Академия вампиров. Мир во тьме

Крики, раздавшиеся совсем рядом, встревожили разум, но ужас, охвативший ее, я почувствовала гораздо раньше. Уже хорошо знакомые за долгое время образы крови, дыма, огня и искореженного металла вытеснили из сознания мой собственный сон. Чертовски приятный, между прочим. Я буквально заставила себя проснуться и в пару шагов преодолела разделяющее нас расстояние. — Лисса, проснись! — я потрясла ее за плечи. — Это всего лишь сон, очнись! — О боже, — ее голос прозвучал до боли надломлено. — Это всего лишь сон, все в прошлом, — я помогла ей сесть и успокаивающе погладила по плечу. — Тише. Спустя несколько мгновений ее дыхание замедлилось, сердцебиение стало ровнее. Она опустила голову мне на плечо и устало вздохнула. — Когда это прекратится? Вопрос, на который ни одна из нас не знала ответа. Когда утихнет боль и уйдут воспоминания? Может, сегодня, завтра, через год или вовсе никогда. Поэтому я сказала то, что считала правильным. — Не знаю, Лисс. Молчание окутало нас. Порой никакие слова не заменят успокаивающей тишины. Наконец, я почувствовала, что она расслабилась, и включила настольную лампу на прикроватном столике. Слух уловил шипение и стук лап о подоконник. Видимо, я спугнула Оскара, соседского кота. Обычно животные избегают дампиров, но любовь Оскара к Лиссе победила неприязнь ко мне, и он прыгнул на кровать, негромко мурлыча. Я уловила слабость в движениях Лиссы и насторожилась. — Когда было последнее «кормление»? Понадобилось лишь пару секунд, чтобы определить, что в последний раз она «кормилась» дня два-три назад. Чертовски плохо. Лисса молчала, и я покачала головой, откидывая рукой темные волосы с шеи. — Давай, тебе пора подкрепиться. — Роза… — Ну же! Вид моей шеи отбил у нее всякое желание спорить. Лисса наклонилась и, положив прохладную руку на мою кожу, обнажила клыки. Помимо моей воли сердцебиение участилось, а дыхание стало рваным. Я презирала себя за то, что так яростно желала этого укуса, но ничего поделать не могла — тело слишком жаждало эндорфинов. Клыки прокусили кожу, и я вскрикнула от боли. Но она ушла так же быстро, как и появилась. На смену ей пришли радость и уверенность, что с нами все будет хорошо. Мощный выброс эндорфинов помутил сознание, и я уже совсем не представляла, где и кто я. Она отстранилась, и я тяжело вздохнула. Тело окутала приятная слабость, голова закружилась, и все чувства странным образом притупились. Несколько минут звуки доносились до меня, как из-под толщи воды. — Ты в порядке? — обеспокоенный голос Лиссы прозвучал совсем близко, и я откинулась на кровать. — Да, нужно просто немного отдохнуть. Я слушала ее дыхание, считала удары ее сердца, и мысли проклятым роем вертелись в моей голове. Раньше я думала, что потерять все — значит потерять Лиссу Драгомир, мою лучшую подругу, которую я поклялась защищать даже ценой собственной жизни. Но, как оказалось, это не идет ни в какое сравнение с невозможностью защитить ее в принципе. Кто бы мог подумать, что жизнь может быть такой сучкой? Еще недавно я была для Лиссы надежной опорой, единственным человеком, на которого она может положиться, а уже сегодня я — почти беспомощное существо. Около двух месяцев назад я полностью потеряла зрение. Вот так и случается: в одну минуту ты думаешь, что ты непобедим и способен на великие подвиги, а в другую ты уже на грани срыва. Моим предназначением было защищать последнюю из древнего королевского рода Драгомир, но теперь я едва ли могу постоять даже за себя. Забавно, верно? Будто плевок в лицо от госпожи Фортуны. Самая большая проблема заключается в том, что два года назад мы с Лиссой сбежали из Академии вампиров, в которой раньше учились, и вынуждены постоянно скрываться от стражей академии, дампиров, как и я. Из-за катастрофы, произошедшей со мной, мы слишком задержались в Портленде, и меня терзали волнения, ведь в любой момент стражи могли напасть на наш след. Лисса говорит, что у меня паранойя, и, может быть, она права. Когда находишься в бегах, не стоит забывать, что за тобой гонятся. — Я принесу тебе поесть. Попытки протеста были слишком вялыми, и она с улыбкой вышла из комнаты. Я сосредоточилась и уже в следующее мгновение смотрела на мир ее глазами. Вдруг я почувствовала неладное: легкий запах лосьона для бритья и искаженный голос в беспроводном наушнике. «Мы на позиции». Вот дерьмо, как же не вовремя! Титаническими усилиями я заставила себя спуститься вниз, чудом не свалившись с лестницы. Лисса стояла у микроволновки, разогревая полуфабрикаты. Судя по резкому смещению воздуха, она подняла голову и посмотрела на меня. — Пора уходить? — ее голос прозвучал взволнованно, и я ответила коротким кивком. Мы всегда были готовы сорваться в путь, поэтому никаких возражений не было. — Нам нужно добраться до Сиэтла, а оттуда на самолете до Атланты, — мой голос звучал уверенно, создавая видимость, что ситуация под контролем. — Это будет несложно. Едва ли я смогла бы объяснить, почему именно Атланта, если бы меня спросили, просто именно этот город пришел в голову первым. Один из наших с Лиссой знакомых во внешнем мире рассказывал, как ездил с родителями в Атланту в прошлом году, и по каким-то причинам этот рассказ въелся мне в голову. К тому же, Атланта гораздо дальше от Монтаны, где располагается Академия Св. Владимира, чем Портленд. Потеря зрения, конечно, стала невероятно сильным ударом, но, благодаря нашей с Лиссой связи, которую мы сами до конца не понимаем, я могу смотреть на мир ее глазами, и это значительно облегчает дело. Слепота обернулась и такой неожиданностью, как усиление всех остальных органов чувств. Конечно, из-за моройской половины моей сущности, зрение, слух, осязание и прочее были на высоте, но тогда… это просто шквал эмоций. Когда я только-только очнулась, была просто невероятно поражена и, надо признаться, напугана. Звуки, запахи, вибрации, перепады температур обрушились на меня бурным потоком, и я не могла вымолвить ни слова. Поначалу это было, мягко говоря, ужасно, но потом свыклась что ли. Наверное, правильно говорят, что человек привыкает ко всему. Вообще, я быстро учусь, поэтому вскоре освоила новые способности и научилась пользоваться ими, хоть и не с блеском, но с пользой. Вести машину, конечно, будет трудновато, но не похоже, что у нас есть выбор. — Помнишь? — я ободряюще улыбнулась подруге. — Ты — мои глаза. По правде говоря, я не представляла, как мы сможем выбраться из этой ситуации. Единственная возможность — быстро добраться до машины. Но есть проблема. Мое тело совершенно не желало восстанавливаться после укуса, и я была на грани обморока. Мы должны хотя бы попытаться. Я взяла Лиссу за руку, и мы шагнули в прохладу ночи. Только бы успеть, господи! Я быстро превратилась в обузу, но изо всех сил переставляла ноги. Ради Лиссы, ради ее безопасности. Но и этого было недостаточно. Ей пришлось буквально тащить меня за собой, что создавало определенные проблемы. И вот мы уже быстрым, насколько это возможно, шагом пересекали пустынную улицу, все больше отдаляясь от места, долгое время служившего нам домом. Черт! Я слишком поздно заметила стража за углом соседнего дома. — Дмитрий? — раздался голос женщины-дампирки. — Мы нашли их. Они приближаются к пересечению Браун и Будро, с севера. Я в сердцах выругалась и сказала Лиссе перейти на бег. Дыхание сбилось, в глазах темнело, но нельзя было просто взять и сдаться. «Только бы добежать до машины! Только бы успеть!» — это все, о чем я могла думать, осматривая местность глазами подруги. Внешне я, как всегда, сохраняла спокойствие, чтобы не пугать Лиссу, но это стоило мне неимоверных усилий. — Скорее! — Что, если нас поймают? — слова, произнесенные шепотом, больно резанули обостренный слух. Или дело вовсе не в слухе, а в отчаянии в ее голосе. — Я этого не допущу, слышишь? Не допущу. Но мы не успели. Когда до зеленой «хонды» оставалось каких-то жалких метров десять, перед нами возник страж. Высокий, действительно высокий, ростом примерно два метра. Темные волосы до плеч были завязаны в «конский хвост», а темные глаза настороженно за нами наблюдали. В любой другой ситуации я не упустила бы возможности пофлиртовать, но сейчас совершенно не то время и не то место. Сзади послышались шаги. Множество шагов. О боже! Да их ведь чертова дюжина. Неужели, чтобы справиться с двумя девчонками, потребовалась целая армия? Инстинкты взяли надо мной верх, и, забыв о слабости, я толкнула Лиссу за спину, защищая ее своим телом от того, кого посчитала главным. Сейчас я — ее страж, а она — мой морой. — Оставь ее в покое! — ярость в голосе поразила даже меня саму. — Не прикасайся к ней! Лисса оглянулась по сторонам, и я потеряла из вида незнакомого парня, но смогла оценить общую обстановку. Их было слишком много. Молчаливые, суровые, ждущие приказа, они окружили нас, пресекая любые попытки бегства. — Я и не собирался… Взмах рукой, шаг вперед, и он подошел слишком близко. Мой стиль был далек от идеала, ведь долгое отсутствие практики делало свое дело, но сейчас я об этом совершенно не думала. Все бесполезно. Он отражал мои атаки, будто отмахивался от надоедливой мухи. Этот парень далеко не неопытный новичок, а профессиональный страж. Я чувствовала его дыхание, вибрацию движений, сердцебиение, но и это не помогло. Один толчок, и у меня не осталось ни малейшего шанса. Я пошатнулась и начала падать. Его руки обхватили мою талию, предотвращая знакомство лица с асфальтом. Послышался изумленный вздох. Он понял, но не мог поверить. Много ли на своем веку он встречал слепых дампиров? Вот уж вряд ли. Однако сдаться было бы слишком просто. Я оттолкнула его и снова встала в стойку, приготовившись нанести новый удар. Рука Лиссы легла на мою ладонь. — Не надо, пожалуйста. Ярость медленно начала отступать под воздействием нашей связи. Она не использовала принуждение, как с остальными, но свой эффект это все же оказало. Даже я понимала, что числом и умениями меня превосходят. Напряжение спало, и тело обмякло. Почувствовав, что я больше не стану оказывать сопротивление, парень шагнул вперед и отвесил Лиссе поклон. Удивительно, как при таком росте он оставался столь грациозным. — Меня зовут Дмитрий Беликов, — сказал он с еле заметным русским акцентом. — Я здесь, чтобы доставить вас обратно в Академию Святого Владимира, принцесса.