Не-с-вершившееся

- Знаешь, это перерастает в какое-то фантастическое свинство с твоей стороны. - Ты так думаешь? – я оторвался от уже пустой бутылки из-под бальзама Кахара и поставил её на стол. - Ага, я так думаю. Я вообще много о чём думаю. К примеру, что надо начать прятать бальзам по-настоящему. - Садист! - восхищённо вздохнул. - Ну что ж с вами поделаешь, с начальниками… Прячь, коль надо. Только прячь при мне, хорошо? А то как я узнаю, где он теперь лежать будет! Джуффин не выдержал и заржал. Я довольно улыбнулся. Ну хоть как-то жизнь ему я облегчил. Конец года – работы по горло. Он сидел в этом кабинете запершись на семь замков уже четвёртые сутки, а в те редкие минуты, когда высовывал нос из своей невольной норы, тихо материл всё Соединённое Королевство, Начальников других Сысков и даже порой короля. Год выдался тихим, но очень бюрократически суматошным. Много маленьких и неуютных дел, которые хрен правильно опишешь высокопарными канцеляризмами. - Ты бы… ну, не знаю… скинул бы часть дел на Шурфа, - я взял в руки две таблички из четвёртой (если считать с левого края стола) стопки и пробежался глазами по записям. - А я, по-твоему, не скинул? – Джуффин печально посмотрел на таблички, которые я вертел в руках, а я их, между тем, чуть не выронил. От греха подальше положил обратно на место. Я их ведь и правда разбить мог. - Скинул?! Что?! То есть, вот это вот всё – только часть?! - Ага, тут где-то три четверти. Остальное у Шурфа. Я не могу ему отдать больше – его должность не позволяет. - А! Конечно! Безусловно! Должность! Как же я сразу не догадался! – я активно закивал, совершенно наигранно улыбаясь, а потом наклонился к его лицу и прошептал: - Это же шутка, да? Это у тебя тут меньшая часть? Он хихикнул – прямо как четырнадцатилетняя школьница, воркующая со своим парнем – и, резко подавшись вперёд, чмокнул меня в нос. - Очаровательно, Макс. Нет, это не шутка. Тут действительно бóльшая часть. Должен же я хоть когда-то выполнять свою работу. Я выпрямился и посмотрел на Джуффина взглядом, присущим учителям, узнавшим, что ученик выполнил сильно сверх того, что было задано. Вот прям ОЧЕНЬ сверх. Иными словами, посмотрел, как на глубоко и безнадёжно больного психа, которого излечит теперь уже разве что эвтаназия. - Мало того, что садист, так ещё и мазохист, - шепнул я. – Полный, мать её, набор. - Ага. Не знаю, о чьей матери ты говоришь и зачем, но она права. И лучезарно улыбнулся, гадёныш. Я только вздохнул (в который раз) и направился к выходу из кабинета. - Ладно, не буду мешать погружаться в безумие – ты пока справляешься, а чужие сомнения, как говориться, мешают настоящей магии. К тому же, этот случай может быть заразен. - Ты к Шурфу? – Джуффин взял очередную пустую табличку. - А к кому ж ещё? Может, он уже со своими отчётами покончил и спокойно может меня вытерпеть. - Сомневаюсь. Он мне слал зов четверть часа назад по поводу того дела с Иафаховским вором. Ещё копается. - Ничего. Я его раскопаю. Ну, или хотя бы попытаюсь. - Как пытался раскопать меня? Хех. Ну удачи, археолог. Узнаю, что изменил – найду и прирежу. Я гоготнул: - Кого? Меня или его? Или обоих сразу? Джуффин задумался на пару секунд. - Пока не знаю. По обстоятельствам решу. Хотя, знаешь, ты мне ещё нужен, а вот Шурфа я могу и заменить. Наверное. Возможно. Можно постараться, по крайней мере. Я всё продолжал смеяться: - Ой, как страшно! А Шурф меня тогда утащит… - я замер на полуслове. Каким же дурнем надо быть, чтобы…! Подлетел обратно к Джуффину и быстро сунул руку под стол. - Эй, Макс, ты чего?! Мы на работе и тут Куруш! - Как будто это когда-то тебе мешало! – прошипел я. – Не отвлекай! Секунда-две и в моей руке лежала совершенно новая бутылка бальзама Кахара. - Это тебе, - протянул ему сокровище я. Джуффин принял её, задумчиво повертел в руках, а потом выдал: - Знаешь, судя по тому, что я видел, а видел я много, - ты даже близко не был таким обходительным, когда ухлёстывал за Меламори. Я даже не знаю – радоваться мне за себя или сочувствовать девочке. - Сочувствовать? Ты знаешь это чувство? – я лишь пожал плечами. – Поступай, как хочешь, Джуффин. Но на самом деле, я её просто натурально боялся. - Что… прости? – Джуффин аж оторопел. – А меня, то есть, не боишься? - Нет, конечно. Чего мне тебя бояться? Что ты мне сделаешь? А Меламори… ну, она, конечно, очень интересная, но волосы на голове дыбом встают от её закидонов. Это, конечно, возбуждает и восхищает, но не всегда. А ты… ну не знаю. Свой, что ли. Домашний. - Я?! Домашний?! Сэр Макс, ещё одно такое слово, и я тебя в Холоми упеку за оскорбление госслужащего высшего ранга! - Джуффин! Ты понял, что я имел в виду! Ты как прирученное дикое животное: оно как бы дикое, но, так как всё же прирученное, кидается только на незнакомых людей. Знаешь, вот у меня у соседки, ещё в том Мире, хорёк был… - Так! Всё, Макс, достаточно! С меня хватит на сегодня развлечений! Иди к своему Шурфу и передай ему, чтоб он тебя держал у себя как можно дольше! Это приказ! Ты мне работать мешаешь, скотина такая! – он махнул рукой, и входная дверь резко распахнулась. - Ого, - я с восторгом глянул на дверь, а потом на него, - ты и так умеешь? - Как «так», горе моё? – хмыкнул он. – Иди отсюда! - Иду, - кивнул я, а потом шагнул в кабинет Шурфа Тёмным Путём, проигнорировав открытую специально для меня дверь. Я, может, тоже скандалить умею!