Trap

Hoya — Angel

      Джемин думает, что сейчас как раз таки хорошая возможность воспользоваться его новым автомобилем, потому что на улице уже поздно, и общественный транспорт вряд ли еще ходит. Поэтому он спускается в гараж, оставшись незамеченным для родителей и гостей, и уже спустя несколько минут мчится по пустынной дороге. За окном мелькают редкие машины, фонари и светящиеся вывески магазинов, и На почему-то думает о том, что это на самом деле классно — быть за рулем своего собственного авто. Спустя какое-то время парень останавливает машину у закрытого цветочного магазина, а затем принимается бродить пешком по узким и темным улицам одного из жилых районов Сеула, пытаясь отыскать нужный ему дом. Понимая, что, скорее всего, заблудился, шатен все же вытаскивает с кармана пальто мобильный и набирает номер Хёджу. Но в трубке долго слышатся протяжные гудки, пока вызов и вовсе не сбрасывается. Он продолжает настойчиво звонить, и после четвертой попытки все же слышит по ту сторону знакомый голос: — Сколько можно мне звонить? — вместо приветствия звучит грубый вопрос. — И тебе привет, — отвечает Джемин, закидывая голову вверх. Сегодняшняя ночь выдается довольно тихой или просто причиной тому безлюдные улицы, звезд на небе не сосчитать, и парень чувствует, как ему от чего-то становится легко. — Где ты сейчас? — Тебе совсем делать нечего? Или я сказала что-то непонятное во фразе "больше меня не трогать"? На и сам не понимает, почему все еще пытается с ней общаться, хоть девушка и усиленно пытается оттолкнуть его от себя. Просто ему так хочется. — Да, мне нечего делать, — парень не теряется в ответе. — Я сейчас в твоем районе, давай прогуляемся. — Какого?.. — шипит в трубку девушка, но потом прерывается, глубоко вдыхает и пытается не злиться, чем вызывает у шатена легкую улыбку. — Иди к черту, На Джемин. У меня нет на тебя времени. Оливия Хё отключается, но улыбка на лице парня становится только шире, потому что он замечает знакомую, освещенную тусклым светом фонаря, фигуру на другом конце улицы. Он тут же спешит к ней, окликает по имени. Брюнетка оглядывается через плечо, видит уже успевшую надоесть ей в последняя время личность и только в раздражении закатывает глаза. — Ты сталкер, что ли? Мне стоит заявить на тебя в полицию? — Хёджу злится, но все же успевает быстро пробежаться взглядом по внешнему виду одноклассника и даже отметить про себя то, что он выглядит очень привлекательно. — Хочешь, чтобы я отпраздновал свое восемнадцатилетие в участке? — отшучивается Джемин, на что девушка только недоверчиво изгибает бровь, не понимая, почему его отношение к ней меняется чаще, чем она может это заметить. — Тогда что ты забыл здесь в свой день рождения? Да еще и в таком виде, будто сбежал с аристократической вечеринки... Шатен откровенно начинает смеяться, потому что как-как, но "аристократической вечеринкой" он еще подобные собрания не называл. Он засовывает руки в карманы черного пальто и слегка наклоняет голову набок. — Может, выпьем пиво? — Чего? — брюнетка кривится. — Иди бухать к себе домой, у меня, между прочим, много планов на сегодняшний вечер, — она уже разворачивается с намерением уйти, но ее останавливает весьма неожиданный вопрос: — Та тетрадка, которую ты передала хёну... Это твое признание? Оливия Хё оглядывается на парня, встречается с его выжидающим взглядом. Они долго смотрят друг другу в глаза, пока Хёджу не чертыхается и в конце концов не произносит: — Так сильно хочешь пива? Тогда пойдем, я знаю одно место. Джемин даже удивляется такой быстрой смене решения, но покорно следует за одноклассницей. Они в молчании пересекают еще два переулка, а потом поднимаются на крышу дома девушки, откуда открывается прекрасный вид на небо, а еще на тихий и спокойный жилой район, освещенный редкими тусклыми фонарями. Брюнетка вдруг достает две баночки яблочного пива и угощает одной На, а сама опускается на выступ, свешивая ноги. Парень делает то же самое. — Почему ты такой странный, На Джемин? — произносит девушка, поднимая голову к небу и внимательно всматриваясь в горящие звезды. В ответ следует только непонимающий взгляд, поэтому она продолжает: — Сначала бегаешь за мной, потом игноришь, а теперь приезжаешь ко мне домой на ночь глядя и требуешь пиво. Парень хмыкает: — Это я странный? Самый странный человек здесь — это ты, — он отпивает глоток своего пива. — Почему ты вообще избегала меня и была такой холодной? — Потому что надеялась, что ты поверишь слухам и перестанешь со мной общаться. Но избавиться от тебя оказалось куда сложнее... — Почему? Почему ты запрещаешь помочь тебе, ведь те слухи на самом деле ложь, а у тебя есть явно проблемы поважнее... — Потому что я не хочу, чтобы о моих проблемах заботился кто-то еще, — ее голос становится грубее, и Джемин буквально чувствует ее категоричность в этом вопросе. — Тогда я не буду вмешиваться в твою личную жизнь. Просто позволь мне быть твоим другом, — он заглядывает Хёджу в глаза и видит в них большое непонимание. — Зачем это тебе? Почему просто не оставишь меня в покое? Парень неопределенно пожимает плечами, поскольку и сам не знает ответа на этот вопрос. Еще несколько минут между ними царит молчание, слышны только приглушенные сигналы автомобилей и звуки бурлящей жизни центра города. Эта атмосфера успокаивает и расслабляет полностью, поэтому шатен решается еще раз затронуть эту тему: — И все же, что значили твои тексты, которые ты передала хёну? Оливия Хё тяжело вздыхает, затем делает несколько больших глотков яблочного пива и отвечает: — Ты прав, мне нравится Юно. Я знаю, что эта симпатия никогда не будет взаимной, и что мне лучше вообще прекратить общение с ним... Но я не могу. Он первый человек, который сначала заинтересовался моим талантом, а потом уже личностью. Мы познакомились с ним на одном сайте, где публикуются разные работы, в том числе и тексты песен. Я тогда решилась выложить один из моих первых набросков, и Юно оставил мне очень приятный комментарий. Как-то так наше общение и началось, потом мы встретились в реальности, и я убедилась в том, что он на самом деле замечательный человек, — Хёджу опускает взгляд на болтающиеся носки своих кед, и Джемин может прочитать на ее лице грусть. — Но сейчас я понимаю, что не заслуживаю его. Я не его уровень. — Эй, не стоит все так преувеличивать. Хён далеко не идеальный, наоборот, он слишком заботливый и думает, будто самый умный. А еще всегда ходит такой улыбчивый и хороший, черт поймешь, как он на самом деле к людям относится... — Мне кажется, это ты просто очень непослушный, — перебивает его девушка и начинает смеяться, когда шатен замолкает и хмурит брови от недовольства. — Кстати, с днем рождения. Он смотрит ей в глаза, пытаясь найти ответ на то, почему ему в миллион раз комфортнее сейчас сидеть на крыше с ней, пить яблочное пиво и болтать на неважные темы, а не получать дорогие подарки и веселиться, если это так можно назвать, с людьми высокого статуса, говорить о важных вещах и чувствовать себя деловым человеком. Но ответ все никак не находится, а Хёджу начинает часто моргать, чувствуя себя неловко от его взгляда, поэтому он прокашливается и поднимает голову вверх, даже забыв ответить на поздравление. Спустя какое-то время ребята начинают чувствовать пробирающийся под одежду холод ноябрьской ночи, поэтому решают все же распрощаться с разойтись по домам. Джемин спускается по узкой железной лестнице с крыши вслед за одноклассницей и почему-то чувствует большое нежелание отсюда уходить. Но стоит им спуститься на площадку возле дома девушки, как Оливия Хё вдруг хватает парня за руку и тянет куда-то в сторону. Уже через несколько секунд На чувствует ее ладони, сжимающие ворот его пальто, а так же ее горячее дыхание на своей шее, и пытается понять, что только что произошло. Девушка упирается спиной о холодную стену дома, крепко сжимает руки на одежде шатена до побелевших костяшек, притягивая его к себе максимально близко. Ее лицо выражает страх вперемешку с паникой, а когда Джемин хочет о чем-то спросить, она тут же закрывает его рот своей ладонью и шепчет: — Не говори ничего. Пожалуйста, веди себя тихо. Парень пытается вслушаться в ночную тишину и на самом деле слышит звон ключей, тихие чертыхания грубого мужского голоса, а затем раздается мелодия чужого мобильного телефона. — Слушаю, — произносит все тот же незнакомый голос. — Хорошо, через двадцать минут буду у твоего дома. Джемин слышит, как шаги неизвестного удаляются, а потом снова воцаряется глубокая тишина, заставляющая Хёджу перевести дыхание.