Ошибка. У начала нет конца.

— Это самый идеальный мужчина из всех, что мне довелось когда-либо видеть, — сказал певчий голосок Даши. Блондинистая девушка в красивом платье сидела у телевизора, не отрывая взгляда от экрана, так как там красовался ее кумир — на то время популярная звезда. О нем я много слышала от Даши и Алины, можно сказать, они были тайными агентами по жизни этого «замечательного» человека. И действительно, мужчина очень выделялся среди толпы, его внешность не могла не привлечь девушек нашего возраста, таких глупеньких пятнадцатилетних дурочек, чьи мысли сплетены с героями — красавцами. Конечно, и на меня он произвел впечатление, но ровно до того момента, пока он не показал себя настоящего — алчного, эгоистичного слюнтяя. Даша услышала мой вздох, который прекрасно описывал все, что я чувствовала к этой «звезде», и при чем очень кратко. Ее взгляд стал недовольным, ей не нравилось такое мое отношение к ее земному божеству. Алина не относилась к этому мужчине с такой любовью (иногда я видела какую-то небрежность в разговорах о нем со стороны девушки), поэтому она спокойно восприняла такое мое отношение. — Ты обязана видеть в нем тоже, что и мы. Даже Алина видит в нем хорошего и доброго человека! — она упала рядом со мной на диван и пристально вгляделась в мои глаза, дожидаясь того ответа, которого она желала от меня услышать. — Да, да, Даша. Он идеален во всем, — сказала я с сарказмом, но таким незаметным, что его просто не было слышно. Но вот мое лицо выдало меня полностью. Даша тяжело вздохнула, что сделала и Алина, и посмотрела на меня. — Когда-нибудь ты точно загнешься. Если даже такой человек для тебя не хорош, то какой должен быть твой будущий спутник? Я не первый раз слышала об этом от Даши, да и Алина бывало говорила мне слова, схожие с этими. Может они и правы, время уже не то, что было раньше, сейчас пятнадцать лет — это повод задуматься о таких вещах, и я думала, но дальше этой стадии ничего не происходило. У моих друзей все переросло куда дальше: Даша встретила Макса, Алина — Виталика. Они были идеальными парами, и я восхищалась ими и не перестаю это делать, ведь для меня такого судьба точно не приготовила. Даша отличалась неописуемой красотой и стойким характером, у такой девушки точно не забалуешь, Алина очень проницательна, ей ничего не стоило докопаться до самой истины, только смотря в глаза ее «жертвы». Макс — это тот самый парень, который заставляет девушек трепетать, но в его голове имена тех, которые когда-то провели с ним короткое время, на долго не задерживаются, парень был самым настоящим бунтарем, который решает все проблемы кулаками, конечно, если это касается чисто мужского дела. Виталик отличался от своего друга, его больше привлекали спокойствие и уединенность, с женским полом он говорил только о самом главном, никогда не намекая на что-то большее, наверное, именно поэтому его таинственная личность так задела Алину. — Не хочу я просто ради галочки с кем-то встречаться, это глупо и бессмысленно, — не смотря на кого-либо сказала я. — Когда-нибудь мне обязательно встретиться мой человек, который поймет меня. Да и зачем мне нужны эти обыденные отношения! И снова меня унесло в мой личный рай, где есть только то, о чем я так мечтала. Конечно, я, как и все девочки, не могу не представлять, как встречу того самого человека, который будет боготворить меня! Хотя мои желания были более несбыточными, чем у той же Даши. — Эх, пока ты будешь витать в облаках и ждать своего невероятного принца, жизнь пролетит. Хватит верить в сказки — прими реальность, ведь в жизни таких милых мальчиков очень мало, и их тут же разбирают с руками и ногами, — не первый раз отвечала мне так Даша. Я уже привыкла к такой реакции друзей, поэтому не обращаю на это все должного внимания. Ну, да! Я странная, и иногда сама себя не понимаю. В пятнадцать лет девушки начинают думать о более важных вещах, к примеру, о экзаменах, но ко мне это не относится. Во мне живут два разных человека, которые вообще не должны соприкасаться: с одной стороны, я очень романтичный человек, даже в какой-то степени ранимый, а с другой — мне до безумия нравятся те вещи, которые ассоциируются с мальчишками, например, боевики. Я изучила все виды оружий, могу в любой момент назвать самые кровавые и жестокие фильмы. Да, я точно не нормальный человек, но разве есть на свете адекватные люди? Но больше всего я восхищаюсь миром Чернобыля, конечно, это не то место, о котором мы все знаем, ведь в книжках все перевернуто с ног на голову, и именно там-то мне хотелось побывать больше всего. Моих интересов девочки не понимали, и старались избегать в разговорах. Помню, когда они первый раз увидели такую книгу у меня дома, так были удивлены, что до сих пор с скрытым чувством ужаса смотрят на нее, если она попадается им на глаза. — Ну, мы пошли, Вась, — попрощались девочки и вышли за пределы моей квартиры. Именем Василиса меня одарила мама, она настояла на этом имени, а все из-за ее нездоровой любви ко всему сказочному, да она даст фору любому малышу. В детстве это было весело, я обожала эти вечера, когда она мне на ночь читала уже кучу раз рассказанную историю. Может это она подарила мне такую любовь к невероятному? Теперь же мои вкусы в сказках поменялись, и на ночь я читаю уже не колобка, а жестокие сцены из любимой книги, за десять лет действительно много чего поменялось. — Это еще что такое?! — крикнула мама, громко раскрыв дверь, от чего я вздрогнула и выронила из рук книгу. Мама подобрала ее и прочитала несколько страниц, сразу понимая, о чем она. — Такое чувство, будто у меня не девочка, а мальчик в семье первым родился. Спать! И, забрав желанную книгу, женщина вышла из моей комнаты. Больше всего я злилась сейчас на несносных соседей, которые и разбудили маму среди ночи. Проклиная все на свете, я укрылась одеялом с головой и попыталась уснуть, что у меня всегда получалось не сразу, а только после того, как в голове все мысли, докучающие мне именно в ночное время, исчезнут. — Не — мо — гу! — громким шепотом сказала я в подушку, который раз пытаясь уснуть. Я переворачивалась то в одну сторону, то в другую, то вставала, смотря в окно, то снова ложилась в постель, согреваясь, а сон все не приходил и не приходил. — Не можешь что? — послышался позади голос старого человека. Я вздрогнула от этого голоса, неожиданно появившемся в тишине ночи. Отвернувшись от окна, за которым начинался снегопад, я вгляделась в темноту. С той стороны комнаты, которая была отделена зеркалом, мелькала тень, еще черней, чем все окружающее меня пространство. Тень принадлежала низенькому старичку, седые волосы которого иногда поблескивали на лунном свету. Его глаза были закрыты, от чего он напоминал мне тех самых старичков, которые сидят у огромного камина и рассказывают былины. Я протерла глаза, чтобы убедиться в том, что вижу перед собой совершенно незнакомого человека. «А может все же уснула», — подумала я, вновь разглядывая старичка. Его губы сложились в какую-то ухмылку, будто он насмехался над чем-то. — Кто его знает, реальность и сон весьма схожие вещи, и грань, что разделяет их, очень тонка, — старческий голос его придавал словам какую-то силу, словно он уверен в этом, и не принимает другой истины. — Ты об этом хочешь поговорить? Он ждал от меня ответа, но я и слова вымолвить более не могла. Единственное, что сейчас у меня получалось, при этом очень хорошо, так это глядеть на пожилого человека, который по своему внешнему виду создавал ощущение, будто еще немного, и он рассеяться, превратиться в пыль от прожитых лет. — Всегда так получается. Так требуете, что уши закладывает, а как до дела доходит, так молчите, глотая воздух ртом, словно рыбы, выброшенные на берег, — нервно сказал он, подходя ко мне ближе, шаг за шагом отрезая расстояние, разделяющее нас. — Ну! Чего замолчала?! — Господи Боже! — хотела крикнуть я, но голос предательски дрогнул и превратился в шепот, из-за чего я опять закрыла рот. — Нашла с кем сравнивать, — плюнул он, но быстро замолчал, будто тоже сказал лишнего. — А вроде и не верующая. Он долго смотрел на меня, решая какие-то свои личные вопросы в мыслях. Что-то пересилило в старичке, и он снова начал говорить. Я и не помню, что именно он говорил, в тот момент мои мысли пытались поверить в действительность: непонятный человек забрался в мою квартиру, стоит передо мной и говорит о Боге, о желаниях… «Что за бред? Да, это бред! Бред сумасшедшего!» — Кто его знает, бред это или нет, — будто прочитав мои мысли, перешел на другую тему человек. — Да ведь и не это меня интересует сейчас. Вот. В его руке, словно из воздуха, появились круглые часы, равномерно качающиеся на позолоченной цепочке. Я следила за движением, смутно понимая то, о чем так усиленно и разъяснительно говорил мне их обладатель. — Любое твое желание исполниться, если ты этого захочешь, — монотонно говорил он, все более и более усыпляя меня своим голосом, — только решись на это. Когда часовая стрелка пройдет пять оборотов, я вернусь за тобой. Только он закончил предложение, только оглушающая тишина снова забрала свое главенствующее место, часы заработали, а сам старичок исчез. Громкий звук, будто колокола, раздался в ушах, заставляя резко открыть глаза и сесть в постели. Все та же темная комната, только не было чужих, не было тишины: за дверью, в гостиной, во всю разговаривали мама, папа и Миша. «Приснится же», — отгоняя наваждение, подумала я и дотронулась до чего-то, что так мешало спокойно сидеть. На шее висели те самые часы на позолоченной цепочке, отмеряя нужное время. Как ошпаренная, я соскочила с кровати и кинула часы на пол. Они не разбились, даже не сломались, продолжая свой ход дальше. — Что за чертовщина… Я могла долго смотреть на этот предмет, отданный странным человеком, словно появившийся из самих недр ада, но снова открытая дверь, на этот раз в комнате оказалась мама, остановила меня. Ее злой взгляд вернул меня в реальность, где нет места чему-то необычному. — Время идет, а она на полу сидит! Вставай! Отношения в нашей семье нельзя было назвать теплыми, да и с тем, что мы семья, я бы тоже поспорила. И если с отцом все можно было подправить, или хотя бы терпеть, то с мамой дела обстояли куда хуже. Ее любовь ко мне неожиданно исчезла, когда пять лет назад наша семья пополнилась еще одним ртом — Мишей. Новорожденный быстро забрал всю любовь и ласку себе, а я стала ненужным грузом. А как я ненавидела этого вора моего счастья, в тайне желала ему всего самого плохого, что греха таить, даже о смерти зарекалась, но тут же била себя по губам и начинала плакать. Долго злиться я не хотела, да и не могла, так как пару часов, проведенных наедине с маленьким карапузом, который толком стоять на ножках не мог, только ползал, полностью перевернули мое к нему отношение. Я как старшая сестра ухаживала за ним, играла и пыталась сделать его детство, наполненным любовью. Хотя стычки с мамой всегда оканчивались слезами, криками и ругательствами. Сейчас, смотря на все это через пять лет, я понимаю, насколько была глупа, реагируя на слова мамы, вечно недовольной чем-то. — Мишенька, ты все взял? — спросила мама, поправляя мальчику шапочку. — Да, мам. Хоть мы и выходили вместе, но дорога в школу и детский садик тут же расходилась в разные стороны. Мама не прощалась со мной, а вот Миша всегда с улыбкой говорил: «Приходи за мной…», а потом тихо, только для нас: «с друзьями». У кабинета уже стояли Даша и Алина. Они оживленно болтали, хотя больше всего слышно было блондинку, Алина только кивала и иногда, если не соглашалась, протестовала, защищая свою точку зрения. Только я подошла к ним, предыдущая тема тут же была оставлена. — Сегодня мы решили пойти прогуляться в центр. Ты с нами? — Нет, сегодня я занята. Каждый понедельник после уроков я бегу к Максу домой, где меня ждала очередная тренировка с ним и еще Виталиком. Работа отца Максима полностью связана с оружием, как огнестрельным, так и холодным, поэтому в его подвале сделали некую тренировочную комнату, где мужчины этой семьи оттачивали навыки. Конечно, в детстве Максим делал это тайно, но, один раз попавшись на этом, тренировался не скрываясь, потом к этому присоединились Виталик с Ринатом. Ринат был третьим другом детства, они с детского сада знакомы, и их дружба была крепко испытана временем. Что только с ними не случалось, но они, всегда совершая проступок, вместе получали нагоняй, не подставляя другого. С Ринатом я познакомилась позже остальных, так как он живет далеко от нас и приезжает раз в месяц, но это не стало причиной для прекращения общения. Парень понравился мне сразу же, его доброта ко мне и некая забота иногда смущали, но мне это очень нравилось. Помню, я даже испытывала к нему раньше более серьезные чувства, чем дружба, но это ушло от меня еще давно. Учить стрелять меня научили парни еще полгода назад, а узнала я о их проделках и начала участвовать в этом на год ранее. Это их тайное увлечение понравилось мне сразу же, как-только я увидела, как умело стреляет Максим. Мне до сих пор не сравниться с ним, и я считаю его неким мастером, до умений которого мне еще идти и идти. — Руки держи прямо, не тряси ими. Крепко взяла? Нет, надо еще лучше! — говорил мне Макс, управляя моим телом так, как ему это было нужно. Он долго пытался поставить меня в нужную стойку, но сегодня я была какая-то рассеянная и не смогла нормально выполнить все его указания. — Да что же сегодня с тобой?! — Прости, — я оставила попытки и положила пистолет на стол. — А еще несколько минут назад все было куда веселей. К нам пришел Виталик, держа в руках поднос, на котором стояли кружки с горячим чаем и тарелка с печеньем (последнее было для меня, так как парни любили пить чай без всяких мелочей). Виталик не сильно участвовал в моем обучении, так как его навыки были несравнимы с умением Максима, да он и не стремился. — Сегодня точно не ее день, — Макс тоже оставил попытки и взял горячую кружку в руки. Сегодня я больше ни разу не взяла в руки оружие, только болтовня с Максимом и Виталиком на самые разнообразные и обычные темы. Максим делился планами на завтрашний вечер, ведь у них с Дашей была годовщина. Меня удивило то, что об этом говорил именно парень, а не его девушка, хотя кто знает, какие сейчас приоритеты у пар. Мы рассчитывали, что девочки придут с магазинов только к вечеру, как это бывало с Дашей, но все же через пару часов они заявились к нам, о чем потом тайно благодарил и Максим, и Виталик, и я в том числе. Даша, самая большая любительница новых вещей и показов, не могла не покрасоваться перед нами. — Еще немного, и ты растворишься в своих мыслях полностью, — сказала Даша, щелкая пальцами передо мной, пытаясь привести в нормальное состояние. Я опять нащупала на шее цепочку и стала теребить ее. Да, я до сих пор не верила во все это, но приходила к интересующей теме раз за разом, при чем неосознанно. Правда ли все, что я тогда увидела? Или очередной безумный сон, который, наверное, посещал любого человека, чья жизнь начинает казаться ему однообразной и скучной? Я все это не полностью понимала, поэтому и продолжала трогать цепочку и поглядывать на циферблат. — Что это за штучка такая? — Даша взяла часы и посмотрела на них, разглядывая сверху, снизу и внутри. Тут уже присоединились остальные, и мои часы пошли по кругу. — Мы еще не видели у тебя таких часов. Ты ведь не любишь такие вещи, — подала голос Алина. Да, меня не особо интересовали именно такие часы, больше я отдавала предпочтение электронным, которые не надо носить с собой, лучше всего, если это будильник на телефоне, но в этот раз часы интриговали, и не из-за своей формы, а тем. что было с ними связано. Я не раз успела вспомнить слова старичка. Что мне так хотелось? Желаний много, некоторые выделяются на фоне мелких, но я прекрасно понимала, что и эти не заслуживают внимания. — Алина, а о чем ты мечтаешь? — спросила я, когда мы вышли из дома Макса и пошли к детскому саду, где меня ждал Миша. — Мечтаю? — Алина на некоторое время задумалась над моим вопросом. Она не раз переспрашивала, когда к ней обращались, коротко отвечала, а потом опять в свои мысли. — Сначала одна ушла в свой мир, теперь вторая начала, — сказала девушка с какой-то странной ноткой в голосе, но в это время Алина снова пришла в себя. — Знаешь, я так и не смогла найти точного ответа, — тихо сказала мне Алина с извиняющейся улыбкой и переключилась на разговор с Дашей. Я настолько заинтересовалась этой тайной, которая прилетела на мою голову в виде старичка с часами. Верь, не верь — а любопытство свое человек никогда не умел сдерживать. Со мной так же. Я могла не спать по ночам, не слушать лекций, даже внимания на старые упреки матери не обращать внимания, так сильно уходила в свои размышления и выводы, которые тут же расплывались, только я начинала замечать их следы. Но в самый последний день, когда я уже не задумывалась обо всем том, что прилетело мне на голову, считая сном каждый момент разговора старичка, произошла очередная ссора с мамой, и на этот раз все было куда хуже, ведь она задела то, что не должна была затронуть. — Опять ты с этими бандитами ходишь. Они же преступники! — Не смей так говорить о них! Ты ничего не знаешь! Мои последние слова были сказаны в гневе, наверное, именно поэтому я иногда корила себя за то, что поступила именно так, прощаясь с ней. Но на тот момент злость во мне была хозяйкой, и я уснула, мечтая о чем-то, но так смутно, что о словах, сказанных тогда в мыслях, практически забыла. «Как бы мне хотелось исчезнуть из этой семьи! Хочу попасть туда, где было бы мое место», — кричала я мысленно кому-то, может даже тому самому старичку. В этот момент я готова была согласиться на любую чушь, согласиться с чем угодно.