1.
29 ноября 2018 г., 14:38
Все права защищены. Никакая часть электронной версии этой книги не может быть воспроизведена в какой бы то ни было форме и какими бы то ни было средствами, включая размещение в сети Интернет и в корпоративных сетях, для частного и публичного использования без письменного разрешения владельца авторских прав.
***
Телефон заиграл песню «Друг, пидарас, дал не в жопу, а в глаз», и я поднял трубку, сонно разлепив один глаз, а второй оставив досыпать: — Чего тебе? — Бабла, красивых тёлочек, пару ящиков пива и лысого египетского котика, — серьёзно ответил в трубке Тэхён низким баритоном, а потом заорал: — Что за вопросы, склерозный?! Ты меня не ждёшь, что ли? А как же уговор? Я уже пять минут торчу у твоего подъезда, и опять не помню код! Говори немедленно! На улице сосульковый период, а я трусы с начёсом не надел, я в них толстый. Я, естественно, не помнил никаких уговоров, но код сказал. — Нажимай двадцать один, потом звёздочку… — Где тут звёздочка? — В пизде, Тэ! Она на кнопочке нарисована! — Ну, допустим, нажал. Там зашуршало, а потом заматерилось, и какая-то бабка сказала, что сейчас мне на голову плюнет с балкона… Что-то ты мне пиздишь! Неужели без меня жрёшь что-то вкусное и специально время тянешь? — Вот бедовый ты… Сейчас спущусь, только треники натяну. Недовольно бурча, зевая и закатывая глаза, я спускаюсь вниз, сбиваю с Тэ сосульки, забираю его с улицы и тащу домой. Заходим в лифт. — Ты нашёл бле-бле… бля! Блестящую мишуру? — выбивает чечётку зубами Тэхён. — А шортики ко-ко-кожаные? — Где я, тебе, петушара, найду мишуру с шортами?! Я похож на трансвестита? — На пидараса ты похож, особенно в этих колготках. — Это треники такие. Домашние, — обижаюсь я. — Да-да, я так и подумал. Они прикольно на коленях и жопе растянулись, будто ты обосрался. Лифт приезжает на седьмой этаж. Вываливаемся наружу. — В общем, я знал, что ты полная бездарщина, поэтому привёз тебе перья, трусы кожаные и красный лифчик огромного размера. Вата у тебя есть? — Нет, — отвечаю на автомате. — Стоп, какой нахер лифчик? — Красный. — Ты идиот? — Мне кажется, это ты идиот. — А вата зачем? Тэ закатывает глаза и потом смотрит на меня, как на дебила, целую минуту. Под его суровым взглядом маньяка-живодёра я начинаю чувствовать себя неловко. — В лифчик что тебе пихать будем? — А… — я наконец вспоминаю, зачем приехал Тэхён, вздыхаю, надеясь, что всё это всего лишь шутка, выдаю мега-идею: — У меня есть два колобка плюшевых. С глазами. — Идеально. Мохнатые глазастые сиськи — предел мечтания пубертатных подростков. Вот Петросян. Ты вообще слышал про Петросяна? Вот и я не слышал, но говорят он очень смешной. Лифчик, по всем канонам, кружевной! Прозрачный! Надо нечто натурального цвета. Загадка века. А ещё большая загадка — умение Тэхёна прыгать с темы на тему. Вот я, к примеру, в душе не ебу, что такое «петросян», но звучит как-то слегка по-китайски и наверняка имеет отношение к сиськам. В итоге, я всё равно представления не имею, что можно «натурального» запихнуть себе в лифчик и почему «это» вдруг должно обязательно быть у меня дома. — Ну… — задумываюсь я. — Ну, хуй его знает… Колготки есть, бывшая забыла. Бронзовые такие. — И ты их до сих пор хранишь? — Ну, на всякий случай, вдруг пригодятся? Ты ведь тоже хранишь, а потом бабке на дачу таскаешь, чтобы она их на баклажаны натягивала. — Естественно! Вороны любят баклажаны, но не любят колготки. От них изжога. Однако, ты запасливый. А ещё ты высокого мнения о цвете своих новых сисек, — друг ржёт. — А синие колготки у тебя есть? Ты себя в зеркале когда видел в последний раз? Снова на диете «я_не_жру_нихуя»? — Иди в жопу, завистник хренов, — я сильно обижаюсь, искренне считая свою бледную синеву благородной. — Зато у меня теперь идеальная линия челюсти. — Я выпячиваю подбородок и демонстрирую плоды своей голодовки. — Кстати, будешь тут выёбываться — вообще никуда не пойду. Не нравятся мне твои шутки. Мы так не договаривались. — Пойдёшь, потому что нихера это были не шутки, мы договаривались! И пофиг, что ты был пьян и храпел, — машет рукой Ким. — Там же будет Несвятая Троица: Agust D, Джей-Хоуп и RM. — Это шантаж, Тэ, — я облизываю губы, чувствуя себя в ловушке. — Нет, это бомба, Чимин-и. Просто бомба! Потому что я знаю, что им понравится! Инфа — сотка! За неделю до описываемых событий. — Веселья хочется… — Тэхён тянется всем телом, хрустит шеей, для полноты образа раздолбая чешет яйца. — Фейерверков в глазах. Пьянства до вертолётиков. Вакханалии… Ебли праздничной. Какой там у нас по списку ближайший праздник? — Новый год. — Долго. Это очень долго ещё. Аж в декабре. Надо что-то пораньше. — Иди ты в жопу. Сам вспоминай, мне лень. Я и сегодня забухать могу. — Ага. Денег у тебя всё равно нет. Зато есть у меня. — Откуда такая уверенность? — возмущаюсь я, в принципе, чистой правде. Уже неделю на подсосе сижу. — А кто у меня в долг на рамен брал сегодня? Крыть было нечем, и я затыкаюсь. — Сентябрь, октябрь, ноябрь… — Тэхён напрягается, даже морщины меж бровей идут, видимо, заменив ему извилины. — Слушай, а что в конце октября у нас? Вот крутится в мыслях праздник какой-то, а вспомнить не могу. Я тоже напрягаюсь и не могу. Вспоминаю только, что дико хочу жрать, но денег нет, ведь стипендия только через три дня, а то, что откладывал ранее, я уже просрал. Зато у меня есть новенькие джинсы в облипочку, которые сели просто идеально благодаря я_ничего_не_жру_диете. И если я вдруг наемся до отвала, то на следующий день могу в них не влезть. Так что каждый день у меня нешуточная борьба с самим собой и головокружением. Мне скоро и пить не надо будет, чтобы поймать глюки, мне и так везде еда мерещится. — Слышь, — продолжает терзать свой, а заодно и мой мозг, Тэхён, — как эта херь называется, когда надо наряжаться в блядей и упырей и ходить по улице и требовать конфеты или жизнь? — Хеллоуин. А почему именно в блядей и упырей? — А в кого ты ещё хотел бы нарядиться, да так, чтобы «ух» и у всех встал? В Белоснежку или гнома? Посмотри на себя. Или на меня. Наше с тобой амплуа в этом году, учитывая наши финансовые возможности, — это тощие уличные шлюхи. Это карма, Чимин. Смирись. Забудь, в этом году ты тощая блядь в красном лифчике. Всё. Тем более, все самцы наверняка упырями нарядятся, а мы возле них будем эффектно смотреться. — Ну зачем сразу «встал»… — пытаюсь я оправдаться, вычленив главное, но укоризненный взгляд товарища затыкает мне рот. Мы оба знаем, что романтичный пубертат уже закончился, доступные девушки трахнуты и неинтересны, а на недоступных нет денег. Денег вообще даже на себя нет, не то что на девок. Зато мы оба очень даже ничего, всё у нас на месте, прыщи уже прошли, опыт есть, а на поприще завоевания папиков поле ещё непаханое. Жопу жалко, но на голодный желудок становишься более сговорчивым и менее переборчивым. Да и давно меня интересует эта тема… Тем более, жертвы… то есть кандидаты на роль спонсоров уже есть, и они просто охуенчик! Осталось лишь соблазнить их. Хоть и стрёмно всё это как-то… Ладно, похер, в общем-то, надо же с чего-то начинать. Пусть будет блядь. Что такого? Хули там Белоснежкой или Золушкой быть? Любой придурок может напялить пышное синтетическое розовое платье, купленное в секонд-хэнде за три доллара и спиздить у младшей сестры волшебную палочку со звездой. И всё, прЫнцесса готова к приключениям, доставайте ваши писюны. А вот нарядиться блядью, да ещё выйти в этом в свет — это нужно быть отважным долбодятлом без чувства самосохранения. То есть, как мы. В общем, эта роль чётко для нас с Тэхёном, внимание точно привлечём, а дальше я в ход пущу либо образ милой плюшки, либо мускулистую жопу в джинсах в облипочку. Остаётся дождаться волшебного праздника. И тогда мы с ним блеснём своими актёрскими способностями так, что все вокруг охуеют. Что мы, зря на первом курсе в театральный кружок ходили? Вот и пригодится.
