Яйцо

Реджина с воодушевлением кивнула. — Я обещаю! Расскажи, что нам нужно сделать! Урсула, ещё раз обдумав свою идею, начала объяснять, её голос был почти не слышен, как лёгкий шелест волн. — Первым делом, нам нужно узнать, где сейчас хранится раковина. Последний раз, когда я пыталась её отыскать, она была под защитой в королевстве, охраняемом стражами, которые способны ощущать магические силы. Мы не сможем подойти к ней прямо. Нам понадобится маскировка и артефакт, который бы скрывал нашу сущность. И ещё… — она на мгновение замолчала, обдумывая свой следующий шаг, — нам понадобится зелье, которое сможет временно изменить наши облики, чтобы не вызвать подозрений. Подготовка была долгой, ведьмы и Света под личинами, опрашивали других, по крупицам узнавая информацию. И вот местоположение найдено, зелья сварены, магия на готове. Осталось провести инструктаж. Реджина кивала, запоминая каждую деталь. Её энтузиазм был неподдельным, и она уже представляла себе, как они вместе отправятся в опасное путешествие. Она чувствовала себя почти героиней из сказки. Теперь, когда план был начат, Урсула почувствовала в себе странную смесь надежды и страха. С одной стороны, у неё появилось желание вновь обрести свой голос, ту часть себя, что она потеряла. С другой — она не хотела подвергать маленькую Реджину опасности, а отговорить уже не было возможности.

***

Мягкий свет луны струился сквозь чёрные облака, озаряя море и придавая ему мистический оттенок. Ночь была идеальной для того, чтобы отправиться в небольшое, но важное приключение — забрать у Капитана Крюка раковину, которая могла вернуть голос Урсуле. Ведьмы подготовились заранее, и хотя Реджина была совсем маленькой, она полна была решимости помочь. — Мы действительно пойдём на это? — спросила Реджина, с детским восторгом разглядывая своих магических спутников. Малефисента, как всегда уверенная и непоколебимая, кивнула. — Конечно, малышка. Мы — ведьмы, а это значит, что границ для нас нет, — её губы искривились в лёгкой, загадочной улыбке. — Ты готова, Урсула? Та молча кивнула, её глаза блестели решимостью и странной грустью. Потеря своего голоса была для неё тяжелой ношей, и шанс вернуть его оживлял в ней надежду. Они двинулись вперёд. Сначала пробирались через лес, стараясь не нарушить ночной тишины. Маленькая Реджина с интересом и восторгом ловила каждое движение тени и каждый шорох. Ей было радостно, что она часть этой необычной семьи и может помочь Урсуле. Путь был не слишком долгим, но они все чувствовали напряжение, предвкушение приближающейся встречи с опасностью. Наконец, показался корабль Крюка. Его величественные мачты темнели на фоне ночного неба, а вода вокруг поблёскивала, отражая свет луны. Корабль был как тёмный страж, внушающий и восхищение, и страх. — Реджина, — Малефисента наклонилась к ней и прошептала, — это будет твоё первое настоящее приключение. Слушайся нас и держись рядом. Реджина кивнула, её глаза сверкали азартом. Она была готова доказать, что способна помочь. Круэлла, сверкая своими бело-чёрными волосами и сияя в ночи, усмехнулась: — Надеюсь, Крюк не захочет выпустить свои когти. Хотя, я бы не отказалась от небольшой потасовки, — добавила она с лукавым огоньком в глазах. Когда ведьмы приблизились к борту корабля, они начали искать путь, чтобы незаметно пробраться внутрь. Малефисента воспользовалась своей магией, чтобы сдержать стук собственных шагов и других. Тень обволакивала их, скрывая от глаз. Они ступали мягко и бесшумно, словно кошки, готовые напасть. — Раковина находится в каюте Крюка, — прошептала Урсула, показывая направление. Шагая по пустым палубам, они слышали звуки моря, волны слегка плескались о корпус корабля, создавая почти успокаивающий фон. Но в воздухе висело напряжение. Казалось, что Крюк, даже не зная об их присутствии, как будто чувствовал их шаги. Когда они добрались до каюты, Малефисента тихо остановилась перед дверью и жестом попросила всех замереть. Она осторожно проверила дверь, ожидая услышать любой звук изнутри, но стояла тишина. — Осторожно, — прошептала Круэлла, подмигнув Реджине. Малефисента легко повела рукой, и дверь беззвучно приоткрылась. Внутри царила полутьма, но мягкий лунный свет пробивался через маленькое окно, освещая стол, на котором и лежала цель их поисков — сияющая раковина. Её поверхность отливала странным светом, как будто впитывая лунный свет, а затем излучая его мягким, белым сиянием. Урсула медленно шагнула вперёд, её рука потянулась к раковине, но в последний момент она остановилась, словно боясь, что это лишь мираж. Её глаза наполнились надеждой и трепетом. — Урсула, — прошептала Реджина, держась рядом с ней, — это твоё. Возьми его. Она нежно коснулась руки Урсулы, придавая ей сил. Вдохнув глубоко, Урсула всё-таки сделала шаг вперёд и осторожно взяла раковину. Её пальцы обхватили холодный, гладкий предмет, и на мгновение в её глазах появился блеск радости и облегчения. Но как только она коснулась раковины, раздался всплеск магии, словно невидимая энергия прошла сквозь корабль. Это заклинание, которое мгновенно известило Крюка о попытке кражи. Резкие шаги и приглушённые крики эхом пронеслись по коридорам корабля. — Нас заметили! — прошептала Реджина, испуганно вскинув глаза на Малефисенту и Круэллу. — Вперёд! — крикнула Малефисента, и ведьмы рванули в сторону выхода, держа Урсулу и Реджину между собой, скрывая их своими магическими щитами. На палубе их уже поджидал Крюк. В свете луны его лицо казалось мрачным и зловещим, а глаза сверкали холодной решимостью. Он с лёгкой усмешкой вскинул свою руку-крюк, прищурив глаза. — Ах, какие незваные гости… — голос его был насыщен сарказмом. — Думали, что сможете утащить раковину у меня под носом? Реджина, испуганно оглянувшись на Круэллу и Малефисенту, увидела, как обе ведьмы напряглись, готовые к бою. Круэлла, с вызовом подняв голову, медленно шагнула вперёд подбирая лом. — Мы забираем только то, что тебе никогда не принадлежало, — проговорила она, в её голосе звучал стальной холод. — Сомневаюсь, что ты сможешь нас остановить, Крюк. — Я бы не был так уверен, — усмехнулся он, подавая знак кому-то. Из тени начали появляться монстры, созданные тёмной магией и заклинанием, что связывало их с Крюком. Огромные существа с острыми когтями и сверкающими глазами окружили ведьм, заставив их сжаться плотнее друг к другу. Реджина, дрожащими руками сжимая подол своего плаща, почувствовала, как Урсула легонько коснулась её плеча, молчаливо придавая ей уверенности. Малефисента вскинула руки, и вокруг неё заплясали зелёные магические огни, осветив её фигуру зловещим сиянием. Она была готова защищать своих спутниц любой ценой. — Назад! — крикнула она, выпуская магию, которая, словно волны, обрушилась на врагов. Монстры, поражённые её заклинанием, отступили на шаг, но не прекратили своего наступления. Сражение началось, наполненное звуками ударов, вспышками магии и тяжёлыми вздохами ведьм, старающихся отразить атаки. Круэлла, словно танцуя, уворачивалась от когтей монстров, била их зачарованным ломом, её ярко-красные губы изогнулись в дразнящей улыбке, и она бросала в сторону Крюка ледяные насмешки, даже когда вокруг неё сверкали огоньки Малефисенты и Урсулы. С трудом отгоняя монстров и отбиваясь, они наконец добрались до края палубы, откуда заранее подготовили верёвочную лестницу для бегства. — Быстрее, Реджина! — выкрикнула Урсула, помогая ей спуститься вниз. Однако в тот момент, как они достигли своей лодки, вокруг них всплыло нечто громадное. Воды внезапно начали волноваться, бурля и поднимаясь, словно из глубин морских поднимался сам океан. Урсула, оглядываясь с тревогой, вдруг поняла — перед ней появился отец, Посейдон, король морей. Огромный, суровый, с лицом, излучающим и силу, и древнюю печаль, он посмотрел на Урсулу с неприкрытым гневом. — Дочь моя, Ты снова пытаешься вернуть свой голос, нарушая законы и покой? — его голос гремел, словно раскаты грома, заставляя лодку качаться под волнами. Урсула задохнулась от горькой обиды и страха, но ощутила, как ведьмы поддерживающе встали рядом. Малефисента твёрдо глянула на Посейдона, поднимая голову так, чтобы её слова звучали с уверенностью. — Урсула заслужила право вернуть свой голос, — проговорила она, обращаясь к Посейдону. — Даже великие короли не могут отрицать, что у каждого есть право на свободу и голос. Круэлла, взяв Урсулу за руку, добавила с тёплой улыбкой: — И она не одна. Мы её семья. Мы не бросим её. Посейдон, стиснув челюсти, глядел на ведьм, словно обдумывая их слова. Его взгляд метнулся к Урсуле, и на миг в нём промелькнула боль. Он знал, что для неё голос был частью её сути, и лишить её этого — наказание, ставшее её тяжёлым бременем. — Ты готова сражаться за своё право, дочь? — спросил он, внезапно смягчившись, но его взгляд оставался строгим. Урсула, с трудом подавляя дрожь, решительно кивнула. — Да. Я готова. Уходите и спрячьте мою раковину. Теперь, больше не сдерживаясь она выпустила свои щупальца. Воздух искрился магией, яростью. Словно понимая её решимость, Посейдон сделал шаг назад, готовясь к битве остальные, выбросив пирата за борт, ушли, отступили, давая Урсуле возможность проявить свою силу. Сражение, как древний танец магии и волшебства, а вода вокруг них вздымалась и сверкала. Каждый удар был наполнен любовью, обидой и невыраженными чувствами, накопившимися за долгие годы. Когда их силы, наконец, почти иссякли, Посейдон остановился, окинув дочь взглядом, в котором теперь был не гнев, а гордость. Он мягко протянул руку к ней, и Урсула, вся ещё дрожа от пережитого, почувствовала на себе его тёплую, чуть колючую ладонь. — Ты заслужила свой голос, — сказал он тихо. — Я больше не лишу тебя его. Сказав это, он медленно ушёл в волны, оставляя их. Когда Посейдон скрылся в темных глубинах, Урсула, опустившись на колени в лодке, закрыла лицо руками, словно не веря, что это действительно случилось. Она обрела то, что потеряла много лет назад — голос, часть своей души, которую считала утраченной навсегда. На её лице блестели слёзы, но в них уже не было горечи, только искренняя радость и облегчение. Света осторожно подошла ближе и обняла Урсулу, нежно прошептав: — Я так рада за тебя, Урсула! Ты теперь ты сможешь петь… Урсула взглянула на Реджину, её глаза были наполнены благодарностью, и едва заметная улыбка тронула её губы. Идем наши уже там. Они медленно ушли от корабля Крюка, оставляя за собой шумное и опасное место. На обратном пути ведьмы молчали, позволяя Урсуле насладиться её новой свободой и осознать, что произошло. Когда они, наконец, достигли дома, ночь постепенно уступала место первому свету рассвета. Воздух был свежим и наполненным утренним туманом, а деревья в лесу, окружавшие их, шептались, словно приветствуя возвращение ведьм. На пороге их уже ждали Реджина и Круэлла, которые ушли вперед, чтобы всё подготовить к их приходу. Стояли деревянные столы с дымящимися блюдами. Запах горячих пирогов, травяного чая и печёного хлеба распространялся по всему замку, обещая тёплую встречу и долгожданное спокойствие после ночного приключения. Маленькая Реджина уже бежала им навстречу, её лицо сияло от счастья. — Я сделала тебе чай, Урсула! — с энтузиазмом выкрикнула она, крепко держа в руках кружку с дымящимся напитком. Урсула, уставшая, но счастливая, осторожно приняла кружку, с теплом улыбаясь девочке. Тепло напитка приятно согревало руки, а вкус обжигал горло, но в этом было что-то невыразимо тёплое и домашнее. — Спасибо, Реджина, — с благодарностью сказала она, чувствуя, как её голос приобретает новые оттенки с каждым словом. — Ты — маленький герой этой ночи. Реджина залилась румянцем, её глаза сияли от радости. Урсула держала раковину в руках, теперь защищённую и наполненную магией, и крепко прижимала её к себе, словно боялась потерять. Неспеша, словно смакуя, она высвободила магию из раковины и проглотила ее. Голос её был низким и немного хриплым, как будто он давно не звучал. Но он был её, настоящий, живой. Каждое слово теперь казалось маленьким чудом. Малефисента и Круэлла, стоявшие рядом и наблюдавшие за этим моментом, обменялись довольными взглядами. Малефисента слегка склонила голову, её взгляд тёплым: — Теперь, Урсула, ты наконец-то свободна. Мы сделали это вместе. Круэлла, со своей обычной легкостью и весёлым блеском в глазах, мягко толкнула Урсулу в бок: — А я что говорила? Никто не может лишить нас того, что по праву принадлежит нам, — её голос был лукавым, но в словах звучала неподдельная поддержка. Ведьмы, наслаждались моментом отдыха и покоя. Круэлла, сидя рядом с Малефисентой, бросала весёлые, лукавые взгляды, и её смех раздавался тихим эхом, вплетаясь в звуки просыпающегося леса. Когда рассвет начал окрашивать небо в розовые и золотые оттенки, Урсула вдруг обратилась ко всем присутствующим, её голос, наполненный чувством и силой, прозвучал уверенно и тепло: — Я никогда не смогу отблагодарить вас за всё, что вы сделали для меня. То, что я обрела сегодня, — это не просто голос. Это моя свобода. Это часть меня, которую я боялась навсегда потерять. И я буду вечно благодарна вам за это. Малефисента, склонив голову, медленно кивнула, её лицо оставалось серьёзным, но глаза светились мягким светом. — Мы одна семья, Урсула. И как бы трудно ни было, мы всегда будем рядом, чтобы поддержать друг друга. Её слова тронули всех присутствующих, и в тишине рассвета они обменялись взглядами, полными доверия и преданности. Так, окружённые теплом и поддержкой друг друга, они встретили новое утро, зная, что впереди их ждёт ещё много испытаний, но также много счастливых моментов, которые они пройдут вместе.