Змей, дневник и потайной ход

В субботу, в день матча, я решил даже не появляться на завтраке — всё равно у всех мысли только об игре, и вряд ли кто-то придет ко мне за помощью по домашке. Так что ранним утром я покинул школу и отправился в Россию. Погодка там, в отличии от Хогвартса, была преотличная (еще бы в Хоге была хорошая погода, с таким-то количеством дементоров) и на торговых улочках было уже достаточно много людей. А уж в знакомых мне магазинчиках, где я сбывал шкуру и яд, меня встретили как родного. Поторговавшись чутка, я сбыл свои небольшие запасы и побрел в книжный. Лечение Регулуса застопорилось, той литературы, что была у меня на руках и могли предоставить Хогвартс и Выручайка, явно не хватало и нужно было искать дополнительные источники знаний. Да и осложняло лечение то, что Регулус был чистокровным в хер знает каком поколении и на нем висело парочка сложных родовых проклятий. Так что Регулус вроде и жив, но из могилы еще полностью не выбрался. Быстро пройдясь по книжным, я засел в любимом кафе Руслана и заказал парочку классических десертов «из детства» и с ностальгией за них взялся. К сожалению в Хогвартсе стало слишком холодно, и василиски ушли в спячку, так что в ближайшее время мне их яда не видать. Да и без Саши совсем скучно стало в Выручайке, даже поговорить не с кем. Вернулся я в школу без проблем — тут и там слышались шепотки о том, что произошло во время матча, и на меня всем было плевать. Ну а я взялся за новые книжки. Пока комплекс чар и зелий не особо помогал Регулусу, так что я всё больше уверялся в том, что придется прибегнуть к какому-нибудь нелегкому ритуалу. Помучившись над этой проблемой еще с недельку, я-таки откопал ритуал Обновления и стал двигаться в этом направлении. Расчеты были не особо сложными, ингредиенты по большей части тоже проблем не вызывали. Кроме одного. Но для этого я вооружился Картой и пошел искать одну блондинку. Луну я нашел в дальней части библиотеки, где она писала эссе странным на вид пером. Я подсел к ней и наколдовал вокруг нас парочку чар против подслушки. Луна с интересом на меня посмотрела. — Помоги по-дружески, а? Мне немного твоей крови надо. Луна по-птичьи склонила голову на бок, но ничего не сказала, ожидая продолжения. — Одному моему другу нужна помощь. Для ритуала нужна кровь девственницы-волшебницы. Я готов дать все нужные клятвы, и на тебе это никак не скажется! Луна какое-то время расфокусированным взглядом смотрела в пространство, явно обдумывая мою просьбу. — Хорошо, — вскоре кивнула та. — Но ты будешь каждое утро заплетать меня, — сказала она и улыбнулась своей мечтательной улыбкой. Я не смог сдержать ухмылку. — Как долго? — До конца учебного года. — Договорились! С тех пор я каждое утро приходил пораньше в гостиную Ровейнкло и под скептичные взгляды учеников вручную расчесывал и заплетал одну хитрую второкурсницу. Зимнее солнцестояние выпало на учебный день, так что пришлось опять слинять с последних уроков, чтоб подготовить всё для ритуала. Был некоторый мандраж, ведь ритуал не был из разряда простых, но на удивление всё прошло хорошо, и Регулус стал выглядеть как человек, хоть и ослабленный долгой болезнью. Но с этим уже можно было работать зельями и чарами. Прошли Ново… Кхм… Рождественские каникулы. За это время я окончательно уверился в нужности математической основы для зелий и артефактов. Так в зельеварении очень пригодилась алгебра для всяких пропорций и околохимических задач на всякие массовые доли. В Артефакторике же больше пригодились геометрия и стереометрия для плетения чар. Это, кстати, и послужило тому, что на Мастеров Зельеварения и Артефакторики так долго учатся (в среднем от 3-х до 10-и лет). В магических школах (по крайней мере в Европе, как на счет других стран — не знаю) математике либо не уделяют внимания вообще, либо обучают на уровне простейшей арифметики. И когда люди идут обучаться на Мастера, никто не учит этому отдельно, пытаясь чему-то научить либо методом проб и ошибок, либо чисто практически, мало уделяя место теории. В медицине тоже всё удавалось на диво просто. Нет, взмахом палочки я не могу вылечить Драконью Оспу, но Регулус дал мне обширную практику: зелья, диагностика, контрпроклятья. Правда я его пока держу в коме — рисковать пока не хочется. Но уже в середине февраля я его собираюсь будить. Снейп (по науськиванию профессоров — не иначе) ещё пару раз пытался вразумить меня, но после того, как я лучше всех сдал полугодовые срезы — отстал, но внимательно следил за мной на уроках. А вот нечего было у меня книжку из рук вырывать! Случилось это так. После первого в этом году матча по квиддичу, на который прилетел десяток другой дементоров, декан собрал нас в гостиной и стал выдавать ЦУ. Меня этот разговор не интересовал — на матче я не был, в Хогсмид я всё равно не хожу (зачем? Я могу сгонять хоть в Лондон, хоть в Россию и никто этого и не заметит), а сидел я вместе со всеми в гостиной для галочки, читал книгу. Снейпу такое пренебрежение к своей сияющей персоне не понравилось — выхватил книгу и начал орать. Но не прошло и нескольких секунд, как в припадке упал плашмя, пена изо рта, глаза закатывает. Красавец! В гостиной тут же стало тихо, все не скрываясь уставились на меня и не думая помочь. — А я ведь предупреждал, — сказал я тогда. Ну и начал снимать со Снейпа проклятье, ещё и зельями напоил, а он, неблагодарный, до конца семестра на отработки загнал. Будто бы и без этого у меня времени было в обрез. Близился февраль, и я начал разрабатывать свои артефакт и зелье. На первый раз я решил придумать что-нибудь такое, что будет не жалко, если спиздят. Меня ведь могут целенаправленно завалить — у меня нет связей и кучи денег, да и возрастом не вышел. Так что я решил перебздеть (или это паранойя Володьки на мне сказывается?). Какой артефакт я буду делать, я решил сразу (в этом мне очень помог фанон), а вот над зельем пришлось подумать. Кстати, мне очень помогли не только близнецы, но и Луна. Так уж получилось, что раз в неделю мы начали собираться в пустом классе и придумывать всякие модернизации и шалости. Фред и Джордж в шутку называли Луну своей Музой, а та и была рада — на своём факультете к ней относились не очень, хотя после того, как я стал захаживать к ней по утрам, то от девочки отстали. Близнецам же я тоже периодически скидывал всякие рецепты зелий, которые можно неплохо раскрутить в индустрии шалостей. А вот на счет зелья я думал долго: всё, что приходило в голову, было слишком масштабным. В голову ничего попроще не лезло, а время-то тикало. Не меньшей проблемой был и Регулус. Его бы уже пора выводить из искусственной комы, но я всё тянул, не зная, что с ним делать и как себя вести. Представиться Волан-де-мортом? Так парень-то сразу обделается, ведь он спер Володькину игрушку. Представиться колдомедиком? Так не поверит же — слишком уж я молод. Сказать, что я его героически спас и выходил? Так мигом же попросится на волю. А это он ещё не знает, что проспал — назовём это так — почти полтора десятка лет. Когда держать в коме уже нельзя было, я психанул и поступил куда проще. Положил на стол несколько пачек газет за последние пятнадцать лет (точную дату «пропажи» Регулуса я не знаю, так что решил перебздеть) и дал домовушке разнарядку следить за режимом Регулуса. Надеюсь ему весело будет читать о падении Володи, заключении брата в тюрьму, смерти матушки и побеге из Азкабана… Я привычно рухнул на стул после выматывающей дуэли с Флитвиком, а передо мной как всегда появился кубок с холодной водой. Сегодня мы тренировали зеркальные щиты, и профессор показал пару неплохих уловок. — Мистер Андерсон, а не хотите поучаствовать в дуэльном чемпионате? Я удивленно посмотрел на профессора, мысленно радуясь, что уже отставил кубок — непременно бы подавился. — Простите? — Негоже зарывать такой талант в землю. Я растерянно огляделся — как-то не задумывался я о карьере дуэлянта. Это так, способ расслабиться, сбросить напряжение и очистить голову. А тут такое… Ещё и Флитвик так понимающе, с плохо спрятанным весельем, смотрит на меня. — Э, да, наверное, — промямлил в итоге я. — Знаете… — протянул он якобы задумчиво. — Этим летом я буду судить чемпионат во Франции и думаю, смогу вписать ваше имя в списки участников. — А разве так можно? Флитвик добродушно усмехнулся и сел напротив на наколдованный стул. — На самом деле это обычная практика. Сильными дуэлянтами становятся в основном те, кто уже не один год участвует, и свежей крови почти нет. Самостоятельно приходят в основном самоуверенные идиоты и надолго не задерживаются. Соревноваться с одними и теми же лицами в конце концов надоедает, и единственный способ пополнить наши ряды — пропихнуть «по блату» неплохого дуэлянта. — Звучит здраво, — задумчиво сказал я. — А когда начинается? И сколько идёт по времени? — На самом деле точной даты начала ещё нет, известно, что где-то в середине июля. Чемпионат идет обычно полторы-две недели, в зависимости от обстоятельств. Затягивать на несколько месяцев невыгодно, в конце концов, у участников есть и основные работы, помимо дуэлей. Я не знал, что и думать. Конечно, классно было бы узнать, насколько я хорош против кого-то кроме старого школьного учителя. Но, блин, у меня лето и так загружено! Конечно, между экзаменами на Мастера есть промежуток в три-четыре недели, но загружать себя ещё одним почти-экзаменом? Мне-то уже сейчас времени не хватает… Но, чёрт, попробовать тоже хочется. Да и потом, когда ещё подвернётся такой шанс? — Понимаете, профессор… Я бы очень хотел попробовать, но у меня кое-что запланировано на лето, и я не знаю, успею ли я прибыть во Францию. Флитвик задумчиво покрутил в руках палочку. — Думаю, ничего страшного не случится, если ты не придёшь — ситуации всякие бывают. Так что, если ты не против, то я включу тебя в список. — Да, конечно… Только никому не говорите? Как-то не хочется стать посмешищем. — О, мистер Андерсон, для своего возраста вы очень хороши, смеяться точно никто не будет. — Но ведь случится может всякое. Вдруг у меня боязнь сцены? — Если вы так сильно не хотите светиться, можете взять псевдоним. Такое не очень часто, но практикуется. Мне невольно вспомнился ритуал, и я решил уточнить. — Псевдоним? — По сложившейся традиции, если дуэлянты не хотят светиться, то называются в честь животных, и по негласным правилам, если вне арены участники узнают друг друга, то они должны молчать. Эта традиция завелась во времена, когда участие женщин, бедняков и Лордов в турнире порицалось. Сейчас порядки другие, и этим правом пользуются только двое. Я задумался. Кажется, я уже знаю, какой псевдоним я возьму. Субботним февральским утром я, как обычно, быстро пролистав газету, отправил её на ознакомление Регулусу, а сам не спеша начал завтракать. Сегодня я решил наконец-то встретиться с парнем и поговорить с ним о всяком разном. Надеюсь, ему хватило двух недель, стопки газет и сборника рассказов про Шерлока Холмса, чтобы прийти в себя и осознать тщетность бытия. Сегодня ко мне никто так и не подошёл, так что я поел достаточно быстро и не спеша пошёл в скрытую часть Хогвартса, куда нет доступа простым смертным. Регулуса я разместил в одном из подвальных помещений, где не было окон. Не хотелось бы, чтобы тот раньше времени узнал местность одной старой школы. Да и окно, пусть и зачарованное — лишний способ сбежать. А Регулуса я не так хорошо знаю, чтобы прогнозировать его поведение. Я в последний раз проверил, нет ли за мной слежки, и без стука вошёл в комнату. Комната была обставлена по-минимуму — кровать да стол со стулом. На кровати, прикрыв ноги одеялом, сидел Регулус и внимательно читал сегодняшнюю газету. Сам он был бледный, худой, не выглядел ни на восемнадцать, ни на тридцать с хвостиком — скорее что-то между. Заметив меня, парень отложил газету и подозрительно на меня посмотрел, не пытаясь завести разговор. — Я тебя продиагностирую? — спросил я, медленно доставая палочку. Кто этих Блэков знает. Регулус медленно кивнул, и я кинул в него несколько диагностических чар. — Так… Тебе ещё с недельку нужно попить зелья и набрать вес. Регулус не ответил, и на какой-то миг в комнате воцарилась неловкая тишина. Я обреченно вздохнул и пододвинул стул поближе к кровати. -Что ж… Я Томас Анастас под псевдонимом Андерсон. Ты меня можешь знать под другим именем. Я подал лёгкий импульс в метку, и парень сразу же дёрнулся, схватился за руку и со страхом посмотрел на меня. — Мой Лорд… Я закатил глаза и наложил Силенцио. — А теперь давай разберёмся. Да, я знаю, что ты украл мой крестраж. Твоя проблема была в том, что у меня их было несколько. Они меня сводили с ума, так что я их все поглотил обратно. В том числе и тот, что ты отдал домовику. В Блэк-хаус я попал с помощью Сириуса, где он сейчас — не знаю. С тобой я ничего делать не буду, тебя я воскресил и подлатал в качестве эксперимента, как закончишь принимать зелья — можешь катиться на все четыре стороны. Больше никакого Волан-де-морта и политики, я создал себе новую личность. Я на пару мгновений задумался, всё ли я сказал, но в голову больше ничего не лезло. — Так, я тебе дам пару дней подумать, а там поговорим более подробно, — в итоге сказал я и поспешил покинуть комнату. Уткнувшись в книгу по магической ювелирке (а вы думали, что Артефакторика — это взмахнул палочкой пару раз и начертил кровью единорога руны? Это ещё и ювелирка, и кузница, и столярка, и…), я шёл к Выручай-комнате, не особо следя за обстановкой. Вообще Выручай-комната — настоящее чудо. Вот честно, где бы я смог взять дорогое профессиональное оборудование? И пусть станки и материалы, которая выдавала комната, были лишь качественной иллюзией, но я хотя бы знаю, с какой стороны мне к этой иллюзии подойти. Вдруг, как в дешёвой мелодраме, я в кого-то врезался, хорошо хоть, что ни я, ни мой, так сказать, коллега не шлёпнулись эпично на задницу, лишь повыроняли книги и пергаменты. — Прости, я тебя не заметил, — тут же начал извиняться парень. Я невольно оглядел его. Мой ровесник, Хаффлпафф, но судя по тому, что лицо мне не очень знакомо, скорее всего, на год старше. Я как-то привычно скользнул в поверхностные мысли, где наткнулся на интерес определенного рода к моей персоне. Занимательно. — Ничего, я тоже не шибко следил за дорогой, — улыбнулся я и взмахом палочки поднял упавшие вещи. — Проблемы с нумерологией? — Да, немного. Я усмехнулся — с нумерологией у всех магов проблемы, это я давно заметил. Хотя ничего трудного в ней нет, та же математика, только формулы там другие, но действуют же они по тем же законам. — У меня есть немного времени, так что, если хочешь, можем найти пустой кабинет… — Я думал, ты принимаешь только за завтраком. — В виде исключения, — улыбнулся я. — Том. — Седрик. Седрик с Хаффлпаффа, значит? Ну, мир и без того тесен, что уж говорить про отдельно взятую школу. Мы нашли подходящий класс, где с комфортом и устроились. Надо сказать, что Седрик и правда внимательно слушал и довольно быстро все понимал, хотя в мыслях периодически проскальзывали интригующие картинки с моим участием. И в виде эксперимента я даже не против был попробовать. Нужно же, в конце концов, разобраться, за какую команду я играю. Володька был асексуален, но не чурался использовать секс для достижения своих целей, правда спал он только с женщинами — в приюте-то было обязательное посещение церкви, так что ничего удивительного в том, что он даже не задумывался о другом опыте. Настя же встречалась с парнями, хотя когда на всяких студенческих вечеринках приходилось целоваться с девушками — чувствовала некоторое предвкушеие. И вот кто я теперь: асексуал, бисексуал или что-то между? — Это оказалось проще, чем выглядело. — Рад помочь, — шутливо поклонился я. — У тебя есть планы на сегодня? — У меня тренировка скоро, а что? Я устало откинулся на наскоро трансфигурированную кровать и попытался отдышаться, рядом Седрик дышал так же загнанно. Я дал себе пару минут отдышаться и наложил очищающее. Рывком встал и потянулся, по телу расползлась приятная усталость. — Ты куда-то спешишь? — А разве не тебе нужно на тренировку? Седрик выругался и подскочил с кровати. Я оглядел его с ног до головы и закусил губу, пытаясь сдержать проказливую улыбку — кое-какие привычки достались мне от Насти. Я призвал свои вещи и достал из сумки аптечку. — Лови! — Седрик на одних рефлексах поймал баночку и вопросительно повертел её в руках. — Заживляющая мазь, — пояснил я. — Зачем? — Я тебя немножко… покусал. Седрик хмыкнул и наколдовал зеркало. Покрутился перед ним немного, после чего лукаво на меня посмотрел и протянул баночку обратно. — Поможешь? До Выручай-комнаты в этот день я добрался куда позже, чем планировал, но настроение, по понятным причинам, было слегка приподнятое. Я привычно кинул обнаруживающие заклинание и, удостоверившись, что никого поблизости нет, прошёлся вдоль стены. Зайдя в появившуюся дверь, я уже привычно оглядел комнату. Стеллажи с книгами с одной стороны и мастерская артефактора с другой. Вдруг грудь сдавило могильным холодом. Я замер и прислушался к этим ощущениям — Воскрешающий камень будто почувствовал что-то. Но что мог почувствовать Он, и не почувствовать я и мои заклинания? С разворота я кинул заклинание в стену позади себя, где пару секунд назад была дверь. Мантия-невидимка слетела, и незабвенный Гарри Поттер впечатался в стену. Я замер, наставив на съехавшего по стене Поттера палочку. Он настороженно переводил взгляд с палочки на меня, но ничего не предпринимал. Чёрт, надо было всё-таки Картой пользоваться. Нееет, она же неудобная, двухметровая, замучаешься её сворачивать-разворачивать! Володьку тоже самоуверенность сгубила. Тьфу! Я с минуту так и стоял, наставив палочку на Гарри, и думал, как поступить. Мелькнула мысль стереть память, но стирать придется слишком много, да и неизвестно, вдруг он рассказал своим друзьям. С другой же стороны, с Героями надо дружить. Так, ладно, нужно вообще узнать что да как. Я мельком оглядел комнату, и глаз тут же наткнулся на пару стульев и небольшим столиком между. — Так, давай договоримся, — начал я. — Положим палочки на этот стол, сядем и поговорим. Ты расскажешь свою историю — я расскажу свою, ты задашь вопросы — я задам вопросы. Хорошо? — и я первый уселся за стол и положил на него палочку, подавая пример. Поттер еще какое-то время таращился на меня своими зелеными глазищами, но потом медленно подошел и сел за противоположный край стола. И хоть палочку он выложил, был явно напряжен и готов схватить ее в любую секунду. — Давно следишь за мной? — с легкой улыбкой спросил я. Поттер слегка покраснел и упрямо поджал губы, но я молча смотрел на него, ожидая ответа, так что, слегка смущенно отведя глаза, он всё-таки ответил: — Пытался с сентября, но у меня плохо получалось. Выследил до этой стены только перед Рождеством, а попал сюда только сейчас. Хм, если не ошибаюсь, то по канону Поттер получил Карту Мародеров как раз где-то перед Рождеством. — А друзьям своим рассказал? Поттер недовольно, даже как-то зло фыркнул и резко сложил руки на груди. Сказал Рону с Гермионой, еще в сентябре, но они сказали, что это на меня дементор так повлиял и мне привиделось. — А потом не пытался их убедить? — Да они постоянно собачатся в этом году! А если не ругаются, от обсуждают этого Блэка! Сил нет уже с ними, — возмутился паренек. Да уж видимо и правда они достали его со своей войной питомцев и чрезмерной опекой. Мы немного помолчали, но у Поттера явно терпения было поменьше моего. — Так ты и правда Том Реддл? Волан-де-морт? Но как же ты ожил, я же уничтожил дневник! И почему тебя зовут по-другому? И твоя фамилия так странно пишется! Я вздохнул и усилием воли заставил себя не закатывать глаза на этот ворох вопросов. — Это долгая история, — предупредил я. Поттер так меня посмотрел, что не надо было быть легилиментом, чтоб понять, что от меня он не отстанет. Ну я и начал рассказ про мальчика Тома из приюта. Трудное детство, Хогвартс, крестражи, потихоньку протекающая крыша. Затронул и злосчастный Хэллоуин. А потом уже мои приключения в роли дневника и то, что я делал после воплощения. Про попадание решил не говорить. Поттер загрузился и молчал. И я решил добавить немного. — Понимаешь, когда Волан-де-морт решил создать первый крестраж, он отсек половину души. Ту, половину, где была любовь, сострадание, привязанности. То, что он считал слабостью. Себе он оставил лишь гордыню, амбиции и страх. Где-то летает дух Волан-де-морта, который хочет власти и крови. И есть я, который хочет просто учиться, путешествовать и восстановить дом. Я не враг тебе, Гарри. — Как я могу тебе верить?! Откуда мне знать, что ты не ударишь мне в спину?! — воскликнул Гарри, вскакивая. Я нахмурился, обдумывая, что сказать. Да уж, хороший вопрос. — Есть несколько вариантов, — осторожно начал я. Поттер сердито и выжидающе смотрел на меня и я продолжил. — Первый вариант, это магическая клятва. Тут надо очень хорошо обдумать. Я должен не вредить только тебе или и твоему роду и друзьям тоже? Что будет подразумеваться под вредительством? Волан-де-морт скорее всего вскоре опять попытается возродиться и придет за тобой. Должен ли я помочь тебе или не вмешиваться? Поттер нахмурился — он явно не знал, какой вариант лучше. С одной стороны он явно хотел, чтоб я исчез из его жизни, но с другой… Кто поможет с уничтожением Темного Лорда лучше, чем его добрая половина? — Ты сказал, что вариантов несколько. Какие остальные? -Что ж… Раньше было много воюющих кланов и родов. Чаще всего они прекращали войну объединяя семьи посредством браков… — ЧТО?! Нет, фу, ни за что! Я позволил себе маленькую улыбку и продолжил, как ни в чем не бывало. — Еще на ум приходят узы побратимства. — А это что такое? — нахмурился Поттер. — Это когда двое друзей — лучших друзей — дают друг другу магические клятвы и сама магия связывает их, делая магическими братьями. Такая связь намного сильнее кровной. Побратим не сможет солгать, предать, рассказать чужаку твои секреты. Ходят слухи, что побратим узнает тебя из сотни двойников, будет знать, жив ты или мертв за сотни километров. Иногда побратимы становились ближе, чем семья. Поттер смотрел скептично, даже недоверчиво, и мне осталось только тяжко вздохнуть. А кто говорил, что будет легко? — Если ты мне не веришь, то можешь поискать книги в библиотеке на эти темы: и про магические клятвы, и про побратимов. Я напишу названия. Поттер скривился, но кивнул. Да уж, не любитель он книг. Интересно, этого его личное качество или навеянное Роном? Или может Гермиона так его с этими книгами задолбала, что он на них смотреть не может? — Если так сильно мне не веришь, то можешь приходить и приглядывать за мной. Будешь сидеть где-нибудь в сторонке и заниматься своими делами. Только не мешай мне. — А что это за место? — Это Выручай-комната или Комната-так-и-сяк, — сказал я с улыбкой и вкратце рассказал о ней. — И здесь ты занимаешься? — оглядел весьма заставленную комнату Гарри. — Да, практикуюсь. Я тут каждый день хотя бы по паре часов, времени-то впритык, так что не потеряешь меня если что. — Вуд увеличил количество тренировок до пяти в неделю, а еще домашка… — уныло протянул он. — Приходи сюда делать домашку, — пожал плечами я. — Может с чем-нибудь даже помогу, если это не займет много времени. Поттер нахмурился. — Зачем тебе это? Я несколько секунд помолчал, пытаясь правильно сформулировать мысль. — Понимаешь… Пусть я и не Темный Лорд, но я чувствую некоторую ответственность за то, что он сделал. В том числе за то, что оставил тебя сиротой. Я не бесчувственная сволочь всё-таки! И мне бы хотелось как-нибудь тебе помочь, даже в такой мелочи, как домашка. Поттер нахмурился и уставился взглядом в стол, обдумывая, что с этим всем делать. Я тоже немного помолчал, давая ему время переварить это. — Есть еще вопросы? — спросил я, когда молчание явно затянулось. Поттер нахмуренно поднял на меня взгляд. — Сэдрик… Что вы с ним так долго делали в классе? — Занимались нумерологией, — сказал я, старательно сдерживая улыбку. -И только? — скептично посмотрел он, явно не веря. — Ты уверен, что хочешь это знать? — Конечно! — Мы с ним занимались… сексом. -Что?! — лицо у Поттера было до того комичным, что я не удержался. — Трахались, чпокались, кувыркались… — Но как? Но вы же… — Ты правда хочешь об этом сейчас поговорить? И без того смущенный Поттер поджал губы, отвел взгляд и еще больше покраснел. Я на это только хмыкнул, а в голове мелькнула мысль, давно ли мы здесь уже сидим. И, конечно же, тут же мой взгляд наткнулся на часы на противоположной стене. — Скоро отбой. Тебе уже пора. Поттер вздрогнул и нахмурился — очевидно, что он еще ничего не решил на мой счет. Я достал из сумки клочок пергамента и написал несколько книг. — И, пожалуйста, не рассказывай пока никому. Обещаю, что никаких коварных планов в ближайшее время строить не буду. Хочу быть просто Томом. Гарри вздрогнул. Да, может и было слишком использовать его же слова против него. Но я же слизеринец! Да и от этого они менее правдивыми не стали. Поттер ушел. А я размялся и приступил к работе. С тех пор я куда более тщательно проверяюсь на слежку, так что пришлось поднапрячься, прежде чем зайти к Регулусу. — Ну как мы тут поживаем? — радостно проговорил я, без стука войдя в комнату-палату-тюрьму Блэка. Тот вздрогнул и странно потер руку, немного ниже метки, у самого запястья. Регулус в этот раз сидел за столом и лениво пролистывал старые газеты. — Кормят, как на убой, но солнечного света маловато. Уу, сарказм! Неплохо. Да и выглядит уже не как зомби. Я достал пергамент с рекордными тремя абзацами по трансфигурации с разным коэффициентом массы и — вот ирония! — трансфигурировал его в табуретку. — Готов к разговору? — Регулус странно посмотрел на меня, но кивнул. — Может вопросы? — Так… Мы с Сириусом последние Блэки? — Хм… Сложный вопрос, — я задумчиво почесал подбородок. — Что случилось со старшим поколением я не знаю — они уже давно не участвовали в общественной жизни, сам понимаешь. Беллатриса вместе с мужем сейчас в Азкабане. Андромеда вроде как отречена от рода и сейчас живет с магглорожденным мужем. У них вроде дочь-метаморф сейчас на аврора учится. Нарцисса вышла за Малфоя и у них сейчас сын в Хогвартсе. А Вальпурга умерла спустя несколько лет, после того, как кинули Сириуса в Азкабан. Прости, это всё, что знаю. — Что это еще за фигня с Сириусом?! Он скорее всего в адское пламя бы добровольно шагнул, чем предал бы этого Поттера. — Ну, короче… — и я начал рассказывать про всю эту подставу с Хранителем, и чем это в итоге вылилось. — То есть сейчас Сириус бегает в полувменяемом состоянии после дементоров, а Питер Петтигрю где-то скрывается? — Ага, — беззаботно поддакнул я, вертя в руках палочку. — И чтобы оправдать Сириуса, надо найти Петтигрю. — Да, было бы неплохо. — Мордред! — выругался Регулус и засунул пятерню в волосы, будто готовый выдирать на себе волосы. — Меня не было почти 15 лет. Надо же еще как-то легализоваться. — Почему бы не обратиться к Нарциссе с Люциусом? Думаю они помогут по-родственному. А если взбрыкнут, у меня есть способ надавить на Люциуса. — Регулус как-то странно на меня посмотрел, потирая левую руку. — Может ты еще и с Сириусом и Петтигрю поможешь, — с сарказмом сказал он. Я задумчиво помолчал, припоминая канон. — Думаю, с Сириусом помогу ближе к лету. Насчет Петтигрю не уверен. — И что ты хочешь взамен? — скептично спросил он, но поверхностные мысли выдавали его опасения. Я пожал плечами. — Да мне вроде ничего не надо, — Регулус на эти слова нахмрился и опять потер руку. — Да что ты всё чешешься? Болит или аллергия? Вроде ничего такого не было на диагностике. Регулус мрачно на меня посмотрел и протянул руку. На запястье вырисовывалась бледно-красная вязь, будто она только-только начала формироваться. — О, нет-нет-нет-нет-нет, только не говори, что это Долг Жизни. Он же за безвозмездное спасение жизни дается. — Ты сам сказал, что тебе ничего не нужно. — Эй, у меня были всякие коварные планы! — Это какие же? — Регулус сложил руки на груди и выжидающе на меня уставился. — Ну, я вообще-то тренировал на тебе медицинские зелья, чтоб сдать на Мастера Зельеваренья. Регулус скептично поднял бровь, явно не веря. — И всё? — Эээ… Если ты выздоровеешь и возьмешь на себя Род Блэк, то ты поможешь Сириусу, а он уже поможет Поттеру, как его Крестный. — И какое тебе дело до пацана? — Ну, Волан-де-морт сделал его сиротой, и я чувствую некоторую ответственность. Ну и мы вроде стали дружить. Чуть-чуть. — Дружить? Он хотя бы знает, кто ты? — Конечно! Регулус нахмурился и долго изучающе смотрел на меня. — Ты помог мне, чтоб помочь какому-то левому пацану? Как-то не верится. Я тяжко вздохнул. -Может ты тогда мне заплатишь, как колдомедику? Может это уберёт Долг. — Возможно получится, — Регулус задумчив посмотрел на левую руку. — Сумма должна быть внушительной. Но если Сириуса и правда выжгли, то я остаюсь последним в Роду, что может всё усложнить. Я задумчиво пожевал губу. Так, за экзамен по зельеварению я еще не внес сумму, мне там еще трети не хватает, плюс через пару месяцев вносить еще за артефакторику. Складываем, округляем в большую сторону и добавляем еще немного на непредвиденные расходы и место для маневра. Эту немаленькую сумму и озвучил. — Тебе куда столько? — Ну, летом у меня экзамены на Мастера Зельеваренья и Мастера Артефактора, — Регулус скептично на меня посмотрел и я закатил глаза. — У меня новая жизнь. Почему бы не стать самым молодым двойным Мастером? А тебе сколько? — Пятнадцать, — пожал плечами я. — Но я вроде как эмансипирован и магическое ядро у меня полностью сформировано. — Пятнадцать? Да ты же в Хогвартсе должен сидеть и к СОВам готовиться! — Ну так я и сижу в Хогвартсе. Как думаешь, где еще я мог с Поттером познакомится? — А как же ты из школы ко мне сбегаешь? — А кто сказал, что я сбегаю? — То есть мы… в Хогвартсе? — ошарашенно спросил он, на что я извиняюще улыбнулся и развел руками. — Но почему никто не заметил? — Это уже совсем другая история, — многозначительно сказал я и достал из-под ворота цепочку, на которой висели два кольца. Регулус хмуро на них посмотрел. Пусть уж сам делает выводы — он всё-таки слизеринец. — Ну что, готов идти домой? Или еще здесь посидишь? Регулус поднял на меня взгляд и кивнул. Я вызвал домовика, и он перенес нас за территорию Хогвартса. Уже оттуда я трансгрессировал нас на площадь Гриммо. — Так, деньги можешь перевести в эту ячейку, — я сунул ему бумажку в руку. — Или пиши, встретимся лично. Если надо помочь, можешь смело обращаться, разберемся. И с такими напутствующими словами я отпустил его в дом. Никаких обетов я с него не брал, ибо начавшая проступать вязь лучше остального защитит меня. Но блин, Долг Жизни — та еще обоюдоострая фигня. Будет нас постоянно стукать. Поттер пришел в Выручай-комнату только спустя несколько дней после нашего с ним разговора. Прошмыгнул он как раз в тот момент, когда я был занят вырезанием одной заготовки. Но он, слава Богу, не стал меня отвлекать, и уселся в уголке с какими-то своими книжками. Когда я более-менее освободился, парень уже во всю что-то строчил в свитке. — Помощь нужна? Поттер вздрогнул и поднял на меня взгляд. — Ты разве не занят? — У меня перерыв на чай, — с улыбкой сказал я и доказательство достал из рядом валявшейся сумки термос. — Мне нужно дописать еще несколько строк и отработать чары, — поджав губы, сказал Поттер. Ой, и не говори, Поттер, меня тоже бесит эти эссе в длину. — Скажи… Если Сириус Блэк не был сторонником Волан-де-морта, то почему его посадили в Азкабан? Я вздохнул и отпил чаю. — Понимаешь, тогда было военное время, и законы были под стать этому. Авроры были наделены расширенными полномочиями и нередко убивали на месте. Суды проводились редко, да и те больше напоминали какое-то шоу. Блэку еще повезло, что его не убили на месте или не поцеловал дементор. Мальчик вздрогнул, но промолчал, и я перевел тему, спрашивая про эссе. Поттер стал приходить раз в несколько дней, был он хмурым и сильно потрепанным. Видимо опять разругался с друзьями, а Вуд добивал тренировками. Мы обычно не мешали друг другу, хотя я иногда ловил на себе его задумчивые взгляды. Так же я выделял ему по полчаса, в которые я обычно помогал ему с трансфигурацией, чарами или астрономией. Иногда он решался задавать вопросы на отвлеченные темы, такие как крестражи, пророчества, родовые штуки. Как-то раз он пришел в Выручай-комнату раньше меня, и был весь полон негодования. — Что случилось? — Это всё Снейп! Подумаешь, я использовал обычный нож, вместо посеребренного! Да какая разница! Он будто специально! Я вздохнул — да уж, нашел, что сказать почти Мастеру Зельеваренья. — Ты когда-нибудь читал «Зельеваренье для дошкольников» или что-то в этом роде? — Поттер нахмурился и отрицательно покачал головой, мой взгляд тут же наткнулся на книжную полку, где стояла нужная книга (обожаю Выручайку!). — Смотри, тут простым языком объяснено, как влияют материалы инструментов, способы нарезки ингредиентов и виды помешиваний. Поттер еще больше нахмурился — ему явно не понравились очередные тыканья в книгу, так что я решил чуть-чуть смягчить это. — Но я думаю ты прав, и Снейп специально злит тебя, — Гарри удивленно посмотрел на меня. — Ты не замечал, после того, как он разозлит тебя, зелье хуже не становится? — Ну, наверное… — Эмоциональное состояние так же влияет на зелье. В идеале ты должен быть спокоен и собран, хотя бы для того, чтобы руки не тряслись. Вот скажи, есть ли у вас в классе тот, у кого зелья чаще всего не получаются? — Невилл! — А как он себя чувствует на уроках? — Он постоянно боится Снейпа, — Поттер задумался. — Но почему Снейп себя так ведет? — Он гад, — пожал плечами я, и Поттер фыркнул. — Но вообще это частая практика. Многие старые Мастера свято уверены, что учить зельеварению нужно именно так. Мол, если ты не можешь сварить зелье под давлением, то ты не достоин быть зельеваром. — А ты как считаешь? — заинтересованно посмотрел на меня Поттер. — Я считаю, что к каждому нужен свой подход. Мы немного помолчали. — Но что мне делать? — Тут поможет окклюменция. — Оклю… Что? — В Менталистике выделяют два основных направления. Легилименция — это, грубо говоря, чтение мыслей, и окклюменция — защита от чтения мыслей. Известно, что Волан-де-морт и Дамблдор овладели этим искусством. Снейп тоже в этом неплох. — Снейп умеет читать мысли?! — возмутился Гарри. — Для того, чтобы залезть глубоко в сознание, нужно как минимум зрительный контакт и заклинание. Без этого получится прочитать только поверхностные мысли и эмоциональный фон. Так что если не хочешь, чтоб тебя читали, то смотри не прямо в глаза, а на нос или лоб. Поттер хмуро смотрел в стену, ему явно всё это не нравилось. — А ты можешь научить меня этой окли… защите? Я грустно улыбнулся. — Для того, чтобы научится окклюменции между учителем и учеником должны быть доверительные отношения. Мне придется атаковать твое сознание, и вполне вероятно, что я узнаю какие-нибудь твои секреты. И если ты не будешь мне доверять, то мы может только навредить. Ты мне настолько доверяешь? — Поттер смущенно отвел взгляд, и я продолжил. — Существуют специальные артефакты против легилименции. Они, конечно, не спасут от сильных и целенаправленных атак, но это всё же лучше, чем ничего. Есть специальные магазинчики, где продают такое. Или я могу сделать — мне как раз нужен опыт в ювелирке, — со смешком закончил я. Поттер молчал и явно что-то серьезно обдумывал. Был соблазн скользнуть в его сознание, но я лишь вздохнул и пошел готовить всё для очередного зелья. Поттер заговорил уже тогда, когда я зажёг под котлом огонь. — Давай побратаемся! Я отложил наполовину порезанную шкурку саламандры, выключил огонь и только потом вопросительно посмотрел на Поттера. — Ты сам говорил, что побратимы не могут выдать секреты друг друга. Я обреченно вздохнул. Поттер! А о последствиях он подумал? — Ты понимаешь, что я стану тебе как брат, буду ближе, чем Рон и Гермиона. — Мы всё равно постоянно ссоримся, не так уж я им и нужен. — Это сейчас ты так говоришь, потом вы обязательно помиритесь. Поттер несогласно фыркнул и уперто уставился на меня. Ну истинно олень! И такой ребенок. — Да, мы можем побратиться, но я не начну тут же учить тебя оклюменции. — Почему? — возмутился Поттер. — Ну, во-первых, нужно время, чтоб связь закрепилась, и мы это прочувствовали, — Поттер недовольно фыркнул, но я продолжил. — Во-вторых, я и так готовлюсь к двум экзаменам, и времени еще и на окклюменцию у меня просто физически хватать не будет. Так что учить я тебя смогу только со следующего года. Поттер разочарованно вздохнул. — Лаадно. Но мы же всё равно побратаемся? Я насмешливо хмыкнул. — Ты знаешь слова? Поттер кивнул и мы подняли вверх палочки…