Рондо на Флейте

      — Не передумаешь?       — А ты?        Гелия молчал и смотрел прямо и уверенно. Непреклонно.        Тяжело вздохнула и отвернулась.        Он следует своему хитровыдуманному пути. Петляет. Сворачивает. Бросается из крайности в крайность. Вот как сейчас.        Гелия не изменит собственного решения: упрям слишком, и ему по-прежнему кажется, что выбор между любимыми вещами необходим.        Только вот теперь он вообще решил от них отказаться.       — Дурак, — озвучила вслух собственные мысли и дружески ударила его в плечо. — Я буду громко смеяться, если ты наденешь эту дурацкую робу.       — Я посмеюсь вместе с тобой.        У него улыбка такая же бархатная и мягкая. Руки шершавые и в мозолях, с пятнами карандаша от частых набросков. Эти маленькие вещи кажутся мне невообразимо особенными.       — Не хочу, чтобы ты менялся, — покачала медленно головой.       — Я и не изменюсь.       — Ты, черт возьми, собираешься пройти постриг!        Гелия издал смешок, прикрывая губы ладонью, и медленно кивнул.       — В Светлом Камне будет интересно.       — Быть монахом — это не твое, — устало выдохнула.       — Мой дядя все время говорил, что я не художник, а воин. Отец — что я — художник, а не воин. Вы с мастером Фонгом — что я не монах. Создается впечатление, что я один не знаю, кто я такой.       — Не знаешь, — уверенно кивнула. — Знал бы — не метался бы постоянно.        Гелия закатил глаза.       — Ладно. Хорошо, что мастер Фонг убедил тебя подумать еще годик. Хватит времени, чтобы передумать.       — А если нет? — упрямо возразил Гелия.       — Я буду смеяться над твоей лысиной и оранжевой простыней всю твою жизнь! — шутливо ткнула в него пальцем.        Гелия рассмеялся, притянул меня к себе и на прощание крепко обнял.        Космический корабль до Магикса отлетал через тридцать минут.

***

       Близился июнь, а значит, начало учебного года в Алфее. Аляповатой розовой школе для крылатых созданий, одним из которых с недавних пор являлась я. Ну, как «с недавних»? Уже где-то год с лишним.        И это время было для меня очень продуктивным. Я наконец выпустилась из Мелодийской Академии, перешла в среднюю группу у Мастера Фонга и проделала просто огромную работу над собой как в магическом, так и в психологическом планах.        Магия казалась такой легкой и податливой в превращении, такой кристально чистой и приятной, что я, поначалу, не могла ей надышаться.        Колдовала, пока не выдыхалась. Пока были силы произносить слова и передвигать ноги.        Это, на самом деле, здорово отвлекало от проблем.        Проблемы, кстати, вели себя как дети. Глупые, упрямые дети, которые не могли переступить через себя.        Бей закрылся наглухо, не подпуская меня к себе, что бы я для этого ни делала. Он считал мой поступок неуважением к нему и нашей группе, и я не могла его за это винить. Он был в своем праве, а мне же… Мне же было попросту плохо. Банально и просто. Без каких-либо преувеличений. Отвыкать от того, что когда-то было в твоей жизни чуть ли не центром, — это тяжело. Приходилось постоянно переключаться с одного дела на другое, чтобы не чувствовать себя брошенной и обделенной.        Даже с магией в последнее время что-то не заладилось. В обычном состоянии оказалось сложно привыкнуть к образовавшимся изменениям. Само превращение открывало для меня связь с источником планеты, что позволило, наконец, ярко проявиться моей специализации.        Универсальные заклинания с нашей планеты получались у меня с первого раза. Вообще существовало несколько «Даров», характерных только для Мелодии. Само собой, музыка. Тембр. Ритм. Басы. Звуки. Даже вибрации. Все это встречалось у фей и ведьм с нашей планеты попеременно. У каких-то одни заклинания из этих категорий получались лучше, чем другие, что и определяло тот самый «Дар».        У меня же была какая-то чертовщина.        Некоторые боевые заклинания не выходили вообще. Некоторые получались сколотыми и видоизмененными.        Благодаря Камилю и тому, что он практиковал магию, я смогла кое-что понять.        Первое. Заклинания, действующие на площадь и большое расстояние, получались только в случае, если воздействие было на самого человека или на территорию.        Второе. Контрзаклинания, направленные на разрушение других плетений, у меня не выходили вообще.        Ну, и третье. Все универсальные приемчики с нашей планеты у меня получались в равной степени. Что говорило только о том, что моя специализация хоть и имеет отношение к мелодии и звукам, но ими при этом не является.        Что, в таком случае, позволило мне однажды изменить структурную формулу прямо в момент ее работы?        Что вообще может позволить это сделать?        Почему я осваиваю новые плетения быстрее большинства людей?        Почему магические вектора всегда получаются близкими к тому виду, в котором они и должны находиться? Идеальные пропорции вложенной магии получались у меня раз на тридцатый в зависимости от сложности плетения и впечатывались в сознание намертво.        У меня ответа не было.        Но он, как всегда, нашелся у Камиля.        Льдистые глаза барабанщика не могли видеть мои плетения, но он сам мог чувствовать и ощущать общий магический фон.       — Он такой чистый, — говорил Камиль, лежа на траве, блаженно прикрыв глаза. — Нет ничего лишнего. Сама природа, кажется, считает его своей частью.       — На что это может быть похоже?       — На круговорот. На равномерный поток. Одно перетекает в другое, смешивается, изменяется… — Камиль открыл глаза и его губы растянулись в мечтательной улыбке. — Похоже на то, к чему стремлюсь я в своей жизни.        Камиль замолчал, а я попробовала еще одно заклинание из списка феи Мелодии, найденном в библиотеке.       — На гармонию, — выдохнул Камиль, вытянув руку, на которую села бабочка, привлеченная моим заклинанием.        И эта фраза перевернула все в моей голове.        Я могла быть феей гармонии?! Музыка ведь сама по себе гармонична, поэтому у меня хорошо получаются специализированные заклинания с нашей планеты.        Но такой дар был больше характерен для таких планет как Эсперо или Оппозитус…        Хотя нет. Стоп.        Маги с этих планет, скорее, способны к изменению окружающего мира и приведению его к гармоничному состоянию. Помогает ли их дар приводить сами заклинания к подобному состоянию? Без понятия. Почему у меня, в таком случае, не выходят контрзаклинания? Опять же, без понятия.        Надеюсь, библиотека Алфеи сможет ответить на все мои вопросы.        А пока же красный антигравитационный автобус, наконец, остановился, и вереница девушек потянулась к выходу, а вместе с ними — и я.        Столпотворения, как такого, не было. Старшекурсницы сразу же направлялись в здание, а первокурсницы проходили регистрацию у мисс Гризельды. Я пристроилась сзади и стала терпеливо ждать.       — Надо же, — мисс окинула недовольным взглядом стоящую передо мной парочку юных фей. — Принцесса Стелла с Солярии… — Она хмыкнула совсем не дружелюбно, чем заставила поежиться стоящих сзади меня девушек, но блондинке на этот тон было совершенно плевать. Она только закатила глаза и по-детски надула губы. — Удивлена, что вы решили почтить нас своим присутствием, — мисс Гризельда сделала паузу и странным голосом добавила: — снова.        Девушка только улыбнулась, спрятав руки за спиной и скосив золотые глаза куда-то в сторону своей подруги.       — Знаете, я так просто не сдаюсь.        Гризельда чиркнула что-то в блокноте и обратила свой строгий взгляд на другую девушку — с синим кроликом на плече.        Она слегка волновалась, но не более.       — Блум с Солярии, — тихо ответила та, сжав покрепче ручку чемодана.        Стелла, стремясь поддержать подругу, положила ей руку на плечо и без стеснения вмешалась.       — Мой отец должен был предупредить вас, что Блум заменит принцессу Каллисто в Алфее.        Гризельда хмыкнула, нарочито медленно посмотрела списки и, наконец, на последней страничке нашла искомое имя.       — Можете войти. Восьмая комната в третьем корпусе. Надеюсь, вы не заблудитесь, мисс Стелла.       — Спасибо, мадам, — блондинка подарила ей ослепительную улыбку, чем заставила замдиректора поморщиться, и, схватив за плечо подругу, поскорее отошла.        А до меня, наконец, дошла очередь.       — Муза с Мелодии.        Гризельда прищурилась, цепким взглядом охватив каждую мою детальку, от чего я, кажется, поняла, почему ее все так боятся. Смотрит как коршун. Того и гляди заклюет.       — Я вас помню, — мисс кивнула, чем сильно меня удивила. — Почему вы не подали документы в прошлом году?        Не думала, что она меня вообще запомнит…       — Я тогда еще не закончила среднюю школу.        Она удовлетворилась таким ответом и поставила очередную галочку.       — Восьмая комната, третий корпус.        Как забавно. То же самое, что и у девушек до меня. Хах. Теперь я знаю имена двух своих соседок.        Принцесса Солярии Стелла и Блум с той же планеты. Последняя, вероятно, фрейлина или просто близкая подруга, чьи родители приближены к королю — вряд ли принцесса стала бы таскаться с кем-нибудь другим.        Жить целых пять лет с принцессой одной из самых богатых планет Магикса… Боже. Надеюсь, она нормальная… Хотя уже сейчас можно сказать, что авторитетов точно не признает — слишком легко общалась с Гризельдой. Да и что значит это «снова»? Она уже поступала в Алфею в прошлом году, но не преодолела барьер? Или же преодолела, но пошла в другую школу, а сейчас перевелась сюда? Да нет. Гризельда явно ее знала. Слишком раздраженной и недовольной выглядела, увидев блондинку.        Уже училась тут, но, по какой-то причине, бросила? Зачем, в таком случае, вернулась? Может, она бросила не сама, а ее исключили? Вероятно. Любопытно, за что могли исключить принцессу настолько богатой планеты… Точнее, почему ее отец не пожелал уладить этот вопрос. За что вообще исключают из Алфеи? Надо бы как-нибудь узнать у старшекурсниц.        Школьная жизнь явно обещала быть увлекательной.        Я чуть усмехнулась и направилась к нужному корпусу. До представления директрисы и небольшого вводного курса по Алфее еще около часа. Как раз хватит времени забросить чемодан и познакомиться с соседками.        Прослыть отшельницей мне как-то не хочется, да и более-менее приятельские отношения завести тут тоже не помешает.        До нужного корпуса я дошла исключительно по карте. На первом этаже было десять дверей, четыре из которых украшали таблички с ванной.        Размеры у дверей были разные. Одна была гораздо больше остальных, чем и привлекла мое внимание. За ней обнаружилась просто огромных размеров купальня, похожая на японские онсены. Каменные статуи по бокам. Какие-то растения, подвешенные на хрустальных горшках. Камень на полу. Белые полотенца.        В общем, выглядело все это по-царски и совсем без розовых соплей. Чистый камень в зеленых и серых тонах.        В маленьких же дверях были простые душевые и туалеты.        На втором этаже большой двери с купальней не обнаружилось, что меня опечалило. Нежиться в большой ванне мы будем, видимо, только на первом этаже и всей компанией. Но тут также имелись три душевые, а вместо купальни был какой-то огромный зал, по типу спортивного и тренажерки.        На последний этаж подниматься с чемоданом было лень, поэтому я отложила его изучение на потом и подошла к открытой двери, из которой уже раздавались знакомые голоса.       — Всем привет, — махнула рукой, чуть улыбнувшись.       — Приветик, — солярийская принцесса ответила первой, сидя на мягком зеленом диване.        Я, как погляжу, попала в общую гостиную.       — Привет, — рыжая с кроликом стояла в центре, уже не выглядя такой растерянной, как перед Гризельдой.        Смуглая миниатюрная фея с зелеными глазами лишь кивнула, застенчиво улыбнувшись.       — Уже распределили комнаты?       — Они подписаны, — сказала блондинка. — Меня, кстати, Стелла зовут.       — Муза.       — Дай угадаю, — она приложила руки к вискам и начала изображать усиленную работу мыслей. — Мелодия?        Несложно, на самом деле, догадаться — с таким-то именем!       — А ты с Солярии? — воспользовалась я уже узнанной информацией.        Та вскинула брови.       — Угадала.        Весело усмехнулась.       — А вы? — повернулась к оставшимся.       — Блум. Тоже с Солярии, — рыжик кивнула, скромно улыбнувшись, но быстренько подняла заинтересованное личико на меня. — А можно увидеть на парящих островах людей, если смотреть снизу?       — Парящие острова? — удивленно спросила оставшаяся фея, а потом, чуть смутившись, поспешила представиться: — Флора с Линфеи.       — Ага, — радостно кивнула Блум, с преисполненным восхищения лицом принявшись описывать Флоре те самые парящие острова, да так, что даже я, жительница Мелодии, нашла ее рассказ для себя интересным, столько в ней было искреннего запала, восторга и благоговения.       — Ты была на Мелодии? — спросила ее, когда она закончила.       — Не-е. Только читала в сети. Но обязательно побываю! — уверенно блеснули ее голубые глаза.       — Блум любит всякие мифические штучки, — весело отметила Стелла и вскочила с дивана. — Чем займемся, пока ждем речь Фарагонды? Может, походим по школе? Я тут хорошо ориентируюсь.       — Можно, — кивнула. И тут же поспешила утолить свое любопытство. — Ты здесь часто бывала?       — Училась в прошлом году, пока не выгнали, — рассмеялась та, махнув куда-то в сторону рукой. — Но без меня здесь было бы слишком скучно.       — А за что? — скромно спросила Флора, еще не достаточно уверенно чувствующая себя в нашей компании.       — Разнесла взрывом лабораторию зелий. — Чуть смущенная улыбка и тут же — следующая фраза с высоко вскинутой головой: — Но мой отец возместил все убытки.       — Надеюсь, ты не собираешься заниматься своей пиротехникой здесь? — окинула взглядом всю нашу квартиру.        Принцесса подарила мне лукавую улыбку:       — Только если вы не будете меня бесить.        Теперь уже смеялись все, даже Флора хихикала в маленькую ладошку.        А принцесса, как оказалось, очень даже ничего. Возможно, легкомысленная, но веселая, и совсем не высокомерная. Нет в ней выпячивания собственных достоинств и родословной. По крайней мере, пока она мне выглядела довольно нормальной, а там посмотрим, как пойдет.        Блум с Флорой тоже показались приятными девушками. Последняя обязательно еще втянется, а первая уже, кажется, втянулась и о чем-то спрашивает Флору о Линфее, совершенно забыв про вопрос ко мне.        Довольно увлекающаяся и мечтательная натура, как погляжу.       — Тогда давайте я закину чемодан в комнату и пойдем.       — Окей! — кивнула Стелла и включилась в разговор Блум и Флоры о ее родной планете.        Всего в комнате было три двери, две двухместные и одна одноместная для Стеллы, так как та являлась принцессой. Моя соседка пока не пришла, но ее имя я уже знала по табличке — Текна. Комната была довольно большой, разделенной на две части маленькими ступеньками, я выбрала ту, которая была дальше от двери, и закинула чемодан на кровать.        Девочки сидели там же, где я их оставила. Мы, ради приличия, подождали еще десяток минут на случай, если придет последняя наша соседка, чтобы захватить ее с собой, и, не дождавшись, отправились исследовать Алфею под предводительством Стеллы, которая повела нас сразу на третий этаж этого корпуса.        За широкой дверью обнаружился еще один зал.       — Здесь можно практиковать заклинания в свободное от учебы время, — начала блондинка, заходя в зал, который был размерами гораздо больше, чем купальня на первом и спорткомплекс на втором. — На первом этаже четыре жилые трехместные комнаты, на втором — две пятиместные и две трех. На третьем также четыре комнаты, все трехместные. В сумме должно быть сорок человек. Хоть душевых тут и хватает, все равно утром толкотня постоянная. Девчонки, в конце концов, — махнула та рукой.       — Что посоветуешь?       — Раньше вставать, — хмыкнула Стелла, после чего с дьявольской улыбкой добавила: — хотя я предпочитаю одаривать всех испепеляющим взглядом и бесцеремонно идти вперед.        Блум хихикнула, а Флора с искренним недоумением уставилась на блондинку.       — Она шутит, — шепнула линфейской фее на ушко и обратилась уже к Стелле. — Куда дальше?        Так мы и бродили по школе, слушая смешные истории принцессы о преподавателях и других забавных случаях, что произошли с ней в здешних стенах.        Стелла оказалась просто кладезем полезной информации. Посвятив каждому преподавателю и не только (все-таки, тут имелись еще библиотекарша, врач и парочка поваров, с одним из которых Стелла даже встречалась) парочку историй и закончив с ними, Стелла стала рассказывать больше о себе и с интересом слушала о нас.        Она вообще была очень общительной. Часто шутила, в основном, над собой, и смеялась.        Блум от нее не отставала, расспрашивая попеременно меня и Флору о наших планетах. Последняя под конец выглядела уже вполне уверенно, и я только укрепилась во мнении, что это была просто легкая стеснительность, а не постоянная скромность.        Когда мы, наконец, посетили столовую, до речи директрисы оставался еще десяток минут, поэтому мы поспешили в главный холл, где уже стояла мадам Гризельда и большинство первокурсниц. Оставшиеся подтянулись быстро, а мисс решила взять слово, пока Фарагонда и другие преподаватели еще не подошли.       — Эта школа будет вашим домом следующие пять лет, но этот дом может перестать быть вашим в одно мгновение. Я, как завуч по дисциплине, буду особенно внимательно следить за правилами школы, которые вы всегда можете прочесть на главном стенде.        Мисс Гризельда пробежалась по каждой девушке, остановив особенный взгляд на нашей компании, в центре которой как раз-таки стояла Стелла, но ничего сказать не пожелала, лишь отвернувшись в сторону лестницы, с которой плавно спускалась директриса, ведя за собой остальных преподавателей.        — Дамы. Надеюсь, вы простите меня за опоздание, — маленькие очки на носу, седые волосы, собранные в высокую прическу, и лукавая улыбка мигом расположили всех учениц к этой женщине. После Гризельды она казалась слишком приветливой, оттого, видимо, сразу и вызвала такую приязнь.       — Внимание! — темноволосая женщина-завуч хлопнула в ладоши и посмотрела на директрису, призывая и нас сделать то же самое.       — Надеюсь, мисс Гризельда вас не слишком напугала, — та вздернула нос и поспешила отвернуться, а Фарагонда продолжила с тем же волшебным шармом, с которым вошла: — добро пожаловать в Алфею. Лучшую школу фей во всем Магиксе. — Она умела удерживать внимание своим каким-то истинно фейским обаянием. — Кстати, она тут единственная, — игриво закончила директриса и двинулась чуть вперед.        Девочки смотрели на нее с некоторыми восхищением и пиететом. И от директрисы Облачной Башни она отличалась кардинально. Та выглядела уверенной и своенравной, а эта — мягкой и кроткой. Такой доброй феей-крестной.        Сладкой, как ванильное мороженое, и воздушной, как сладкая вата.       — Стать феей не так-то просто, но я знаю, что у всех это получится, — вот, кстати, и первое отличие. В речи Гриффин сквозило скорее то, что даже половина из пришедших не станет настоящими ведьмами. Хотя, нечему удивляться, потому что ведьмой стать действительно сложнее. Ведьмой именно в понимании Гриффин. Интересно, как Фарагонда представляет себе настоящую фею? — Вы всегда сможете обратиться за помощью к преподавателям, с которыми познакомитесь поближе уже завтра.        Я зацепилась взглядом за ужасно симпатичного, но молодого эльфа и за лепрекона с бакенбардами в широкополой зеленой шляпе. Какие тут, однако, любопытные профессора. Интересно, что на них можно найти в сети?       — Я надеюсь, эти стены станут вашим домом на долгие пять лет, а ваши сокурсницы — вашей семьей, у которой вы всегда сможете найти помощь и поддержку, — Фарагонда улыбнулась. — Ведь дорога, пройденная вместе, будет гораздо легче и захватывающей.        Боже. Какая она, однако… Сладко-приторная. Словно радужные зефирки сейчас посыпятся с неба.       — В завершение хочу пожелать, чтобы магия стала вашим призванием, какую бы специализацию вы для себя ни избрали, и чтобы вы всегда помнили, что все люди одинаковы в своих чувствах и переживаниях.        Директриса Фарагонда тепло кивнула.       — Поэтому — удачи всем, и до скорой встречи за ужином.        Мисс Гризельда хмыкнула и обратила на себя внимание:       — Все свободны.        Принцесса Солярии повернулась в нашу сторону, и на ее лице уже читалось интересное предложение.       — Кто хочет прогуляться по Магиксу?