Драбблы по МэдМэн

- Ты нарушил приказ. Рома говорит сухо, на него не смотрит. Пересобирает пистолет: рама со стволом, затвор, пружина и далее по списку, Рахат помнит, что его это всегда успокаивало. Что ж, сейчас наверняка есть повод слегка понервничать. Слегка... - Нарушил, - подтверждает. Отпираться глупо, да и не по-мужски как-то врать. Руки, сцепленные наручниками за спиной затекли, в комнате прохладно, а железный стул, на котором он сидит не добавляет комфорта. Но жаловаться не с руки, тут в живых бы оставили... - Что или кто заставил тебя это сделать? - так же холодно, но только Рахат знает, сколько в его голосе потаенной надежды. Надо же.. Его командир так хочет, чтобы все оказалось ложью. Удостовериться, что он не предатель. И в эту минуту хочется соврать как никогда, убедить его в своей невиновности, просто чтобы услышать вздох облегчения, и ещё, может быть, ощутить его крепкие объятия. .. Но ничего этого ему не светит: ни объятий, не лёгких поцелуев в уголок губ, ни тем более таких редких, но очень жарких ночей. Рахат его предал. ___ Флешбэк. - Обещай мне, что не полезешь туда. Что останешься на базе, пока меня не будет. Обещай! Рахат улыбается и обнимает крепче. - Конечно. Рома стискивает его до боли в ребрах, отстраняется резко, смотрит в глаза серьёзно и предупреждающе - если что, своими же руками убьёт и закопает. Рэм не сомневается, его командир (и по совместительству любимый) - человек слова и дела. По мелочам размениваться не станет несмотря ни на что - звание, дружбу и даже любовь. Рахат смотрит в окно блокпоста на отъезжающий броневик и на сердце тяжело как никогда. Он улыбался до последнего, пока серая мгла и мелкий дождь не скрыли силуэт Ромы, но теперь держать маску нет сил. Обещание, которое он не собирается выполнять. Это на самом деле больно. Больнее чем страх потери, когда Пак уходит на задание. Когда смотришь на часы и стрелка ползёт медленно, будто приклееная, а ты бьёшь в грушу до лохмотьев и стесанных в кровь кулаков, только чтобы отвлечься и не думать, что он может не вернуться. Больнее, чем сломанные ребра, которые Хай ломает ему в приступе гнева: не уберег Ерасыла. Он пытался, правда - пытался, но мелкий сам ослушался тогда приказа и полез на территорию один, без напарника. Рахат тащил его на себе до самой базы, и это с простреленным-то навылет плечом, но... Это больно, потому что назад дороги не будет и Рома его не простит. В эту минуту так остро ощущается это чувство потери, что хочется застрелиться прямо здесь и сейчас. .. Потому что без него, он все равно, что мертвый. Он не хотел ему врать. Только не Ромке... ____ Они бы все равно не выстояли против Зенкаева и его армии, тут не нужно быть стратегом или математиком - и численностью и вооружением они превосходили батальон Арона. Но на встрече Азамат предложил выход: Рома отдаёт ему Рахата и Муру, тогда он не пойдёт войной, не уничтожит всех. Два человека за сотни спасенных жизней, вроде не велика цена? Пак отказал, конечно. .. И дело даже не в мотивах - зачем Зи нужны эти двое (насчёт Алимурада догадаться не сложно, в свое время на сходке он сильно приглянулся правой руке Азамата - Батырхану, и теперь видимо предполагался как приз, военный трофей), а вот что касалось Рахата... Тут все было не так однозначно. Рэм - лучший снайпер Роминого батальона, "чёрная звезда", которого боялся весь континент. К тому же он один всегда был в курсе планов комбата, был вторым человеком в этих рядах на пять сотен человек. С точки зрения тактики - захватить такой экземпляр большая удача. Но если бы все было так просто... .. Рахат уже был в плену у Зенкаева. Пол года назад почти, и ему удалось сбежать. Но перед тем он познал всю силу жестокости вражеского лидера. Азамат его не бил и другим не позволял. Но он чуть не уничтожил его психологически, морально. Тоже в каком-то роде техника пыток. В какой-то момент Рэм потерял себя и счёт времени, он почти не спал и начал бредить. .. В бреду он звал Рому. .. А перед тем как сбежать, в последний свой день на той базе, Эйзи сказал, что зная их маленькую тайну - убьёт Рому, сначала превратит его жизнь в ад, а потом убьёт, он теперь знает - как. Он знает слабое место. _____ Рома теряет терпение, оружие отброшено в сторону в разобранном виде, и он начал нарезать круги по допросной. - Спрашиваю ещё раз: зачем ты нарушил приказ? - Мне нечего ответить, Ром.. - Я тебе не Рома! - бьёт в стену кулаком и звереет на глазах. - Прости, комбат, - Рахат даже зажмуривается, не в силах ощущать этот ненавидящий взгляд. Всё что угодно, но не ненависть. Не эту злость и презрение - они полосуют кожу похлеще ножа, оставляя незаживающие раны, шрамы даже. Рома останавливается напротив, опирается руками по обе стороны от него на ручки кресла, шепчет по-змеиному: - Зачем? Идиот.. зачем?! Я же приказал оставаться на базе. Ты же... ты обещал! Рахат только голову опускает на грудь, сжимает зубы, ведь все, о чем он может думать в этой ситуации - это не оправдания и не собственная жизнь, которая на волоске (за прямое нарушение приказа комбата его могут расстрелять), а только его близость, его запах, дыхание. Он молчит и Арон с размаху бьёт в челюсть дважды - срывается. Масакбай слизывает кровь с разбитой губы, но её слишком много, она стекает некрасивой струйкой по подбородку, и вниз - по шее. Скула ноет, но он не обращает внимания - это не та боль, которую нельзя терпеть. - Ты уже был там, и ты вернулся! Зачем?! Спасти всех нас?! Не молчи, Рахат или я убью тебя, клянусь! - закрывается пальцами в волосы, уже на грани бешенства. - Я не герой, Ром. Спасти? О чем ты... .. Если уж умирать, то пусть запомнит его обычным предателем. Возможно, так ему не будет больно... Пусть лучше ненавидит. - Я говорил тебе - никогда мне не врать?! - бьёт в солнечное сплетение, выбивая дух, так что Рэм чуть не падает вместе со стулом, к которому привязан. "Всё ещё не больно, родной". - Что ему нужно было от тебя? Ведь не планы и вооружение, да? - приподнимает голову за подбородок, пытается в глазах прочитать ответ, - Скажи правду.. Ему нужен был.. ты? Что он сделал с тобой?! - кричит. Снова кричит, у Рахата уши закладывает. .. У Ромы проснулись собственнические инстинкты, теперь он видимо думает, что Зенкаев решил отобрать у него человека, душа которого - его. А что, своеобразная месть за чуть не убитого Паком Дулата... .. Но ему не Рэм был нужен, он - лишь инструмент. Так и хочется рассмеяться и успокоить командира, мол, моя задница кроме тебя никому не сдалась, параноик ревнивый. Но он молчит. Упрямо молчит, скоро Ромке надоест и он отправит его в карцер, а завтра все равно приговор. Зачем он вернулся? Мог бы сдохнуть в плену, ведь и тут умрёт, так какая разница? Просто хотелось ещё раз увидеть его, последний раз посмотреть в глаза (и пусть он ненавидит его сейчас - это неважно), тяга была так сильна, что он не смог отказать себе в этой маленькой слабости... Он должен умереть, чтобы у Азамата не осталось козырей против Ромы, чтобы у командира не было слабых мест, ведь он - единственное такое место. .. Только ради него Арон все ещё ведёт войну, спасает своих людей в тысячный раз. Только ради него. .. Но он теперь предатель, и умрёт на рассвете. ____ И хочется попросить у небес лишь одного: пусть ненависть к нему придаст Роме сил, и он доведёт дело до конца. .. Ведь что такое одна жизнь против сотен?..