Жажда скорости

      Съемки сюжета для первого эпизода Топ Гира начались уже на следующий день вечером. Все это время Лионель отчаянно пытался не паниковать. Дома у него есть машина, конечно, но это не лучший вариант вообще, гоночные тюнингованные тачки он давно не видел рядом с собой, не то что ездил. И это почти заставляет астму его детства вернуться. Вместо этого он курит уже тринадцатую сигарету, прислонясь к боку какой-то непонятной тачки на обочине, и ждет. Он не потерялся в этот раз лишь потому, что и без карт отлично знал, где находится Вудворд, все-таки знаменитая «гоночная» трасса для уличных гонок. Он тут был не раз, но никогда не мечтал оказаться среди участников. Это месиво. Но раз так надо, то… надо. Роналду не видно, Зидана тоже. Вообще никого, кроме кучи орущих людей.       Лионель дергается, когда на плечо ложится огромная ладонь. Он хмуро кидает окурок на асфальт, заминая его носком ботинка, и смотрит на подъехавшую команду. Зидана не видно, зато какой-то весьма не симпатичный мужчина уже отчитывает какого-то пацана за неправильную транспортировку машин. У мужчины такое лицо, словно его облили кислотой когда-то давно, и Месси честно старается не пялиться, но мужчина подходит ближе к ним с Роналду, и открывает рот. И Лионель хочет провалиться сквозь землю.       — Добрый вечер, господа. Лионель, — он кивает Месси. — Криштиану, — Роналду тоже. — Я выпускающий продюсер, можете звать меня сеньор Суарес, остальное вас не касается. Пока сценария нет, снимаем только гонки. В машинах справа стоят камеры, в процессе вы комментируете происходящее, стараясь не использовать матерные слова по максимуму. Дубль один, потому что гонка одна. Провалите — будете отрабатывать потраченные на сюжет деньги в свободное время. Ясно?       Лионель кивает и закуривает новую сигарету. Нафига он вообще согласился? Это все глупо. Еще и Роналду… Он в себе-то не уверен, а уж в нем и подавно. И по идее им нужно работать в команде, но Месси вообще не хочет с ним обсуждать ничего. Поэтому он только хмуро на всех поглядывает и дергает себя за край рубашки.       — Ваши автомобили. Криштиану, у вас Додж Вайпер СРТ10 ЭйСиАр 2008 года. Не смотрите на год выпуска, он резвее многих. У вас, Лионель, Додж Челленджер СРТ Суперзаряженный Хеллкет этого года выпуска. Используйте все их возможности. Можете по ходу попробовать рассказать о них все, что вспомните. Хоть это и не обязательно. Удачи.       — Какого черта у меня… белая тачка?.. Что это за гламурный пиздец, — Лионель выдыхает, подходя к своему Челленджеру. — Скорость меньше, выглядит как говно, бог ты мой, я ненавижу мускулкары, — он проводит пальцами по крыше машины и бурчит, надеясь, что никто не слышит. Ну, конечно. Роналду где-то рядом и уже навострил ухо. У него-то Вайпер, ему вообще не на что жаловаться, она создавалась для гонок. Отличное начало новой карьеры — почему бы не проиграть Криштиану в первой же гонке? Месси снова тяжело вздыхает и забирается в машину. Где-то сбоку он слышит замечание Роналду о том, что его машина заднеприводная, и просто не может удержаться. — Твоя тоже, если ты не в курсе, петушок, — скорее поднять стекло, чтобы больше его не слышать, включить кондиционер и забыть, что это вообще происходит. В наушнике, который он все-таки надевает, потрескивает, пока никто на связь не выходит, оборудование не налажено. Первый сюжет идет через одно место, еще не начавшись, и Лионель сильно сомневается в том, что вообще что-то получится. Он краем глаза наблюдает за тем, как Роналду осматривает свой Вайпер, как почти ревностно ведет ладонями по крыше, капоту, как едва ли не нежно оглаживает его дверцы. И сглатывает, отводя взгляд. Нет уж, ничего подобного. Нет-нет. Нет. У него есть о чем подумать, помимо этих больших рук, которые… Лионель, заткнись! Он лупит себя по щеке и часто моргает, вспоминая про гонку. Включает АБС, трекшен-контроль, а еще навигацию, потому что без нее он просто пропадет на первом же повороте. Хотя и с ней, возможно, тоже. Отвлекается от изучения приборной панели только когда слышит стук в окно.       — Чего тебе… — он устало выдыхает, смотря на Роналду снизу вверх. И вечно эта позиция. Повезло же ему родиться таким огромным. Хотя как сказать еще насчет «повезло». Криштиану бормочет что-то про удачу, но Лионель не слышит всей речи из-за ревущих позади моторов и этой дурацкой особенности глотать остатки согласных. Американцы. Он криво улыбается и откашливается. — И тебе удачи. Победит сильнейший? — нервно усмехается и судорожно выдыхает. У него уже подрагивают руки на руле, он отворачивается в сторону, но Роналду не уходит. Вместо этого он проводит той самой своей огромной ладонью по плечу Лионеля и вниз по его руке. Месси вздрагивает сильнее и переводит на него взгляд, но видит только блестящие глаза и ничего не выражающее лицо.       — Иди уже, старт скоро, — он бормочет и поводит плечами, все еще ощущая на своей руке это фантомное прикосновение. Он не должен ему проиграть. Не имеет права. Но у Роналду наполовину больше шансов, поэтому Месси думает лишь о том, чтобы просто не опозориться полностью.       Моторы ревут сильнее, когда обозначают старт. Три, два… Лионель тяжело дышит и почти молится. Один. Старт. Доджи срываются вместе, у них одинаковая скорость разгона, поэтому по прямой они движутся почти параллельно. А дальше… дальше только судьба решит, кто будет первым. Лионель слышит новый треск в наушнике, облизывает пересохшие губы и растягивает их в улыбке, вспоминая все, что он когда-либо слышал о Додже Челленджере.       — Эта машина — просто улет!..

***

      Примерно 70% трудоспособного населения планеты ненавидит свою работу, еще 20 относятся к ней с пренебрежительным пофигизмом, а 10 пытаются сделать своей работой любимое хобби, но чаще всего быстро терпят в этом начинании крах и становятся вынужденными либо сдаться и пойти работать на кого-то, дополнив те самые первые 70 процентов, либо они осознают, что их хобби — не такое уж увлекательное дело и каждодневная рутина все равно прибивает их к большинству, как центробежная сила постоянно стремиться вытолкнуть машину с дороги.       Назвать работу любимой и приносящей доход, которого хватало бы не только на покупку заварной пластмассовой вермишели, но и на красивую жизнь язык поворачивается далеко не у каждого второго португальца, как пытаются выставить это в вечерних новостях, и Криштиану был искренне рад относить себя к этому меньшинству. Предложение Зидана подвернулось очень кстати и буквально спасло его шкуру, в очередной раз. За несколько часов до начала съемок первого эпизода он не мог найти себе места, возбужденно шарахаясь по отелю и пугая своим слишком радостным для такого брутального сурового дядьки с щетиной видом узкоглазых уборщиц, разбегающихся по длинному коридору и прячущихся в номерах, словно мышки. Наверное, решили, что у них на этаже поселился какой-нибудь наркобарон и были недалеки от истины…       Непрофессиональное волнение ушло само собой, сменившись вполне ожидаемым возбуждением при виде великолепных тачек, отлитых будто целиком из золота и сверху выкрашенных рукой Френка Миллера — однако, на самом деле они были еще круче. Стиль в разрезе, апогей человеческой мысли и выверенная до микроминимиллинанометриков компьютерная точности вылились в настоящее произведение искусства, созданное с помощью волшебников-инженеров, пытающихся доказать друг другу, кто круче. Словно этим гениям мало того, как все остальные смертные смотрят с раскрытыми ртами и искрами из глаз на творения их скромных морщинистых рук и готовы отдавать безумные деньги за обладание такими тачками. Под капотом у каждой детки ревел настоящий дракон, ждущий своего часа, чтобы сорваться и обрушить всю свою разрушительную мощь на какую-нибудь деревню. Сегодня вечером на Вудворде собрался аншлаг, были ли тому виной распущенные пиар-менеджером во всемирной паутине слухи о старте нового сезона испанской версии колесной франшизы или здесь всегда трудно протолкнуться — Роналду не знал, но все равно завел разговор с какими-то незнакомцами. А там уж и Месси подкатил, наиграно поразится явлению которого вовремя и отпустить очередную колкость сам Б-г велел. От включенных камер это тоже не скрылось: зоркие линзы стремились запечатлеть все происходящее еще до начала гонок, включая вечернюю панораму пустынного пригорода и короткую вступительную речь ведущих, чтобы затем из собранных обрывков отснятого материала сварганить годный сюжет, который бы ни то чтобы побил рейтинги английского родителя, но хотя бы к ним приблизился.       Вряд ли Роналду смог бы рассказать что-то новое потенциальному телезрителю о Додже, выпущенном аж в далеком 2008 году, а использовать время перед началом съемок с пользой, погуглив хотя бы его характеристики, как-то и мысли не возникло. Да, он имел смутное представление об этой игрушке, в чем его и пристыдил Месси. Криштиану все же не был профессиональным шоуменом, поэтому сразу решил отличиться на первых съемках иным способом — феерично порвать своего со-ведущего на трассе, оставив его далеко позади, вместе с прочим сбродом. Сценаристы хотят гонок — будут им гонки! Утянутые в плотнооблегающие кожаные перчатки руки решительно вцепились в руль, а боковое зрение выцепило из жужжащей толпы конкретно один белый Додж, как мишень.       Это победа оказывается легкой. Одной из самых легких, которые когда-либо выпадали на карьеру Роналду. Сказывался общий уровень подготовки водителей, да и Вайпер оказался настоящей гадюкой, резво кидающейся из стороны в сторону по одному легкому прикосновению к рулю, а его насыщенный аспидный цвет, идущий яркими белыми бликами в свете фонарей, как кожа змеи, добавлял нужного эффекта.       — Эта машина была создана для того, чтобы побеждать… — это было первое, что выпалил Криштиану, быстрым шагом подойдя после финиша к Месси. В его темных глазах все еще подгорал лукавый огонек, свидетельствующий о выбросе безумной дозы адреналина в кровь. Эта гонка была не тем, что могло завести бывшего гонщика по-настоящему, но сама ситуация — соперничество с Месси (которому нельзя было проиграть, даже если б Вайпер развалился на части посреди гонки), хищные прицелы камер, обещание все сделать прекрасно после первого дубля, при том, что это их первые съемки… совокупность этих факторов добавляла колотящего по вискам напряжения, а сердце едва не выскакивало из груди. Стоит ли говорить, что думать рационально в таком состояние очень сложно? Не снимая перчаток, Криштиану схватил со-ведущего за нижнюю челюсть, поднимая руку так, чтобы аргентинец неудобно задрал голову. — Но мы-то знаем, что побеждает не машина, а человек.       Очередной этап съемок был назначен сразу на утро следующего дня, будто вчера им не пришлось работать до трех ночи, а затем еще самостоятельно добираться до отелей. Какие-то ребята с гонок предложили пойти зависнуть в местный бар и хорошенько там оторваться, но мужчина, представившейся, как Суарес-выпускающий-продюсер, строго настрого запретил им соглашаться, аргументировав это тем, что на съемках ведущие должны быть в приличном виде. Подумав, Криштиану решил, что обещанный гонорар стоит того, чтобы пропустить одну пьянку.       В отеле он оказался, когда небо уже вовсю голубило над полузаброшенными районами Мадрида. Ложиться спать на пару часов, чтобы затем вскакивать и мчаться на новые съемки на другой конец города Роналду смысла не видел, поэтому решил провести время до рассвета с большей пользой — например, нарыть информацию о машине, которую им предстояло обкатывать, но уже спустя полчаса в поисковой строке вместо название тачки значилось «Lionel Messi». Найденные в картинках фотографии мужчины с шелковистой бородой не врали. Они с Месси были знакомы столько лет, но до этого момента Криштиану никогда не задумывался над тем, что было оборотной медалью жизни Лионеля. В гаражах, за кулисами автоспорта, у всех гонщиков были свои погоняла — к Месси как-то привязалось «Халк», но это прозвище было таким старым, что Криштиану никогда не задумывался над его происхождением. Оно просто было, и, когда его произносили, все понимали, о ком идет речь. Даже по фамилии Криштиану начал его звать впервые здесь — на съемках Топ Гира, — и это вроде как было попыткой его унизить.       Полистав еще несколько фотографий, к своему стыду, Криштиану нашел парочку таких, на которые хотелось бы иногда поглядывать, но вовремя спохватился и отдернул курсор от команды «Сохранить как…», пока не произошло непоправимое. А затем быстро, будто услышав шаги матери во время просмотра порно, закрыл все лишние вкладки, оставив только то, что нужно по работе.       На третий день погода в Мадриде резко ухудшилась. Чертова жара спала, а небо затянуло сплошными сизыми тучами, угрожающими разверзнуться стеной дождя. Но операторы посмотрели на это, посовещались и решили, что такой свет идеально подойдет для съемок и откладывать процесс, затягивая визит в этот угрюмый город, нет смысла. Поэтому было бы здорово поторопиться (и это они говорят гонщикам!) и успеть все снять до дождя. Согласно набросанному на коленке сценарию, они должны были начать на острове Бель, толкнув вступительную речь на фоне высоток делового квартала, хорошо просматривающегося с противоположного берега, затем немного покатать вокруг включенного фонтана — своеобразного символа этого островка, да и города, и съехать по ужасно длинному прямому мосту обратно. Ничего сложного. Для съемки на мосту был даже арендован быстроходный катер, где они только его достали в этой дыре? Машина, вся такая красивая и чистая, уже стоял на положенном месте А, ведущем оставалось занять место Б перед ней и можно начинать.       Криштиану подошел к Месси, смеряя его взглядом: как бы не старалась их единственная гримерщица, на его бледном лице играли тени бессонной ночи, наверное, такие же, как и у самого Криштиану. Он хотел бы что-нибудь сказать, вроде пожелания «доброго утра», но ничего остроумного не шло на ум, поэтому он соскользнул взглядом ниже, подмечая, что Месси очень предусмотрительно для такой погоды надел толстую водолазку с высоким воротником, натянутым едва не до носа. Или воротник выполнял другую функцию…? Криштиану дернулся оттянуть ткань двумя пальцами вниз, чтобы взглянуть на то, о чем и так догадывался, но получил резкий шлепок по рукам.       За всю историю Гира сложилась традиция, что обзорами тачек занимается один ведущий, но у них все не как у людей, начиная с количеств ведущих вообще. Как-то по телефону Криштиану в шутку спросил у Зидана, не собираются ли они разбавить их интернациональный дуэт каким-нибудь французом, на что продюсер вполне серьезно ответил, что подходящего кандидата еще не подобрали, и они вдвоем с Месси чудесно смотрятся. «Особенно эти ваши подъебы друг друга, очень в духе шоу. Продолжайте».       — Готовы? Начали! — скомандовал режиссер.       — Позади нас стоит живая легенда американского автопрома. Первый американский спортивный автомобиль, созданным американским производителем, — Криштиану опускает указательные пальцы в пол, не отводя взгляда от камеры, а затем возвращает руки в исходное положение перед собой, слегка потряхивая кистями в такт речи. У него удивительно хорошо для непрофессионального ведущего получается абстрагироваться от гложущих проблем и вернуться к образу веселого малого.       — Я бы поспорил насчет легенды, — вставляет Лионель реплику в невыразимый поток восхваления Корветом — их сегодняшней машины для тест-драйва. Это его работа, это прописано в контракте. Им нужно просто быть самими собой, спорить и пререкаться прямо на съемочной площадке, прямо перед камерами, и это выходит лучше всего. Зрители любят драму, любят споры, поэтому, наверное, Зидан так держался за них обоих, особенно вместе. Они похожи на бомбу замедленного действия, которая тикает, а потом взорвется прямо перед восторженным зрителем.       — История этой легенды продолжается. Мы не смогли решить, кто поедет за рулем, а кто побежит следом за машиной, поэтому сегодня мы вместе с Лионе… Лине… Ли…! — Еще минута и Криштиану вспыхнет не то от гнева, не то от стыда, а «хороший парень» провалится сквозь землю. — Можно я буду тебя звать просто Халк?! Ну, а что, Суареса же зовут Сарой!       — Я засужу тебя, придурок португальский! — щеки Лионеля пылают, конечно, у людей не в первый раз возникают проблемы с его именем, но эта сволочь прекрасно знает, как правильно, но выебывается на камеру, пытаясь привлечь к себе все внимание. — Нельзя! Будешь звать меня сеньор Месси, если не можешь произнести имя, придурок, — он почти горит, выкрикивая фразы и размахивая руками. Криштиану за пару секунд умудрился вывести его из себя, хорошо, что камеры предварительно выключили. Это не по сценарию. Это вообще из рук вон плохо.       — Лионель, это нацизм… Ну, насчет «португальского придурка», — подает голос Зидан, который появился откуда ни возьмись. Его не было изначально, и Месси ждал все того же Суарес, но, слава всем богам, его не было. Поэтому замечания звучали мягче и проще.       — Прости, Зи. Еще раз, только теперь он, — Лионель показывает на Криштиану, — молчит. Мне срать, что вступительная речь его, пусть подводит итог, но сейчас я скажу, — он пихает его в плечо и натягивает ворот водолазки сильнее на горло, будто бы машинально прикрываясь от Роналду и его неутомимого темперамента.       — Да всем пофигу, — закатывает глаза Зидан. — Криштиану молчит, Лионель — подводка к сюжету, камера — три, два, поехали!       — Итак, чем мы можем вас удивить сегодня? — Лионель натягивает дежурную улыбку в одну секунду. И пытается забыть о человеке рядом с собой. — Смотрите! — он отшагивает в сторону, указывая на машину позади. — Как известно, Шевроле каждые пару лет выпускает новый Корвет. И каждый чертов раз они говорят, что это самый лучший спорткар Америки. А ты сидишь и думаешь: «ну да, примерно так же, как и я — королева Британии», — Лионель спотыкается, ожидая шутки от Роналду. — Но в этом году что-то может измениться. Неужели Корвет Стингрей станет чем-то особенным? Давайте узнаем.

***

      Ночь, точнее, ее остатки, была тяжелой. В крови бушевал адреналин, который нужно было куда-то девать, и Лионель в шестом часу утра подорвался в соседний номер. Он даже занес руку, чтобы постучать, но вовремя передумал и быстро ушел обратно. Что бы он сказал ему? Мне не спится, развесели меня? Месси сам засмеялся от своего предположения. И приложился к бару, точнее, просто сделал пару глотков виски, чтобы согреться и заснуть хоть на час. Сработало, но больше сорока минут Лионелю проспать не удалось, и в семь утра он подорвался с дивана от звонка будильника. Еще минут двадцать на принятие душа, который не помог, и расчесывание спутанных русых волос. И бороды, раз уж на то пошло, но с ней было куда проще. И вот, еще сорок минут спустя, Лионель стоит на промозглом холоде около фонтана, от которого брызги долетают даже до него, и щурится, глядя в небо, на котором ни лучика солнышка. Идиот, утверждающий, что в Испании всегда светит солнце, а точнее Роналду, оказался неправ. Кстати, вот и он сам, выполз на свет божий из-под небольшого тента, где его рожу пытались привести в порядок. Теперь Месси трудно сказать, кто из них хуже выглядит, они одинаково похожи на полный пиздец. Вот только Криштиану тянет свои лапищи к горлу Лионеля снова, определенно пытаясь заглянуть под ворот водолазки и удовлетворительно хмыкнуть, увидев следы своих трудов, но Месси не позволяет ему и пальцем двинуть в этом направлении. Сильный шлепок по рукам останавливает Роналду, но вместо этого он хмурится и отворачивается. Так ему и надо.       Сценарий сюжета предельно прост. Прокатиться туда-обратно, поболтать на камеру, не убить друг друга и всего-то. Лионель кутается в свою водолазку и пытается не окоченеть окончательно, тем самым невольно прижимаясь к Роналду и греясь о его спину. Лионель очень надеется, что тот ничего или не заметит, или не подумает, потому что было бы неловко, но так хотя бы теплее. И до тех пор, пока не командуют начало съемки, Месси жмется к внезапно почти горячему Криштиану и ловит его удивительное тепло. А потом начинается все заново…       Подводка снята почти безупречно, потому что Роналду все время обиженно молчал. Тем лучше, Лионель почти светится, потому что теперь время забираться в машину, а Криштиану дали пассажирское место. Это будет своеобразная месть за гонку, поэтому Месси довольно садится за руль и восхищенно проводит по нему пальцами. О да, он не любит мускул кары. Но Корвет — это что-то за пределами этого. Почти ровня европейским спорт карам, типа Ламборгини… Нет, ладно, это слишком. Конечно, он им не ровня. Но все равно достаточно красив и мощен для того, чтобы считаться лучшим в Америке. Криштиану все еще дуется, кажется, и пока он садится в машину, проходит еще минут пять. Лионель только глаза закатывает от такого ребяческого поведения, но ничего не говорит и повторяет про себя все основные характеристики Стингрея, чтобы ничего не забыть, иначе ему дадут по заднице за такое и отдадут руль этому огромному ребенку.       — Я бы не сказал, что Корветы всегда выглядели блестяще, хоть Криштиану так и считает, — он косится на своего второго водителя, а потом возвращает взгляд на камеру. — Но в седьмом поколении они выложились по полной. Вы видели тот шильдик сбоку? Точно как в моделях 60-х годов! Но Шевроле пошли еще дальше. В Стингрее двигатель V8 на 6,2 литра, четыреста шестьдесят лошадиных сил и шестьсот двадцать ньютон-метров крутящего момента. А что это означает? Криштиану, может, поможешь? — Лионель действительно пытается казаться милее на камеру, потому что надутый Роналду его бесит еще больше. — Это значит, что на любой передаче можно втопить педаль газа в пол, и случится… это, — Месси делает именно то, о чем и говорит, они очень удачно оказались на мосту, где почти ни одной машины. Лионель восторженно вскрикивает и просто не может удержаться от комментария. — Какой звук! — он радуется как ребенок, едва ли не в ладоши хлопает, и даже Криштиану вроде начинает оттаивать. — Разгон до сотни меньше, чем за четыре секунды, это, конечно, не Ламборгини, как я уже и говорил, но стоит внимания. Максимальная скорость — около трехсот пятидесяти километров в час. И если вам нравится в машинах то, как они щекочут вас, словно пузырики в газировке, то эта красавица засунет вам в штаны целый сифон, — Лионель придумывает шутки на ходу и восторженно обгоняет пару черепахо-машин на мосту.       — Конечно, Корвет не из самых дешевых машин, но если взять в сравнение Ягуар Эф-Тайп с тем же двигателем V8, то вам придется отдать куда больше. Или же Ауди Эр8. Она тоже стоит дороже. Если бы был Порше 911 с V8, то он тоже стоил бы едва ли не в половину больше, но такого пока просто не существует в природе. Конечно, сравнение с европейскими моделями — это фарс, потому что Корвет больше похож на алабамский салун, чем на лабораторию с лазерами, но… я могу сказать, что Корвет Стингрей — лучший американский спорткар на данный момент. И впервые это не шутка и не сарказм, — Лионель улыбается пошире, и по идее сюжет на этом заканчивается. Приходится заканчивать путь до операторской команды и павильона в тишине. Роналду отчего-то молчит, и Месси резко дергает ручку коробки передач, пуская Корвет в управляемый занос вокруг все того же фонтана. Криштиану от неожиданности цепляется пальцами в сидение, а Лионель довольно улыбается. Ну хоть чем-то удивил.

***

      Месси назвал этот самоубийственный маневр «управляемым заносом», Роналду — просто пренебрежительно скривился, выказывая свое недовольство чужими понтами («Вот будь я за рулем, вы бы увидели настоящий класс!»). Но надо отдать Месси должное — такого резкого — в прямом смысле, — поворота от него трудно ожидать, особенно глядя на его ботанскую стрижку и бабушкин свитер, которые создают неверное представление об этом парнишке.       — Сеньор Месси, — расслабившись (когда повороты закончились) и поспешно отпустив низ сиденья, Криштиану тянет обращение, которое мужчина выбрал сам, не без явной издевки в голосе. — Да вы полны сюрпризов! Но лучше бы вы демонстрировали их вчера на гонке…       Тёмные брови водителя на секунду выгибаются дугой, но самодовольное выражение лица от этого не становится мягче. Криштиану ловит это движением, но ничего не говорит, а машина удачно наезжает колесом со стороны пассажира на небольшую кочку. Кажется, Криштиану только что придумал новый способ игры на нервах своего «любимого» коллеги. Как итог, все последующие реплики Роналду, не зависимо от того, адресованы они камерам или нет, включают два следующих слова:       Сеньор.       Месси.       Именно в таком порядке, именно такие слова, будто звать Месси по-другому запрещено законодательством. Никаких имен на «Ли…», никаких иных прозвищ. Через час кто-то из съемочной группы предлагает в титрах передачи заменить имя Месси на это чертово «Mister», от которого начинает коротить даже технику. Вроде бы обычное, ничем не примечательное для европейской страны обращение, но… Криштиану умудряется выговаривать его так комично, передразнивая дурака, и иногда перед этим добавляя громкое «эротичное» придыхание, что еще через час режиссер сдается и объявляет перерыв. Это решение вызывает бурные одобрительные овации у съёмочной группы, тоже прилично измотавшейся за бурную ночь и утро. Разговоры на съемочной площадке как по велению волшебной палочки оживляется, и люди расползаются по группам, чтобы разделить чай из термоса и перекусить бутербродами. Криштиану поражается тому, как быстро ведущие теряют к ним интерес. Ну и правильно. Пялится на него и Месси — это их работа, делать которую в перерыве никто не намерен. Еда значительно интереснее их помятых щетинистых рож, и Криштиану с этим полностью согласен. Кстати, куда подевалась вторая помятая рожа? Решила прикорнуть? Гениальная идея… Сам Роналду успел влить в себя несколько шипучих энергетиков и прекрасно себя чувствовал, хоть еще сотню дублей снимай, но вид даже во сне корчившего грустную и чем-то недовольную гримасу Месси умилил его и прямо-таки заставил сесть рядом, а затем — переместить глупую голову с холодной трубы себе на плечо. Какой же милый идиот…       Месси спал всего полчаса, за это время Роналду успел сделать с ним десяток смешных селфи (Зачем? Кто знает…), закончил несколько уровней в какую-то нелепую аркадную игру на телефоне и не заметил, как чужое щуплое тело начало шевелиться, а потом так вообще вскочило на свои худенькие ножки «колесом» и кузнечиком куда-то упрыгало. Если б Роналду столько лет не знал Месси, он бы удивился, а так — лишь встал, отряхнулся, потянулся и направился к пикничку, организованной съемочной группой, чтобы позаимствовать у них пару стаканов с кофе.       «Сорри, сеньор Месси» — вскоре значилось на одном из стаканов. На большее фантазии у Криштиану, очевидно, не хватило, и он подошел к заспанному со-ведущему, протягивая ему расписанный черным маркером пластиковый стаканчик с горячим напитком, содержащим, если верить рекламе, заряд бодрости.       — Ты чего так быстро убежал? Испугался меня?