Любимый зануда

Не дожидаясь ответа, Америка встал из-за стола и подошёл к Канаде, прислонившись губами ко лбу смущённого братца. — Тёплый. Подозрительно, — с неким испугом проговорил Альфред. — Может, нам обоим сходить к врачу? — резко вспомнив об отсутствии одежды, Альфред слегка смутился, прикрыв своего замёрзшего друга ладонью. — Пойду оденусь. А ты ешь, остынет ведь. Румянец на лице Канады немного спал, уступая место привычной природной бледности. По причине одной американской личности, которая любит расхаживать по дому голышом, у бедного Мэттью точно скоро начнутся проблемы со здоровьем. А именно с сердцем. — Ну, не холодным же он должен быть, я ведь живой. Пока что… — шептал он, смотря в спину уходящему Джонсу. — А вот тебя лучше сводить ко врачу. Разумеется, Америка не расслышал, что там бубнил Мэттью, а если и расслышал, то попросту не обратил внимание. Герою лучше знать, куда и когда ему следует идти и обращаться. Канада не стал пока что приступать к пище, заметив, что Америка тоже не притронулся к еде. Это неприлично и противоречит многим правилам этикета, которым его учил Франция. Садиться за стол следует всем вместе и вставать из-за него так же всем вместе, это одно из главных правил поведения за столом. Вбежав в комнату, Альфред быстро надел свою излюбленную жёлтую пижаму, после спустился вниз и прошёл на кухню, садясь за стол с непоколебимой праздничной улыбкой. — Всё, давай уже поедим! Полив блины сиропом, Альфред стремительно начал уплетать их один за другим. Канада с лёгкой улыбкой на лице по примеру брата скромно отделил небольшой кусок и отправил его в рот. — Брат мой, твои блинчики — это нечто! — пробормотал Америка с набитым ртом. — Спасибо, приятного аппетита, смотри не подавись, — Канада улыбнулся, наконец его готовку искренне похвалили. После еды Америка помог Канаде вымыть посуду, без конца подтрунивая над ним из-за смешно выбивающегося локона. Заколку Мэттью потерял в тот же день, когда Альфред по доброте душевной закрепил ею этого плохиша. — Почему ты его не закалываешь? — спросил Альфред, вытирая руки о полотенце и параллельно наблюдая за тем, как Мэттью складывал посуду в шкаф. — Спасибо, — поблагодарил он брата за помощь, плавно переходя к его вопросу. — Не знаю даже, как-то не думал об этом раньше. Канада старался не сталкиваться взглядом с Альфредом, поэтому всё время, ловя на себе взгляд брата, отводил глаза в сторону и резко начинал поправлять очки, чтобы не проколоться с этим. Подойдя сзади к Мэттью, Америка прикоснулся к нему губами в области шеи. Одной рукой придерживая этого хрупкого мальчика за тонкую талию, второй он дергал за выбивающийся волосок, не замечая, как бедный Канада с каждым этим подёргиванием всё сильнее и сильнее заливается краской. Герою сейчас было не до этого. — Помнишь, что мы с тобой учудили позавчера? — наклонившись, прошептал Альфред в самое ухо брата. — Может, повторим? Разумеется же, Канада всё помнил, потому что в отличие от своего грубияна-брата обладал хорошей памятью, которая в моменты подобно этому становилась просто проклятием для бедного Мэттью. Ибо забыть такого рода вещи было очень проблематично. — Ч-что? — пискнул он под тяжким натиском Америки. — Ты забыл нашу игру в Героя и Злодея? — прикусив ему мочку уха, продолжал шептать Альфред, чуть надув щеки из-за кривляний Мэттью. — Ты был плохим Злодеем, о-очень плохим. — З-забудешь тут, — застонал в ответ Мэттью. Америка прислонил прядку брата к своим губам и облизнул кончик, прекрасно зная, чем подобный волосок служит каждой из стран. У него ведь тоже была своего рода торчащая прядка, при касание к которой Джонс ощущал неимоверный прилив возбуждения, который был даже сильнее нежели онанированние руками. Чужими руками. — П-пусти, пож… Н-не делай так! — Мэттью зажмурился, слегка прикусив губу. Альфред нарочито скользнул кончиком языка по всей длине этого кудрявого волоска, заставляя братца не просто залиться румянцем, а вспыхнуть, как алое знамя на крыше Кремля. — Что не делать? Я тебя не понимаю, — спокойно проговорил Америка, ловко забравшись в штаны Мэттью и обхватив ладонью его твердеющий член. — Что-то не так? Канада вновь покраснел, осознавая, что уже сдался и не сможет сопротивляться Альфреду. Откинув голову тому на плечо, Мэттью с нетерпением стал ждать от Америки следующих действий. — Н-ничего… — томно прошептал канадец, прикрыв глаза. — Будь со мной поласковее. Америка неожиданно отстранился, вспомнив про время, и тут же поднял глаза на настенные часы, висящие по правую сторону от окна. Седьмой час вечера, к дому начали подступать первые сумерки, а солнце стояло возле самого горизонта, готовое скрыться через несколько часов. — Чуть не забыл! Альфред побежал в гостиную и включил телевизор, быстро находя нужный канал и плюхаясь на диван, вынуждая его мучительно скрипнуть под весом этого неуклюжего мамонта. — Ура! Мультики начались! — раздался крик на весь дом, заставивший Канаду вздрогнуть. — Давай Салли, бей их! Простояв пару минут в полнейшем недоумении, Канада по осколкам памяти пытался понять, что только что произошло. Прокрутив в голове события последних десяти минут, Мэттью пуще прежнего залился краской от осознания того, что едва ли сам не затащил Америку в постель. На вздохе прикрыв рот ладонью, Канада направился в сторону ванной. Нужно было остудить голову и успокоить разбушевавшуюся фантазию. А также нужно было оказать срочную медицинскую помощь по удалению выросшего хвоста между ног. — Чёрт, какой же я всё же дурак, — пробубнил он себе под нос. Приведя себя в порядок, Канада пошёл и заперся в комнате, беря в руки очередную книгу, но всего лишь бездумно водя взглядом по строчкам. Никакая информация не хотела поддаваться пониманию. Забыв про всё на свете, даже про то, что было минуту назад, Альфред сидел на диване и спокойно смотрел свои любимые мультфильмы про супергероев, постоянно выкрикивая мотивирующие лозунги: — Ю-ху! Давай, Сайман! Ты лучший! — вопил Джонс от радости не моргая смотря на экран. Когда мультик закончился, Америка устало зевнул и, потянувшись, направился в свою комнату. Сегодня был беспокойный день для такого Героя как он, впрочем, как и всегда. — Мэтти! Ты куда спрятался? Альфред хотел было пожелать брату спокойной ночи, но нигде не мог его найти: ни на кухне, ни в гостиной, ни в ванной, он как сквозь землю провалился. Канада так и просидел всё это время с книгой, не прочитав ни страницы, а под конец вообще задремал в полусидящем положении с развёрнутой книгой на коленях. Читать ему совершенно не хотелось, он больше думал об одном чудаковатом американце, который занимает все его мысли. Подойдя к комнате Мэттью, Америка дёрнул за дверную ручку, убеждаясь, что дверь заперта. Немного поразмыслив, Альфред зашел к себе и взял дубликат ключа от замка той двери. Канада даже и не догадывался что у Америки есть запасной ключ, а может и догадывался. Ну, неважно. Открыв эту злосчастную дверь, Джонс тихонько вошёл внутрь, заметив Канаду, сидящего на кровати в полусогнутом положении и, судя по ровному сопению, он спал вот в таком вот неудобном положении. Альфред так же тихонько подошёл к брату и убрал книгу, определив её на тумбочку, после уложил его поудобнее на кровать и накрыл одеялом, поцеловав на прощание в уголок губ. Отыскав позабытые на полочке ключи, Америка бросил последний взгляд на спящую мордашку Мэттью и вышел, радуясь тому, что он с чистой совестью выполнил свой долг героя. Канада заёрзал и тут же проснулся с лёгким румянцем на щеках, глядя в отдаляющуюся спину Альфреда и принимая сидячее положение. — А-Альфред, т-ты… — прошептал Канада точно как в бреду. — С-спасибо, — смущённо пробормотал он, а в голове снова пронеслись недавние события относительно поведения Америки на кухне. Америка неожиданно остановился и обернулся к брату, видя, что тот проснулся, судя по всему, из-за него, ну не умеет наш Альфред уходить тихо. Хотя как раз-таки сейчас он ушёл практически бесшумно. Но Мэттью всё равно проснулся. Вернувшись к Уильямсу, Америка снова уложил братика на кровать и поправил ему одеяло, натянув его до самого подбородка. Нянчась с ним, Мэттью, кажется, и сам подхватил простуду, из-за этого Альфред чувствовал себя виноватым и посему неуютно, находясь рядом с братом. Он-то идёт на поправку, а Канада наоборот чахнет. — Отдыхай. — Да я, вроде, выспался уже, — неуверенно промямлил Мэттью, чувствуя приливающей к щекам жар. Потерев глаза, Мэттью снова сел на кровати, не обращая внимание на попытки Америки удержать его под одеялом. Неожиданная забота со стороны брата не то что удивляла Канаду, а даже пугала. Ведь Америка и забота — это самые несовместимые вещи в мире. — Как себя чувствуешь? — поинтересовался Альфред с нескрываемой тревогой в голосе. Прислонив тыльную сторону ладони ко лбу брата, Альфред для пущей уверенности решил проверить его температуру. Лоб Мэттью был привычно холодным, эта новость не могла не радовать, поэтому на лице Америки расцвела радостная улыбка. — Альфред, ты здоров? — поинтересовался Мэттью, не привыкший видеть своего брата таким… Заботливым. — Я в норме. А ты как себя чувствуешь? Америка сел на кровать и взял руку Канады в свою ладонь, заставив брата в очередной раз смутиться. Правда, после того, что между ними было, глупо заливаться краской от одного лишь прикосновения и маленького проявления заботы. — Рад слышать, — Мэттью улыбнулся, смотря на дрожащую ладонь Альфреда. — Я? Я тем более в порядке. — До завтрашнего дня я назначаю тебе постельный режим! — выкрикнул Джонс своим геройским тоном. — Так что ложись и не вставай! — Хорошо. Если хочешь, можешь лечь ко мне, — предложил Мэттью, с чьего лица спал румянец. — Кровать хоть и не двуспальная, но двоим на ней точно тесно не будет. Канада поддвинулся к стенке, освободив немного места для Америки. Сейчас Мэттью как никогда хотелось побыть рядом с ним, со своим братом, как в детстве, когда они спали в одной постели и всю ночь напролёт могли обсуждать какую-нибудь мелочь, например, сверчков, что исполняли по ночам свои скрипучие мелодии. Положив под одеяло Мэттью медвежонка Олли, Америка встал с кровати и потянулся так, что футболка сползла наверх, оголив подтянутый низ живота. Однако Канада не обратил на это никакого внимания. — Не сегодня я ведь ещё не выздоровел. Не хочу заразить тебя, — опустив руки, Альфред поправив очки. — Пойду тоже соблюдать этот самый постельный режим. С этими словами Америка вышел в коридор, не дожидаясь ответа Канады, который явно хотел что-то сказать ему перед уходом. Вздохнув, Мэттью взял в руки медвежонка Олли и вновь о чём-то задумался. На кровать к хозяину забрался Кумадзиро и, заметив в руках хозяина мягкую игрушку, ревниво выхватил её и пустился наутёк. Но Канаду сейчас в последнюю очередь волновала судьба плюшевого медведя, он куда больше беспокоился об Альфреде. Почувствовав, что тот, видимо, обиделся, Мэттью подскочил с кровати. Запутавшись в одеяле и едва не свалившись на пол, он всё же вышел из своей комнаты и быстрым шагом догнал Джонса. Опустив ладонь на плечо Америки, Канада случайно услышал его шепот: — Наконец-то подрочу спокойно… — бубнил Америка не заметив брата. Услышав посторонние шаги позади себя и почувствовав чужую ладонь на своём плече, Альфред быстро обернулся и столкнулся взглядом с парой немного смущённый голубых глаз. — М-Мэттью… Ты чего это за мной идёшь? — взволнованно поинтересовался Джонс, решив, что брату могло что-то понадобиться после его ухода. Залившись румянцем до кончиков ушей после услышанных несколькими минутами ранее слов Америки, Канада растерялся, ибо на слух, к сожалению или к счастью, он никогда не жаловался. — Д-думал, что-то случилось. Н-но теперь, как я вижу, т-точнее слышу, всё в порядке. Канада быстро развернулся и направился обратно в свою комнату, больше ничего не сказав. Раз уж Америка решил удовлетворить себя сам, то нет смысла мешать ему в этом деле. Америка лишь пожал плечами, не разобрав поведения брата. То краснеет, то бледнеет, при этом говорит, что не болен. Впрочем, если задуматься, то Канада всегда таким был. Даже в детстве ему куда больше нравилось общаться со своим медведем нежели с родным братом. «Что с ним творится?» — подумал Альфред, входя в свою комнату. Мэттью в это же время протирал взглядом пол, стоя на пороге своих квадратных метров, отведённых лично ему местным героем и по совместительству его братом. — Ох, надо будет прибраться, — сказал канадец, бросив взгляд на свой «творческий» беспорядок. Заметив в дальнем уголке знакомый белёсый комок меха, с особым усердием что-то закапывающий под горой разбросанных вещей, Канада с любопытством подошёл к своему питомцу, пожалуй, уместнее будет сказать другу. Наклонившись и раскопав «могильный холм», Мэттью вытащил оттуда подаренного Америкой похожего белого медвежонка. Прикрыл дверь в комнату, Канада прижал игрушку крепче к себе и уткнулся лицом в синтетическую пушистую макушку, присаживаясь на корточки, облокотившись спиной о дверь. — Зря я за него беспокоюсь, — тихонько пробормотал он. — И своим беспокойством только себе хуже и делаю. Глубоко вдохнув, Канада почувствовал, как сердцебиение начинает приходить в норму. Улыбнувшись, он решил, что лучше действительно лечь спать, хотя уснуть явно не получится, ибо в голову беспрестанно лезли всякие непристойные мысли. Но нужно хотя бы попытаться. — Мэттью? — Кумадзиро подошёл к парню и сел напротив него, с презрением косясь на отобранную добычу — белого медведя. — Извини, Кума, потом покормлю, — на всхлипе произнёс тот, сильнее утыкаясь в макушку игрушки. Дверь в комнату Мэттью резко распахнулась, тем самым сбив парня с ног, после в помещение резво вбежал Альфред, не заметив брата, прошёлся прямо по нему и остановился возле Кумадзиро. — Мэттью! В моей комнате поселилось чудовище! — заверещал Джонс, продолжая топтаться по несчастному хрупкому тельцу канадца, не придавая значения странному бормотанию. — А-Альфред! — взвизгнул Канада, пытаясь достучаться до брата. Наконец-то заметив свою безалаберность, Америка поднял братишку, усадив того на кровать. Повертев головой, Альфред заметил треснувшие очки брата и тут же поднял их, передавая хозяину. Мэттью дважды сдавленно кашлянул и с упрёком взглянул на горе-братца, выхватывая у того своё испорченное имущество. Как хорошо, что он не забыл взять запасные. — Ты как? — спросил Альфред, будто сам не видел, что после такого простой человек мог серьёзно пострадать. Стряхивая с плеч Канады невидимую грязь, Альфред попытался извиниться перед братом, но в ответ получил знатный и в тоже время заслуженный удар по лбу. Потерев место удара и приняв данную «любезность» как должное, Америка с испугом обернулся на дверь и прижался к Канаде, ища у того спасения и защиты. Но Мэттью вновь оттолкнул этого обжору и отодвинулся, потирая тыльной стороной ладони глаза, не привыкшие к обзору без стёкол. — Ты снова комиксов перечитал? — недовольно ворчал канадец не в силах пока что простить брата за подобное деяние. — О каком чудовище идёт речь? Первая мысль Мэттью была о вновь поднявшейся температуре, но Америка был очень убедителен и на редкость красноречив. Всё же выдуманных злодеев или чудовищ так не боятся. Заметив замешательство и тревогу на лице Альфреда, Канада слегка приобнял его с целью успокоить и объяснить суть сложившейся ситуации. Даже Кумадзиро успокаивающе потёрся бочком о дрожащие ноги Джонса. — Так что случилось-то? — поторопил его Уильямс. — На моей кровати паук с мухой занимаются сексом! Это просто уму непостижимо! — Альфред испуганно прижался к груди брата, продолжая выкрикивать глупости о выдуманном существе. — Мне страшно! Вдруг после такого в моей комнате поселиться злой паукамух! — Чего? — Канада удивлённо вскинул бровь, не разделяя Альфредовой теории. — Действительно непостижимо, и не только уму, но и науке, — успокаивающе погладив глупышку Альфреда по голове, Канада не менее успокаивающе зашептал. — И что теперь собираешься делать? И вообще, ты же герой или струсил? Мэттью захотелось немного отомстить Джонсу за то, что тот потоптался на нём, но старался при этом не сильно перегибать палку. А то бед не оберёшься, уж это Мэттью уже давно успел усвоить. — Сегодня мне не хочется быть героем, — уткнувшись носом в грудь Мэттью, бормотал Америка, так и стоя на коленях между его раздвинутых ног. — Побуду лучше простым парнем. Подняв взгляд на канадца, Америка с надеждой и тревогой смотрел в эти тёплые ласково-голубые глаза Мэттью, которые сейчас хотели казаться настолько холодными, чтобы Альфред обжёгся и молча ушёл вкушая горечь поражения. Но Америка не повёлся и продолжил бормотать: — У которого есть очень заботливый, добрый, красивый и милый младший брат. Уильямс смутился, но, чувствуя подвох, спросил всё таким же равнодушным и неверящим голосом: — И чего ты этим хочешь добиться? — Канада недоверчиво покосился на него. Окинул брата немного скептическим взглядом, что вкупе с румянцем на щеках выглядело немного забавно, Канада состроил такое серьёзное лицо, на которое только был способен. Понимая, что Мэттью ему не верит, Альфред отвёл взгляд в сторону, пробормотав: — Тебя… и твоего доверия, — с минутным перерывом ответил Джонс, по-прежнему стыдясь взглянуть в смущённые глаза брата. Слова Америки только сильнее смутили Мэттью, вынуждая на примере брата отвести взгляд, только в другую сторону. — Я тебе верю и всегда верил. Только прекрати дурить меня, говоря, что идёшь мыть руки, а на самом деле принимаешь ванну, — протараторив конец фразы, Канада всё же посмотрел на макушку Америки, продолжающего жаться к его груди. Воспользовавшись замешательством брата, ладонь Америки сама собой потянулась к ширинке джинсов Мэттью, медленно опуская собачку на молнии вниз. — Ты же мне доверяешь? — хитро улыбнувшись, Америка, не убирая с лица довольной ухмылки, посмотрел на Мэттью. — Сыграем в Злодея и простого парня? На щеках Канады осел густой румянец, он не хотел продолжения подобного банкета, поэтому попытался сесть чуть глубже на кровати, но дальше было просто некуда, потому что позади него развалился Кумадзиро, издавая звуки, похожие одновременно на сопение и рычание. — А-ал, может не надо? — Канада отчаянно пытался вразумить братца. Но Америке всё как об стенку горох, он непрошибаемый, как китайская стена. — Что не надо? — Америка удивился и чуть нахмурился, незаметно надув губки. — Ты мне не доверяешь? — К-конечно я тебе доверяю, иначе и быть не может, — неуверенно промямлил Уильямс. Покончив с ремнём, Альфред принялся стягивать с Мэттью последующие элементы одежды. И кажется, Канада был не против, ему это даже в каком-то смысле нравилось, во всяком случае должного сопротивления он не оказывал. — Привстань немного, чтобы я мог снять их, — спокойно и вполне себе вежливо попросил Джонс. Канада, посмотрев на брата и немного помедлив, привстал, сильнее заливаясь румянцем. — Вот и замечательно! Стянув с этого зануды джинсы вместе с нижним бельём, Альфред, продолжая держать в руках половину вещей Канады, направился к двери. — Пойду постираю, а то третий день уже ходишь в них, как нищий! Ты вообще в курсе, что нижнее бельё нужно менять каждый день? Молча залившись густым румянцем, Мэттью хотел было возразить Альфреду, но не стал, поскольку, бегая за братом, как за дитём малым, он и правда забыл о себе и своей гигиене. Утро начиналось с готовки, потом шла стирка, глажка и ближе к вечеру нужно было померить температуру и напомнить Америке про приём таблеток. Складывая определённые для стирки вещи в гармоничную стопочку, Америка услышал, как что-то брякнуло, выпав из кармана и стукнувшись о пол. — Что это? Альфред с неким испугом стал искать глазами упавший предмет. Вдруг это что-то важное: ключи, деньги, телефон или жучок, которых наш Герой с недавних пор рассовывал по карманам канадца, дабы прослеживать каждый его вздох-выдох и поход в туалет. Сидя красный, как рак, уткнувшись лбом в колени, Канада пытался смириться со всем, что произошло парой минут ранее, но, услышав звон, поднял глаза и посмотрел в сторону Америки. — Что случилось? — спросил Мэттью, продолжая ёжиться. Собрав с пола выпавшие из кармана пару центов, ключи с брелоком и две пачки нераспакованных презервативов, Альфред с ужасом в глазах посмотрел на брата, о которым он, оказывается, много чего не знает. — Ч-Что это? — дрожащим голосом спросил Джонс, смущённо посмотрев на скромнягу Мэттью. Канада в ответ посмотрел на Америку, поминутно краснея. — Н-не знаю.