Жажда скорости

      Лионелю не нравится Мадрид. Мадриду не нравится Лионель. Он уже трижды за сутки попадал ногой в неисправную канализацию и дважды его пытались ограбить. Безуспешно, да и то только потому, что у него просто нечего было брать, кроме телефона в руке да проездной карты на метро. Лионелю не нравится разъезжать на машине по чужим городам, особенно по таким, как этот — наполовину заброшенным и забытым. Он бы предпочел встретиться с продюсерами в другом месте, но они настояли на каком-то левом невзрачном офисе, следуя непонятному желанию отдать дань символике прошлого века и великим открытиям в области автомобилестроения. Мадрид был великим городом в свое время, но теперь… Лионель содрогается от одного только его вида.       Ему требуется чуть больше времени, чем обычному человеку, чтобы добраться до бизнес-центра города. Лионель теряется по пути пять раз, сворачивает не туда и чудным образом снова оказывается едва ли не на окраине. Время идет, а ноги все так же продолжают нести куда-то не в том направлении, и Месси уже думает о том, чтобы просто позвонить и перенести встречу. Или же вообще отложить, потому что зачем? Он не собирается соглашаться, даже если ему предложат еще больший гонорар. Да, у него сейчас не лучшее время с деньгами, последняя его девушка ушла, хлопнув дверью, потому что он заваривал один и тот же чайный пакетик в третий раз. Но это не значит, что он согласится вести программу с человеком, который ему глубоко противен. У Лионеля все-таки есть принципы. Жаль только, что его «принципиальная» карьера завершилась так рано, можно было еще ездить и ездить, но все само по себе как-то сошло на нет. Появились новые лица, новые более молодые лица, если точнее. И хотя Лионелю всего тридцать два, он чувствует себя почти стариком. Прожито, забыто.       Когда он, наконец, оказывается около нужного здания, пот катится по лицу и где-то под рубашкой. Конец лета удивительно жаркий, а Лионель действительно устал, он больше часа бродил по окрестностям, пытаясь хотя бы сориентироваться, но это было просто бесполезно. Удивительно, как раньше ему удавалось не потеряться на круговой трассе и не ехать в обратном направлении. Плохо не иметь навыка навигации, но еще хуже — теряться там, где не потеряется пятилетний ребенок. Лионель переходит дорогу, и его почти сбивает велосипедист, этот город точно за что-то ему мстит. А вот у самого входа, на месте, где парковаться нельзя, стоит грозный пятисот тридцати трех сильный Форд Мустанг Шелби ДжейТи350, который вышел только в этом году. И только один человек во всем чертовом Мадриде мог купить эту тачку, чтобы покрасоваться перед всеми. Только один человек настолько любит внимание публики, что готов тратить деньги направо и налево, только бы смотрели, только бы желали. Лионель кривится, критически осматривая машину со всех сторон. Конечно, надо бы поторопиться на встречу, но он и так уже опоздал на двадцать минут, так чего бежать? Мустанг синий с черными полосами, не в совсем привычной комплектации, интересно, сколько баксов сверху Роналду пришлось доложить, чтобы ему установили керамические гоночные тормозные колодки, которые никто раньше никогда бы и не подумал ставить на Форды? Месси цокает языком и обмахивается рукой. Ему Мустанги не по душе. Да и мускулкары в общем. Лионель все же на то и аргентинец, чтобы не капать слюнями на всякое американское «кое-как с кое-чем». А вот Роналду… Впрочем, эта машина у входа может означать лишь одно — он тоже там. Зидан свято уверял, что они поговорят с глазу на глаз, все обсудят и придут к общему соглашению, так какого черта притащился… этот?       Лионелю все еще жарко, когда он заходит в такой же душный офис. Роналду сидит к нему спиной, закинув ноги на стол, а Зидан бренно тает на диване под кондиционером, Лионелю приходится откашляться, чтобы привлечь их внимание. Продюсер подрывается и тащит Месси к столу, чтобы усадить на свободный стул, в то время как Криштиану лишь смеряет его непонятным взглядом.       — Итак, господа…       — Зинедин, я не хочу…       — Я не закончил, заткнись, Месси, — Зидан по жизни очень дружелюбен, непонятно, как он вообще заделался продюсером. Когда-то давно, когда Лионель еще гонялся по пустынным улицам, они неплохо дружили, и теперь, когда он стал большой шишкой, не позвать бывшего друга в свое шоу он просто не смог. — Топ Гир — легенда. Тебе ли не знать.       — Я никогда не принимал в нём участия.       — Мне посрать вообще-то, — он снова затыкает его движением руки. — Топ Гир — легенда. Перезапуск нового сезона в Испании стоит кучу бабок, чтобы ты знал. И нам их выделяют почти просто так, но требуют высококвалифицированных специалистов. Которые знают, о чем говорят и что делают. Криштиану уже подписал контракт, ты подойдешь на роль со-ведущего лучше, чем кто-либо другой. Хватит распускать нюни, твое прошлое никого не волнует, у нас тут будущее на носу, — Зидан весь промок от пота, и это злит его еще больше.       Лионель кидает косой взгляд на Роналду и пытается понять, какого же черта он вообще раздумывает. Это большой шанс, конечно, но этот… говнюк… Лионель знает, что не сработается с ним. Они были соперниками едва ли не всю свою жизнь, словно по мановению волшебной палочки встречаясь на всех возможных трассах (да что там говорить, Криштиану нашел его даже на Нюрбургринге), и он всегда, абсолютно всегда вел себя, как невоспитанное быдло. Конечно, Месси не оставался в дураках и отвечал тем же, в итоге они были похожи на клубок сцепившихся змей. Кто кого больнее укусит. И теперь, когда у Криштиану осталась его слава, его деньги, а у Лионеля не было почти ничего, это было… больно. Больнее обычного.       — Это глупо, — он стирает пот со лба. — Мы не сработаемся. Он, — Лионель тыкает пальцем в Криштиану, — не умеет себя прилично вести. Я, — показывает на себя, — все-таки аргентинец…       — Можно подумать, это имеет какое-то значение… — вставляет свое слово Роналду, но Лионель лишь кидает на него взгляд, полный ненависти.       — Видишь! Видишь! Об этом я и говорю! — Зидан роняет голову на руки и тяжело дышит. В офисе душно и противно. Лионелю хочется домой в Барселону, найти себе новую девушку и прекрасно проводить с ней время. До тех пор, пока она тоже не оценит его способ заваривания чая. Но его не пускают, потому что во взгляде Зидана слишком много решимости, а Месси почти не готов противостоять такому напору.       — В первом эпизоде ночные гонки на Вудворде. Дадим вам парочку мощных мускулкаров, — Зидан двигает бровями, намекая на что-то. — Проверите сами их в деле. Ты, он и еще куча людей. Кто победит, а? — он улыбается во все зубы, а Лионелю уже хочется их все выбить. Знает, на что давить, сволочь! Еще одна гонка с Роналду. Возможность надрать ему зад. Но… Месси так не уверен.

***

      Мадрид та ещё клоака, копошиться в которой удовольствие не из приятных, особенно если это приходится делать под палящим летним солнцем, ядовитые лучи которого заставляют асфальт под ногами взрываться гнойными волдырями, а пот испаряться до того, как он успеет выступить на коже… Складывается впечатление, что реки здесь состоят из мазута, а воздух в некоторых районах не перестает пахнуть гнилью даже в самые сухие дни. Не город, а одна большая и никому не нужная помойка. Но Криштиану нравится вид этой очаровательной таинственной заброшенности, который создают огромные железобетонные конструкции заводов с выбитыми окнами и обросшими мхом лысыми стенами.       Он с детства любил ассоциировать города со знаменитыми людьми, когда-то жившими в них. Возможно, причиной этому было то, что они с отцом слишком часто переезжали, и маленькому мальчику так проще было запомнить новые адреса. Воспоминания помогали коротать время, пока они с продюсером ждали в душном кабинете явления третьего участника предстоящей дискуссии. Зидану, кажется, приходилось совсем плохо: он постоянно лазал в карман за грязно-зеленым платком, чтобы стереть соленый пот, попадающий в глаза, и не знал, что еще взять со стола, чтобы обмахнуться. И это при том, что кондиционер работал на полную мощность. Мокрые пальцы продюсера уже помяли какую-то брошюру с пальмами, толстую красную тетрадь и грозились превратить в веер их контракты. Криштиану стрельнул глазами, и застуканный на месте преступления мужчина сделал вид, что и не думал о том, как много прохладного спасительного ветра создадут плотные листы А4.       — Знаешь, Зидан, — начал Криштиану, пытаясь хоть немного отвлечь продюсера от страданий, — если наше сотрудничество станет продуктивным, я напишу об этом книгу. Не спеши вносить изменения в контракт, это пока только мысль… Так вот, как тебе такое начало: «Стоял невыносимо жаркий день, такой жаркий, что все аргентинцы впали в анабиоз. К превеликой радости, зоопарк еще работал и найти замену Месси среди двух десятков других черепах не составило труда».       — Вообще-то, это не слишком корректно, Криштиану. То есть, мне обидно за всех остальных аргентинцев, не за чертового Месси… Они хорошо переносят жару и…       Криштиану не имел ничего против аргентинцев, бразильцев или чилийцев, как и против геев, негров, феминисток, футбольных фанатов, да и прочих фриков — ему на них было глубоко наплевать. Он даже не против поделиться с ним кислородом и уступить место в общественном транспорте — по этой причине этим самым транспортом он пренебрегает, разъезжая исключительно на люксовых тачках, блеск от полированных дисков которых может ослепить сквозь линзы солнцезащитных очков. А на метро пусть ездят те, у кого ничего, кроме принципов да богатой духовной организации, нет — так пусть они порадуются хоть «счастливому» билетику и отсутствию необходимости тратиться на бензин. Вот оно, равенство по-португальски.       На скрипучий звук не смазанных дверных петель Криштиану даже не потрудился обернуться или хотя бы опустить ноги со стола, а вот продюсер заметно оживился, почувствовав, как разряжается атмосфера с вхождением в нее нового, менее уверенного в себе, а значит потенциально-пригодного стать объектом для унизительных шуточек человека. На стороне контракта Роналду все необходимые подписи, в том числе и юриста, давно уже стояли, но продюсер все равно просил его остаться на случай, если у второго ведущего возникнут вопросы. Зидан заранее знал, что Месси начнет ломаться, как поджаренный сухарик, завидев кипу бумаг?! Криштиану недовольно скрипнул сжатыми зубами, слушая лепечущую речь аргентинского недоразумения, всеми правдами и неправдами отнекивающегося от предложенной работы. Мало того, что им пришлось ждать его целых полчаса, которые, между прочим, тоже стоят денег, так оказывается, он соизволил прийти лишь для того, чтобы отклонить такое выгодное предложение! Ну не дурак ли! Дни его славы давно стали достоянием статей на википедии, а имя могут припомнить лишь динозавры в мире автоспорта, потому что из памяти фанатов его вытеснили молодые и свежие лица. Криштиану на его месте несся бы на эту встречу как ошпаренный, чтобы ухватиться за последнюю возможность вернуть себе славу и подзаработать хороших деньжат, а то от его кед веет секонд-хендом.       — Чо, зассал? — Массивная ладонь громко хлопнула по крышке стола, пригвоздив скрепленные вместе листки к его поверхности. В кабинете повисла напряженная тишина, которой искренне порадовался вскипевший от жары и непроходимой глупости бывшего конкурента мужчина. Только кондиционер осмеливался продолжать шелестеть лопастями и то, видимо причиной его смелости было осознание свой жизненной необходимости для собравшихся людей, по которой его никто не посмел бы сломать. Выдержав паузу, Роналду убрал руку и выпрямился во весь рост, расправляя широкие плечи. Наконец его ноги были на полу. — Тебе не обязательно было приезжать, ты бы мог отказаться и по телефону. Но все же ты здесь и строишь из себя недотрогу. Зачем? — Здоровенная туша буквально нависла над щупленьким аргентинцем, вдрызг разнося его личное пространство. Криштиану говорил быстро, сбивчиво, с ярко-выраженной португальской привычкой проглатывать половину букв. Его речь попросту не позволяла оппоненту ни переварить полученную информацию, ни вставить оправдательных слов. — Впрочем, не важно… Если тебе страшно, то лучше держись от настоящих машин подальше, — он разочарованно выдохнул и сделал шаг назад, к кулеру с питьевой водой. — Продолжай делать обзоры на семейные мини-вены с кузовом, как задница Ники Минаж, и пости их в своем блоге, который все равно никто не станет читать, раз на большее тебе не хватает дерзости, маленький трусливый бельчонок. Зидан, здесь хоть когда-нибудь бывают стаканчики?! А, нашел…       Сиди в кресле Месси кто угодно другой, он бы уже обосрался. Или полез бить морду обидчику. Или начал бы собирать документы для иска в суд. Но они были знакомы не первый год, и не первый год их общение грозило перерасти в конфликт с побоями и сломанными носами. Останавливало лишь осознание, что силы не равны, да и физическое насилие не принесет ожидаемого облегчения. Это странное соперничество началось задолго до истории в офисе, датированной сегодняшним числом. Когда Роналду первый раз был заявлен на серьезные соревнования, Месси уже несколько раз стоял на пьедестале, сжимая в руке блестящий кубок. Это существенно поджимало гордость Криштиану несколько лет, особенно на фоне мизерной разницы в их возрасте. С тех пор утекло много воды, и неисчислимое количество километров осталось позади — они сильно изменились, повзрослели, но Криштиану так и не удалось подавить в себе вспыхивающий при взгляде на Месси дух соперничества. Он много лет был для него стимулом двигаться дальше, становиться лучше, ездить быстрее и круче, а теперь, когда они встретились спустя почти целую вечность, Месси высокомерно решил не подписывать контракт, будто его заставляют сотрудничать с кучкой дерьма. Это унизительно и больно. Вот, Криштиану опять начинает заводиться… Врач посоветовала в таких случаях, если под рукой нет таблеток, считать до десяти. Прозрачные пузырьки воздуха устремляют вверх сквозь пласт воды и лопаются с глухим гулом. Раз пузырь, два пузырь, три…       — Вот этого задора я и жду на экране! — В ошарашенном Зидане проснулся почувствовавший запах баксов продюсер, и его перекошенное лицо просияло улыбкой Чеширского кота. — Вы, парни, знаете, как нагнать атмосферу! Даже я поверил твоим словам… Просто отлично. Вы сделаете вашего шоу круче всех аналогов!       — Ты подписал? — Свирепый тон прервал восторженную тираду, а вода перелилась через край пластикового одноразового стакана.       Криштиану тайно надеется, что в контракте есть пункт «Я осознаю все риски и добровольно иду на эту работу, не подвергаясь давлению со стороны» или что-нибудь в этом духе, потому что без дополнительной мотивации Зидан упрашивал бы Месси согласиться на эту авантюру еще пару часов, а эта уже потерянная пара сотня баксов. Ну и к тому же, быть ведущим ТГ — профессия рисковая, а адвокаты любят привлекать к ответственности за эту самую «дополнительную мотивацию» при подписание соглашений. Роналду не махал у Месси перед глазами пистолетом, подсовывая контракт, не брал в заложники его близких, но кто знает, до чего дойдет, если аргентинец решит еще потянуть время.       Они стоят на почти пустой парковке у бизнес-центра, с которой отъезжает последний красный Фиат.       — Я думал, это твой, — Криштиану снимает зацепленные ушком за вырез в поло от Tommy Hilfiger темные очки и сажает их на свою длинную тонкую переносицу. — Ну и жарко же сегодня, — а затем одаривает собеседника белоснежной «голливудской» улыбкой. — Но не так жарко, как будет на наших съемках, коллега… Тебя подвезти?

***

      Когда над тобой нависает нечто размером с гору, ты пытаешься не обоссаться. Лионель бы так и делал, на самом деле, если бы не был знаком с Роналду уже лет десять, не меньше. Он скорее всего дрожал бы как скотина и умолял бы его не трогать, но не тут-то было. Пускай Месси на голову ниже Роналду, но это не имеет значения, он не собирается поддаваться этим глупым угрозам и не особо внятным словам.       — Блаблабла, — Лионель встает, чтобы дотянуться до контракта. В целом… он хотел бы подписать. Ему все нравится, он любит риск и его последствия, любит красивые машины, а сейчас у него просто нет возможности их водить. Но всему виной этот обезьяноподобный мужик, которого Месси хочется как минимум задушить. Но он отлично видит разницу в габаритах, поэтому не стремится даже приближаться. Пока Роналду распинается, отвернувшись от него, Лионель ставит свою размашистую подпись на всех трех бланках под хитрую улыбку Зидана, и хмуро на него смотрит. — Придурок, — он кивает на Криштиану и говорит вполголоса. Все равно не услышит, эгоцентричный мудак.       — Нахуй иди, — Лионель отвечает на замечание про Фиат. — На свою машину посмотри, тебе только цепи на шею не хватает, да рэпчика на весь квартал, — он хмыкает и отказывается от такого хорошего предложения подвезти. Кондиционер — это, конечно, просто прекрасно, но уж лучше метро, чем сияющий от счастья Криштиану рядом.       — Надеюсь, у тебя ось отвалится по дороге, — Лионель широко улыбается, а потом быстрым шагом уходит прочь. К метро.