Змей, дневник и потайной ход

      На платформу 9 ¾ я пришёл слегка заранее. Немного напряг память, я припомнил канон и пошёл искать вагон с новым учителем ЗОТИ — всё-таки интересно взглянуть на других персонажей в реальной жизни.       Из Франции я вернулся счастливый и с пустым кошельком. Но впереди ещё полгода и я успею поднакопить для взноса на экзамены. Приём заявок как раз начнётся в январе у Зельеваров и в марте у Артефакторов. Надеюсь за это время я наскребу нужную — немаленькую — сумму. Слава Богу, что в Хоге полный пансион и не надо ни о чём задумываться.       За чтением очередной заумной мути, я и не заметил, как поезд тронулся. Я обратил на это внимание только тогда, когда в купе просунулась пара лохматых голов. Никакой символики Слизерина на мне пока не было, так что дети спокойно расселись в купе. Гарри Поттер за лето не шибко-то изменился, может только вытянулся слегка, а вот на Рона с Гермионой было интересно взглянуть.       — Кто это? — спросил Рон, глядя на спящего мужчину.       Хоть Ремус Люпин и выглядел потрёпанно, но я чувствовал его немаленькую силу.       — Профессор Люпин, — ответил я.       Трио начало переглядываться, а Поттер ещё и поглядывал на меня подозрительно.       — А ты?..       — Томас, — ответил я на незаданный вопрос Гермионы.       Гарри вздрогнул, и в его глазах отразилось понимание, но он ничего говорить не стал. Интересно, как он будет всем доказывать, что я Тёмный Лорд? Томасов полным полно, Анастас — это не Марволо, а про псевдо-фамилию ему вряд ли кто скажет.       Тем временем Гермиона представила себя и мальчишек. Я кивнул ей и вернулся к чтению. Володя был настоящим параноиком и постоянно мониторил округу, так что одновременно читать и мельком наблюдать за купе было просто.       — А на каком языке ты читаешь? — через какое-то время не выдержала Грейнджер.       Сначала я не понял, как она поняла, что читаю я не на английском, но потом взглянул на книгу. Точно, на обложке много разных слов, которые, видимо, наша всезнайка не смогла понять.       — На русском, — ответил я.       — Ты знаешь русский?       — А также французский, итальянский и немного немецкий.       Рыжий отчетливо фыркнул.       Как показала практика — окклюменция очень помогает при нападении дементора, тот просто не смог вытащить наружу плохих воспоминаний из-под щита. Так что на ужин я пришёл чуть ли не самый бодрый.       Слизеринцы с интересом посматривали на меня, но на мне красовался герб их факультета, так что никакого негатива с их стороны не было. Я пристроился к своим ровесникам и осмотрел остальные столы, но из всей толпы я узнал только Луну и Рона, который был без своих друзей.       Распределение прошло, и на столах появилась еда. Ну наконец-то!       — Так ты и есть тот самый новенький? — обратился парень напротив, и я поднял глаза. — Кристофер Бёрк, староста факультета.       - Томас Андерсон, — ответил я.       — Андерсон? — с намёком протянул он.       — Это псевдоним       Парень понимающе кивнул.       — Так откуда ты к нам приехал? — спросила какая-то девушка по соседству.       — О, где я этим летом только не был: и во Франции, и в Италии, и в России, и в Швейцарии! — улыбнулся я.       Вот сидите теперь и думайте, откуда я. Такой список стран похож на заметание следов, да ещё и псевдоним. А то что в списке Россия — единственная закрытая страна, наведёт всех на определённые мысли. Гихи.       В гостиной факультета мы все расселись ждать декана с приветственной речью. Тот вскоре пришёл и стал вещать про единство факультета перед общим врагом, после чего представил меня.       — Ничего не хотите сказать, мистер Андерсон?       Я на какое-то мгновение растерялся, после чего приветливо улыбнулся.       — Не трогайте мои вещи — они прокляты.       — Прокляты? — спросил кто-то из младших курсов.       — Вы умрете через сутки мучительной смертью, — и бесящую улыбочку.       — Мистер Андерсон! — возмутился Снейп.       — Хочешь мира — готовься к войне, — разводя руками, сказал я на русском.       Меня никто не понял, что только улучшило моё настроение.       Первым же уроком (на самом деле вторым, первым шла История Магии) нам поставили сдвоенную пару зельеваренья с грифами. Пришлось отложить книжку «по внеклассному чтению», всё-таки это не тот урок, где можно отвлекаться.       В классе зельеваренья все слизеринцы уже успели расположиться, а вот грифов было всего несколько человек. Я осмотрелся. Для этого урока нужно работать в паре, но все змеёныши уже рассажены по парам, и для меня никого не осталось.       — Здесь не занято? — спросил я у какой-то гриффиндорки, которая сидела одна за предпоследней партой.       Девушка удивлённо на меня посмотрела, но отрицательно покачала головой, и я плюхнулся на соседний стул.       — Томас. Новенький, — представился я.       — Люси, — неуверенно сказала та.       Вместе со звонком в класс ворвались двое рыжих парней и уселись прямо позади нас. Так значит мы с близнецами учимся в одном классе. Интересно. Очень интересно. (Я попытался удержать предвкушающую ухмылку)       В класс эффектно ворвался Ужас, летящий на крыльях ночи.       После небольшой лекции, Снейп дал нам тест до конца урока, который лично у меня не вызвал никаких проблем. Вторым уроком он дал нам зелье из прошлогоднего курса. Моя соседка с какой-то обречённостью смотрела на всякие лапки, стручки и бобы, так что я поступил как джентльмен и предложил ей взять подготовку ингредиентов на себя, а самой бдеть над котлом. Люси облегченно вздохнула и согласилась.       Но не смотря на это, зелье у нас получилось средненькое — всё-таки Люси себя чувствовала очень неуверенно перед котлом, и руки у неё постоянно дрожали.       До конца урока оставалось ещё несколько минут, и я решил не упускать свой шанс. Я повернулся назад.       — Так вы те самые близнецы Уизли? — спросил я.       — Слышал о нас? — спросил один их них.       — Может встретимся после уроков? У меня для вас есть одно предложение.       Парни переглянулись.       — Какое предложение?       — Деловое, — с нажимом сказал я.       — Мы найдем тебя после ужина.       Прозвенел колокол, и рыжие первые сбежали из класса.       Найдёте меня, значит?       После уроков я сходил на кухню поесть, после чего пошёл искать себе какое-нибудь пристанище. В безлюдном коридоре на пятом этаже я нашёл широкое окно с отличным видом на хмурое небо и парящих в далеке стражников Азкабана. Красота! Именно на это окно я и уселся.       Ни на какой ужин я, конечно, не пошёл, я вообще сидел на этом подоконнике, уткнувшись в книгу, периодически обновляя чары. Так что когда ко мне подошли Фред и Джордж, всё моё тело затекло, и мне потребовалась минутка, чтобы разогнуться и провести физминутку.       — Так что за предложение? — спросил Фред (я не удержался и смухлевал — с легилименцией определить, кто есть кто, куда проще).       Я окружил нас парочкой заглушающих заклинаний, после чего решил начать.       — Вы не думали открыть свой магазин приколов? — сразу же начал я. Парни этого явно не ожидали. — Только подумайте, откусываешь конфету, и у тебя сразу кровь из носа, откусываешь с другой стороны — и она останавливается. Так ведь можно сбегать с уроков! А представьте, что, на конфете ваш логотип… Я бы мог вложиться в вас, помочь с деньгами, а вы бы занялись разработками. Сейчас, пока мы в школе, можно понять, что может иметь больший спрос, а что может стать эксклюзивным предложением!       Я попытался включить на полную всю Володькину харизму, чтобы убедить близнецов. И после ещё нескольких предложений я замолчал, давая им время на переглядки.       — А какой прок будешь иметь с этого ты?       — И почему бы тебе самому этим не заняться?       Я шумно вздохнул.       — На самом деле я хочу стать стать двойным Мастером, Зельеваром и Артефактором. И хотелось бы иметь свой магазинчик, где бы я смог продавать свой товар. Но сейчас все мои силы направлены на учёбу, и у меня просто не хватит сил ещё и на это.       — Двойной…       -…Мастер?       — О, я даже поспорил со Снейпом, что стану самым молодым двойным Мастером!       — Да ты шутишь!       — На что спорили?!       — На бутылку виски.       — Офигеть, — в унисон.       Я не смог сдержать смешка.       — И ты так просто дашь нам деньги? — с подозрением спросил Фред.       — Ну сейчас мы можем обменяться клятвами, а когда всем исполнится по семнадцать, заключим договор по всем правилам.       Видя, что близнецы сомневаются, я порылся в рюкзаке и достал пергамент.       — Здесь тексты клятв. Можете подумать несколько дней, прикинуть варианты. Рыжие поколебались немного, но взяли свиток и отчалили в неизвестном направлении. Я же уселся обратно дочитывать главу       Фред и Джордж выловили меня буквально на следующий день у того же окна.       — Что значит «под псевдонимом Андерсон»?       Ну, к такому вопросу я был готов.       — Я прошёл ритуал Псевдонима, чтобы скрыть свою настоящую фамилию — она очень известна.       — Прааавда? — на лицах близнецов появились заговорческие улыбки.       — Назваться я не могу — слетит ритуал.       — А намекнуть?       Я не удержался и закатил глаза.       — Только под клятву о неразглашении.       Фред и Джордж переглянулись, но настаивать не стали. Зато согласились на сотрудничество, так что мы быстренько обменялись клятвами.       — Сейчас у меня с собой денег нет, но я в ближайшее время схожу в банк, — сказал я им.       Где взять деньги, я знал. Саша буквально вчера первый раз линяла (на самом деле второй — первый был перед тем как она стала фамильярм, но та шкура растворилась в неизвестности), так что можно запросто её продать (сгонять что ли в Россию?).       Вообще, как я узнавал, первые пару лет она будет линять каждый месяц, а потом чем старше — тем реже. Вот Сеша, например, линяет раз в пятьдесят лет. Следующий раз как раз в ближайшие пару лет.       Саша очень любит устроиться у меня под боком, поближе к человеческому теплу. То, что её заметят, я не волновался. Сейчас она совсем маленькая — даже один раз обернуться вокруг моего туловища ещё не может — и похожа на садового удава. Я даже уточнял в правилах Хога — фамильяром может быть любое животное.       Долго я не думал — сразу же отправился в Министерство (сбежать из школы как-то слишком легко). Там на меня косо посмотрели, но сказали, что порт-ключ в Россию будет сделан к понедельнику. Вот и славно.       В пятницу после ужина я целенаправленно пошёл в Выручай-комнату — на неё у меня были не просто большие, огромные планы. Путём различных экспериментов я выяснил, что комната может создать ингредиенты для зелий и болванки для артефактов, и с ними даже можно работать. Да, всё это было качественной иллюзией, которую нельзя выносить из комнаты, но для набивания руки это самое то. Да и мои расходы сократятся: не надо будет тратиться на материалы, которые не факт, что окупятся.       Закончил всякие эксперименты с комнатой я уже глубокой ночью, но ложиться спать я и не собирался.       — Дибни!       Домовик, как и всегда, появился с хлопком.       — Звали, хозяин, сэр?       — Фред и Джордж Уизли, 5 курс гриффиндора. У них должна быть запароленная карта Хогвартса. Принеси, — и дал домовику отмашку.       Да, Карта. Не то чтобы мне надо было за кем-то следить, или вызнавать потайные ходы, но мне тут три года учиться — случиться может всякое!       Дибни появился со сложенным пергаментом в руках, который я взял и начал рассматривать. Я не собираюсь его вот так втихаря красть — я собираюсь его скопировать. И улучшить. В конце концов, у меня доступ куда больше, чем у рядового ученика. Например, на данный момент, я единственный, кто без проблем может попасть в ритуальный зал Хогвартса. Даже директор этого не может.       Следующие несколько часов я потратил на создание своей, улучшенной, версии Карты. Выручай-комната в этом мне здорово помогла, подстраиваясь под мои нужды. Без неё мне и недели бы не хватило.       Отдав распоряжение Дибни вернуть Карту на место, я тут же завалился спать. Проспал я всего пару часов. Хотелось ещё поспать, но выходные не резиновые. Так что я взял себя в руки и попросил домовика отправить меня поглубже в лес, к змеям. Осень — время плодов и урожая.       Далеко не всё змеи могли утащить у себя во рту, не повреждая, так что мне тоже пришлось полазить по кустам. Потом пришлось приводить себя в божеский вид и ходить по аптекам и лавкам продавать. Кое-что я придерживал — в России можно продать и подороже.       В понедельник пришлось сбежать с последних двух уроков, чтобы прибыть в Москву не очень поздно — разницу во времени ещё никто не отменял. После продажи всего, что можно, я пошёл узнавать, можно ли сделать многоразовый порт-ключ в Россию — заманаюсь же каждый месяц сюда добираться. Пришлось выложить половину дохода с продажи шкуры. Эх.       Уже на следующий день я отыскал близнецов и вручил им мешочек с золотыми и свиток.       — Что это? — спросили они.       — Ну я тут накидал список всяких приколов и забав, вдруг вам что-нибудь понравится и вы возьмётесь за разработку.       Чтобы составить этот список, мне пришлось не хило так припомнить канон и фанон.       Учёба вошла в свою колею, к которой я максимально эффективно приспособился. На уроках я изучал теорию по книгам, мало обращая внимания на учителей. Если требовалось выполнить практическое задание, я буквально с первой попытки всё выполнял и возвращался к книгам. Исключение составлял разве что урок ЗОТИ — по программе мы проходим защитные и атакующие, и учитель проводит минидуэли, которые я самозабвенно игнорирую, тихонечко сидя у стенки и читая за защитным куполом. Всё равно эти занятия мне ничего нового не сообщат.       Всякие эссе я писал буквально на коленке на перемене сразу после урока. Обычно получалось всего пара абзацев сжатого материала — тратить время на километровые свитки я не хотел. Хотя и тут было исключение. Так уж получилось, что урок истории поставили прямо перед зельеварением, и ради забавы я придумал игру «напиши эссе как можно длиннее за один урок». Учитывая то, что я непризнанный Мастер и пишу обычной шариковой ручкой (перья, психанув, я выкинул уже через неделю пользования), эссе по зельям у меня выходили длинные, почти как в мультиках, где свитки разворачивались на несколько метров.       После уроков я обычно шёл в Выручай-комнату и приступал к практике. И если с зельями всё было отлично, то над артефакторикой приходилось трудиться в поте лица, но я не отчаивался. Периодически, когда все эти книжки надоедали, я просил Выручай-комнату создать голема, с которым самозабвенно устраивал дуэли. Неплохой способ отвлечься.       Конечно по ходу дела возникали проблемы, о которых не задумываешься заранее. Так например, испарения зелий, которые портили волосы. Ни лысеть, ни ходить с волосами, смазанными жиром, не хотелось — мне нравились мои волосы. Но всё гениальное просто — я надел плавательную шапочку. Может и выглядит глупо, но мне насрать. Тем более так точно никакой волос в зелье не попадет.       Часто, когда я был в Выручай-комнате, я сажал на какой-нибудь стул Сашу и разговаривал с ней сразу на трёх языках, уча её понимать английский и русский, заодно обучая её всякому-разному. Да и вслух думается лучше.       В школе начало холодать, и учитывая то, что никакие согревающие чары не помогали — это было воздействие дементора. Так что, когда я в очередной раз навестил Сешу, решил всё-таки попробовать чары патронуса — в Тайной Комнате воздействие дементоров совсем не ощущалось.       Когда ты окклюмент, работать с воспоминаниями куда проще, а если учесть, что я ещё и сильный обученный маг… В общем, заклинание не стало для меня проблемой — всего каких-то пара часов. А Володька не додумался использовать окклюменцию, чтобы вызвать патронуса. Сам себе враг.       К моему удивлению, моим патронусом оказался вовсе не василиск (а я так надеялся!) и даже не змея. Дракон. Чёртов гигантский Дракон. Даже больше Сеши.       Я не поленился и сходил в школьную библиотеку, чтобы уточнить вид — я его хорошо разглядел. И знаете какой дракон у меня оказался?       Венгерская хвосторога!       Интересно, это наверху у кого-то такое чувство юмора или это Знак Свыше?       Было начало октября. Я уже третий день всё не могу закончить артефакт — чары просто отказывались ложиться, и я не понимал в чём дело. Так что после уроков я собирался сразу сбежать в Выручай-комнату и как следует там всё погромить — сбросить пар. Но профессор нумерологии попросила меня задержаться, после чего повела в неизвестном направлении.       Судя по количеству учителей на квадратный метр, меня привели в учительскую. Тут кажется собрались почти все учителя, у которых я обучаюсь, не хватало только Бинса и Синистры (та, наверное, опять отсыпается после ночного занятия).       Видимо меня собрались ругать… А разве сначала декан не должен меня наставить на путь истинный в частном порядке? Ну, хорошо хоть директора нет.       — Что это такое?       Снейп указал на кучку обрывков пергамента, в которых я узнал свои эссе.       И понеслось! Мне припомнили и неработу на уроках, и шляние неизвестно где и в дневное, и в ночное время, и даже «с таким отношением вы не то что Мастером… вы и СОВ не сдадите!»       Я попытался как-то отрешиться от мира и пропустить весь этот ор мимо себя. Как назло Саша бросила меня — уползла линять. И в Выручай-комнату я, видимо, сегодня не попаду. Хотя мне уже начало надоедать драться с големом, он всё-таки не живой человек.       Я оглядел безразличным взглядом учителей и зацепился взглядом на непривычно сердитого Флитвика. Многократный чемпион дуэлинга, да?       — Профессор Флитвик, а можно вас вызвать на учебную дуэль? — сказал я в паузу.       На какую-то минуту в учительской установилась звенящая тишина.       — Мистер Андерсон, вы отказываетесь наколдовать даже обычное обезоруживающие и думаете, что сможете что-то противопоставить Филиусу?!       Ой, что-то Люпин какой-то злой. Достал на всякий случай лунный календарь и проверил. А, нет, ложная тревога, до полнолуния ещё есть время.       — Что это у вас в руках, мистер Андерсон? — тут же спросила МакГонагал.       — Э… лунный календарь?       О, как все сразу же сбледнули. Нехуй меня от важных дел отвлекать.       — Вы хотите учебную дуэль, мистер Андерсон? — и посмотрел на меня таким цепким взглядом, сразу поверил, что в роду гоблины были.       — Вы же не серьезно, Филиус, — воскликнула Спраут.       — Тут неподалёку есть как раз подходящий кабинет… Северус, окажи услугу, побудь судьёй.       А классно Флитвик всё-таки тему перевёл.       Мы всей процессией зашли в ближайший заброшенный кабинет. Одним взмахом палочки всё барахло отъехало к стенкам, куда-то туда же я кинул сумку и мантию. Насколько я помню по дуэльному Кодексу, дуэль проходит с оголённым торсом, но профессор тоже снял только верхнюю мантию.       — Посмотрим, сколько вы продержитесь, мистер Андерсон, — желчно сказал Снейп и наколдовал циферблат.       Мы стали на позиции и поклонились.       Флитвик ударил первым простым, хоть и невербальным, школьным заклятием, я так же молча его отбил. И понеслось…       Я пытался применить на практике всё, что знал. Чары, темные и светлые проклятья, боевая трансфигурация, мешал простейшие заклинания с высшими чарами, но профессор легко отбивался и контратаковал. Несколько раз я смог отбиться только благодаря умению считывать поверхностные мысли, пусть мысли опережали действия всего на долю секунды, но мне этого хватало. Мир сузился до небольшой полоски пространства между мной и Флитвиком.       Дыхание сбилось, я лишь на секунду замешкался, но этого хватило, чтобы попасть в меня каким-то режущим. Понимая, что я уже проиграл, позволил себе упасть на спину. Я чувствовал, как кровь пропитывает рубашку в области плеча, но боли не чувствовал — адреналин, наверное. Взгляд непроизвольно зацепился за мигающий циферблат: 22 минуты. Плохо. Я, в конце концов, не самый слабый волшебник, а так быстро выдохся. Надо было больше контролю уделять, а не пытаться продавить мощью.       — Ну конечно! — воскликнул я, вскакивая. — Спасибо, профессор Флитвик, вы мне очень помогли! — и я помчался в сторону двери.       Контроль, вот чего мне не хватало!       — Стой, дрянной мальчишка, ты же ранен! — донесся до меня крик Снейпа, но я уже был далеко.       К чёрту рану!       Учителя ко мне больше не цеплялись, видимо поняв, что я достаточно подкован. Правда Люпин вообще стал меня игнорировать и отходить подальше, но мне было пофиг — я тренировал контроль.       А вот профессор Флитвик после первого же урока чар попросил меня задержаться. Он похвалил мои дуэльные навыки и предложил позаниматься со мной в частном порядке, всего по одному часовому уроку в неделю. Подумав, я согласился, а то как не Тёмный Лорд, а позорище. Да и дуэли отлично прочищают мозги.       На очередном одиночном уроке зельев Снейп неожиданно дал контрольную на весь урок. Но мне, если честно, было не до тестов — в двух книгах по артефакторике — русской и итальянской — я нашёл противоречие, и теперь пытался разобраться, что, почему и как. Так что закончив работу минут за десять (вопросы были средней паршивости, но я всё равно сделал тяп-ляп), я положил перед собой две эти книги и пытался понять, какой из них можно доверять больше.       — Вы закончили, мистер Андерсон? — раздалось у меня за спиной, но я даже не вздрогнул.       — Ага, — глухо сказал я.       При гриффиндорцах он, конечно же, ничего говорить не стал, но после звонка попросил меня задержаться. Я обреченно вздохнул. Интересно, кто меня задержит в следующий раз? МакГонагал? Спраут? Точно не Люпин.       — Я заметил, что вы читали на уроке неположенную литературу, причем на двух языках одновременно. Итальянский и русский, верно? Вы так хорошо их знаете, раз так свободно читаете?       Ой, что-то мне это не нравиться.       — Русский я знаю получше, но и итальянский неплохо, — ответил я.       Снейп облокотился спиной на свой стол и внимательно-внимательно на меня посмотрел.       — У меня есть одна старая книга на русском… Самому мне перевести не удалось, а русскоговорящих волшебников в Англии не найдешь… Не хотите взяться за перевод?       — Нет. Точно нет, — сразу же ответил я. — У меня летом экзамены, мне некогда еще и переводом заниматься.       Снейп скривился.       — То есть всё своё свободное время вы тратите на учёбу?       — Конечно.       — И четыре строчки в прошлом эссе по трансфигурации — ваша подготовка к экзаменам?       — Очевидно же.       Снейп уставился непроницаемым взглядом мне в глаза. Залезть ко мне в голову он не пытался, но поверхностные мысли можно читать и незаметно, так что я на всякий случай выставил перед щитом картинку спаривающихся собак. Снейп скривился и отвел взгляд. Получи фашист гранату!       — Я освобожу вас от домашних заданий.       — Нет.       — Вы будете переводить на моём уроке.       — Попробуйте в следующем году.       Приближался Хэллоуин, к которому я готовился со всей тщательностью. По всем расчетам выходило, что оптимальное время для ритуала прикрепления души к телу — ночь с тридцатого на тридцать первое октября, перед самым праздником. И чтобы нормально его провести, мне нельзя было есть три дня перед ритуалом — только вода, только хардкор. Очень помогало то, что у Регулуса была Метка, и он считается моим вассалом, без этого было бы совсем тяжко.       Соседи уже привыкли к тому, что я могу вернуться в спальню поздно или не придти ночевать вообще, так что с этим никаких проблем не было. А наличие домовиков очень упрощало подготовку к ритуалу. И в нужное время инфернал спокойненько лежал на алтарном камне Хогвартса. Через три часа и две мёртвые курицы (бедный Хагрид, ему опять куриц докупать нужно) ритуал был успешно закончен. Регулусу, конечно, предстоит долгая реабилитация, но и этого могло не быть.       Утром тридцать первого я был слишком сонным, так что не было странно, что у дверей в Большой Зал я с кем-то столкнулся. Этим кем-то оказалась Луна, и хоть лицо у неё было как всегда отстранённое, то в поверхностных мыслях чувствовалось лёгкое недовольство.       У тебя много мозгошмыгов, — честно, чувствовал себя шпионом, говоря это.       — У меня не получается одно заклинание по трансфигурации, — правильно поняла меня Луна. Говорю же, она — умничка.       — Тебе помочь? — зевая, спросил я.       — Было бы здорово.       — Пошли.       И я направился в сторону когтевранского стола.       — Что, прямо сейчас?       Я уселся среди мелкоты и оглядел стол. Есть не очень-то хотелось.       — А чего тянуть-то?       Я всё-таки взял кусок хлеба и зачерпнул им каши, после чего откусил сразу полкуска.       — Я весь во внимании.       Луна вздохнула и достала палочку, я с ленцой за ней наблюдал, как и мелкота рядом.       — Ты слишком сильно отводишь руку вбок и магию подаёшь ровным потоком, а надо резко, импульсом.       Я превратил кусок хлеба в крысу и кивнул на неё, мол, пробуй. Со второй попытки у Луны получилось превратить её в кубок.       — Извините, — пропищал какой-то мальчик напротив. — Вы бы не могли мне помочь мне с чарами левитации?       Настроение у меня было на удивление благодушное, так что я ему положительно кивнул и зачерпнул ещё каши.       Не прошло и десяти минут, как к нашей слегка возросшей компании подошла девушка со значком «Староста Школы» на мантии. Пенелопа вроде?       — Это стол Когтеврана, а не Слизерина. Что ты здесь делаешь?       — Он помог мне с чарами!       — А мне с ЗОТИ!       — А Лавгуд с трансфигурацией, — загомонили дети.       Староста удивленно посмотрела, но потом усмехнулась.       — Может ты и мне с нумерологией поможешь.       — Давай, — кивнул я.       Девушка достала свиток с заданием и протянула мне. Я пробежался мельком по написанному и отметил галочкой ошибки.       — Это ведь материал седьмого курса! — удивленно сказала она, просматривая мои пометки.       Я лишь пожал плечами. Устроить что ли выходной в честь праздника?       Этой ночью меня так никто и не смог разбудить, чтобы сообщить новость, что Сириус Блэк проник в Хогвартс. А всё потому, что моя защита получше, чем у некоторых.       С того праздника завелась маленькая традиция подходить ко мне во время еды и просить помощи с уроками. Я не отказывал. Да и люди особо не наглели — на регулярной основе подходили только первые два курса, те, кто постарше, только если случался прям аврал. Так что несмотря на то, что я на публике не появлялся, меня знали все. Правда регулярно я приходил только на завтраки из-за почты (кроме «Пророка» я выписывал еще «Вестник зельевара» и «Новинки артефакторики»), редко ходил на обеды и никогда — на ужины. Зачем, если у тебя есть личный домовик?       На очередном завтраке ко мне подсел староста, Бёрк вроде, и протянул мне свиток.       — Что это?       — Это от декана, — я вопросительно взглянул. — Назначили время консультаций на счет профессий. А тебя как всегда в гостиной не встретишь, так что Снейп просил передать.       Я понятливо кивнул и развернул свиток. Отлично, гербологию можно прогулять — всё равно в такую мерзкую погоду выходить на улицу не хочется. Да и влияние дементоров там ощущается сильнее.       — Томми! — крикнули мне сразу в оба уха.       — Ты ведь разбираешься…       — … в рунах?       Я закатил глаза и взял свиток у Одинаковых с лица. Так-так-так, а ведь это не школьная программа. Видимо, новая разработка.       — Кстати, наши первачки…       — …тоже хотят попасть на…       — … «урок на завтрак»…       — …но боятся, что ты не поможешь им…       — … из-за межфакультетской вражды.       Я нашёл свободное место на пергаменте и стал переписывать туда правильную цепочку рун. — Скажите, чтоб не боялись — я кусаюсь только в сексе, — фраза сорвалась как-то произвольно.       Близнецы заржали, а вот сидящие рядом слизеринцы разфыркались. Ну и пожалуйста!       Я скосил глаза на рыжих и достал из рюкзака стекляшку, завёрнутую в тряпку, которую я передал Фреду.       — Что это?       — Сквозное зеркало. Второе у меня. Вы мне скоро можете понадобиться, так что будьте на связи.       Да, надо бы уже заняться разработкой собственных зелья и артефакта. Близнецы как раз помогут с тестированием.       — Ты правда будешь помогать грифам? — спросил Бёрк после того, как близнецы убежали.       — Законом не запрещено, — пожал плечами я.       Зеркала я, кстати, сам зачаровывал.       Я постучал в кабинет Снейпа и, дождавшись разрешения, зашёл. На меня посмотрели усталые глаза. Точно, скоро полнолуние, Снейп, наверное, над зельем всю ночь работал.       — Вы всё еще хотите стать двойным Мастером, — спросил он после того, как я уселся напротив.       — Конечно!       — Может станете боевиком — Филиус от вас в восторге? Или учителем — первокурсники только о вас и говорят?       — Может после того, как получу Мастерство…       Снейп откинулся на спинку стула и устало потёр переносицу.       — Вам, наверное, нужно рассказать способы получения Мастерства.       В мозгу что-то кольнуло.       — А вы не подскажете имя самого молодого Мастера Зельеварения?       Профессор внимательно на меня посмотрел.       — Северус Снейп.       Как-то все неожиданно заговорили о квиддиче — приближался первый матч. Идти на него у меня желания не было, так что я решил сгонять в Россию и продать две сброшенные шкуры Саши.