Чужая жизнь

            Царёв остановил машину на перекрестке, который обозначался светофором где-то вдалеке. Ему гудели, предлагая сократить дистанцию ещё хоть на двадцать сантиметров, он тоже сигналил, хотя, как и все понимал, ни двадцать сантиметров, ни два метра, не помогут проскочить пробки, но воспринимать их как данность, как неотъемлемую действительность городской жизни, получалось не у всех. У Царёва точно нет, у него вообще, всё идет кувырком.       Всё раздражало его в этом городе. Центр казался претензией на большой город, а деревенские окраины подчеркивали нелепость этих амбиций. И эта дорога, которую они строили, теперь казалось ненужной, и время ушедшее на проектирование, и экономическое обоснование, потраченным зря. Даже весна, так долго, и нехотя раскачивавшаяся, и наконец-то прорвавшаяся теплом и солнцем, его не радовала. Он ещё мучился сомнениями, но досада уже уступала место злости и разочарованию. За неделю он поменял второго риэлтора. Конечно, трудно угодить человеку требования которого неопределённы. Сначала можно любой район, потом подальше отсюда. Потом, вдруг оказывается, что лучше поближе и вообще: - Покажите на карте города где у вас что расположено, чтобы я мог определиться. Он понял, принял её просьбу поменять квартиру. Зачем ей рядом такой раздражитель? Она надеется восстановить мир и покой в своей жизни, а он к сожалению, не имеет никакого права протестовать или вмешиваться. Ведь невозможно объяснить, признаться даже самому себе, что он отсрочивает момент переезда, лелея слабую надежду, что Лиза опомниться и передумает. Нет, конечно, можно было отказаться и бесить ее каждый день, встречая в подъезде, но только смысла в этом не видел, она как минимум должна успокоиться, и может быть тогда... Что тогда? Ждать и доказывать ей свою любовь, в то время как она будет жить с другим мужиком, растить ребенка. Любовницей она быть не хочет! Вспомнил её обидные слова. Но разве он предлагал ей это! Наоборот, хотел отдать ей всего себя, хотел серьезных отношений. Но он опоздал, сначала родится, потом на поезд, на котором она уехала. И сколько можно мучиться по этому поводу. Нужно пережить это второй раз. Лучше уехать в Москву, но такой возможности сейчас нет, значит правильно и вправду переехать, чем изводить себя, усугублять напряжение.       Оповещение о сообщении слилось с новым всплеском сигналов, повинуясь, Царёв проехал два шага и остановился. Риэлтор прислала новый адрес и фото квартиры. Не раздумывая он согласился, и через полчаса подписал документы в агентстве.             Лиза с тоской посмотрела на кипу бумаг, решительно отодвинув её, налила себе чай, и включив телевизор, села перед ним в кресло. Она так редко бывает дома одна, почти никогда, можно и расслабиться. Зефирно-мармеладная любовь на экране её не заинтересовала, но и не раздражала. Она потянулась к зазвонившему телефону. Неясная надежда отозвалась в солнечном сплетении лёгким покалыванием. Она ждала, и боялась его звонков, и встреч с ним, и скучала до боли. Злилась на себя за свою бесхребетность и слабость, но изменить ничего не могла. Любой шум за дверью, звонок, смска, моментально возвращали её в яркие воспоминания. Устав бороться с собой она смирилась с причинно-следственной связью. Звонку Кати она обрадовалась, надеясь как-то отвлечься от пасмурных мыслей. Катя, как всегда затараторила, обрушая на Лизу массу информации. Пока вопросы касались Антона и Кости, она пыталась вставить ответы в поток сумбурной речи, но в один момент совсем запуталась:       - Подожди, - попросила Лиза, - кто он, с кем ты встречаешься?       - С Женей! - Сердце скакнуло, замерло и камнем упало вниз. - Он сам позвонил. Ты не представляешь, он невероятный! Лиза закрыла глаза, как будто это могло её защитить, спасти от Катиных восторгов.       - Извини, что я напоминаю, но он не свободен, - только и смогла вымолвить.       - Мне плевать! Если бы ты знала, какой он! Таких мужчин нельзя оставлять одних, пусть его жена локти кусает.       - Приезжай ко мне. Поговорим. Ты где?       - На работе, и он меня потом встретит. Знаешь, не все такие правильные, как ты. Тебя устраивает Костик, вот и держитесь друг за друга.       - Катюша, Царёв тебя использует.       - А может быть, я его? У меня ещё таких мужчин не было, и я от него не откажусь. А у тебя к нему какое-то предубеждение, сразу было видно, что он тебе не понравился. Я уже пожалела, что позвонила, поделилась радостью.       - Потом будешь плакать.       - Не буду. А и буду, так он того стоит. Антошику привет передавай. Пока. Лёгкий шок сменился яростью. Значит вот так решил поступить Царёв. Кое-как дождалась, когда Катя закончит разговор, чтобы пойти к нему. Хотела посмотреть ему в глаза, и высказать своё презрение. Он намеренно выбрал Катю, и это не честно, по отношению к ней, к её чувствам. Уверенно постучала в дверь, и та открылась под её кулаком. Зашла и остановилась в прихожей.       - Царёв, выйди, и посмотри мне в глаза, - крикнула громко и требовательно. - Ты поступаешь мерзко. Тишина в квартире стала напрягать. Он, конечно, негодяй, но не для этого он всё затеял, чтобы прятаться.       - Женя, с тобой всё в порядке? - крикнула в пустоту, и неожиданно отшатнулась, испуганно глядя на входящих мужчин, они тоже опешили, и уставились на неё.       - А где Женя! - наконец смогла произнести она, только сейчас заметив картонные коробки на полу, и смутно начиная догадываться, что Царёв внял её просьбе и переехал. Оставив новых соседей в недоумении, вернулась к себе. Нужно было позвонить, но голос был слишком взволнован, и дыхание сбивалось. Выпив воды, она всё-таки взяла телефон, набрала номер, и задумалась. Он действует по старой схеме, эгоистично ищет утешение в новых отношениях. С Кирой он зашёл далеко, до женитьбы, только счастье это не принесло. По-видимому, с Катей намечается тот же вариант. Она девушка увлекающаяся, и кажется уже крепко заглотила царёвский крючок, и как до неё достучаться, открыть глаза, Лиза не представляла. А вот всё, что скажет ему, он спишет на ревность, никак не на её родственные чувства. Она отложила телефон, с сожалением осознавая, что любой её шаг, Царёв воспримет как проявление слабости, возможно и раскаяния, а этого допустить нельзя. Она приняла решение, и сейчас уже ничего не изменить, и не исправить. Костя весь в работе, ему не до сестры, Катя на неё обиделась, Царёв переехал, поэтому их роман будет развиваться не на глазах. А с его отголосками, в виде Катиных слез и стенаний, они как-нибудь справятся. Окончательно передумав звонить, она расправила диван. По дурацкой привычке, продолжая прислушиваться, увидела, как входная дверь открылась и вошёл Костя. Кинув сумку на пол, аккуратно положив на неё портфель, распростёр руки, приглашая жену в объятия. Нацепив на лицо приветливую улыбку, Лиза шагнула к нему.       - Сюрприз! Ты рада?       - Рада. Только холодильник пустой. В следующий раз будешь думать, прежде чем делать сюрпризы, - продолжая натянуто улыбаться, она смотрела куда угодно, только не в глаза мужу.       - Не подумал. Лиз, - притянув её к себе, он жарко зашептал, - я в душ. Ужасно соскучился.       - Иди, я пока что-нибудь приготовлю. Накрывая на стол, уронила маслёнку на пол, она выпала из её дрожащих рук и разбилась. Тяжело опустившись на табурет, Лиза зажала рукой рот, останавливая рвущийся всхлип. Близость с Царевым ещё не стала воспоминанием, ещё будоражила кровь, и предстоящий секс с мужем, сводил с ума. Она старательно обходила стороной эту неизбежную сторону их жизни, наглухо спрятав в самый дальний уголок мысли об этом. Но в ванной шумела вода, и настрой мужа не оставлял сомнений в его намерениях. Никакой её стыд и надуманные переживания, не остановят его. Она глубоко вздохнула и выдохнула. Когда-то она сделала это, переступила через себя, причины были те же, нужно сделать это ещё раз. Костик не виноват, что она позволила себе допустить слабость. Почему он должен расплачиваться, только за том, что он другой? Да, Царёв более опытный, смелый, и она всегда шла за ним, не опасаясь, что он обидит её, или оскорбит, или позволит почувствовать неловкость. Но и близость с мужем не была ей противна, нельзя сейчас отгораживаться, дальше будет ещё сложнее. Нужно успокоиться, взять себя в руки, и всё получиться, ведь для этого не надо начинать новую жизнь, просто продолжить старую. Нужно смириться с тем, что она по-прежнему жена Кости, и Царёва нет в её жизни, он теперь в жизни Кати. Руки мужа легли ей на плечи, и успокаивающе погладили.       - Извини, задумалась.       - О чём?       - О работе, конечно. На следующей неделе аттестация, затем учёба. Как все будет, не представляю.       - Нормально, - Костик наконец убрал руки, и она смогла встать. - Машина стоит во дворе, ты снова за рулём? Это же отлично. Её отдаём тебе, а я с Антошкой на автобусе, может быть, когда и сосед подвезет. Лиза подумала, что о переезде Царёва, Косте лучше узнать не от неё.       - Хорошо, ещё подумаем. В воскресенье нужно будет поехать к Антоше и поговорить. Как у тебя дела? Не переставая жевать, муж трагичным голосом рассказал, что из трёх его предложений, в разработку взяли только одно, и то, требуется доработка. Лиза конечно посочувствовала, но по-правде, не понимала, как он, работая без году неделя, мог замахнуться на какие-то предложения и замечания. Наверное, Царёв прав, и у Кости непомерные амбиции. Вспомнив о нём, она невольно посмотрела на входную дверь, и досадно поморщилась, на приобретенную привычку.       - Уберешь всё завтра, - сдвинув тарелки, муж потянул её, и усадил к себе на колени. - У нас всё хорошо?       - Почему ты спрашиваешь? - Первый раз за вечер она внимательно посмотрела на него, не понимая причину вопроса, - Всё нормально. Иди ложись, я всё-таки помою посуду.             Ей показалось, что муж спит. Выключив телевизор, она откинула край одеяла, и крепкие руки мужа опрокинули её на постель.       - Наконец-то ты пришла. Костик наклонился к ней, и поцеловал. Поцелуй не был страстным выражением безумных чувств, обычный супружеский, не вялый, но и не порывистый. Сердце не подскочило, не замерло, её не ответ, мужа не смутил, рука спустилась, приподнимая подол ночной рубашки. Возможно, и с Царевым, спустя девять лет, всё было бы так же, пресно и скучно. А может и нет, ведь с ним с самого начала всё было по-другому. Под его поцелуями от остроты ощущений, трепетала и горела каждая клеточка её тела.       - Лиза, - она открыла глаза. Дожилась, притащила любовника в супружескую постель. Все установки летели к чертям. Она зажмурилась. Губы мужа скользили по груди, по животу, она заставила себя расслабиться, и получить удовольствие, как это делала всегда. Зная приблизительный алгоритм действий, выждала время, чтобы муж достаточно возбудился, но почувствовав, как вслед за пальцами, его язык следует вниз, напряглась. Физиология взяла верх, и от обиды она прикусила губу и вместо выдоха получилось мычание, приняв это за одобрение, муж с энтузиазмом продолжил, но Лиза потянула его к себе, и уткнувшись ему в плечо застонала, останавливая дальнейшую прелюдию. Костик удовлетворённо крякнул и поспешил осчастливить супругу. Чтобы ему не пришло в голову сменить позу, она так и держала его за плечи. В какой-то момент ощущения притупились, и только по удовлетворенному вздоху мужа поняла, что пришло время подыграть ему. Костя вытянулся и привычно придвинул её к себе, она также привычно развернулась к нему спиной и через минуту он уже мерно дышал ей в спину. Она была рада, что всё закончилось. Всё было неплохо, но и не супер. Как всегда, ровно. И небеса не разверзлись и земля не поглотила её.