My personal frenetic

***

      

Утро наступило быстро. Мелькающий за окном однообразный пейзаж действовал умиротворяюще, и я погрузилась в полусонное состояние. Слышала шуршание близнецов, тихий смех, чувствовала нежные касания, но окончательно проснулась, когда мы остановились. На часах был полдень, а в салоне остались только я и Лайн. — Где мы? — спросила я. Тот махнул на дорожный знак, около которого стояли Мич и Тайгер, и прочитал: — До Миннеаполиса триста миль. — Это хорошо, — выдохнула я. — В большом городе легче спрятаться, да? — Да. Доберемся к вечеру. Попробуем уговорить Стайлза остановиться на ночь. В конце концов, с нами дама, а он не понимает, что для тебя такой образ жизни немного непривычный. Я хмыкнула и покачала головой. — Все нормально, Лайн. Когда мне было пятнадцать, я поехала через всю страну в Майями к родственнице. У меня было пятьдесят долларов в кармане. И тогда было труднее, чем сейчас. — Я слышал ваш разговор, — признался мальчишка. — И про твоих родителей. Прости. — Ничего, — улыбнулась я. — Думаю, без секретов лучше. Моя дверца резко открылась, и Мич присел на корточки, кладя руки на мои ноги. — И что у нас здесь? — игриво произнес он. — Заговор? Я прикусила губу и смущенно опустила взгляд. Это смешно, но мне было неловко смотреть в глаза мужчине. Тай сел за руль и ущипнул меня за бок, отчего я непроизвольно вскрикнула. — Доброе утро, солнышко, — широко улыбнулся подросток. — Освобождай место. Я нахмурилась, не понимая, чего он хочет, но Мич потянул меня за руку и вытащил наружу. — Меняемся местами. Поспишь на заднем сиденье, — пояснил он. Лайн сел около Тайгера, а Стайлз устроился позади со мной на руках. Мы тронулись с места, но спать мне уже не хотелось. — Тай, а как же твоя нога? — удивилась я. — Уже норм. — Так быстро! А ты? Я слезла со Стайлза и начала осматривать повязку. И опять чувствовала горячий взгляд на себе, пока разматывала лосины. — Ух! — выдохнула я, аккуратно проводя пальчиками вокруг раны. Кровь засохла, образовав черную корочку, но выглядело не очень хорошо. Я надеялась на лучший эффект. Стайлз перехватил мою руку и, положив себе на щеку, потерся колючей щетиной. Ему шла легкая небритость, он казался еще более мужественным и сексуальным. — Когда рана окончательно затянется? — обеспокоенно спросила я. — Дней через пять. Но сегодня уже почти не болит. — Тебе нельзя напрягаться и поднимать тяжести, — сказала я. — О, рыжик, — хитро протянул маньяк, наклоняясь к моему ушку, чтобы прошептать: — Тебе тоже нравятся ролевые игры? Будешь моим личным доктором? Как по щелчку, во мне вспыхнуло возбуждение от близости этого мужчины. Тяжело сглотнув, я ответила сиплым голосом: — Думаю, нам нужно остановиться в Миннеаполисе. Встретилась взглядом с хитрыми карими глазами и многозначительно добавила: — На ночь. — Поддерживаю! — одновременно произнесли близнецы и стукнулись кулаками в братском жесте. — Точно, заговор! — констатировал Мич. Пусть он и сделал недовольный вид, но уже согласился — я видела это по глазам. На этот раз я перевязала рану стерильным бинтом, который нашла в аптечке. К счастью, отец Сэма содержал машину в порядке и по всем нормам безопасности, поэтому кое-какую медицинскую помощь я парням оказала. Оставалось надеяться на чудодейственную силу регенерации. Я помогла моему герою натянуть чистую футболку, «одолженную» у любезных жителей Сок-Сентера, и начала расстегивать молнию на окровавленных шортах. Мич напрягся и даже дышать перестал. — Что? — удивилась я его внезапной стеснительности. — Ты не можешь расхаживать по городу в таком виде. Люди тут же позвонят в полицию. — Я знаю, — выдавил он. Мич смотрел странным взглядом, будто не верил и удивлялся одновременно, а затем нежно погладил меня по щеке и слегка улыбнулся. — Ты заботишься обо мне. Это прозвучало с каким-то придыханием, и мне стало неловко. Кажется, меня только что подловили на проявлении нежных чувств. — Конечно, заботится, — отозвался вездесущий Лайн. — Она ведь любит тебя, брат. Правда, Лидия? У меня вырвался нервный смешок, а на лице расплылась глупая улыбка. Я наверняка напоминала какой-нибудь красный овощ, потому поспешила себя чем-то занять, избегая насмешливого взгляда карих глаз. — А ты вообще не вмешивайся, — пригрозила я близнецу. — Следи за дорогой и не подглядывай. И не подслушивай. — Ну, простите! — надулся Лайн. — Ушки сворачивать я не умею. А вы даже если мысленно будете общаться, все равно и так все ясно. — Ну раз ясно, нечего вмешиваться! — настаивала я, добравшись до кроссовок Стайлза. Когда мой сексуальный маньяк остался почти обнаженным, я вмиг растеряла все мысли и доводы, бесстыдно разглядывая его потрясающее тело. Что-то нужно было сделать, но я забыла. — Штаны, — подсказал он сиплым голосом. Я еще медитировала, когда до меня дошло, что неплохо бы одеть своего мужчину. Порывшись в кучке вещей, отыскала спортивные брюки и шорты. Мич кивнул в сторону черных брюк, не отрывая от меня горячего взгляда. Я начала медленно одевать его, и как оказалось, это не менее сексуальное действие, чем раздевание. Особенно когда он вот так смотрит на меня из-под полуприкрытых век, прикусив нижнюю губу. Я натянула резинку штанов на живот и провела рукой по возбужденной плоти через мягкую ткань. Мич рыкнул и резко притянул меня к себе, усаживая сверху. — О не-е-ет! — одновременно протянули близнецы, отрезвляя меня не хуже холодной воды. Я захихикала, уткнувшись своему мужчине в шею, и вдохнула пьянящий аромат его кожи. Он успокаивал нервы, но не возбуждение. — Вечером, — соблазнительно шепнула ему на ушко, прикусив мочку. Казалось, отпустить меня ему было так же трудно, как и мне отстраниться. Но я все-таки нашла причину слезть с его колен. Мне тоже хотелось снять толстовку чужого парня, в которой было невыносимо жарко. — Я нашел для тебя это, — сказал Стайлз. Он достал из кучи черное нечто, которое я приняла за мужскую футболку. Покрутив в руках вещицу, поняла, что это милое платьице до колен с завязкой на талии. — Обернетесь — убью, — прорычал волчара братьям, которые подозрительно затихли, когда я начала стягивать толстовку. Конечно, я не собиралась при них оголяться. У меня были в запасе изощренные женские приемы, как переодеться, не открывая интимных мест. Дорога до столицы штата пролетела как одно мгновение. Обошлось без приключений, поломок, спущенных колес, погони и перестрелки. Мы остановились один раз, чтобы заправиться и перекусить, и даже не взорвали заправку! А после много говорили. Это было немного странно и легко одновременно. Странно, ведь мы все время хохотали, вспоминая отнюдь не простые жизненные ситуации. Но от реплик близнецов в машине постоянно взрывался хохот. И легко, потому что я не чувствовала больше преград между нами. Слушать их и рассказывать о своей жизни было даже интересно. Я впервые чувствовала, что кому-то не все равно, меня понимали и искренне сопереживали. А потом мы дружно смеялись. — Нет, вы только подумайте, как все сходится, — отозвался Лайн. — Наши матери бросили нас, а отцов мы и вовсе не знали. Может, у нас одни и те же родители? — Фу, Лайн, нет! — простонал Тайгер. — Если Лидия наша сестра, то они со Стайлзом самые большие извращенцы, которых мы встречали. Мы с Мичем переглянулись и расплылись в хитрых улыбках. Но потом он немного взгрустнул и тихо произнес: — Наша мать не бросала нас, Лайн. Ты же знаешь. — Да, — задумчиво протянул мальчик. — Но она ведь оставила тебя на шесть лет. А Лидия старше нас почти на четыре года. И мама ее бросила в пятилетнем возрасте. Все сходится, это могла быть одна и та же женщина. — Ладно, — подыграла я. — Допустим, твоя теория верна, но что тогда с отцом? Если ваша мама оставила Мича на шесть лет, а затем вернулась с вами, то можно предположить, что это время она провела с таинственным и неуловимым папаней. Тогда и я должна быть от него. Соответственно, во мне гены полуоборотня. Мич, ты чувствуешь это? Вы же сказали, что волки Арджента распознали вашу принадлежность к их роду. Значит, и меня можно учуять, так? — Так! — согласился Стайлз. — Не слушай эти глупости, в тебе нет крови оборотней, я бы понял. — Погоди, — вмешался Лайн. — Кажется, ты не поняла главного. Папаня здесь ни при чем. Ведь ген оборотня нам передался от мамы. Она была чистокровкой. Я потрясенно уставилась на парней, переводя взгляд с Лайна на пассажирском на Стайлза около меня. Тот нахмурил брови и кивнул. — Кажется, я ни разу об этом не упоминал. — Воу! — вздохнула я. — Неожиданно. Я даже не задумывалась, что бывают женщины-оборотни. И что, ваша мама была такой же, как… эти… — Нет! — в один голос сказали все трое братьев. А Тайгер продолжил: — Она была очень доброй и светлой. Всегда нас баловала и защищала от всего на свете. Мы с Лайном ни разу не видели ее перевоплощения, но она не скрывала от нас правды, как от Мича. Мы с рождения знали, к какому виду принадлежим. — Я видел ее несколько раз, — признался мой маньяк. — Она вовсе не выглядела, как те уроды. Когда она становилась на четыре лапы, то больше походила на огромную волчицу со светло-серой шерстью. Мама была слишком красивой. Наверное, поэтому и сбежала. — Как это? — не поняла я. — Лучше тебе не знать, как в стае относятся к самкам, — серьезно сказал Лайн. — Поверь на слово. Я прикусила губу и посмотрела на Стайлза требовательным взглядом. — Хочу знать. — Нет, — покачал он головой. — Лайн прав, слишком жестоко для твоих ушек. По его взгляду, хоть и ласкающему, но неуступчивому, я поняла, что придется замять вопрос. — Все равно мое воображение уже нарисовало самые жуткие образы. Тогда неудивительно, что она сбежала от этого монстра. А он вас нашел. Возможно, поэтому так издевался? Мстил за то, что ваша мама покинула его? — Не только, — хмыкнул Тайгер. — В стае поддерживают чистоту крови. Альфа следит за тем, чтобы его оборотни были самыми сильными и выносливыми. А связь с человеком дает слабое потомство. Полукровки больше подвержены чужому влиянию и живут меньше. Не знаю, как принято в других стаях, но Арджент всех потомков держит под строгим учетом. А грязнокровок, если такие находятся, убивает. — Но он не убил вас, — нахмурилась я. — А ведь запросто мог. — Он сказал, что мы отличаемся от других, — ответил Лайн. — Якобы сильнее тех, которых он знал. К тому же, его впечатлила исполнительность Мича. Он всегда справлялся со всеми заданиями. Иногда даже лучше, чем некоторые из его чистокровных псов. — Он бы прикончил нас при первой возможности, — устало сказал мой волчара, откидывая голову назад. — Стоило мне не выполнить задание или просто разозлить его неправильным словом. Он все время обещал, что я закончу последнюю работу и мы с братьями сможем жить спокойно на территории стаи. Но я понимал, что он просто ждет серьезной оплошности. Бежать было единственным выходом. Все стихли на несколько секунд, а затем Лайн выдал: — Но теперь-то причин убить нас более чем достаточно. — Отомстить за бету! — подсказал Тай. — Я бы на месте Арджента больше расстроился из-за ароматного послания в джипе. И вот, так просто, мы снова беззаботно рассмеялись. — А как звали твою маму, Лидия? — поинтересовался Тай спустя время. — Фамилии не знаю, только имя. Натали. — А нашу — Энни, — усмехнулся Стайлз. — Наверное, она специально дала близнецам такие имена, чтобы позлить альфу. Когда он узнал, что оборотни-волки его стаи названы в честь диких кошек, озверел от ярости. Как он вас окрестил? Все время забываю. Рокс и Рой! — в один голос ответили близнецы. — Точно! — хохотнул Стайлз. А я попыталась это озвучить: — Рокс, Рой, Мич, Лидс! Мы еще долго шутили и смеялись, пока не увидели долгожданную табличку с надписью «Миннеаполис». Вечерний город встретил нас приветливыми огнями и суетливыми прохожими. Я предвкушала нормальный человеческий отдых, ужин, душ и… ночь любви с маньяком.