Игра в поддавки

      От неожиданности Морти даже не стал сопротивляться, позволив погрузить себя в тарелку, но, отдышавшись, он осознал всю тяжесть своего положения. Лететь куда-то вместе с этим безумным мудилой?! Да уж лучше бы на уроках сидел и от Френка получал! Недовольство кипело внутри, не имея выхода, и парень начал активно ёрзать на своем кресле. — Чего ты там шебуршишься, как бомж вшивый? — наконец не выдержав, недовольно спросил Рик. — Хватит уже, бесишь! — Мне неудобно, — Морти сердито фыркнул. — Это кресло жесткое, и драное, и… и у тебя в салоне воняет! — Слышь, принцесса на горошине, если т-эээ-бе не нравится моя тачка, могу высадить прямо сейчас… Так как за окном уже раскинулась космическая пустота, он предпочел прикусить язык. На время, само собой.       Спустя довольно долгое время корабль приземлился на улице, по которой ходили одни только долговязые старики в белом да их внуки в желтых футболках — значит, это и есть те самые Рики и Морти из других миров? Старательно делая вид, что ему неинтересно, на самом деле он исподтишка оглядывался по сторонам, пока его дед, ненадолго отойдя в сторону, что-то резко не сунул ему под нос. Мороженое. — З-зачем это… Но Санчез уже отвернулся, всем своим выражением лица показывая, что не собирается давать никаких комментариев, и делать нечего — пришлось взять вафельный конус в руки. Так как обед Морти благополучно пропустил, мороженое было не то чтобы совсем не к месту, но как стоило воспринимать этот жест? Не думает же Рик, что его расположение можно купить так просто, да еще после той "воспитательной беседы"? Много вопросов возникло у него в голове, но одно признать стоило — мороженое оказалось чертовски вкусным. Но Морти скорее бы удавился, чем признал это вслух.       На оживленной дороге Рик неожиданно взял его за свободную от рожка руку, чтобы не потерять в толпе одинаковых лиц, и как бы ни хотелось вырвать ладонь обратно и сказать что-нибудь колкое, он не решился. Мало ли, вдруг этот мудак решит бросить его здесь и улететь! Петляя по незнакомым улицам, они пришли к зданию, яркая вывеска на котором гласила… — "Передержка для Морти"? — растерянно прочитал мальчик. — Ты что, собрался меня… — Всего на пару часов, Мо-морти, не капризничай! Мне нужно… мне н-эээ-жно кое с кем перетереть, все дела, тебе там делать нечего… Давай, пошли! — и ученый потащил его к окну регистратуры, несмотря на отчаянное сопротивление. — Стой! Стоооой!..

***

      Эти два часа были самыми ужасными в жизни Морти. С размаху захлопнув дверь тарелки, он упал на сиденье, скрестив руки на груди, и рассерженно спросил: — Почему все эти Морти такие придурки? Ноют, стенают… ревут без конца! Меня от них тошнит! Ненормальные какие-то… — О, как ты ошибаешься, — заржав во всю глотку, Рик нажал на педаль газа, — с ними-то как раз все в порядке, это ты — отклонение от нормы! Еще лучше! Корабль взмыл над этой так называемой Цитаделью, и фигурки бесконечных дедушек с внуками стали совсем маленькими. Слава богу, это недоприключение должно было наконец закончиться, дав Морти, помимо осознания того, насколько же убоги другие его версии, и крупицу важной информации. Человеческий щит, значит… А разве стоило ожидать чего-то иного? Теперь нездоровый интерес Рика к его персоне получил адекватное объяснение. К счастью, он, будучи не полным идиотом, как прочие Морти, заранее не ждал от старика ничего хорошего и не доверял ему, поэтому правда и близко не была для него травматичной. Но вслед за этим появились и другие вопросы… — Рик. — Ч-эээ-го? — Если, как ты говоришь, Морти очень много, то, — он прочистил горло, собираясь с мыслями, — почему бы тебе не найти другого? Который… который будет ходить с тобой в эти дурацкие приключения, как баран за пастухом, пихать… пихать себе инопланетные семена в жопу, или какой вы там сранью еще занимаетесь… Почему ты просто не найдешь себе более мягкотелого внука и не свалишь нахуй из нашего дома? Повисла долгая, звенящая тишина — а потом Рик неожиданно засмеялся. И имел наглость, протянув руку, попытаться взлохматить юноше волосы, от чего он с негодованием увернулся. — Нет уж, — тарелка пошла на снижение. — Я не ищу легких путей! Морти даже не успел осмыслить эту фразу, как корабль снова оказался припаркован — а он-то подумал, что уже летит домой! Увидев еще одну вывеску, на этот раз неоновую, он застонал. — "Жуткий Морти", ну что еще? Дом с привидениями для Морти, где этих ссыкух гоняют при помощи белых простыней? Или цирк уродов с особо примечательными экспонатами прыщавых лбов? Давай, удиви меня! — О, ты точно удивишься… И это правда оказалось так. — Один танец за десять, два за двадцать пять, — рекламировал себя Морти в строительной каске, кто-то рубился в игральные автоматы, иные, упившись водой, по стеночке ползли к выходу, а еще… Какой-то Рик в дорогом костюме, довольно посмеиваясь, засовывал купюры за резинку белья почти голого Морти, весьма характерно подпрыгивающего у него на коленях. — Не думай об этом, — сухо бросил Рик, таща его к барной стойке. Немыслимо! Как можно не думать о таком, когда прямо на твоих глазах… Эти Рики точно все больные!       Перед ним оказался стакан воды со льдом, что было весьма кстати — будучи далеко не паинькой, Морти все равно покраснел при виде других версий себя, так бесстыдно красующихся перед родными дедушками и, похоже, не видящих в этом ничего плохого… До чего додумался, гад — притащить его в такое место! Впрочем, сам ученый больше интересовался содержимым бара, чем раздетыми мальчишками вокруг, по крайней мере, хоть это радовало. Неожиданно выключился почти весь свет, все внимание оказалось направлено на самый большой шест в зале, и публика, до того занятая своими делами, начала оживленно переговариваться. На сцену вышел еще один Морти — очень необычный. Загорелая кожа, пышная грива высветленных волос, розовые очки со стеклами в виде сердец и меховая накидка, под которой его тело скрывали только крошечные плавки — все в нем было не так, как у других… Пожалуй, это был пока что единственный Морти, который бы ему понравился, если бы он увидел его в другом месте. Под первые аккорды музыки юный танцор схватился за полированное железо шеста, легко запрыгнул на него, прокрутился и плавно соскользнул на пол, не забыв дразняще вытянуть ножки в сторону зрительного зала, и, судя по сдавленным вздохам, это подействовало. Самые смелые Рики подобрались к сцене, глядя на этого Морти так, будто только присутствие рядом вышибалы удерживало их грязные ручонки при хозяевах, а тот только и рад был стараться, все соблазнительнее извиваясь вокруг шеста… Мерзость какая — крутить задом перед пускающими на тебя слюни старпедами! Он и сам не заметил, как залип на это действо с пересохшим горлом и позорным томлением чуть ниже живота. Кем бы ни был этот парень, он точно свое дело знал! — Майами, выходи за меня! — раздался пьяный выкрик из зала, на который стриптизер никак не отреагировал, собирая со сцены брошенные благодарной публикой деньги. Выступление закончилось, и бар вернулся к своей обычной жизни. Вернулись и они. Весь путь до дома Морти провел в задумчивости, осмысляя увиденное и услышанное, а потом к нему пришла идея. Такая гениальная идея, что хоть кричи "эврика!" Он внезапно понял, как устроить то самое, грандиозное представление и снова стать хозяином в доме. Мама точно не станет больше терпеть присутствия Рика, если обвинить его в сексуальных домогательствах по отношению к внуку!