, а липкий пот на ладонях вынуждал его перейти на одноручный хват, перебрасывая прут из одной руки в другую.       И тут Горбаг обратил внимание на голову машины, благо та слегка изогнулась — по бокам под наплечниками к голове шла пара ребристых шлангов. Зеленокожий не знал, для чего эти штуки нужны, но чуйка говорила ему, что это наверняка что-то важное. А раз важное, то поломка этой штукенции явно не пойдёт на пользу ходячей железяки. Придя к этому не простому умозаключению, орк вновь увернулся от медлительного и неуклюжего захвата трёхпалых лап дроида и перекатился за спину своего врага. Тут же Горбаг сделал мелкий прыжок, ухватился одной рукой за горб и подтянувшись ткнул железной палкой вслепую. Робот отреагировал незамедлительно — понимая, что враг вне досягаемости манипуляторов, железяка тут же выгнулась назад и оттолкнулась ногами от земли стремясь упасть на спину и раздавить органика своим немалым весом. Кровотопор, понимая, к чему это приведёт, оттолкнулся и рыбкой метнулся вбок, избегая печальной участи становления лепешкой. Правда дроид оказался не так прост — если обычные атаки были неуклюжи, то поднялся он в разы быстрее запыхавшегося мясного мешка, после чего резко сблизился и отвесил мощный пендаль по рёбрам. Второго полёта правда не случилось, но пара-тройка рёбер явно хрустнули, что не прибавило Горбагу новых сил. Напротив — в глазах вновь начали клубиться тени. На последних парах, орк стал на ноги и шатаясь пошёл в самоубийственную лобовую атаку, которая ничем хорошим не закончилась — дроид попросту выбил прут из ослабшей руки после чего схватил орка обеими манипуляторами за корпус и лёгким движением перекинул через себя, впечатал зеленокожего в ближайшую стену, по которой тот и сполз вниз.       — Как вы можете заметить, даже против модифицированного ФЛТЧа практически безоружный абориген держится очень даже достойно. Так, что-бы я не слышал тут всяких — Фу, да какие в жопу тренировки, мы этих дикарей играючи разгоним! А теперь всем разойтись! — прошипел Нкаш, прежде чем ничего не понимающий Горбаг нырнул в темные воды бессознания.       Все последние дни в жизни попавшего в плен кровавого топора происходили одни и те же события — с утра дают хреновый завтрак из какой-то кашицы (юнцу остаётся только молить богов, чтобы это не оказалось дерьмо его пленителей — а то для полноты картины останется только добавить сокамерника шизана), затем являлся жук с ковыляющей жестянкой, которая творит всевозможную дичь — то нелепо машет руками, то тыкает разные картинки, выдавая различные дебильные и зачастую мерзкие звуки и словосочетания, на что Горбаг сначала слал посетителей в зог и порвав бумагу попытался настучать им по головам, но после живительного заряда в сотню вольт до него начал доходить смысл этого действия — они видимо хотели, чтобы он назвал изображение. Но пытки на этом не кончались — через час пытки ментальной, начиналась пытка физическая — жук, наученный попыткой побега приглашал шестёрку громил, которые скручивали пленника и волокли его в лабораторию, где поганый родич тараканов предавался «зоганым експериментам»! Например в прошлый раз он сначала отрезал пару пальцев на правой руке, а у левой так и вовсе оттяпал половину мяса, а потом приставил это все обратно и заматал в гипс! И лишь только благодаря природным данным, Горбагу удалось сохранить конечность, хотя пару дней он боялся даже попробовать пошевелить конечностью — а вдруг отвалится?!       — Мда, а если у этих мелкозубых такие лечилы, то я пожалуй при первой возможности прибью гада и на всякий случай скормлю его Краскусу, а то они сами передохнут и даже ВАААГХ!!! не понадобится… Думаю эти слабачки мне даже спасибо потом скажут — хмыкнул Горбаг, но потом скис — Эх, как он там…       И тут же в коридоре послышались шаги, но орк и ухом не повёл — ведь кто ещё мог идти сюда, кроме как ополоумевшего жука с ходячим ведром с гайками? Хотя все же целую неделю после последней операции Горбага никто не беспокоил, даже увеличили рацион питания — теперь мясная тушенка давалось и на завтрак, а порции возросли раза в три. Червячок подозрения в голове зеленокожего особо сильно зашевелился в этом моменте — явно западло готовится!       И предчувствия не обманули пленника, когда защитное поле перед входом потухло, то, за дверью оказалась сладкая парочка экзекуторов. Уже предвкушая как, дроид начнёт нести отборный бред типа — «Грибчина Посажная! Твой моя босса грот в зог выступаешся!» или «Твоя не есть думаю дурак с пониманием, что я стукать словами в твоя пустоголовый репа?»       — Скррр шаш ззсс! — прожужжал джеонозиец, оборвав сложившуюся традицию.       — Твой туша уже чёткий после лечильного обследования? — тут же затрещал дроид.       — Зоганый сквиговал твой жучара и обследование у него зог! — Скривился Горбаг — Пока ещё не сдох и на том спасибо…       — Пленный более-менее восстановился, если у него есть силы для ругани! — тут же перевёл С5РО, видя непонимающий взгляд Дгоб-Кора.       — шшштаа нрак га тука… — вместо ответа произнёс инсектоид.       — Босс-мучатель интересно твоя кликуха!       — Может звать меня — раздавайтелем пендалей по мелкозубой жучиной жопе! — хмыкнул Горбаг, на что дроид ответил нажатием на кнопку, активирующей вживлённый болегенератор.       — Лады-лады! Горбаг меня кличут! — тут же поспешно ответил пленник, не желая пропускать очередной заряд боли по нервной системе.       — Красный жучила? — переспросил протокольник.       — Нет, тупая ты жестянка! — сплюнул юнец — жучила, это вот этот говнюк — ткнул орк пальцем в Дгоб-Кора — Я — Горбаг, а не гор баг!       — Шкххх та га такдла, гш. За ззужаж жуу скада — продолжил трещать по своему джеонозиец.       — Горбаг, твоя щас грот мой босса! — продолжил дроид свой машинный перевод — Но ты могешь стать бойзом на пастуке у пацанов. Ведь тебе нравится когда махач зырят все и за него башляют зубы и уважуху?       — А грот сожрет сквиговое говно, если его шугануть и придавить? — шутканул Горбаг, но видя непонимание дроида и то как тот вновь тянется к заветной кнопке, тут же ответил более конкретно — Говно вопрос! Да, то есть!       — Ныштяк! — засиял С5РО — Твоя теперь надо дубасить мелкозубых показанных Дгоб-Кор когда он сказать, не рыпаться и будет по понятиям и не обижаться тебе! И никакой больше эксперимент и опыты от которых тебе болит!       На этом разговор закончился. Джеонозиец и дроид ушли, оставив орка с едой и кучей мыслей в голове. Юнец кумекал над словами железяки. Этот жук ему что, работу предлагает? Зубы там и что самое главное сражения и отсутствие мучительных опытов! Любой другой орк послал бы его куда подальше в зог, но Горбаг был из клана кровавых топоров и мысли по другим шаблонам. Попытки побега заканчиваются неудачно? Имеющиеся планы неосуществимы из-за отсутствия необходимых вещей? Ну так стоит усыпить бдительность поганых хлюпиков фальшивой покорностью, получить от них максимум профита — особенно желательно что-нибудь из оружия, чтобы потом поржать с их рож, когда он их нафарширует их же собственной даккой!       — Вот это точно очень хитрый, но сильный план! — коварно ухмылялся Горбаг.

Два дня спустя

      Дгоб-Кор, С5РО и шестеро наемников вели Горбага к посадочной площадке. Орк с любопытством озирался, осматривая окружение и чуть ли не буквально вбивал его в память, в то же самое время ощупывая выданный оранжевый комбинезон. Пройдя сквозь здание, выполнявшего роль одновременно и аэро и космопорта, группа наконец оказалась на посадочной площадке. Зеленокожий присвистнул, смотря как на посадку заходят летательные аппараты. Самым большим из них оказался транспортник GR-75, чья обшивка была покрыта бесчисленными слоями ржавчины и заклепок. По держащемуся на последних болтах и трясущемуся как пожелтевший лист осенью трапу неорганизованной толпой ломились трандошане в желто-зелёных бронекостюмах с намалёванным на груди глазом, покрытым катарактом. И все ящеры были при оружии, самые мелкие и тщедушные исключительно с холодным, но многие тащили различные пушки от пистолетов и дробовиков, до здоровенных бандур с длиннющими стволами и немаленькие боезапасом.       *Хмм, это кто тут у нас такие красивые нарисовались? Пацанов явно ждёт веселье…* — задумчиво проводил прибывших взглядом Горбаг.       Остальные летуны представляли собой грузовые шаттлы, которые загружались добытой на планете рудой и отправлялись на торчащий на орбите транспортник Торговой Федерации. К похожему шаттлу, только пассажирскому и двигалась группа Дгоб-Кора. Когда все заняли свои места, заработали двигатели, поднимая летательный аппарат в небо, сопровождая это лёгким давлением на головы и желудки пассажиров. Юный кровавый топор впился глазами в круглый иллюминатор, с восторгом и раскрытой пастью взирая, как размеры построек уменьшаются до игрушечных, а затем и вовсе исчезают под облаками.       — Мы что, в КОСМАСЕ?! — воскликнул Горбаг, когда в окне показалась зелено-синяя планета, окружённая тьмой, испрошенной точками далёких звёзд. Но так как протокольный дроид вошёл в спящее ожидание, так как обладал странной фобией полётов никто не смог удивиться наличию в языке дикаря такого значения.       Спустя минут сорок шаттл наконец пришвартовался к транспортнику, который в отличии от барышника представлял собой вытянутый эллипс пятисот метров длинной с ангаром, «разрезающим» центра фронта носа и тремя раструбами двигателей на заднем конце. Джеонозиец и дроид переговорили с встречающим их неймодианцем капитаном в синей униформе, после чего конвоиры повели орка на местную гаупвахту. Камера представлялся собой небольшой прямоугольник два на три метра с четырьмя пустующими койками, одним туалетом и квадратным иллюминатором. Правда вместо энергетического барьера, вход/выход перегораживала толстая металлическая дверь.       — Ну низога себе! Я в космосе! На настоящем улке-космолете! Если Ваздакка узнает, то от зависти лопнет! — на радостях подпрыгнул юнец — Значит мелкозубые заявились откуда-то из полного зога… И наверняка везут меня к себе. И если я узнаю куда, то смогу вернуться туда с пацанами и знатно там покуролесить! — ещё больше возликовал кровотопор.       А когда корабль начал движение, то Горбаг поддался внезапному чувству, требующему выплеснуть восторг и запел — Мы идём! Мы идём! Через космос! Мы идем! Через бесконе-ечнасть!       — Э! Закрой свою вонючую пасть! Я тут сплю вообще-то! — стук одного из охранников по двери тут же прервал орка на полуслове.       — И кто мы?! Ты один там! — поддержал того голос второго охранника — Проблемы с башкой, да?       *А ведь действительно… Я один, без пацанов и даже сквига, но это ничего не меняет! Все равно порву всех гадов! * — мелькнула мысль и Горбаг, почувствовав внутри головы чесотку рявкнул в ответ — Пошел ты говнюк! — И продолжил петь, только гораздо тише — Я иду! Я иду через космос! Не знаю куда, но я иду!!! — и под эти слова звезды за бортом пошли полосами и вовсе сменились стеной потока синей энергии, в движение которого молодой бойз залип на большую часть полёта. И ни сам зеленокожий, ни его конвоиры не обратили внимание, что разговор шёл на чистом общегалактическом…