My personal frenetic

***

      

— Сиди здесь, — велел он, игнорируя мой вопрос. — Что значит… — Если услышишь что-то подозрительное, сразу буди Тайгера, ясно? — А ты куда? — возмутилась я, глядя, как он покидает салон. Он двигался несуразно, и я поняла, что ему все еще больно. Чертова регенерация работает слишком медленно. — Пойду, достану нам еды, — прохрипел волчара. Я оглянулась по сторонам в поисках круглосуточного супермаркета, но ничего подобного не обнаружила. Мы были в тихом спальном районе. — Мич? — прошипела я, вылезая из машины. Он быстро, насколько мог, преодолел расстояние между нами и прижал меня к дверце «форда». Этот дикарь положил руки на мои бедра и с силой сжал ягодицы, вжимая меня в свое твердое тело. Твердое везде. Наши губы застыли в дюйме друг от друга, а взгляды были более чем красноречивыми. Я ждала и предвкушала, когда он набросится на меня, словно дикий зверь, но Стайлз опять удивил. Медленно приблизившись, он очень нежно поцеловал меня, будто пробовал, растягивал удовольствие. Провел языком по моей нижней губе, слегка втянул верхнюю и лишь после томного стона скользнул в рот. Я отвечала на ласки с такой же мягкостью, теряя все мысли и страхи. Это было как-то по-новому для нас, и дело не только в поцелуе. Меня разрывало от чувства полноценности, его было даже слишком много. На языке крутились нужные слова. И казалось, если я произнесу их вслух, станет легче. Но я, как всегда, боялась открыться, поэтому промолчала. Лишь крепко прижалась к груди мужчины и почувствовала его теплые руки на своей голове. — Я скоро вернусь, — шепнул он и отстранился. — В машину. Его приказной тон абсолютно не соответствовал нежным прикосновениям, и в этом был весь маньяк. Противоречивый заботливый маньяк. Бросив на него недовольный взгляд, я села в машину. Он прошел чуть дальше по узкому переулку. Я почти не видела его в темноте, лишь очертания мужской фигуры. Присев на корточки у двери, он начал там копошиться. Кажется, принюхивался к чему-то. Затем поднял коврик и что-то оттуда достал. Каким же было мое удивление, когда он воткнул в замок ключ и скрылся за дверью. — Хорошая способность, однако! — улыбнулась я. Тайгер громко захрапел, будто подтверждая мои слова. Обернувшись, я оглядела близнецов. Такие милашки, когда спят. Но те еще вредители, когда бодрствуют. Кстати, я ведь так и не проучила их за тот случай. Бросив хитрый взгляд на дверь, я задумала маленькую шалость, пока Мич не вернулся. В конце концов, мне нужно было снять напряжение, которое пробудил сексуальный маньяк своим поцелуем! Покрутив рычажки около руля, я включили фары, освещая тупиковый переулок. У меня возникла идея предстать перед близнецами, лежа в неестественной позе у дальней стены. Они должны испугаться, учитывая, что нет брата и есть я, не подающая признаков жизни. Я уже собралась вылезти из машины, как на мое плечо легла тяжелая ладонь. — Выключи, Лидия, — сонно произнес Лайн, глядя на меня исподлобья. — Оставим шутки на потом. Конечно, теперь, когда моя задумка была раскрыта, оставалось только обреченно вздохнуть. Вырубив свет, я взглянула на близнеца. — Ты как? — Паршиво, — честно признался парень. Он даже не пытался шутить, на лице не было и намека на улыбку. Лайн был серьезным как никогда. Откинувшись на спинку сиденья, он устало потер глаза. — Я должен извиниться… — Ты ничего мне не должен, — заявила я. — Должен, — настоял мальчишка. — Извини за все, что тебе довелось пережить. Дальше будет только хуже, но я хочу, чтобы ты знала, как сильно благодарен тебе. За себя, за Тайгера и особенно за Стайлза. Я смущенно улыбнулась и кивнула. — Но я не сделала ничего такого.Мы ведь просто пытались спастись. — Да, но это не только за сегодня. С твоим появлением наша жизнь изменилась. И наш брат тоже. — Это больше походит на обвинение, чем на благодарность, — усмехнулась я. — Наверное, до моего появления вы жили себе мирно, без лишних проблем. И у меня была относительно спокойная жизнь до того момента, как Мич меня выкрал. — Нет, Лидия, — задумчиво протянул Лайн. — Мы не жили. Всего лишь существовали. Дышали, спали, питались… Без надежды, без цели, без смысла. Ты стала тем смыслом, который он искал. И за это я тебе благодарен. Он смолк, а я почувствовала, как глаза наполняются слезами. Я и забыла, как прекрасно чувствовать себя нужной. И как важно иметь цель, чтобы не сломаться. — Спасибо, — прошептала я. Он слегка улыбнулся и закрыл глаза. Я думала, парень заснул, но услышала его тихий голос. — Мич остановился в том времени, когда мама погибла. Нам с Тайгером было по десять. Ее растерзал оборотень. По крайней мере, Стайлз сделал такие выводы, когда нашел тело. Мы многого не понимали. На самом деле я только сейчас осознал, насколько брату было сложно нас защитить. У нас было мало денег, ведь мы не могли оставаться долго на одном месте. Мы с Таем не учились, как нормальные дети, а Мич не мог найти работу. Мы убивали. Нашими «клиентами» были убийцы, извращенцы, наркодилеры, сутенеры. Помню, в самый первый раз все произошло спонтанно. Мы в очередной раз переезжали, и на выезде из города услышали женский крик о помощи. Стайлз остановился, нашел в переулке насильника и его жертву. Девушка сбежала, а брат свернул ублюдку шею. Мы сильно испугались, но Мич объяснил, что на месте той девушки могла оказаться наша мама. В тот момент я ощутил неудержимую ярость. Не просто оправдал жестокий поступок, а лично захотел придушить гада. В следующий раз так и сделал. И мне не жаль, Лидия. Все те ублюдки заслужили гореть в аду. А больше всех — Крис Арджент. Он смолк, а я не знала, что ответить. Меня разрывали противоречивые чувства. Ведь убивать — это плохо. Даже если подонков. Но с другой стороны, слова Лайна не вызвали ни страха, ни отвращения. Я не была согласна с тем, что это правильно, но и не осуждала. Я ведь раздавила машиной того монстра и ни капельки не чувствую угрызений совести. — Мы никогда тебя не обидим, — шепнул Лайн, словно почувствовав мои сомнения. — Знаю, — согласилась я. — Вы не монстры. — Неудавшиеся монстры, — горько хмыкнул мальчик. — Что с тобой? Стайлз сказал, что тебе больно обращаться. Лайн, сидя с закрытыми глазами, слегка поморщился и продолжил: — Мы все время бежали вдоль западного побережья, как просила мама. Но незнание и непонимание выводило из себя. Два года назад я уговорил братьев остановиться. Мы отправились в Неваду. — Казино, — кивнула я. — Да, Лас-Вегас стал для нас раем. С прирожденным чутьем, обостренными слухом и зрением мы чувствовали себя, словно рыбы в воде. Казалось, жизнь начала налаживаться. Мы даже наметили один домик на краю пустыни. Хотели там остаться. Но когда нас нашли псы Арджента, мы вспомнили все предостережения. Они забрали нас с собой. При первой встрече мы, конечно, сопротивлялись, пытались бежать, но они сумели нас заинтересовать. Оказалось, в наших жилах течет кровь рода Арджентов. Они пообещали, что помогут найти отца, примут в стаю и позаботятся. Лайн хмыкнул и открыл глаза, уставившись вперед пустым взглядом. — Они держали нас в маленьких клетках больше трех месяцев. Мы не могли ходить и двигаться, а отходы, которые бросали в наши миски, едва ли можно было назвать едой. Мы очень ослабли. Я больше остальных. Мой волк проснулся раньше положенного. Обычно это происходит в семнадцать-восемнадцать, мне же едва исполнилось тринадцать. Я затаила дыхание, чувствуя гнетущую тяжесть на сердце. Было больно за своих мальчиков. С каждой секундой, с каждым произнесенным словом во мне вскипала ненависть к тем существам. — Первое обращение всегда болезненно, — продолжил близнец. — Особенно для полукровок. Нужно принять своего волка, впустить в свое тело и разум, а я не понимал этого и пытался бороться с внутренним монстром. В итоге промучился в агонии четыре дня, пока полная луна не утратила свою силу. Обращение не прошло как следует, мой волк не проснулся. С тех пор я постоянно чувствую боль. Иногда она настолько сильная, что я схожу с ума. Мич многое перепробовал, чтобы помочь мне. Даже нашел ведьму. Но ее курительные травы не унимают боль, хотя Тайгер от них тащится. Я хмыкнула, хотя на душе было совсем невесело. — Поэтому ты колешь наркотики? — робко спросила я. Лайн вздохнул и кивнул. — Обезболивающие. Это смесь оксикодона, кодеина и еще какой-то хрени. У меня зависимость, знаю, но не могу по-другому. Этот чертов волк убивает меня. Я протянула руку и взяла его теплую ладонь. Мне было больно видеть Лайна таким и слышать отчаяние в его голосе. — Мы найдем способ, — пообещала я, ничуть не сомневаясь в своих словах. — Ты сильный. И не один. Лайн хотел ответить, но напрягся и уставился на лобовое стекло. Снаружи раздались шаги. Это был Стайлз. Он шел к нам, держа в руках какие-то свертки. А подойдя ближе, прищурился и состроил недовольную гримасу. — Ревнует, — констатировал Лайн и подмигнул мне. — Не будем его нервировать, — заговорщически шепнула я, возвращая свою руку обратно. Мич резко дернул дверцу и вывалил свои находки на сиденье. Там была мужская одежда в основном. Но я увидела и женские сандалии, кажется, на несколько размеров больше, чем у меня. А еще уловила запах жареного мяса и заметила завернутый в майку пластиковый контейнер. — В том доме любят готовить, — хмуро объяснил Стайлз. — В отличие от некоторых. Я проигнорировала колкость, наблюдая за маньяком. Теперь, когда я знала о нем чуточку больше, стало интересно, как изменится мое отношение к нему. Оказалось, что никак. Я смотрела на его красивое сосредоточенное лицо, понимая, что влюблена в своего похитителя так же сильно. К черту все. Он мне нужен со всеми своими внутренними шрамами, глупостями и недостатками. Можно подумать, у меня их нет. Стайлз, как и я, не сдается, пытается вырваться из оков безысходности и все еще верит. Возможно, поэтому судьба свела нас… Чтобы спасти друг друга. Лайн стащил контейнер с едой и открыл крышку. — О да! Курица! Лидия, держи ножку. Парень всунул мне лакомый кусочек и продолжил жевать свой. — Тайгеру оставь, — недовольно бросил Мич. Он пребывал в плохом расположении духа, и мне это не нравилось. Захотелось подойти, обнять и успокоить мужчину. А почему, собственно, я не могу так сделать? Кинув мясо обратно в контейнер, я открыла дверцу и вышла наружу. — Куда? — послышался грозный рык маньяка. Пока я обходила машину, он прожигал меня злобным взглядом, готовый броситься следом в любую секунду, если побегу. — Лидия, у нас нет времени на твои истерики, ясно? Пока ты зажималась с моим братом… Я прервала его бессмысленную речь поцелуем и крепче прижалась к напряженному телу. Он ответил моментально, будто ждал этого. — Какой ты глупый, — шепнула я в его губы. — Мне никто, кроме тебя, не нужен. Сейчас это были лучшие слова, которыми я могла выразить свои чувства и не бояться, что они не окажутся взаимными. Взгляд карих глаз потеплел, а на лице красавчика расползлась по-мальчишески счастливая улыбка. — Пора ехать, — отозвался с заднего сиденья Лайн. — Надоело все, — обреченно выдохнул Мич, сжимая меня в крепких объятиях. — Хочу закрыться с тобой в звуконепроницаемой комнате на месяц. — Всего лишь? — хмыкнула я. — А ты протянешь дольше без еды? — коварно улыбнулся маньяк. — Эй, нам действительно пора, — заворчал Лайн. Стайлз быстро чмокнул меня в губы и нехотя отпустил. А я так же нехотя поплелась обратно на свое место. Он прав. Надоело все. А мы ведь всего третьи сутки в дороге. Не представляю, как им удавалось жить в таком ритме годами. — Теперь в Миннеаполис? — спросил Лайн, когда мы с Стайлзом сели в салон. — Да, — ответил ему брат, перебрасывая одежду назад. Переодеваться сейчас не было смысла. Его рана все еще не затянулась. — А может, свернуть на запад и запутать следы? — предложила я. — Планы не меняются, — грубо ответил Мич. Он устало вздохнул, завел машину и выехал из переулка. — Нам лучше отдаляться от территории стаи, чем двигаться вдоль ее границы. Так мы и сутки не протянем, — уже спокойнее пояснил он. Он был прав, мы с Лайном это понимали. Я выхватила судок с мясом из рук близнеца и отыскала отложенную трапезу. — Будешь? — предложила Мичу. Тот покачал головой, усмехнувшись своим мыслям. Наверняка развратным. — Я поел на ходу. — И часто ты так делаешь, холодильный воришка? Мужчина улыбнулся и неопределенно пожал плечами. — Я привык брать то, что мне нравится, — сказал он, бросив на меня многозначительный взгляд. На этот раз улыбнулась я. — Все с тобой ясно, — заключила я, возвращая близнецу еду. — Неясной остается история с Арджентом. Ты расскажешь мне? — А разве Лайн недостаточно пояснил? — посерьезнел Мич. Я заметила, как он напрягся, сильнее сжав руль. Видимо, переживал, как я отнесусь к информации об их прошлом. «Нет, милый, меня этим не напугаешь». — Он остановился на том месте, когда вас схватили и держали в клетках, — спокойно сказала я. Я ждала, что он вот-вот вспылит или замкнется в себе и закроет тему, но, к моему удивлению, большой и страшный волк продолжил: — Лайн начал оборачиваться. — Я рассказал об этом, — отозвался парень. — Оставь Тайгеру курицу, — напомнил Стайлз. Такой заботливый. Мне вновь захотелось прижаться к нему и зацеловать до одурения. Но еще интереснее было узнать продолжение. — Как вы выбрались? — спросила я. — Помог случай, — ответил мужчина, не отрываясь от ночной дороги. В небе чувствовалось приближение рассвета. Мы как раз покинули пределы города. — Арджент много лет искал своего наследника и тогда как раз обнаружил новые следы. Он отправил всех ищеек обыскать восточные поселения Северной Дакоты, а прямо у него под носом возникли новые проблемы. Местная мафия, с которой он имел дело, не хотела отдавать долг. Подонки зажрались, решили, что смогут выкурить Арджента и занять его место. Люди, конечно, не подозревали, что имеют дело с животными. Тогда альфа дал мне шанс доказать нашу принадлежность к стае. Лайн насмешливо фыркнул и наконец закрыл крышку контейнера. — И как? — спросила я после затянувшейся паузы. Стайлз промолчал, вместо него ответил Лайн: — Ублюдок послал Мича убить их всех и сказал, что обменяет нас на их головы. Брат один, ослабленный и раненный, пошел на целую шайку вооруженных бандитов. Дьявол, до сих пор не представляю, как он это сделал, но все четырнадцать голов были доставлены альфе прямо на его бежевый персидский ковер. В голосе парня звучало столько гордости за брата и благодарности за свое спасение, что я опять почувствовала приближающиеся слезы. А я еще жаловалась на свою дерьмовую жизнь… — Он бы смог преодолеть любые трудности, — сказала я, обращаясь к Лайну, при этом не отрывая взгляд от Мича, — потому что он вас любит. — Тебя он тоже любит, — ошарашил меня Лайн. Я уставилась на парня удивленными глазами, не зная, что сказать в ответ. А тот уловил мою растерянность и расплылся в довольной улыбке. — Правда, Стайлз? — беззаботно спросил близнец, еще больше подливая масла в огонь. Я посмотрела на интригана убийственным взглядом и прошептала одними губами «заткнись», но Лайн наслаждался повисшей между нами неловкостью. — На хрена я тебя спасал, — отозвался Мич, — если ты мне все время портишь важные моменты? Я не совсем поняла, что он хотел этим сказать, но была счастлива ухватиться за возможность сменить тему. — Как твоя рана, Лайн? — поинтересовалась я, отворачиваясь к боковому окну, чтобы скрыть румянец. — Нормально, — вяло отозвался подростк, обиженный словами брата. — А пуля? — не унималась я. — Вытащил на заправке. — Серебряная? — Обычная. — А скоро кожа восстановится? — Отстань, мамочка, — съязвил близнец и чуть ласковее добавил: — Посплю и буду как новенький. В салоне машины повисла тишина. Я боялась смотреть на Стайлза, но чувствовала его взгляд на себе. Значит, Лайн испортил ему «важный момент». Мне не хотелось делать поспешных выводов и распускать слюни, ведь я уже раз обожглась на доверии… Но эти слова заставили меня томиться от приятного волнения. Значит ли это, что мой маньяк собирается признаться в любви в более подходящий момент? Я боялась себе это представить и тайно мечтала.