Право выбора

      Северус Снейп сидел в директорском кабинете школы чародейства и волшебства Хогвартс и полным ненависти взглядом смотрел на пергамент, лежащий на столе. Сам кабинет при этом представлял собой весьма удручающее зрелище: стол и стулья перевёрнуты, весь пол усыпан мелкой стеклянной крошкой, а огромные витражи покрыты сетью мелких трещин — создавалось такое ощущение, что по комнате прошёл по меньшей мере тайфун. Который, по какой-то неведомой причине, не тронул ни портреты предыдущих директоров, ни самого Снейпа.       — Северус, мальчик мой, — подал голос Дамблдор, с нескрываемой тревогой в голубых глазах взирая на внезапно изменившееся лицо своего бывшего ученика: кожа зельевара сменила цвет с землисто-жёлтого на фарфоровый, скулы ещё сильнее заострились, а из-под плотно сжатых тонких губ отчётливо проступили глазные зубы.       — Альбус, замолчите! — грубо перебил Дамблдора Снейп, наградив бывшего начальника испепеляющим взглядом. — Мне сейчас не до ваших душеспасительных речей.       — Но вы вампир! — в голосе Финеаса Блэка отчётливо слышалось возмущение.       — Магическое существо не может занимать директорское кресло!       — Как видите, ещё как может, — ядовито отозвался зельевар, усилием воли беря свои эмоции под контроль и лёгким взмахом волшебной палочки приводя в идеальный порядок свой кабинет, а заодно возвращая на место чары гламура, скрывающие его истинную сущность от окружающих.       Северус вступил в наследие, когда ему было двадцать пять. На руке уже красовалась Тёмная Метка, на совести — куча невинно отнятых жизней. А ещё был Дамблдор, опутавший зельевара плотной сетью Обетов. Куда не взгляни — сплошные оковы. А Снейп с юношеских лет ненавидел какое-либо ограничение своей свободы. Поэтому стать вампиром показалось вполне приемлемым выходом, да ещё и с целой кучей бонусов, вроде ночного видения, повышенной скорости реакции, обострённого обоняния и практически полной неуязвимости. Только вот в любой бочке мёда есть ложка дёгтя. И у перевоплощения в вампира их было целых две. Первая, именуемая Главой Клана, и написала послание, ставшее причиной локального Апокалипсиса в директорском кабинете.       Уважаемый лорд Принц,       Как Основатель Рода, Главой коего Вы являетесь, довожу до Вашего сведения, что, в связи с активным Вашим нежеланием обеспечить Род Наследником, десятого числа сего месяца, в полночь, состоится Ритуал по выбору Вам Супруга. Настоятельно рекомендую Вам явиться в указанное время в мой замок. В противном случае, я собственноручно приволоку Вас туда в цепях, как раба на торговую площадь.       С искренней надеждой на Ваше благоразумие,       Като Принц.       И, что самое отвратительное, отказаться Северус не мог. Като раз в сто старше него и в тысячу раз сильнее — Древнему не составит ни малейшего труда скрутить непокорного потомка в бараний рог и притащить в свой замок силой. Подобного позора Снейп позволить себе не мог.       На самом деле, Северус прекрасно понимал, что сам виноват в сложившейся ситуации. Помогая ему пробудить Наследие, много поколений дремавшее в крови всех членов Рода Принц, Като прямо заявил, что в качестве оплаты желает получить хотя бы одного Наследника, причём с активным Наследием. Снейпу удалось выторговать себе несколько спокойных лет, сославшись на весьма опасный образ жизни — всё-таки Волдеморта и Дамблдора никто не отменял. Като согласился подождать, благо, будучи вампиром, мог себе это позволить. И он ждал. А Северус всё тянул резину. Со дня Великой Битвы и бесславной кончины Тёмного Лорда минуло уже десять лет, а зельевар так и не смог решить проблему Наследника. И вот тут мы вплотную подходим ко второй ложке дёгтя.       Партнёрство. Как и большинство магических существ, вампиры были «счастливыми» обладателями магического партнёра, близость которого превращала их чуть ли не в безвольных тряпок. Вампир становился фактически рабом своего избранника или избранницы, полностью завися от их благосклонности. Северус же не желал ни перед кем прогибаться, пусть даже и перед партнёром, предназначенным ему самой Магией.       Като на подобные закидоны потомка лишь добродушно посмеивался, заявляя, что, «стоит только Северусу встретить своего наречённого (старик почему-то даже не сомневался, что это будет непременно мужчина), как он сразу же забудет про все эти глупости». Снейп встретил. И сразу же понял, о чём говорил Древний.       Щуплый темноволосый мальчишка, внешне похожий на воробушка, сразу же привлёк внимание зельевара, стоило только колонне первокурсников войти в большой зал следом за Минервой Макгонагалл. Буквально прикипев к ребёнку взглядом, Северус понял, что пропал — несмотря на обилие запахов в Большом Зале, он явственно чувствовал исходящий от партнёра аромат — смесь корицы, кардамона и чилийского перца. И от этого запаха рот сам собой наполнился слюной, а в паху заметно потяжелело. Хотелось немедленно вскочить, прижать ребёнка к себе и никогда его больше не отпускать, отгородить от всего мира, защищать и баловать. Сделать только своим. И даже тот факт, что избранник оказался Гарри Поттером — сыном школьного врага, — не мог потушить пламя, разливающееся по венам.       Титаническим усилием воли Северусу в тот вечер удалось взять себя в руки и с помощью окклюменции хоть немного подавить эту бурю эмоций, на смену которой пришла глухая ярость. Да что этот мальчишка себе возомнил? Никогда он, Северус Снейп, не упадёт перед ним на колени! Не станет безвольной тряпкой! Нет, не бывать этому. Той ночью зельевар принял тяжёлое решение — сделать всё возможное, чтобы партнёр никогда не захотел быть рядом с ним.       Выполнить задуманное оказалось необычайно просто — несколько ядовитых слов, незаслуженно снятые баллы на первом занятии, и вот уже самые прекрасные на свете изумрудные глаза смотрят на вампира с обидой и негодованием. Довольно быстро эти эмоции сменятся на откровенную ненависть, от одного вида которой Северуса будет каждый раз буквально выворачивать изнутри. Вся его сущность буквально рвалась к Поттеру, желая холить и лелеять, оберегать от малейшей опасности. Порой сопротивляться ей было невыносимо трудно, — чего только стоил тот инцидент с метлой, после которой Снейп был готов разорвать Квирелла голыми руками! — но Северус лишь плотнее закутывался в мантию и вновь прятался за стеной из сарказма и презрения.       Так прошли долгие, и — чего греха таить, — неимоверно трудные семь лет обучения Поттера в школе. Каждый учебный день для Снейпа был борьбой с самим собой и своей сущностью: сердце и магия стремились к отважному гриффиндорцу, а разум и гордость требовали держаться от мальчишки как можно дальше. Ситуацию только усугубили занятия окклюменцией на пятом курсе мальчишки. После каждого сеанса погружения в сознание партнёра, Северусу хотелось наложить на себя руки — партнёрская связь от ментального контакта усиливалась, сдерживать себя становилось всё труднее и труднее. Если бы Поттер не влез в его Омут Памяти, Снейп бы рано или поздно не выдержал и закрепил бы связь. А так у него появился благовидный предлог прекратить эти занятия. Восстанавливать душевное равновесие было как никогда тяжело…       А потом началась война. Грязь, кровь, трупы… Постоянный страх потерять неугомонного мальчишку, оказавшегося волей Судеб втянутым в весь этот кошмар. И, одновременно, страстное желание, чтобы этот самый мальчишка умер, избавив его, Северуса, наконец-то от необходимости постоянно бороться с самим собой. Потому что чем старше становился Поттер, тем сложнее зельевару давалось сдерживать своего внутреннего зверя, рвущегося к партнёру.       Лёжа в луже собственной крови на полу Визжащей Хижины и глядя в изумрудные глаза напротив, Северус наконец-то определился: мальчишка должен выжить. Он готов мучиться хоть целую вечность, воюя с самим собой, только пусть отважный гриффиндорец живёт.       И Гарри Поттер выжил. Более того, измождённый, перепачканный кровью и грязью, он вернулся в Визжащую Хижину, где оставался его вроде как мёртвый самый ненавистный преподаватель. Да, Северус лишь отключился от большой кровопотери — всё-таки укус магической змеи даже для вампира был весьма неприятной штукой, — но всё же не умер. Через несколько часов кровь вампира выжгла бы весь яд, а рана на горле затянулась бы сама собой. Но Поттер об этом, естественно, не знал. И всё же вернулся.       Очнулся Северус уже в Мунго. Рядом с его постелью на неудобном жёстком стуле восседал Герой Магической Британии. Мальчик, который в очередной раз выжил. Нестерпимо хотелось коснуться его небритой щеки, провести рукой по всклокоченным, местами опалённым, волосам. Почувствовать вкус губ. И крови.       Естественно, ничего из этого Снейп делать не собирался. Стоило только Поттеру проснуться, зельевар грубо потребовал того проваливать на все четыре стороны. Гарри молча выслушал гневную тираду, переполненную ядом, за которым мужчина скрывал бурлящую в крови страсть, а затем вдруг резко подался вперёд и накрыл тонкие губы зельевара своими губами.       Поцелуй вышел лёгким и нежным, практически целомудренным, однако внутренний зверь Снейпа со страшной силой рванул к партнёру, сметая всё на своём пути. Совершенно не соображая, что делает, Северус обхватил Поттера руками за плечи и повалил юношу на себя, целуя уже по-настоящему.       Это был их первый и последний поцелуй. С неимоверным трудом вернув себе самоконтроль, — чего ему это только стоило! — Снейп прямо заявил Поттеру, что не заинтересован в нём ни в качестве любовника, ни в каком-либо ином.       Гарри наградил его тогда каким-то странным, тяжёлым взглядом. Северус ожидал скандала, возможно, даже истерики. Но Поттер его удивил.       — Это ваше последнее слово, профессор? — спокойно поинтересовался гриффиндорец, и, получив утвердительный ответ, коротко кивнул. — Хорошо. Ваше желание для меня — закон.       С того дня прошло целых десять лет. Герой Магической Британии, вопреки всеобщим ожиданиям, не пошёл в Аврорат, а полностью сосредоточился на делах своих Родов — Поттеров и Блэков. Время от времени его возмужавшее лицо мелькало на страницах «Ежедневного Пророка». Раз в год — в годовщину Великой Битвы, — Гарри появлялся в Хогвартсе, навещал могилы погибших в тот день. И ни разу даже не взглянул в сторону своего бывшего преподавателя.       Северус же все эти десять лет не мог забыть тот поцелуй. Он пытался встречаться и с мужчинами, и с женщинами, но все они были какие-то не такие, неправильные. Даже просто заниматься с ними сексом было противно, не то, что пытаться зачать Наследника. Единственная надежда Снейпа была на то, что Древний ещё не скоро вспомнит о давнем долге. И вот теперь час расплаты настал.

***

      Северус прибыл в замок Като Принца точно к назначенному времени. Вместо привычной чёрной мантии и глухо застёгнутого на все пуговицы сюртука на мужчине была мантия Главы Рода: тёмно-зелёная, расшитая серебристыми нитями. На среднем пальце правой руки сиял массивный перстень с головой летучей мыши — Родовой Перстень Принцев.       Камердинер — старый вампир с водянистыми голубыми глазами, — почтительно поклонился Северусу и жестом пригласил следовать за ним. Пройдя через несколько переходов, зельевар оказался перед дверьми в бальный зал. На мгновение замерев, мужчина загнал остатки эмоций глубоко в недра своего сознания, и решительно вошёл внутрь, морально приготовившись к очередному витку борьбы за собственную свободу.       В зале была по меньшей мере сотня гостей. Стоило только двери отвориться, все присутствующие сразу же замолчали и повернули голову в сторону новоприбывшего.       — Северус, — из толпы вышел хозяин замка — высокий, неимоверно худой мужчина с длинными смоляными волосами, собранными в низкий хвост. — Рад, что ты почтил меня своим присутствием.       — Учитывая, каким тоном было передано твоё «приглашение», у меня просто не было иного выхода, — мрачно отозвался Снейп, отвешивая Като традиционный поклон. — Итак, когда начнётся Ритуал?       — Тебе так не терпится? — в тёмно-карих, почти чёрных глазах Като зажглись недобрые огоньки. — Предупреждаю, Северус: попытаешься выкинуть какой-нибудь фортель и сорвать Ритуал, я с тебя шкуру спущу. Убить, конечно, не убью, но страдать ты будешь долго.       — Я учту, Ваша Светлость.       Като хищно усмехнулся, демонстрируя потомку свои внушительные клыки, после чего аккуратно взял Северуса под локоть и решительно повёл в центр зала, где был установлен небольшой постамент с начерченной посреди него пентаграммой. Снейп бегло оглядел руны и мысленно усмехнулся: старик был необычайно предсказуем. Что ж, ему это было только на руку. Не придётся даже срывать Ритуал. Лишь слегка подкорректировать…       Древний поднялся на постамент первым, встав таким образом, чтобы не пересекать линии пентаграммы. Следом за ним туда взошёл и сам зельевар, заняв место точно в центре, окружённый рунами выбора, брака и процветания.       — Итак, дамы и господа, — зычный голос Като разнёсся по всему залу, с лёгкостью перекрывая тихое перешёптывание гостей. — Я пригласил вас для того, чтобы провести Ритуал Выбора Супруга для лорда Принца. Выбор будет осуществляться по следующим параметрам: чистота крови, родовитость, магический потенциал и магическая совместимость.       В зале воцарилась абсолютная тишина. Собравшиеся здесь маги и вампиры с нескрываемым интересом разглядывали Снейпа, явно прикидывая, достоин ли он их внимания. Зельевар одарил всех присутствующих хищным взглядом и одним резким взмахом палочки изменил начертание руны Выбора, частично меняя её значение. Естественно, этот манёвр не ускользнул от внимания Древнего.       — Кажется, я предупреждал… — угрожающе произнёс Като, устремив на Снейпа полный негодования взгляд.       — А разве я срываю Ритуал? — деланно изумился зельевар, вопросительно изогнув одну бровь в своём фирменном жесте. — Я всего лишь оставил за собой Право Выбора, вот и всё. Не думали же Вы, в самом деле, что я позволю продавать себя, как породистого гиппогрифа? Нет. В своей жизни я всё решаю сам, и никак иначе. Если вам это не по душе — вы всегда можете меня убить.       — Как тебе угодно, Северус, — сквозь зубы зло процедил Като, а затем громко объявил на весь зал: — Начинаем!       Естественно, никому не удалось удовлетворить взыскательный вкус Лорда Принца. Северус смог придраться к каждому претенденту: этот недостаточно родовит, тот слишком слаб, этот слишком уродлив («Ваша Светлость, представьте, какие страшные у вас будут внуки!»), от этого смердит, аки от навозной кучи, а с этим слишком маленький показатель совместимости. Спустя два часа подобных издевательств Древний окончательно вышел из себя. В его руке появился Огненный кнут. Снейп в ответ лишь гордо вскинул подбородок, в очередной раз показывая характер — мужчина был готов понести заслуженное наказание за свою гордыню и жажду свободы. Като уже замахнулся, чтобы нанести первый удар, но внезапно его запястье обхватила чья-то мощная ладонь с когтистыми пальцами. Резко обернувшись, хозяин замка столкнулся взглядом с жуткими чёрными глазами без белков, на дне которых полыхало адское пламя.       Снейп буквально окаменел на месте, парализованный страхом. Посвятив большую часть жизни изучению Тёмных искусств, мужчина с первого взгляда определил, КТО именно стоял перед ним. Кожа неестественного для нормального человека грязно-серого цвета, покрытая на груди и руках вязью замысловатых рисунков. Огромный рост. Мощные роговые наросты в виде острых шипов, торчащие из плеч и локтей. Абсолютно лысая голова, также покрытая сложным узором, вдобавок к которому изо лба торчали два длинных отростка, достающих существу до плеч — нечто среднее между рогами и тентаклями. Не могло быть никакого сомнения в том, что на огонёк к Древнему заскочил сам Тёмный Джинн. И его появление не сулило никому из присутствующих ничего хорошего.       — Довольно, Като, — низким, угрожающим голосом проговорил Джинн, после чего легко, точно тряпичную куклу, отбросил Древнего в сторону.       Като, пролетев через весь зал, с оглушительным грохотом впечатался в каменную стену и медленно стёк по ней на пол, благополучно потеряв сознание. Все присутствующие проводили полёт вампира взглядами, после чего на мгновение наступила гробовая тишина. А ещё спустя пару секунд один за другим начали раздаваться хлопки аппарации. Минута — и бальный зал опустел.       — Цвет аристократии храбр, как всегда, — презрительно заметил Джинн, даже не попытавшись помешать гостям покинуть замок. — Тем лучше. Меньше народа — больше кислорода.       Выдав эту сакраментальную мысль, самое страшное существо во Вселенной — а именно так характеризовали Джиннов авторы древних гримуаров, — с совершенно равнодушным выражением лица повернулось к Снейпу, всё ещё продолжавшему неподвижно стоять в центре брачного круга.       — Итак, старик всё же решил подобрать вам пару, — не вопрос — утверждение. — Крайне неосмотрительное решение с его стороны.       — Ты не давал о себе знать больше десяти лет, — подал голос основатель Рода Принц, с явным трудом поднимаясь на ноги и рукавом вытирая тонкую струйку крови из разбитого виска. — Я посчитал, что Северус тебя больше не интересует.       — Мои отношения с МОИМ партнёром тебя, Като, ни коим образом не касаются, — Джинн грозно сверкнул глазами в сторону вампира. — Ещё одна подобная выходка с твоей стороны, уважаемый Древний, и я оторву тебе твою бессмертную голову. Это моё последнее китайское предупреждение.       Высказав всё, что посчитал нужным хозяину замка, Джинн вновь повернулся к Снейпу.       — Что же касается вас, директор Снейп… — Джинн без малейшего труда пересёк границу пентаграммы и вплотную приблизился к мужчине. Северус среагировал мгновенно: выхватив волшебную палочку, зельевар направил её точно в лоб существу, которое, в сущности, могло превратить его в горстку пепла одной только силой мысли. Однако сдаваться просто так, без боя, бывший Пожиратель Смерти не собирался. Даже и всесильному порождению Хаоса.       Джинн на эту попытку самозащиты лишь криво усмехнулся. Мгновение, — и палочка Снейпа оказалась в когтистой лапе.       — Вы ведь не считали, в самом деле, что сумеете справиться со мной этой палочкой — ковырялочкой? — насмешливо поинтересовался Джинн, возвращая палочку её законному владельцу. — Вы далеко не глупый мужчина, Северус, и должны понимать, что вы мне не соперник.       — Что вам от меня нужно? — вздёрнув подбородок, с вызовом спросил Снейп. За годы общения с Волдемортом и Дамблдором он научился не пресмыкаться перед теми, кто сильнее него. И для этого Джинна исключение он делать не собирался.       — Мне от вас? Ровным счётом ничего.       — Но вы только что назвали меня своим партёром… — Северус даже на мгновение растерялся.       — Назвал. — Слегка склонив голову, согласился Джинн. — Ну и что с того? Вам не нужен партнёр, вы сами это неоднократно заявляли, директор. Вы ведь приверженец свободы. — На слове «свобода» Джинн презрительно скривился, ясно давая понять своё отношение к этому. — Так наслаждайтесь ею. А сейчас позвольте откланяться — у меня ещё есть дела. Като, — Джинн повернулся к Древнему, и его лицо вновь приобрело угрожающее выражение. — Не советую впредь игнорировать мои желания. В гневе я тебе не понравлюсь.       Древний коротко кивнул, всем своим видом демонстрируя покорность. Джинн наградил его тяжёлым взглядом, после чего бесшумно исчез, словно его и вовсе не было.       — Какого соплохвоста это сейчас было? — немного отойдя от шока, разъярённо спросил Снейп, решительно покидая пределы ритуальной пентаграммы.       — Это, дорогой внучок, был Тёмный Джинн, — с кривой усмешкой ответил Като.— Большинству он известен под именем Нергал. Весьма неординарная личность, должен признать. Силён, как сам Мерлин, и опасен, как голодная мантикора. И всё это великолепие шестнадцать лет назад явилось ко мне и заявило, что ты являешься его магическим партнёром.       — Почему же я об этом ничего не знаю? — сказать, что Снейп был удивлён, значило ничего не сказать. — Разве он не должен был в первую очередь явиться ко мне?       — А он и явился, — на лице Като расцвела ехидная улыбка. — Только в менее эпатажном обличье. И ты его, естественно, прогнал. А Нергал, несмотря на все те ужасы, которые пишут о его расе, терпеть не может кого-либо к чему-либо принуждать. Поэтому, поняв, что ты не желаешь связывать себя узами партнёрства, он явился ко мне и настоятельно порекомендовал мне оставить любые матримониальные планы на твой счёт. Джинны, знаешь ли, существа крайне ревнивые.       — Так ты поэтому столько лет не трогал меня? — Теперь всё встало на свои места. А он-то наивно полагал, что это из-за Волдеморта и Дамблдора Древний перестал устраивать смотрины «невесты». — Почему же теперь вдруг передумал?       — Потому что не могу допустить, чтобы мой Род зачах из-за твоего глупого упрямства! — зло сверкнув глазами, в сердцах воскликнул Като. — Не хочешь искать своего собственного партёра — Мерлин с тобой! — я не собираюсь настаивать. Но отказываться от Джинна, который может буквально весь мир сложить к твоим ногам, как минимум глупо.       Северус наградил предка уничижительным взглядом.       — Я не собираюсь становиться подстилкой тёмного существа ради ваших глупых фантазий, дедушка! — точно разъярённая гадюка, прошипел Снейп. — Если вам так нужен этот Джинн — вот вы с ним и спите. А меня увольте!       — Глупый самовлюблённый мальчишка! — Като в мгновение ока оказался возле своего нерадивого потомка и схватил его за грудки. — Да любой другой на твоём месте прыгал от счастья, если бы ему предложили стать партнёром самого Джинна. Эта раса буквально всесильна! А Нергал ещё и самый сильный из ныне живущих Джиннов. Он сможет исполнить любое твоё желание. Или тебя смущает его внешность? Так тебе стоит только намекнуть, и он станет тем, кем ты захочешь!       Последняя фраза заставила уверенность Снейпа немного пошатнуться. Зельевара не интересовали ни власть, ни богатство, так что, в принципе, связь с всемогущим Джинном была ему не так уж и нужна. А вот возможность заполучить наконец-то в свою постель того, кто столько лет бередит сердце… была весьма заманчива. Пусть это и будет только лишь жалкая тень оригинала, но плохая копия всё же лучше, чем совсем ничего.       Като, внимательно следивший за выражением лица своего потомка, сразу же заметил момент, когда Северус был готов изменить своё решение.       — Вот, возьми, — Древний сунул руку в карман своего камзола и извлёк из него небольшой серебряный колокольчик, который и протянул опешившему Снейпу. — Если всё-таки прекратишь строить из себя дурака и решишь принять предложение Нергала, просто назови его имя и позвони в этот колокольчик.       — Он мне ничего не предлагал, — резонно возразил зельевар, но колокольчик всё же взял.       — Вслух может быть и нет, — согласился Като. — Однако уже тот факт, что он явился на наш маленький семейный вечер, хотя его никто и не приглашал, о многом говорит. Он воспринимает ваш союз как нечто свершившееся, и уже относится к тебе, как к своему партнёру. Тебе осталось только прекратить быть такой самовлюблённой задницей и проявить хотя бы элементарную благодарность. В конце концов, Нергал мог бы и не проявлять по отношению к тебе подобного благородства, и просто взять тебя силой — поверь мне, среди Джиннов это нормальная практика. А он столько лет цацкается с тобой… Тоже мне, невинную принцесску нашёл.