Никогда не связывайся с фриками!

Впервые Кристофер увидел Саммер в нью-йоркском баре, о котором отзывались не лучшим образом. Тем не менее, количество его посетителей от этого не уменьшалось. Скорее наоборот, ведь многие хотели расслабиться за стопкой хорошего и недорогого алкоголя или понаблюдать за очередной перепалкой пьяных людей. Здесь Криса не держал алкоголь. Его здесь держали деньги. Студенты в таком большом городе буквально играли на выживание. Только ребята с большой силой воли и упорством могли добиться успеха. А Гриффин как раз это мог, но бурная молодость не прошла мимо. Поэтому он был в этом клубе и готовился к очередному выступлению вместе со своей рок-группой. За барной стойкой стояла довольно симпатичная девушка, которая время от времени бросала на него заинтересованные взгляды. Одарив незнакомку улыбкой, Крис вместе с группой поднялся на сцену. Свист, аплодисменты и восторженные взгляды публики — эти ребята были действительно талантливы. А незнакомка все так же заинтересованно наблюдала за Гриффином. Покусывая нижнюю губу, девушка перевела взгляд на подругу, сидящую рядом. — После выступления я подойду к гитаристу. Ты не против? Та хитро улыбнулась. — Что, Саммер, не выдержала? А я говорила, что и месяца не продержишься. Саммер не обратила на это внимания. Как она и говорила, после выступления рискнула подойти к незнакомцу. Только общение вовсе не напомнило встречу двух незнакомых друг другу людей. — Мне так понравилось выступление. Может, отойдём, познакомимся? Кристофер был не против этого. Да и догадывался, что из этого выйдет. В комнате, которую можно было арендовать на час в баре, было прохладно и чисто. Значит, они были первыми. Саммер подвела Криса к кровати и, резко толкнув его на пружинящий матрас, уселась сверху и начала расстегивать рубашку. — Так быстро, даже имени не спросив, — усмехнулся Гриффин. — А ты разве не привык к этому? — остановившись, она приблизилась к его лицу. — Тут столько девушек, бросающих на тебя хищные взгляды. Наматывая на палец прядь зелёных волос Саммер, другой рукой парень расстегнул две последних пуговицы на её рубашке. — Ревнуешь? — спросил Кристофер. Впиваясь в ее губы, Гриффин даже представить не мог, чему себя подверг. Насколько Харпер помнит, что это была первая серьёзная ссора Кристофера с Кейт. Каждый упорно доказывал свою точку зрения: Кейт обвиняла падчерицу, а Крис наоборот — защищал. Харпер была в комнате с младшей сестрой на втором этаже, но из шума на кухне можно было разобрать некоторые слова. — Из-за твоей тупости у нас теперь куча проблем. Эта трепалка теперь не успокоится, пока не сдаст тебя в детдом. Или же в психбольницу. Как же брюнетке хотелось ответить, но она сдержалась. Сейчас и так слишком напряжённая атмосфера. — А представь, что Кейт тебя сдаст полиции? Придумает какую-нибудь историю, что ты сама ту Хартманн вырубила и выкинула через окно; будет упираться на то, что ты — явно шизофреничка, которая временами разговаривает со своей мёртвой матерью. Противный смех внезапно раздался по всей комнате. От этого маленькая Дебора, до этого спокойно игравшаяся пластиковой черепахой, сморщилась и уже собралась плакать. — Ну-ну, Дебора, только не плачь, — Харпер взяла на руки шестимесячную сестру. — Тётя уже уходит, да? Саммер решила подыграть, но… — Да, тётя уже уходит. Но она придёт в твоих самых страшных кошмарах. Будто понимая слова призрака, Дебора не сдержалась и заплакала. — Вот блин. Попытки успокоить малышку были тщетны и через некоторое время прибежала испуганная миссис Гриффин. — Какого чёрта она так кричит? Что ты уже успела с ней сделать? Забрав дочь из рук Харпер, Кейт зло произнесла: — Твой отец, даже не пытаясь воспринимать мои аргументы, уехал на работу. В поздний вечер. «Я бы тоже не против свалить», — подумала про себя девочка и, когда она направилась к выходу, её грубо схватили за плечо. — Я устала терпеть тебя. Даже работая психологом, не видала таких детей. Таких скользких, грубых, жестоких… — Так не терпи, — перебила Харпер женщину. — Вали отсюда и не мешай нам с отцом нормально жить. Пока миссис Гриффин была в ступоре, брюнетка выбежала из комнаты. Конечно, бо́льшую часть злости в ней вызвала младшая сестра. Изначально Харпер была не особо рада, что у неё будет брат или сестра, ведь большинство обязанностей легло бы на неё. Да и меньше внимания ей бы стали уделять. А самое главное — это ребёнок от Кейт, такой приставучей и лицемерной. «Папе не везёт с жёнами». Забежав в свою комнату, Харпер плюхнулась на кровать. — Кажется, такое уже когда-то было. Молчание. — Не хочешь об этом говорить? Ну и ладно, — зевнув, Гриффин устало потёрла глаза. — Папа наверняка приедет завтра утром. Внезапно появившиеся Саммер удивила Харпер. — О чём говорить? Что твой никудышный отец дома порядок навести не может? Сбегает от всех проблем на работу? Хах. Докуривая сигарету, Саммер осматривается по сторонам. В голове у неё выстраивается целая цепочка событий, которая произойдёт после одной неожиданной новости. — Саммер! Бодрый голос вывел девушку из раздумий и заставил натянуть радостную мину. — Крис, — словно мурлыча, произносит Саммер. Объятия Кристофера были настолько сильными, что казалось, будто вскоре треснут рёбра. Поглаживая парня по длинным волосам, зеленоволосая чуть отстранилась от него и заглянула в глаза. — Я хотела тебе рассказать одну новость. Только без нервов, ладно? Гриффин, отпустив девушку, подозрительно осмотрел её. — Я беременна. Почему-то Саммер сейчас нервничала больше всего, хотя была абсолютно уверена, что всё пойдёт по плану. — Но мы же… предохранялись? — будто сомневаясь в своих словах, сказал Кристофер. — Да, — кивнула Саммер и слегка улыбнулась. — Но это не всегда стопроцентно защищает. И… я рожу ребёнка. Кристофер вырос в полноценной и благополучной семье. Разве стоит лишать его будущего ребёнка такой возможности? Тем более родители помогли бы — богаты ведь. Да и внуков они бы не против иметь, хотя наверняка им не понравилось бы, что не имея образования и постоянного жилья, сын собрался создать семью. — Хорошо. Я-я помогу тебе, — слегка неуверенно произнёс Кристофер. — Мои родители помогут. А твои как? — Хах, у меня отец алкаш, о чём ты говоришь? А матери давно в живых нет. И снова Гриффин поддался чувству жалости любви. Не успев отойти от произошедшего, Харпер пришлось переступать через своё эмоциональное состояние и с каменным лицом идти в школу. Хотя она всегда так делала. На удивление, её ждали одноклассники возле школы. Конечно, не весь класс был, но довольно важные в школьной жизни — да. — Харпер! — воскликнула Эш. — Я так волновалась! Гриффин и моргнуть не успела, как её уже зажимали в крепких объятиях. Дальше и остальные начали подходить и расспрашивать Харпер об её самочувствии, обнимали и выражали свое сочувствие, что брюнетка попала в такую ситуацию. Но кое-кто не собирался привселюдно обнимать Харпер или же вообще не собирался этого делать. Салли и Ларри. — Спасибо, ребят, правда. Я тоже очень рада вас видеть, — застенчиво произнесла брюнетка. «Чёрт, почему же мне так неудобно?» В школе ничего не изменилось. Только вот на доске пропавших школьников висела фотография Харпер. Презрительно хмыкнув, Гриффин подошла к ней и одним движением отлепила, приклеенную скотчем, фотографию. — Наверное, я единственный человек, которого удалось найти, — произнесла брюнетка. — Они уже мертвы. Голос Эшли был непривычно холодным. — Не будем заострять на этом внимания. Пошли, а то опоздаем на алгебру. Помявшись, Кэмпбелл взяла подругу за руку и потянула в сторону кабинета. — Пошли. Кстати, у нас новая учительница. Говорят, что она неплохая женщина. Харпер никогда не волновалась об учителях. Какими бы они строгими не были, всё равно всё шло ей на пользу. В классе была настоящая шумиха из-за возвращения Гриффин. Кто-то бесцеремонно задавал совсем неуместные вопросы, даже спрашивали о том, как покойная Пакертон делала колбасу. — Дебилы, — прошипела Гриффин и села за свою парту, надеясь, что больше её никто не будет трогать. «Успокойся, Харпер. До окончания учебного года осталось совсем чуть-чуть». Звонок прозвенел, а через две минуты в кабинет вошла молодая учительница. Брюнетка решила не слушать приветствие новой преподавательницы, и вместо этого она стала осматривать присутствующих. Потом Харпер перевела взгляд на учительницу. «Голова приподнята, губы сжаты в тонкую полоску, а одна нога вызывающе выдвинута вперёд. Кажется, что с ней будет непросто». Вдруг откуда-то на парту прилетела скомканная бумажка. Переводя взгляд с бумажки на одноклассников, Гриффин встретилась с голубыми глазами Фишера. Слегка боязно раскрыв скомканное письмо, брюнетка увидела: «Встретимся после уроков возле площадки». Харпер подозрительно глянула на Салли, но после кивнула в знак согласия. От такой школьной нагрузки Харпер отвыкла, поэтому на уроках было сидеть просто невыносимо. Единственная мысль, которая отвлекала девочку от серости дня — мысль о Салли. Она догадываясь о теме предстоящей беседы, и от этого у Гриффин по коже пробегали мурашки. Также предстояла беседа с Ларри, хотя можно ведь попросить его номер телефона у Фишера. — Харпер! Харпер посмотрела в сторону и первым, что увидела, были до жути смешные колыхающиеся хвостики. — Ой, Эшли, иди без меня, ладно? — криво усмехнулась Гриффин. Эш, промолчав, снова нацепила ту таинственную ухмылку и пошла восвояси. Харпер же нацепила своё прежнее выражение лица и спокойно направилась к однокласснику. Странно, но он был без Джонсона. — Привет. О чём ты хотел поговорить? Кивнув к выходу со школьной территории, Сал поспешно пошёл в этом направлении; Харпер слегка притормозила с реакцией, но услышав своё имя, начала догонять. Девочка не хотела именно сейчас прогуливаться с Салли, но шестое чувство подсказывало, что уходить рано. — Сал? Прости, но мне лучше поскорее вернуться домой, поэтому… быстрее, пожалуйста. Фишер притормозил, огляделся по сторонам и с ноткой неуверенности во взгляде посмотрел на одноклассницу. А Харпер же не хотела признаваться, что этот взгляд голубых глаз пугал её. И этот до боли неестественный правый глаз… — До того как ты пропала… в общем… Ларри же сказал тебе, что я влюблён в тебя. А ты… забыла об этом? Делая вид, что вспоминает тот случай, вдруг Гриффин осознала, что сейчас имел ввиду Салли. — Влюблён? Серьёзно? — произнесла брюнетка с ухмылкой. — Странно, да? Чуть отшатнувшись, Харпер пыталась не сталкиваться с глазами Фишера. — Может, то есть… ты уверен? Именно я? Может, Эш лучше тебе подойдёт? — Эш? Харпер, я признался именно тебе, а не Эш. Она моя подруга. Ты… ты мне нравишься. Харпер, будто пытаясь образумить Салли, сказала: — Разве можно так говорить человеку, которого ты даже не знаешь? Мы общались всего ничего. Может, я не тот человек, который тебе нужен. Взяв одноклассницу за запястье, от чего та ойкнула, парень произнес: — Я вижу, какая ты. Ты не такая плохая, как может показаться. Ты намного лучше. И можешь ещё раз это доказать, ответив честно на мой вопрос: ты стараешься «образумить» меня, потому что тебя смущает мой протез? «Скажи правду, Харпер. От этого хуже не будет», — услышала Гриффин над ухом. — Смущает, — выдохнула девочка, но сразу же продолжила: — но я просто выросла в такой нетолерантной среде, понимаешь? Я ходила в школу, где почти каждый издевался над больным, беспомощным… здесь всё иначе. Мне стыдно, что у меня такие смешанные чувства к тебе. Но… если твои чувства правда такие честные, то я с радостью отвечу взаимностью, потому что ты мне нравишься как человек. А внешность, знаешь, не столь важна. Я тоже внешностью похвастаться не могу. Взяв холодные ладони Салли в свои, и чмокнув парня в макушку, Харпер прошептала: — Ты та-ак приятно пахнешь. Оба коротко рассмеялись и прижались к друг другу лбами. «Ты ведь просто поддалась чувству жалости, правда, Харпер?»