Пророчество двух племен. Книга первая. Начало пути.

Солнце уже почти скрылось за горизонтом, когда патруль Дыма вернулся в лагерь с добычей. Воители начали потихоньку расходиться по палаткам, однако некоторые решили поужинать свеженькой дичью и с полными животами лечь на подстилки. Сейчас возле детской собралась большая компания: Тигролапка рассказывала все подробности о том, что показывал ей Белохвост, время от времени откусывая от своей землеройки небольшой кусочек. Небоглазочка, Громик и Полуночничек с широко раскрытыми глазами впитывали в себя каждое слово бывшей соседки по палатке. Лунолапка спокойно доедала свою мышку, а Ночелапка воробья. - ... а там, кругом, были одни пустоши! Вдали я разглядела целые... целые... - полосатая ученица не могла подобрать слов. - В общем, там была целая бесконечность вереска! - Скучно там, наверное. - проглотив кусочек голубя, сказала Небоглазочка. - Один вереск да вереск, вот деревья и кустики с ягодками разными - это прекрасно! - Согласна! - с горячностью закивала Тигролапка, доев наконец свой ужин. - Как они там прячутся от дождя? Ух, холодно у них в лагере, наверное, раз на свежем воздухе спят... А Сезон Голых Деревьев? Бедные старейшины и котята с королевами... - голубоглазая поежилась. - Ты жалеешь племя Ветра? - подавился едой Громик. - Какая разница, какое племя. - серьезно посмотрела на своего друга дочь Остролистой. - Старейшины, королевы и котята не заслуживают холодов и прочего ненастья! Они все должны находиться в тепле и уюте, первыми получать дичь, когда ее мало, ясно? - Ясно. - закивали котята. Хотя, они уже не были такими маленькими. В детской они надолго не задержатся, всего на пол-луны. - Вот когда я стану предводительницей, я сама укреплю палатку старейшин и детскую так, что туда даже самый малюсенький ветерочек не проникнет! - с горячностью сказала Тигролапка и ее голубые глаза засияли, отражая луну. Но все же они уступали по красоте глазам Лунолапки. - Метишь на место Огнезвезда? - подошла к детям Остролистая. - А разве это плохо - хотеть стать предводительницей? - удивилась Лунолапка. На самом деле серебристой кошечке тоже было очень интересно узнать: каково это - быть предводительницей целого племени?... - Нет конечно! - выглянула из детской Туманная Ночь и уселась рядом со своими детишками. - Я сначала тоже мечтала стать во главе племени, - засмеялась черная королева, - но потом поняла, что не готова. Лучше уж буду простой воительницей, которая защищает свое племя, свою семью и друзей когтями и зубами! - Да? - уставились на мать Небоглазочка и Громик. - Да. - серьезно кивнула сероглазая, не скрывая улыбки. - Так, ладно. Вы поели? - брат с сестрой разлепили почти закрывшиеся глаза и кивнули. - Тогда пошли спать. - Но мы не хотим... - начал Громик, но его прервал его собственный зевок. - ... спать... - Ну да, конечно. - пошевелила усами Туманная Ночь. - Ладно, мы пойдем! - сказала Небоглазочка, поднимаясь на лапки. - Спокойной ночи! - Спокойной ночи! - попрощались сестры и, быстренько покончив с ужином, пошли в свои палатки. Ночелапка пожелала счастливых снов Тигролапке и Лунолапке, а затем скрылась в черной пещере целителя, где Воробей устраивал уже себе гнездышко. Пожелав спокойной ночи наставнику, ученица целителя свернулась клубочком в своем гнездышке и вскоре уже сопела с хвост. Тигролапка и Лунолапка еще немножко поболтали, а потом заснули. Все-таки, первый день их умотал, ведь после полудня наставники с ученицами вновь отправились в лес и учили их приемам боя. За сегодня Тигролапка выучила целых два, но и ее серебристая сестра от нее не отставала. Результат красавицы-ученицы был таким же. Лунолапка проснулась рано. Потянувшись и приведя себя в порядок, голубоглазая вышла на поляну. Тут же в мордочку ученице подул сильный ветер. Дочь Остролистой поежилась. Да, Сезон Листопада не жалеет никого, ни дичь, не охотников. Оглядев поляну, Лунолапка увидела стоящего на посту Ягодника и Песчаную Бурю, которая решила прогуляться до кучи с добычей. Однако, краем глаза увидев ученицу, старейшина улыбнулась и жестом хвоста позвала ее к себе. Лунолапка подбежала к зеленоглазой и они вместе подошли к куче с добычей. - Холодновато что-то, правда ведь? - распушилась подруга Огнезвезда, выбирая из общей кучи голубя. - Ох, он слишком большой. Давая съедим его вместе, а? - Я не против! - проклацала зубами серебристая ученица. Лунолапка не была пушистой, как ее сестры, она была гладкошерстной. Усевшись вместе чуть поодаль, старейшина и ученица принялись за свой завтрак, иногда переговариваясь. Вскоре из палаток начали подтягиваться воители. Вот, например, Бурый и Терновник, взяв по полевке, присели под земляным навесом и, тихо разговаривая, стали поглощать добычу. Доев свою половину голубя, Лунолапка попрощалась с веселой кошкой и подошла к куче с добычей. Взяв оттуда двух жирных воробьев, она понесла их старейшинам. - Можно? - пробубнила она сквозь тела дичи, стоя у входа в палатку. - Можно-можно! - проскрипела старая Кисточка, вылизываясь. - Вот. Это вам. - положив перед стариками дичь, мяукнула голубоглазая ученица. - Вот спасибо, а то нам самим тяжело было бы добираться до кучи! - сказал Пурди и взял одного воробья. - Вы больны? - выпучила глаза ученица. - Я скажу Воробью... - Нет-нет, не стоит. - прервала Лунолапку старуха. - Просто сегодня такой мороз, что все кости ломит. Мы уже привыкли, не волнуйся. - Ну ладно. Тогда я пойду? - в неловкости согнула кончик хвоста серебристая кошечка. - Иди-иди! - проворчала Кисточка, откусывая кусок от своего пернатого завтрака. Вернувшись на поляну, Лунолапка осмотрела тех, кто вышел из палаток. Не увидев среди них свою наставницу, дочь Остролистой решила навестить Ночелапку. Уж та-то уже должна была проснуться! Подбежав к палатке целителя, голубоглазая остановилась. Прислушавшись, ученица уловила какие-то шорохи и обрывки фраз, а значит, целитель и его ученица уже проснулись. - Доброе утро, Ночелапка, Воробей! - мяукнула Лунолапка, зайдя в пещеру. - Доброе. - проворчал слепоглазый целитель и продолжил рыться в травах, изредка что-то бормоча. - Доброе утро, Лунолапка. - кротко улыбнулась зеленоглазая кошечка. - Холодно сегодня, да? - Ночелапка распушилась и стала раза в два толще. - Да уж. - проворчала Лунолапка, отходя от входа в палатку, откуда дул пронизывающий ветер. - Чем занимаешься? - Да вот, - взмахнула хвостом черношерстная, - разбирала с Воробьем травы. Оказывается, у нас осталось так мало ромашки и мать-и-мачехи, просто ужас! А что, если кто-нибудь заболеет? Надо сегодня же набрать! Ты, кстати, нигде вчера не видела ее? - Ночелапка показала сестре оставшиеся листики мать-и-мачехи. - Увы, нет. - покачала головой голубоглазая. - Но знаешь, Ветроглазка обещала вчера взять меня на утреннюю охоту, правда, сама еще не проснулась. Так вот, я скажу ей и мы поищем, что нужно! - Будем благодарны. - сказал Воробей, подходя. - Я бы и сам сходил, но мне надо разобрать запасы на старые и молодые травы. Вот, посмотри: так выглядят ромашка и мать-и-мачеха. - ... Запомнила. - сказала Лунолапка, внимательно посмотрев на травы и понюхав их. - Мы обязательно поищем! Удачи вам! - сказала напоследок серебристая ученица и выбежала на поляну. Там, снаружи, Лунолапка не стала задерживаться и быстренько забежала в палатку воителей, зная, что ей пока туда нельзя. Но тем не менее, Ветроглазка еще не проснулась! Это возмутительно! Подождав, пока ее голубовато-лунные глаза привыкнут к темноте, Лунолапка подошла к левой стороне палатки и ткнула лапкой серую с белым воительницу. Та что-то проворчала сквозь сон и накрыла нос хвостом. "Вот наглость! Я тут мерзну, а она в палатке в тепле дрыхнет!" - с возмущением подумала ученица и растолкала наставницу. - А? Что?... Лунолапка? - еле разлепила глаза Ветроглазка, подняв голову. Тут, будто что-то вспомнив, кошка широко раскрыла свои серые глаза и, вскочив, поспешно начала вылизываться. Закончив с умыванием, воительница с раскаянием посмотрела на свою ученицу: - Прости, Лунолапка! Просто я вчера не могла уснуть и... ты моя первая ученица, поэтому я немного... забылась... - пролепетала серая кошка. - Ладно-ладно. - проворчала серебристая ученица. - Только пойдем уже быстрее, а то я совсем замерзну! Наставница со своей ученицей вышли из палатки. Подойдя к Ежевике, они спросили, можно ли им идти на охоту. Полосатый глашатай кивнул, но сказал, чтобы к полудню вернулись, так как он включил их в дневное патрулирование. Кошки обещали вернуться к тому времени и потрусили к выходу из лагеря. Да, все-таки погодка была не теплая. "Наверняка, вся дичь попряталась в норы. Только коты выходят в такую холодюгу в лес и морозят лапы и носы" - мысленно ворчала Лунолапка. По пути к Небесному Дубу ученица рассказала Ветроглазке, что надо бы найти ромашку и мать-и-мачеху. Воительница кивнула и пошла чуть медленнее, осматриваясь. Ромашка нашлась у самого Небесного Дуба. Правда, не такая уж и молодая, но хоть что-то. Осторожно сорвав две трети того, что было, Лунолапка положила траву в корни великого дерева, пряча от ветра. Потренировав свою охотничью стойку, Лунолапка наконец получила от наставницы разрешение на охоту и стала принюхиваться. Недалеко, в кустах папоротника, копошилась землеройка. Чуть ближе, на иголках возле старой сосны сидела большая упитанная белка и грызла большой орешек, не обращая внимания ни на что в округе. Остановив свой выбор на белке, Лунолапка сообщила о землеройке Ветроглазке, а сама поползла к серому зверьку. Благо, ветер понемногу утих. Когда до ничего не подозревающего зверька осталось два с половиной кошачьих хвоста, Лунолапка остановилась и внимательно оценила свое положение. "Далековато, но уже поздно..." - подумала Лунолапка, а затем напружинила лапы и, молнией рванув вперед, сшибла белку с лап и прикончила укусом в шею. - Отлично! - мяукнула наставница молодой ученицы. - Только надо было подобраться чуть-чуть поближе. Был риск того, что дичь услышит тебя и убежит. - Да, но тем не менее, она была слишком увлечена своим орехом - повела ушками голубоглазая, положив свою белку. Только сейчас она заметила землеройку у лап наставницы. - Добрая охота! - Точно. Зарыв свою добычу под корнями липы, Ветроглазка и Лунолапка двинулись дальше. Путь их лежал к границе с племенем Ветра. Пока они туда шли, поймали еще по мышке. Правда, одну мышь серебристая ученица упустила, но потом восполнила этот пропуск другой - жирной и упитанной. Больше они ничего не поймали. Только мать-и-мачеху нашли два куста целых! Забрав у Небесного Дуба ромашку и белку с землеройкой, охотницы направились обратно в лагерь, так как солнце было уже почти в зените. Хоть оно и светило очень ярко, но не грело. Выйдя на поляну с гордо поднятой головой и распушенным длинным, вздернутым хвостом, Лунолапка под одобрительные взгляды соплеменников и соплеменниц положила своих белку и мышь в кучу. Затем, подобрав кучку ромашек и мать-и-мачехи, пошла к целителю, дождавшись своей наставницы. Та тоже несла довольно большую кучку трав. - Отлично! - воскликнул Воробей, увидев большие кучки трав. - Теперь нам хватит до Юных Листьев! - Я слышала, ты поймала белку и мышь? - засверкала своими слепо-зелеными глазами Ночелапка, подойдя к сестре. - Ага. - с частью гордости сказала Лунолапка. - Тебе принести? - Нет, спасибо, я уже завтракала. - А Воробей? - И он тоже. - Понятно, а ты не знаешь где Тигролапка? - спросила Лунолапка. - Ну, она вроде бы была в утреннем патруле. - задумалась ученица целителя. - А до того, как вы с Ветроглазкой вернулись, она и Белохвост ушли тренироваться. - Понятно. - сказала голубоглазая. - Ладно, мы пойдем. Нам в дневное патрулирование надо! - Удачи! - И тебе! Сестры попрощались и Ветроглазка с Лунолапкой убежали в патрулирование вместе со Шмелем, Долголапом и Пестроцветик. Патруль возглавлял сам глашатай. После он сказал, что Лунолапка и Ветроглазка должны пойти на какую-нибудь поляну и потренироваться в боевых приемах. Наставница с ученицей кивнули и патруль вышел в лес.