Во Сне

Я проснулся с надеждой на то, что окажусь в своей комнатке, мягкой кроватке и под пуховым одеяльцем, но, только открыв глаза, я понял, что не проснулся. Точнее, проснулся, но в своем сне, как странно бы это ни звучало. Вздыхаю, пытаюсь встать. Голова немного болит и снова оттягивается чем-то тяжелым. Странно. Встаю, но каким-то неимоверным образом с тумбочки, стоящей недалеко от моей головы, слетает и разбивается кружка. Ой! Тупо смотрю, пытаюсь понять, что сейчас было. Из соседней комнаты за перегородкой доносится голос: - Хей, Тавбро, ты проснулся? С грёбанным утром! - и смешок. Я же пока несмело оказываюсь в вертикальном положении, из опаски уронить ещё чего-нибудь. Может, у меня способности паранормальные, я умею взглядом вещи разрушать? Надо попробовать... - Иди умойся и переоденься, а то ты действительно выглядишь, как мать его, бомж. И вот где искать ванную? Наступаю на рожок, который издает жуткий громкий гудок, подскакиваю с диким воплем, слышу снова смех за перегородкой. Обидно, вообще-то. Раскидал везде, специально что ли? Но тут вновь раздаётся гудок и отборный мат хозяина фургончика. Моя очередь похихикать, что я и делаю. Гамзии... странное имя такое. Никогда не встречал. Одна комната, кухня, ванная с туалетом совмещены и находятся почти рядом с дверью, как оказывается всё просто устроено. Гамзии колдует над завтраком, слышно шипение чего-то вкусного, сразу есть захотелось. Вхожу, душ вертикальный, наверное, чтобы места особо много не занимал, небольшая раковина, даже стиральная машина есть, зеркало...?! Какого?! Какого чёрта моя кожа серая?! Почему, зачем, откуда?! Это, это рога над острыми эльфийскими ушами?! Г-глаза, они желтые?! Что со мной?!! Этого, этого не может быть! Это ведь всё галлюцинации, лишь только галлюцинации, да? Я... я похож на тролля. Как мне и вчера казалось, но оказалось, что не казалось, и нет, чёрт, я не хочу быть серокожим непонятным существом! Я хочу быть человеком, психически вменяемым, без реальных кошмаров и без рогов!!! Хочу кричать, хочу бежать, но ноги будто бы приросли к земле. Смотрю на себя, не могу поверить, что это всё по-настоящему. Это же сон! Вот только сон ли? Зеркало вдруг становится белым и уже не отражает меня. Но есть тень, какой-то чёрный силуэт, и мне становится не по себе. Голос в голове твердит: "Беги, Таврос, беги, пока не поздно!", а любопытство сильнее разума, и я зачем-то тяну руку к гладкой поверхности. Туман рассеивается, и я понимаю, что делать что-либо уже поздно. Передо мной чёрный кролик. Не тот пушистый зубастик, скачущий в лесу и отгрызающий всяким Алисам пальцы. Он огромен, соткан из мрака и лунного света, огромные угольные уши, глаза светятся жёлтым, а рот искажает кривая усмешка. Мне кажется, или это существо похоже на меня? Но вот кролик улыбается ещё шире, обнажая ряд острых белоснежных зубов, и тихо шипит мне в лицо: - Ты чудовище. Я ору, отскакиваю назад, а зеркало разбивается. По щеке течёт тёплая кровь, а я падаю на пол и отползаю в угол всё с тем же диким криком. Я не чудовище! Я не монстр! Я вообще сплю, и всё это лишь мой кошмар! Но почему же мне тогда так страшно, почему моя реальность настолько искажена?! Я хочу вернуться! Я дрожу, схватившись за голову, плачу и шепчу только эти слова, как заклинание. Господи, помоги мне, помогите мне кто-нибудь! - Тавбро, что случилось?! Поч... - а я вновь ору как резанный, пытаюсь вжаться в стенку ещё сильнее и глубже, пугаясь самого себя и этого клоуна. Такая же серая кожа, жёлтые глаза, растрёпанные чёрные волосы, козлиные рога и белый грим на лице - гремучая смесь, заставившая меня показать своё безумие. Гамзии смотрит на меня, а я смотрю на него, плачу, сам не зная от чего, и кричу, кричу, кричу. Знаю, что надо успокоиться, и вести себя как маленький ребенок совсем не круто, но я не могу иначе, не могу, не могу, не могу!!!... Гамзии медленно подходит, а я могу лишь закрыть глаза и сильнее вжаться в стену. Разбитое стекло хрустит под ногами, широченные штаны шуршат, и всё это наводит на ужас. Почему? Почему мне так страшно? Почему я боюсь его? Очередной припадок шизофрении? Но разве я безумен? Панический страх всего вокруг - это разве не безумие, Таврос? Да, милый, ты слетел с катушек окончательно. Гамзии приседает на корточки передо мной и вдруг прижимает меня к себе. Не дышу, не соображаю. Тепло, хорошо, спокойно. Не хочется кричать, не хочется плакать, не хочется быть не в себе, а хочется прижаться сильнее, будто бы к матери, как в детстве. Он поглаживает меня по волосам, бормоча что-то успокаивающее, а я тихонько скулю, немного поддаюсь вперед. Уютно, без кроликов, и даже то, что он клоун, меня не пугает. Вроде бы странно, но я уже не понимаю, что есть странно, а что нормально. Сидим так уже долго, и, наверное, неприлично так доверять незнакомому тебе человеку, и я немного отстраняюсь. - Эмм... прости, что кружку разбил. Я... я не знаю, как так вышло, это, в некотором роде, странно, вот, - что за бред я несу? Кто-нибудь, заткните мне рот. - Таврос, - его голос звучит непривычно серьёзно, подымать глаза не хочется, но придётся, - что с тобой? Ты в порядке? Пока ты спал, ты бормотал что-то про чёрных страшных кроликов, про мать и про клоунов во тьме. А про то, что ты разбил грёбанное зеркало, я вообще молчу. Смотрю на свою руку, в неё будто бы дротиками кидались. Вся одежда в моей коричневой странной крови, а костяшки содраны почти до костей. Не чувствую боли, не чувствую руку. Гамзии уводит меня на кухню, усаживает за стол и приказывает не двигаться. Ладно, не буду. А кровь всё течёт и течёт, равномерно капая на пол и пачкая поверхность стола. Тупо улыбаюсь, хотя знаю, что это не смешно. Болевой шок? Наверное. Гамзии полез в кухонный шкаф за каким-то белым сундучком. Вытаскивает, и это, судя по всему, аптечка. Навевает воспоминания, никогда больше не буду принимать снотворное, хоть от бессонницы помирать буду, никогда! Псевдо-клоун берет мою руку и смывает кровь. Забавно, она похожа на машинное масло, только пахнет солью и водой. Достает зелёнку, обильно поливает ею порезы, больно, между прочим. Дёргаюсь, но меня крепко держат. Пальцы у него холодные, а мне от прикосновений горячо. Обматывает меня бинтом, криво, косо и ужасно, даже мумии спустя несколько столетий лучше выглядят. Молчим. Гамзии резко встаёт, наливает чай и ставит передо мной нечто, смутно напоминающее запеканку, но чёрное и подгорелое. - Таврос, - усердно делаю вид, что очень заинтересован в угольках на тарелке, и только мычу в ответ. - Ты шизофреник? Я уставился на него, моргая глазками. Вот так в лоб спросить, без всякой компетентности и толерантности, это сильно. Уже хочу возражать, но что я скажу? Нет, я вполне в своем уме, я просто испугался своего отражения и черного кролика в зеркале. А так всё нормально, всё хорошо. - Я... я не знаю, - зачем-то рассматриваю его рога. Ну просто до неприличия похожи на козлиные, даже на смех пробивает. А волосы на голове как на пугале, солома черного цвета. О, на футболке знак какой-то, на зодиакальный похож. Я в гороскопе особо не разбираюсь, но похоже или на Деву, или на Льва, или на Козерога. Точно, к козлиным рогам подходит Козерог! Ну точно козел! Глупо улыбаюсь своим тупым мыслям. - Тогда наркоман? - расспросы продолжаются? - Эмм... а почему? - Ну, у тебя взгляд туманный и улыбка стрёмная. Это, блять, странно! - и он улыбнулся. Я почему-то краснею. У самого улыбка ненамного отличается от наркоманской, и взгляд поглупее моего будет... наверное. Обидно, а Гамзии улыбается ещё шире. Добродушно так, открыто, доверчиво и несколько наивно. Хочу рассказать ему обо всем, хочу, чтобы меня обняли, погладили по голове и прошептали: "Ну что ты, Таврос, не бойся! Ничего плохого не случится, пока я рядом". Так всегда говорила мама, когда я был маленьким и запуганным карапузом. А потом её не стало. Мне было лет пять, и мы гуляли с ней по Валенсии, я смеялся, и она тоже. Не помню, как всё было, но знаю, что её сбила машина. Меня мама куда-то толкнула, но колесами мне проехались по ногам. Визг тормозов, крики, невыносимая боль. И мама, распластавшаяся на асфальте в луже собственной крови. Помню свой отчаянный крик, помню, как подполз к матери, волоча свои ноги, и помню, как она коснулась моего лица. Я плакал, говорил ей, чтобы она не уходила и не засыпала, а мама слабо улыбнулась и прошептала: " Не бойся, мой маленький Таврос, я всегда буду с тобой, я не засну, и ты не засыпай навечно". А потом меня унесли, вкололи анестезию, и я проснулся в больничной палате, увидел грустного отца. Сначала мне было страшно, грустно и очень больно, тем более что я заново учился ходить. Но со временем я вырос, отец женился, у меня теперь есть братик, и образ матери я забыл, помню только её последние слова. И теперь я делаю то, что она мне запретила. Засыпаю навечно... - Таврос! - резко оборачиваюсь на крик. - Не зависай, бро! С тобой всё норм? - А? Да, вроде. Я просто о маме задумался, - он усмехается? Дуюсь и отворачиваюсь. Над такими вещами не смеются, знаете ли. - И как же так получилось, что ты так далеко ушёл от мамочки? - противный насмешливый голос режет уши, становится противно в душе. Ну и где его доброта? Куда подевалась? - В том то и дело, что я подошел к ней слишком близко. Мама умерла. Она заснула, и я заснул. Вот только она попала в рай, а я попал в ад. Недоумение на его лице забавляет. Строить из себя философа у меня получается, конечно, фигово, но зато некоторых впечатляет. Гамзии приоткрыл рот и выгнул брови, а я как дурак сижу, гордо выпятив грудь, и взираю на него с высоты табуретки. В голове появилось странное желание: рассказать ему обо всём. Сочтёт меня за сумасшедшего - ну и пусть! Посмеётся над бредовыми фантазиями - ну и пусть! Выгонит меня из единственного убежища - ну и... Может, пока не рассказывать? Или всё же рассказать? - Честно скажу, бро, из твоей невъебенно крутой речи я не понял ничего. Почему ты заснул? Сидишь же ты вроде ничего такой, немного невменяемый, но блять явно не спишь! - Эмм, ну как тебе сказать... - вздыхаю и собираюсь силами. - Прямо, смело, понятно и без грёбанного философствования! - Я сплю. И это все мой сон. - Гамзии присвистнул, другой реакции я и не ждал. - На самом деле я человек, - Чело кто? - Не перебивай!.. Эмм, прости. Я человек, парень по имени Таврос, живу в городе Валенсии, страна Испания, континент Евразия, планета Земля. У меня есть мачеха, отец, младший брат, рыбки и аллергия на кошек. Я люблю куриные нагинсы, спать с ночником, прогуливать школу и литературу, а ещё я принял снотворное, заснул кошмарным сном, оказался здесь, не могу проснуться и хочу вернуться обратно к себе, вот, - на одном дыхании выпаливаю я и выжидающе смотрю на Гамзии. - То есть ты хочешь мне впороть то, что этот весь грёбанный мир - плод твоего больного воображения? - я киваю. А что мне ещё остается делать? Я ведь знал, что не поверит и сейчас он рассмеется, скажет лечиться и пошлет меня с моими тараканами куда подальше, знаю ведь... - А расскажи-ка мне про свой мир,- что? Это шутка? - Как ты сказал, челофрет? - Человек... погоди, ты мне веришь? - Блять, ну нет, конечно! Я просто хочу узнать, насколько всё запущенно. - Оу, - я даже слегка рассмеялся, правда, немного нервно и истерически. - Ну, у людей нет рогов, зубы не острые, а коже не серая. Она, как бы так сказать, в общем, у всех она разная. - Гемоспектр? - Гамзии становится серьезным, даже не улыбается и, кажется, весьма заинтересован. Он что, по профессии не клоун, а психолог? - Нет, у нас такой штуки нет. Просто люди живут во всех частях Земли, в разных странах и городах, и поэтому у кого-то она темнее, а у кого-то светлее. Кожа может быть бежевой, светлой, коричневой и даже почти черной. И кровь у всех одинаково красная. - А положение в ваших... странах, оно какое? - Типа нищие-бедные? Это всё от людей зависит, от их положения в жизни. Если ты родился сыном президента или короля, разумеется, будешь богатым, как-то так. - А как вы детей растите? - Ну, мама рожает, семья растит, потом отдаёт в детский садик, но может и не отдавать. А потом школа, институт, может, колледж или университет, потом работа, работа, работа, старость, пенсия, смерть. - Твою мать, - и он рассмеялся, - ну, чем ещё удивишь? - На Земле есть очень много культур, понятий, языков, религий, и каждую невозможно изучить полностью, и рассказывать надо годами. Я за свою короткую жизнь знаю только испанскую культуру, испанский и английский язык, немного итальянский и совсем чуть-чуть португальский, католическую веру. За границей я почти не был. А Земля, она удивительная. Стран безумное множество, очень много гор, равнин, лесов, а на севере снега и льды. Деревья у нас, например, зеленые. В смысле, ствол насыщенно коричневый, а крона вся в листьях. А ещё у нас есть трава, и она не похожа на пепел, она сочная и тоже зелёная. Много цветов, и солнце у нас тёплое, а небо лазурно-голубое. У нас много зверей, птиц, рыб, а ещё намного больше красок, чем здесь. А ещё есть времена года. Зима, например, холодная, иногда снег идёт, листья опадают, трава вянет, а весной всё заново распускается. Лето жаркое, весёлое и солнечное, я его люблю за теплоту и каникулы, тогда можно не учиться. Осенью становится немного прохладней, туристов не так много. А ещё у нас много театров, книг. Есть коррида - я её в Мадриде видел только один раз, мне жалко быков. У меня, кстати, рога на их похожи. А ещё белки глаз у людей белые, а не желтые, и яблочки разного цвета, не только черные. И волосы тоже разные. И цирки у нас тоже есть, но я в них нечасто хожу. Квартиры у нас немного другие, я живу, например, в коттедже, а некоторые в небоскрёбах, огромных высотках таких. И ещё есть телевизоры, компьютеры, интернет, и ещё... - останавливаюсь, потому что Гамзии улыбается настолько снисходительно, как люди улыбаются на милый бред какого-нибудь малыша. - Это грёбанные чудеса, Тавбро! Либо ты безумен и у тебя огромнейшая фантазия, либо ты действительно говоришь правду! Я даже верю тебе, честно. Но знаешь, что меня смущает? - не знаю, мотаю головой и смотрю в его глаза. - То, что если всё это - твой сон, то тогда как только ты проснёшься, я умру? О таком я не задумывался. Стыдно признать, но я, эгоист этакий, думал только о том, как бы попасть домой, а что станет с другими, меня совершенно не заботило. Да и должно ли было, если все люди здесь ни что иное как моё воображение? - И как ты объяснишь то, что я тоже имею воспоминания о своём мире? Я ведь тоже уверен, что он реален. Я-то точно, блять, не сплю! Всё, что ты сказал, для меня в крайней степени странно, твой и мой мир не схожи. Вот ты сказал, что ты человек, у вас нет рогов, и ещё каких-то там штучек, я не запомнил. Но сейчас ты сидишь передо мной, и ты тролль. Кровь у вас красная, но сейчас она коричневая. И как я проверю, что ты на языках там каких-то говоришь? Лично я с тобой спокойно говорю на альтернийском. - забавно, а я говорю на испанском. Это его язык так похож, или это я действительно тролль, которому приснился сон про Землю? Нет, это чушь! - Oi, meu nome é Tavros Niitram.* Ho paura del buio e di clown.** And I want to be friends with you*** - говорю первое, что пришло в голову, дабы доказать, что я ещё много языков знаю. Гамзии вроде удивлен. - Это были твои грёбанные языки? Звучало смешно! Но откуда я знаю, что это не просто набор звуков? Молчу и соплю. Теперь уже даже я стал сомневаться, что правда, а что вымысел. Неужели я действительно тролль? Неужели я родился, жил и живу здесь с самого начала? И Испания, моя дорогая, любимая Испания - это плод воображения? Всё, что было, все события истории, все события из моей жизни, это тоже выдумка?! Это невозможно, просто невозможно! Нет у меня настолько богатого воображения, чтобы выдумать весь мир! - Твою мать, Тавбро, успокойся! - я что, вслух говорил? - Мне иногда самому кажется, что я в каком-то грёбанном сне. Но, бро, это реальность. И она не плод воображения, - молчу, не знаю, что сказать. Колени предательски дрожат, становится жутко. - Если бы, ну просто так, теоретически, я изначально живу здесь, то почему же я ничего не помню и ничего не знаю? - Это тоже загадка, но я-то, блять, не детектив! Ладно, Тавбро, - и Гамзии потрепал меня по волосам, - пора завязывать с твоим безумием, а то я сам с ума сойду. Пошли, буду с труппой тебя знакомить. Ты в цирке когда был? - В человеческом давно, в детстве, - говорю я, ловлю кинутые мне вещи и переодеваюсь. Оказывается, с моими рогами одеваться до ужаса трудно. В гигантскую футболку Гамзии я влезаю, порвав ворот. Сваливается с меня, а штаны сползают до колен. Главное вовремя поймать. Странно, что Гамзии выше меня всего на немного, но выглядит массивнее и старше. Плечи шире, руки большие. Осматриваю себя и понимаю, что я дрыщ дрыщом. Гамзии берёт меня за руку, что весьма смущает, и я краснею, сам не зная от чего. Он идёт довольный, улыбается широко. Послушно иду за ним, петляем среди бесконечных домов на колесиках, выходим почти рядом с главным входом в шатёр. Непривычно видеть цирк пустующим. Весёлых лавок нет, везде валяются фантики и сдутые шары, не слышно весёлых возгласов и детского смеха, охранника нигде нет. Как будто бы другой мир, старательно скрываемый от простых зрителей. Разноцветный шатёр кажется нелепым в этом сером цвете земли и неба, Гамзии идёт впереди, а я за ним. Такая огромная ладонь, тёплая и немного грубая. Передо мной вход, а над ним вывеска, намалёванная всеми цветами радуги, от ярко-алого до розового. "Добро пожаловать на наш темный карнавал". ---------- 1. Привет, меня зовут Таврос Ниитрам* (порт.) 2. Я боюсь темноты и клоунов** (итал.) 3. И я хочу с тобой дружить*** (англ.)