Рондо на Флейте

       Когда-то давно Дафна спасла Блум от смерти, пожертвовав собой. Она попала под особое проклятие, лишившее её физической оболочки.        Чтобы сохранить остатки разума, ей пришлось привязать душу к озеру Рокколучи.        Тому самому озеру, что находится почти под боком у Алфеи, — поэтому-то Блум и познакомилась с ней, только поступив сюда.        Дафна — не призрак. Дафна — огрызок от того, что когда-то было ей. Покореженное от и до заклинание. Она просто… магическое плетение. Формула. Вектора энергии.        Ошибка.        Теперь мне стало понятно, почему меня так воротило от нее.        Это же кошмар моего Дара наяву.        Остальные этого не замечают, но меня мутит вполне серьезно от того, насколько ее существование нереально.        Дафна способна мыслить. Говорить. Передвигаться. Ее даже, с некоторыми допущениями, можно назвать артефактом или призраком.        И самое удивительное то, что она сама себя спасла.        Распадающийся на части дух — единственное, чем она была после того проклятия.        Но она выкарабкалась. Сохранила память. Сохранила чувства. Она сохранила ту часть себя, что могла быть личностью.        Ту часть, что была Дафной.        Ту часть, что была сестрой Блум.        Я даже не представляю, какого уровня заклинание она создала на коленке, лишь бы только выжить.       — Родители Блум были аристократами?       — Да.        Я помнила замок, вокруг которого горели огни сражений. Родители Блум, кем бы они ни были, погибли, и Блум последовала бы за ними, если бы не сестра.        Сколько ей тогда было? Двадцать один?       — Почему на них напали?       — Это не относится к проблеме с Дафной.        Действительно. Стелла ведь не обещала быть откровенной.       — Кто наслал проклятие?       — Без комментариев.        Я пыталась понять границы того, насколько принцесса готова говорить. И не все ее ответы меня устраивали.       — Ты помогаешь Блум от своего лица или…       — Или, — отрезала Блондинка и всем своим видом дала понять отношение к моим вопросам.        Кажется, еще одно слово про Солярию или ее связь с Блум, и Стелла просто уйдет, лишив меня даже этой малости.        Хотя, по факту, она ничего мне не должна, и, будь ей все равно на мое к ней отношение, даже бы не почесалась.        Ее даже присутствие Флоры не смущало. Хотя, вряд ли Стелла раскрывает важные подробности. Мое любопытство касательно Дафны она, в принципе, удовлетворила.        Что касается Блум…        У нее была история. Настоящая история, которую слушать интересно, но примеривать к себе и как-то с ней связываться совсем не хочется.        Но я, кажется, ввязалась. Точнее, меня ввязали.        Блум была гораздо большим, чем Стелла ее изначально представляла.        После рассказа я пыталась прояснить некоторые моменты, и принцесса не строила из себя клоуна, чтобы отвязаться.        Она была краткой, лаконичной и, что самое жуткое, серьезной.        Стелле серьезность не шла.        Даже Блум старалась поменьше на ту смотреть, словно знала, что блондинка была ей недовольна за внезапность этого разговора.       — Но как Дафна смогла телепортировать ребенка в таком состоянии? — спросила я и секунду спустя поняла, что в ответах и рассказе Стеллы не было ни единого намека на то, что Дафна вообще осуществляла телепортацию.        Принцесса никак не показала, что я сказала что-то не то, но я все же поспешила пояснить.       — В книге судеб я слышала стрекот портала.        Она посмотрела на Блум, из-за чего последней сделалось некомфортно.       — Ты этого не упоминала.       — Я не заметила, — буркнула рыжая, отворачивая голову. — Мне было слишком плохо, знаешь ли, чтобы смотреть по сторонам.        Стелла устало выдохнула. Наверное, думала сейчас, что там заметила я и не будут ли ее слова противоречить этому видению.        Флору рассказ Стеллы также впечатлил — по крайней мере, она прониклась героизмом Дафны.        Всю правду Стелла, кстати, говорить не собиралась и даже не скрывала этого.       — Послушай, я понимаю, что многое из того, что относится к Блум, — Стелла вскинула брови на прямоту моего высказывания, — является для тебя своеобразным табу. Я в это не лезла до сего момента и старалась даже не думать на эту тему. Но сейчас все изменилось. Дафна вторглась туда, куда не следовало, и, поверь, мне это очень и очень не понравилось. Повторения этого я больше не хочу, но, возможно, захочет Дафна.        Ведь та, похоже, желает воплотить себя в реальность. Вернуть то, что потеряла четырнадцать лет назад. Без понятия, чем я могу ей помочь, если снимать проклятия — не мое.        Рыжая уверенно кивнула.       — Я не знаю, права ли сестра. Но если есть хоть малейший шанс ее оживить и ты можешь ей в этом помочь, то я готова сделать все, что угодно.        Блум сжала кулаки, а ее взгляд горел решимостью.        Ее слова… она говорила хоть и на эмоциях, но совершенно серьезно. Не вкладывая одну лишь браваду.        Это было в обход Стеллы. В обход Солярии.        Я поняла, что Блум не подчиняется последней, и это в одно мгновение изменило всю ситуацию. Перевернуло ее с ног на голову.        Все прежние умозаключения просто растаяли.        В голове возникла идея, заставившая меня изумленно раскрыть глаза.       — Ты же не с Солярии, верно?        Она сжалась, чуть дернулась и застыла.        Блум понадобилось время, чтобы решиться на ответ.       — С Земли.        Стелла прикрыла глаза, словно смирившись с чем-то.       — Где это? — спросила Флора, озадаченно нахмурившись.       — Почти на границе измерения. Именно туда меня перенесла Дафна, но как она сделала это в своем состоянии — я не знаю.        Это проясняло… многое. И знание Блум о Хэллоуине. И ее любопытство, направленное на окружающий мир.        Земля.        Идентичная копия моей планеты за одним небольшим исключением.        Это не то место, откуда пришла я.        На этой Земле когда-то была магия, которая исчезла около четырнадцати лет назад.        Забавно, что, исходя из цифр, где-то в это же время там появилась Блум.       — А твоя родная планета?       — Я… — рыжая глянула на Стеллу, но та никак не проявила своей позиции. — Я не могу сказать…        Рыжик все-таки решила не портить для принцессы все окончательно. Хотя, судя по улыбке, что медленно проявлялась на лице Стеллы, ее это не сильно волновало…        Что-то не так. Сильно не так.       — Муза, можно всего один вопрос?        Я нахмурилась. Искра сумасшествия, что промелькнула в медовых глазах, напугала.       — Хотя… твое разрешение мне не так уж и нужно, — махнула рукой блондинка. — Что бы ты выбрала: красные туфли, голубые или покрытые блестками?        Чего?        В каком это смысле?        Стелла только улыбалась, вольготно откинувшись в кресле.        Блум с Флорой поняли не больше меня и так же озадаченно переглядывались.       — Вопрос с подвохом? — спросила я.       — О-о-о, еще с каким, — хихикнула Стелла.        Здесь определенно было второе дно, вот только я его в упор не видела. Эти туфли что-то означали? Хотя нет. Не туфли.        Цвета.        Мне отчего-то казалось важным ответить. Словно этот вопрос не был очередной дебильной шуточкой от Стеллы, а какой-то… контрольной точкой?        Тестом на… что?        Я выдохнула.       — Что бы выбрала ты?        Она изменила положение тела, приложив указательный палец к щеке.       — Я пока не определилась. Правда, красный я бы точно не надела. Сложновато будет подбирать одежду.       — Мне вообще подобные оттенки не идут… — начала я осторожно. — Я бы выбрала что-нибудь другое. Сиреневые, например…        Стелла хмыкнула, и улыбнулась.       — Да, это твоя палитра. Жаль только, такую обувь не выпускают.        Я окончательно запуталась. Не выпускают?        Моего цвета… нет? Погодите… она имеет в виду стороны? Взгляды? Идеи? Отношение к ситуации связанной с… Блум?        Стелла заметила признаки осознания, и радостно оскалилась.       — А создать? — сглотнула я.        Голубой цвет — определенно, Блум. В конце концов, ее имя этот цвет и обозначает. А блестки — это… отраженные лучи света? Сторона Солярии?        Но что обозначает красный? Чью сторону? Сторону тех, кто напал на Блум и ее семью? Или кого-то еще?        Почему все это принимает такой серьезный оборот? А может, я напрасно придаю этому такое значение?        Да нет. Не напрасно.        Но кто я, чтобы иметь на эту ситуацию свое мнение? Зачем Стелла вообще строит со мной словесные кружева?       — Но это так сложно! — скуксилась блондинка. — Нужно придумать бренд, вложить кучу денег и сил. Даже я этого сейчас сделать не могу, а я, на минуточку, принцесса!        Я моргнула, а Стелла смотрела прямо в глаза, считая, что я додумаюсь до того, что она подразумевает под всей этой метафорой.        Только вот я не понимала, чего она хочет от меня.       — Если я буду делать выбор из этих трех, и ни один мне не подойдет, я предпочту остаться без обуви вообще.        Никуда не влезать. Сохранить независимость. Не принимать ни чью сторону.        Если не знаешь, что ответить, придумай отговорку.        Стелла озадачено нахмурилась, услышав не то, на что рассчитывала, правда, через несколько секунд вновь расслабилась, придя к какой-то мысли.       — Если когда-нибудь у тебя появится лишняя пара сиреневеньких туфель, я буду не против ее примерить.        Что?       — Ты не можешь на это рассчитывать, — выдохнула я. — Это не нормально. Такого никогда не произойдет.        Хотелось смеяться.        Фея принимала меня за кого-то, кем я не являлась.        Примерить мой цвет? Идти со мной?        Серьезно?        Ей, принцессе? Той, у которой все измерение под каблуком?        Кажется, кто-то сошел с ума.        Она только пожала плечами с приклеенной на лице полуулыбкой.       — О чем вы вообще говорите?! — не выдержала Блум, в панике мечась взглядом между нами.        Атмосфера тайны была разрушена, чему я была даже рада.        Нужно подумать над словами Стеллы, а лучше — вообще их забыть.        Она принимает желаемое за действительное, считая меня… кем? Способной на что-то повлиять? Что за бред.        Если сейчас я — капитан нашей команды, то в будущем, когда мы закончим Алфею, это не перерастет во что-то большее.        Даже если бы я наплевала на планы по вступлению в какую-нибудь наёмничью команду и решила создать свою, иметь в ее составе принцессу такой планеты было бы просто опасно!        У Солярии наверняка полно недоброжелателей, а пристукнуть принцессу в таком шатком положении наверняка проще, чем если бы она находилась под защитой на Солярии.       — О моде, конечно же! О чем еще? — с негодованием воскликнула Стелла, исподтишка мне подмигнув.       — Это не то, что мы должны были обсуждать!       — Все слишком странно, — подтвердила Флора, и слегка передернула плечами, — и жутковато… Блум, попроси Дафну больше так не врываться…       — И узнай у нее, каким образом она вообще существует. Я попробую ей помочь, но ничего не обещаю.        Лучше отвлечься.        Стелла сказала какую-то чушь, а я, как дурочка, восприняла это всерьез. Сколько раз я себе говорила не слушать эту блондинку в период словесного поноса?        Много и очень много.        И эти слова от прочих ничем не отличаются…        Когда я убеждала себя в этом, мне становилось легче.       — Спасибо, — рыжая благодарно улыбнулась, когда мы с принцессой уходили из комнаты.        Каждой из нас требовалось время, чтобы все это переварить, а некоторым — еще и подумать над дальнейшими действиями.        Как теперь изменятся отношения внутри команды? Мы станем ближе?        Стелла, к сожалению, решила оставить за собой последнее слово, прервав мои размышления:       — Знаешь, ты стала более… восприимчивой.       — Да? — удивленно спросила.       — Да. Раньше ты бы не стала охотно помогать, не зная даже приблизительно, в чем заключается помощь.        Я пожала плечами.       — Возможно, сказывается бремя капитана.        Мое согласие было скорее благодарностью Блум за небольшое упоминание Земли, за правду, что она, пожертвовав доверием Стеллы, рассказала.       — Это хорошо, — кивнула Стелла.       — Ммм? В каком это смысле?        Блондинка обернулась, подмигнула мне и, уже закрывая дверь своей комнаты, сказала:       — Отличный навык для дизайнера.