Сбежавший жених или тридцатая свадьба

      Далер и Клаудио возвращаются домой — в их огромную квартиру в одном из самых элитных районов. Такое жилье — мечта многих: панорамные окна, потрясающий вид на набережную, большие комнаты, огромная ванная, в которой при желании можно танцевать вальс. Но для Далера все это слишком: слишком большие окна, заставляющие чувствовать себя словно в аквариуме, слишком много места, в котором теряешь если не себя, то какие-то мелочи, слишком много пафоса, особенно в людях, живущих рядом, слишком мало это напоминает место, где бы ему хотелось жить. Но ради любимого он готов терпеть. Сам Кузяев мечтает о небольшом уютном домике за городом, утопающем в зелени, с яблонями в саду и с небольшой лужайкой перед домом. Но Маркизио и слышать не хочет о переезде за город, максимум он обещает подумать над покупкой такого дома, чтобы иногда проводить там выходные. А Далер снова соглашается.              — Клаудио, ну и почему мы так быстро ушли? — спрашивает Кузяев, как только они переступают порог их квартиры. Далер недоволен тем, что, на его взгляд, они слишком быстро уехали, — я думал, у нас какие-то дела. А ты просто привез меня домой!              — Прости, дорогой, но у меня разболелась голова.              — Но ты мог уехать один и оставить меня в ресторане!              — Я как-то не подумал, — пожимает плечами Клаудио.              Вот так всегда, думает Далер. Не подумал. Не захотел. Решил за него. Даже агентство для организации свадьбы Маркизио хотел выбрать сам, но Далер, возможно, впервые за все время, устроил если не скандал, то очень большой спор и до последнего настаивал на том, что их свадьбу им должен сделать Саша. И вот, когда Головин уже согласился, Клаудио начал искать поводы для придирок. Причем совершенно необоснованных! Далеру обидно, что его мужчина не доверяет его выбору.              А теперь еще Кузяев расстроен тем, что у него была возможность пообщаться с друзьями подольше, а он ее упустил. Он проходит в гостиную, пока Клаудио на кухне копается в аптечке, пытаясь найти нужные таблетки, и с ногами забирается на диван и садится по-турецки. Обняв декоративную подушку, Далер задумчиво смотрит в окно, на засыпающий город.              — Бамбино, ну ты что, обиделся? — Маркизио садится напротив Далера, перекрывая весь обзор.              Далер недовольно морщится от этого обращения, ведь тысячу раз просил не называть его так.              — Нет. — Коротко бросает Кузяев. Он не обиделся.              — Ну я же вижу. Прости меня, ты ведь знаешь, когда у меня начинает болеть голова, я почти не соображаю, — Клаудио смотрит на Далера виноватым взглядом, — простишь? — он отнимает подушку и тянет Далера на себя, усаживает к себе на колени и утыкается в шею.              — Прощу, — через минуту раздумий, отвечает Кузяев. В конце концов, не в последний же раз они виделись? Съездит в гости к Сашам в другой раз.              — Ура, — шепчет Маркизио в шею Далера, тут же покрывая ее поцелуями.              — Как там твоя голова? — улыбаясь, спрашивает Далер, все больше подставляясь под губы своего мужчины.              — Уже почти прошла, — хитро скалится Клаудио и валит несопротивляющегося Далера на диван.       

***

      Саша мирно дремлет, положив голову на грудь Александра, по крайней мере Ерохину так кажется, судя по равномерному дыханию и тишине. Александр тянется к пульту, чтобы выключить уже не нужный никому сериал.              — Эй! Я же смотрю!              — Я думал, ты уснул, ты молчал сорок минут. Ты не заболел? — не то серьезно, не то издеваясь, спрашивает Ерохин.              — Я просто задумался, — Саша даже не обращает внимания на последнюю фразу и тон Александра.              — Так задумался, что уснул.              — Нет, Саш, я реально думал, — Головин резко поднимается и недовольно смотрит на своего мужа. Кажется, он даже забыл про свой сериал.              — Ну и о чем же? — Александр вопросительно приподнимает бровь, изо всех сил пытаясь сдержать улыбку, глядя на раздраженного Сашу.              — О Далере. О женихе его. О свадьбе. Не могу понять, что именно меня смущает. Как будто все неправильно. Может, я зря согласился? Может, эти сомнения и неуверенность значат, что я не справлюсь? Может, еще не поздно отказаться? — тараторит Саша. Ерохин слушает этот недолгий монолог, а потом тянет Сашу на себя, так, что тот падает рядом; резко поворачивается и нависает сверху в сантиметрах от лица Головина.              — Малыш, если кто и справится с этой свадьбой — то только ты, — Александр сопровождает свои слова быстрыми поцелуями, именно такими, какие любит Саша. — В городе нет организатора лучше тебя, да что там в городе, во всей стране, как минимум. А знаешь почему? — Саша мотает головой. — Потому что ты единственный свадебный маньяк, — ухмыляется Ерохин. — Тем более кому я еще могу доверить своего лучшего друга, как не тебе?              — Все равно что-то здесь не так, — упорно твердит Головин.              — Что-то не так сейчас в другом месте, — взгляд Александра скользит вниз.              — Там как раз все так, лежишь тут на мне весь такой красивый — сам виноват! — притворно дует губы Саша.              — Ну раз я виноват, значит, мне и исправлять.       

***

      Вслед за непривычно теплой осенью наступает непривычно суровая зима — с ясными морозными ночами, когда на небе становятся видны россыпи тысячи звезд, а на утро на окнах остаются причудливые морозные узоры; с холодными днями и сильными снегопадами, которые так и норовят перерасти во вьюгу. После одного особенно сильного снегопада улицы, деревья, машины, дома — все покрывается большим пушистым слоем снега — город словно укутан белоснежной пеленой. Вид красивый, сказочный, завораживающий. Далер любит такую погоду, для него это словно глоток свежего воздуха, который приносит ему вдохновение для создания новых кулинарных шедевров. Каждый год именно с наступлением зимы Кузяев выдает новое произведение искусства.              Этот год и эта зима не должны стать исключением. Далер задумчиво смотрит на заснеженную набережную, стоя у окна с кружкой кофе. Но в голове пустота. Может, тому вина предстоящая свадьба и подготовка к ней? А может, гложущий червячок сомнений в правильности его решения? Который поселился в его душе в тот самый злополучный день в октябре, когда Далер познакомил своего будущего мужа и своих друзей. В чем все же дело, Кузяев не мог объяснить даже самому себе. Рядом с Клаудио он чувствовал, что все делает правильно — он любит и он любим. Ну, бывают у них некоторые сложности, ну, а у кого их не бывает? Но стоило остаться в одиночестве, как его начинали терзать сомнения — не поторопился ли он с решением? И вообще, что такой мужчина, как Клаудио, нашел в нем? Ведь Маркизио высокий, красивый, элегантный и утонченный, словно модель с обложки журнала или самый настоящий принц. А он — Далер — самый обычный парень, как ему кажется, с самой заурядной внешностью и не самым лучшим характером. Кузяеву иногда думается, что рядом с Клаудио он выглядит еще невзрачнее, еще незаметнее, одним словом, будто серая мышь. Своему мужчине эти сомнения он никогда не выскажет, по одной простой причине — тот просто не поймет, посмеется и тут же переведет тему.              — Далер, — голос Клаудио заставляет парня вздрогнуть, — ты чего там застыл?              — Ищу вдохновение, — коротко бросает Далер, продолжая смотреть в окно.              — И в чем же? — Маркизио становится рядом, пытаясь разглядеть в окружении что-то вдохновляющее.              — В снеге. Красиво же, — Далер оборачивается и видит Клаудио в джинсах и свитере, — а ты куда-то уходишь?              — Прости, зайчик, меня вызвали ненадолго на работу. Руководитель попросил помочь с новым сотрудником. Я не мог ему отказать.              — Я думал, мы пойдем к Саше вместе, — выдыхает Кузяев. Почему-то другим отказать Клаудио не может, а ему, значит, запросто?              — Ты же справишься один? Потом покажешь мне, что вы там выбрали, — Маркизио быстро целует Далера в щеку и идет одеваться.              — Почему попросили именно тебя?              — Что? — вопрос застает Клаудио, когда он уже надевает пальто, — я не знаю. Сергей попросил именно меня, я не мог сказать нет. Если бы твой шеф тебя попросил, думаю, ты бы тоже согласился. Маленький, ну не расстраивайся, я постараюсь все быстро уладить и поскорее вернуться к тебе, — мужчина обнимает Далера и целует того в макушку, — люблю тебя, — бросает он уже в дверях.              Далер не успевает ничего ответить. Да и не хочет, если честно. Далеру не нравится вся эта ситуация — с новым сотрудником, с вызовом на работу в выходной, с этим Сергеем. Кузяев лично знает начальство своего будущего мужа — это очень интересный и импозантный мужчина, и, если бы Далер не знал, что тот женат, у него был бы повод для ревности. Почему-то Далер наивно полагает, что кольцо на пальце удерживает от походов на сторону. Кузяев снова вздыхает, да что ж с ним такое? Откуда такая неуверенность? Он снова задает себе вопрос — любит ли он Клаудио? Ответ все тот же — да любит. А раз любит, значит, он все делает правильно.              За всеми этими размышлениями Далер чуть не опаздывает на встречу к Саше, который уже ждет его в агентстве. Саша задумчиво сидит, уткнувшись в экран своего ноутбука, а рядом, на своем месте, мирно сопит Черри, который, услышав посетителя, просыпается и приветственно машет своим коротким хвостиком. Далер улыбается и треплет собаку по холке, а затем садится напротив Саши, который, кажется, так задумался, что до сих пор не заметил Кузяева.              — Саша, привет, — зовет его Далер. На что тот отрывает взгляд от экрана и пару секунд пытается понять, кто перед ним.              — Ой, Далерка, ты уже пришел, — стряхивая с себя оцепенение, отвечает Саша, — прости, так задумался, что потерял счет времени. Ты один? А где Клаудио?              — Он… Он не смог прийти, его вызвали на работу, — Далер говорит правду, но почему-то ему кажется, что он сейчас врет Саше.              — А! Знакомо, — кивает Головин, — так, давай к делу. Ты ведь уже выбрал себе костюм? Тот самый, цвета слоновой кости? — Далер кивает. — Я надеюсь, ты не показывал его жениху? Это плохая примета!              — Нет-нет, конечно же, Клаудио его не видел, — улыбается Кузяев. Саша фанат всяческих примет, такой забавный.              — Отлично. Я предлагаю к нему вместо галстука бабочку, например, сиреневого цвета. И бутоньерку с цветами в тон бабочке. Как тебе? — спрашивает Саша.              — Неплохо. Наверно, — неуверенно отвечает Далер.              — Или насыщенно синий цвет. Еще есть вариант изумрудного — вот смотри, — Головин разворачивает ноутбук, чтобы показать Далеру, тот снова неуверенно кивает — или если не хочешь контраста, можем взять что-то поспокойнее, например, пудровый цвет и такие же цветы. Если не хочешь бабочку, можем взять классический галстук и платок в нагрудный карман. Тогда рубашка должна быть белоснежной. А ремень обязательно в тон обуви!              — Саш, — прерывает его Далер, — а ты волновался перед свадьбой?              — Естественно волновался.              — А в решении своем сомневался? — Кузяев прикусывает губу и не совсем понимает, зачем он сейчас об этом спрашивает Сашу.              — Нет, конечно, — не раздумывая, отвечает Головин. А потом вопросительно смотрит на Далера, — а ты что, сомневаешься?              — Что? Нет! Что ты! Нисколько. Я просто спросил, — нервно смеется Кузяев, — так что там по поводу ремня? — быстро переводит он тему.              — Ремень обязательно в тон обуви. Обязательно!              Саша снова начинает показывать и рассказывать возможные варианты и сочетания для его костюма. План рассадки гостей, цветы в зале, цветы на столах для банкета и кучу прочих мелочей. Далер на все кивает, но мысли его далеко. Он думает о том, что если Саша ни на секунду не задумывался в своем решении связать свою судьбу с Александром, так почему же он так неуверен?