Новое Поколение или встреча наследников знаменитых фамилий

— Да что это мы собственно все о себе, да о себе… — начала с улыбкой Белла. — Это потому что у тебя рот не закрывается. — шутливо фыркнул Морган. — Вон, не даешь людям слова сказать. — Да это ты трепач первый! — возмутилась Белла. — Еще и на меня сваливает! Сам говоришь без умолку, больше моего. Белла хотела снова тыкнуть брата в бок локтем, но он со смехом ловко увернулся. — Ну, мы в общем-то к этому привыкли. — делано скромно заметила Лив. — Любите вы, Пендрагоны, похвастаться, хвост распустить. Все снова рассмеялись. — Ладно, ладно мы замолкаем. — слегка улыбнулся Морган, приобняв сестру. — Марго, ну, что ты стоишь, как неродная! Расскажи, как училась на востоке? Если Морган был очень пожож на своего отца, то Марго была точной копией своего папы — кудесника Салимана. Она всегда была голосом разума в их компании, держалась спокойно и немногословно, а теперь, после долгого отсутствия, и вовсе никак не могла сориентироваться и полноценно влиться в колею. — Ну, что вам рассказать. — начала она спокойно со своего места, возведя серые глаза к небу, такому же пасмурному, как бы припоминая. — Учиться было трудно, но чертовски интересно. — Марго Салиман признала трудности? Это что-то новенькое. — подшутила Лив, заставляя себя не дрожать. Она уже давно переминалась с ноги на ногу от холода. — Я всегда адекватно оцениваю свои силы. — невозмутимо сказала девушка. — На этой стажировке я узнала много нового и совершенно ранее неизвестного мне. В Цине очень нестандартные методики обучения, а все их знания основаны на традициях, истории, культуре и обычаях страны. Вы представляете, Цинь основан на народной медецине! Я изучала там лечебную энергетику воды. Поверить трудно, но вода циньских источников, самая целительная и оздоровительная в мире, заряжается своей силой, от магии минералов и драгоценных камней, сквозь пещеры и рудники которых она протекает! Мы лично посещали горную реку и находились в тех пещерах! Там такая красота! Все стены испещрены драгоценными камнями! Пока Марго все это говорила, постепенно ее лицо озарялось радостью и восторгом. На самом деле младшая дочка Салиманов была достаточно безэмоциональной, но, когда речь заходила о науке, Марго было не узнать. Она унаследовала отцовский рациональный сдержанный характер и с ранних лет знала, что свяжет свою жизнь с наукой, техникой и прогрессом. Пока, правда, девушка не решила с какой конкретно отраслью, потому что нравилось и давалось ей все без исключения. Марго настолько прилежно и усердно училась, что уже в семнадцать лет с группой особо результативных студентов, была отправлена на стажировку в Цинь на целый год, где она по случаю гостила у бабушки. С таким домашним обслуживанием Лив и сама была не прочь ехать учиться в Цинь. В отличие от других своих братьев и сестер, как и Лив, Маргарет не взяла за основу своего образования и будущего поприща магию, а только выучилась у папы поверхностному курсу и полностью погрузилась в науки. — Ну и ну, хотя, в принципе, от Циня ожидаемо. Бабушка оттуда такие редкие вещи постоянно привозит! — весело ответила Лив. — Что думаешь делать дальше? — спросил Морган, присев на ограждения, и небрежно закачал ногой — Слезь оттуда, ради Бога! — заворчала Белла, с подозрительностью наблюдая за братом. — Ты мне очень сильно начинаешь напоминать маму. — фыркнул он, слегка подвинувшись на балке. Неизвестно чем бы закончилась эта перепалка, но мост едва заметно дрогнул, и книжка Стефана на поручне по другую сторону опасно закачалась. Тот, в свою очередь, среагировал молниеносно: прихлопнул ее сверху рукой во избежание каких-либо казусов. Стефан с упреком взглянул на Моргана. — Поаккуратнее. — напряженно заметил брат Лив, глядя на книгу чуть не упавшую в море. А потом почти сразу углубился обратно в чтение. — А ты поменьше читай, никуда от тебя экзамен не денется, а встреча такая еще не скоро предвидится! — возмутилась Лив, от души толкнув брата плечом. Под всеобщий хохот, он едва не выронил книгу, но тут же торопливо захлопнул ее, не забыв при этом заложить страницу. — Извините. — виновато отозвался Стефан с обезоруживающей улыбкой. — Теперь я весь внимание. — Ну наконец-то. — шутливо проворчала Марго. — Что ты все зубришь? — Так экзамен меньше чем через полтора часа! Нужно все повторить, особенно иллюзорные чары, они мне плохо даются. — ответил Стефан, всплеснув руками. — Да зачем тебе вообще что-то учить? И без того отлично получишь. — усмехнулась Лив не без укола легкой зависти. — Все мои оценки заработаны непосильным трудом, а, вот, тебе бы тоже не помешало более серьезно заняться учебой. — начал юноша своим излюбленным, наставительным до тошноты, тоном. — Вместо того, чтобы вечером с Дином гулять, лучше бы за учебниками посидела. Перездача ведь в среду. Удивительно, как преобразился ее брат! Он выпрямился, гордо выпятил грудь, даже выставил вперед палец для вескости. — Не нуди, Стефан. — отмахнулась Лив, не желая выслушивать эти лекции. Любил же брат читать ей нотации. По этой сцене становилось видно, что подобные стычки происходили между двойняшками достаточно часто. — Так посмотришь на других, и мы уже нормальными кажемся. — усмехнулся Морган, поглядев задорным кошачьим взглядом на сестру. Со стороны они выглядели достаточно курьезно — очень высокий темноволосый юноша и маленькая миловидная брюнетка. Остальные частенько подшучивали, что, совместив их в единое целое, можно создать двух людей нормального роста. — Легко сказать — «не нуди»! — воскликнул Стефан. — А как ты зачет собралась сдавать?! — А я уже все придумала! — вдруг радостно воскликнула Лив, ее кудряшки подпрыгнули вместе с ней. — Ты будешь сообщать мне ответы по нашей телепатической связи! Она радостно вцепилась в руку юноши и сияющим взором глядела на него: — Ведь будешь? Против ее очарования Стефан долго выстоять не мог. Как бы в нем не было сильно развито чувство порядочности, любовь к сестре перевешивала. Его карий взгляд быстро потеплел. — Придумала она, — мягко усмехнулся молодой человек. — а вдруг миссис Тик магические заглушки поставит, и ничего у нас не выйдет? Она же знает. — Это ладно. Я же что-то выучу, просто мне иногда может понадобиться твоя помощь. Спасибо! — довольно ответила Оливия и под конец, радостно взвизгнув, прижалась к брату. — Куда ушла пора моих студенческих лет? — безмятежно улыбнулась Шелла, все это время наблюдавшая за происходящим с улыбкой умиления. — Мне бы теперь ваши проблемы. — Как твоя работа, кстати? — поинтересовался Морган. Они с Беллой были очень любопытны — в маму наверное. — Все хорошо. — бойко ответила Шелла. — Дел очень много. Нужно все успеть сделать, везде поспеть, закончить начатое до конца года. Меня буквально разрывают на части. — А когда собираешься уходить в отпуск? Рожать уже скоро. — полюбопытствовала Белла из-за спины брата. — О, пока не собираюсь. — сказала Шелла с такой твердостью, в тот момент в полной мере показав беспрецедентный характер своего отца. — Если я сейчас уйду, то потом вообще не пойму что к чему. Потеряв нить, ухватить ее потом крайне проблематично. — Ну, в этом тебе бы мог помочь папа? — предложила Белла. — Конечно, но я хочу сделать все сама, пока малышка позволяет. — Шелла любовно погладила живот. — А то мне уже надоело слышать, как все считают меня папиным протеже! Шелла молниеносно переходила от одной эмоции к другой и уже здесь проявлялись спонтанные черты матери. Вот и сейчас юная миссис Салиман-Грейминстр умилялась своей беременности, а через секунду с огнем в глазах готова была пылко доказывать свою точку зрения. — Но ведь все равно когда-то придется уйти, причем уже достаточно скоро. — негромко сказала Марго. — Но я намерена сделать это как можно позже. — твердо отчеканила ее сестра. — Должность терять совсем не хочется, а кресло Министра Магии пустым простаивать не будет, сами знаете. Шелла сумела с ранней молодости достойно выстроить свою жизнь, что удавалось далеко не всем в ее возрасте. Она, как и отец, работала на полную мощность и потому в свои молодые годы уже смогла стать Министром Магии в главном Парламенте Кингсбери. В то же время кудесник Салиман, который нашел с годами, что бегать по первому зову короля уже несолидно в его немолодом возрасте, решил уйти на пенсию. Но король категорически не хотел терять такого результативного работника, поэтому вместо заслуженного покоя кудесник получил должность в Министерстве, только еще более высшую, а именно Министра Всемирной Магии. Из этого исходило, что в то время как он занимался магией на мировом уровне, его дочь заведовала всем, что касается волшебства в Ингарии. На самом деле кудесник оказал своей дочери минимальное содействие, так как она всего смогла добиться сама, но это не мешало злым языкам распускать неверные слухи. Но сплетников можно было понять, ведь было чему позавидовать: умная, молодая, красивая, целеустремленная девушка, вдобавок еще и министр! Неудивительно отчего Шелла так боялась за выстраданное своим трудом место в Парламенте. — Но здоровье должно быть дороже. — заметил Морган. — Не тяжело тебе жить в таком ритме? В его голосе слышалось искреннее беспокойство, так как он, хотя и был видимо небрежен, на самом деле являлся очень чутким и проницательным. — Все в порядке. — весело произнесла Шелла. — Каролиночка у меня молодец, маму почти совсем не беспокоит. Но все равно подвижность уже не та, что прежде: бегать, прыгать не могу, мутит часто, а во всем остальном хорошо. Тут по всей видимости Шелла решила, что вопросов на ее долю выпало достаточно и лаконично перевела тему: — Однако, при всех трудностях я определилась со своей профессией, а вы, дамы и господа, решили что-нибудь? — она пытливо сверкнула глазками на остальных. Честно, Лив немного слукавила, говоря о том, что у нее одной проблемы с выбором работы мечты. За исключением сестер Салиман, полностью в своем будущем не был уверен никто. А из тех, кто уже работал, так и вовсе была одна Шелла. — Я после окончания учебы стану ученым. — с полноправной убежденностью ответила Марго. — А точне «специалистом по магической технике», я полагаю. Что ж, просто и четко, как всегда у Марго. Сама Оливия не могла остаться в стороне от обсуждения, потому вставила свои пять копеек, звонко возвестив: — Признаться, еще не знаю. Может папин магазинчик разовью. Сказала и уже потом поняла, что ненарочно соврала — может девушка и будет следить за папиной лавкой, но только, черт возьми, она не станет в нем работать, не ее это. Но Шелла кивнула, дипломатично отказавшись от комментариев. — А ты, Стефан? — спросила Шелла, взглянув на кузена. — А? — переспросил он. Оказывается, незаметно для остальных он тихонько вернулся к книжке. — Вот же книжный червь! — хмыкнула Белла. — Стефан! — воскликнул Морган. — Уважай нас, пожалуйста! Брат вскинул голову так, что с его каштановых волос во все стороны полетели брызги. — Кем я стану? Не знаю, может быть библиотекарем или архивариусом. — пожал плечами юноша. — Не самая завидная участь. — рассмеялся Морган, и в устах такого ослепительного красавца подобная перспектива действительно казалась еще более ничтожной. Но вездесущее око Шеллы не упустило и самого Пендрагона. — Кстати, Морган, а кем собираешься стать ты? — поинтересовалась она, вперив взгляд в кузена. Глазам девушки не нужно было быть серыми, чтобы их выражение цепкой серьезности полностью соответствовало глазам отца. — Ну, вот, зачем только влез! — театрально пожаловался Морган. — Я вам всё покоя не даю? Почему, чуть что — нужно обязательно ко мне прицепиться? Молодой человек наигранно вздохнул, взглянув на небо, но все же ответил: — Вот, не поверите — не знаю. — Ну, Морган?! — изумленно развела руками Шелла. — А что я? Вон, остальные еще тоже не определились. — отмахнулся он и демонстративно обернулся к набережной, глядя на простирающееся до горизонта море. — Остальные еще совсем молодые, а ты-то уже должен знать наверняка. — серьезно сказала Шелла. — А я, что старик, что ли?! — фыркнул Морган, старательно переводя тему, но с Шеллой это не проходило. — Ты прекрасно знаешь, о чем я говорю! — молодая министр пронзила его взглядом. — Мы старше и уже должны встать на ноги, жить самостоятельно, вот я… Но она не успела договорить, так как Морган резко ее перебил. В его изумрудно-зеленых глазах сверкнули молнии. — Что у вас, у Салиманов, за привычка такая, вечно понукать других своими достижениями! Ну, не такие мы собранные и последовательные, ну, не определился я еще! — резко развернувшись на каблуках, прошипел молодой человек. Морган до сих пор был на правах «вольноопределяющегося», как говорил он сам, или попросту безработным, как говорили все остальные, а, если уходить совсем в дебри, был «приживалом» в родительском доме, как в пылу ссоры говорила Белла. И все не потому, что у очаровательного красавца были какие-либо сложности, а только лишь из-за его собственной неопределенности. Во всем он искал себя и пока так и не нашел. — Нечего в своих промахах винить других. — строго заявила Шелла, так что сразу становилось заметно — в некоторых моментах всегда столь женственная, элегантная старшая дочь Салиманов проявляла стальной стержень по пуще Марго. Вдруг Шелла как-то резко побледнела, дойдя до некоего трудно передаваемого землисто-зеленого оттенка, и перегнулась через ограждения к воде, как человек, которого сейчас вырвет. При всей любви к детям, Лив покоробило — какие же жертвы приходится переносить прекрасной половине человечества, вынашивая своих чад! И тут произошло то, что никак по другому не назовешь, как только родственными узами. Мало того, что подорвались к Шелле совершенно все, даже Стефан позабыл о книге, так первым среагировал Морган. Юноша всегда, подобно родителям, чутко относился к другим, и теперь главным образом он предложил помощь. — Что такое, тошнит? — взволнованно спросил Морган, наклонившись к Шелле и мягко придержав ее за локоть. В этот миг он забыл все их прошлые препирательства и ссоры минутой раньше, а совершенно не задумываясь, решил помочь. — Да нормально все. — слабо отозвалась Шелла, склонившись над бушующими волнами. — Просто я плюс ко всему еще не ела сегодня ничего. Сейчас она больше походила на хрупкую девушку, нежели чем на несгибаемого воина. Морган осуждающе покачал головой, но тут же сочувствующе промолвил: — Я говорил, нельзя так, сама себя загонишь. Но сейчас, сейчас, я знаю, что тебе нужно. Он щелкнул пальцами и подал Шелле высокий стакан крепкого чая, появившегося прямо из воздуха. Кружка курилась горячим паром на холодном воздухе. — Крепкий сладкий чай помогает тонизировать организм и поднять давление. — убежденно пояснил Морган, с улыбкой взглянув на удивленные лица родных. — Может тебе доктором стать? — предложила Марго вдруг. — Ты хорошо чувствуешь людей. Она, хотя и говорила немного, но все слушала и принимала к сведению. Морган смутился. Точнее, он, конечно, не показал этого, но Лив знала, что за этой маской отрешенности кузен скрывает свои истинные чувства. — Даже не знаю, — протянул он. — но скорее всего нет. Для того, чтобы быть врачом, нужно относиться к людям, как к человеческому материалу, а мне их всех жалко, я с ума сойду, если что-то случится по моей вине. С полминуты помолчав и распрямившись, облокотясь на ограду, молодой человек вдруг сказал. — Знаете, на самом деле я думаю попробоваться в театр. — сказал он как бы между прочим. Лив знала, что для Моргана это очень важно, ничто другое он не говорит таким ложно невозмутимым тоном. Но Белла, похоже, к подобному относилась спокойнее. — Морган хочет актером заделаться! — то ли гордо, то ли язвительно заметила она. На самом же деле девушка действительно радовалась за брата. — Ну, не всем же пролетариями быть, Белка. — хмыкнул не обидевшись Морган. — Да я, знаешь, тоже в лаборантах задерживаться не собираюсь! — хихикнула Белла. — Это я только временно. Тем временем Шелле становилось заметно лучше. Она старалась спокойно размеренно дышать, следила взглядом за морскими валами, влажный бриз приятно освежал ее лицо. Блондинка прихлебывала чай и восстанавливала здоровый вид прямо на глазах. — Теперь я, кажется, понимаю, почему женщин не любят назначать на важные государственные посты. — подшутила она еще достаточно неровным голосом. — Ну, вот, ожила немножко. — удовлетворенно фыркнула Марго, которая при видимой флегматичности внутри вся наверняка напряглась. — А то все так и подорвались! Стефан тут чуть книжку в море не выкинул, Морган — еж-ежом, а тут сама галантность, чаи подает, девчонки так вообще уже готовы были бежать в город за помощью! Она залилась чистым приятным смехом, даже прикрыв глаза от удовольствия. — Не бежать, а телепортироваться. — с достоинством уточнила Белла. — И не в город, а прямо во дворец к королю. — вторила ей заядлым голосом Лив. Они весело рассмеялись. — А сама то, сама. — фыркнул Морган, вздернув тонкую бровь, обращаясь к Марго. — А сама с ними! — сквозь смех ответила темноволосая девушка. В этот момент в их разговор вклинился неувереный голос Стефана. — Ребят, я все понимаю, но может мы пойдем куда-нибудь еще? А то я, честно, замерз уже совсем. — жалостливо попросил он, поглядывая на остальных. Лив обернулась к брату и сочувствующе склонила голову. Парень пританцовывал на месте от холода, кутаясь в свой осенний плащ, книга уже была позабыта. Остальные выглядели не лучше. Марго сжимала и разжимала руки, потирала красные замерзшие пальцы, а ее тонкие очки покрылись чем-то наподобие инея. Шелла, сейчас уже изрядно пришедшая в себя, незаметно дрожала и по возможности запахивала свой короткий пиджачок на округлившемся животе, а ей же нельзя было простужаться! Белла, то прятала руки в зеленых митенках в карманы, то ими же кое-как оглаживала растрепавшиеся от ветра волосы. Морган вжимал голову в плечи, завязывая потуже шарф, и недовольно встряхивал головой, стараясь избавиться от противной мороси на волосах. Лив же было хуже всех, так как ее жилетка даже рукавов не имела. Девушка старалась прикрыть густыми волосами уши, продуваемые ледяным ветром, нос у нее покраснел и неприятно хлюпал. На самом деле она была не против сейчас перенестись в какое-нибудь более теплое место и потому с энтузиазмом поддержала брата: — Да! Давайте пойдем в кафе посидим, там тепло. Надеюсь, все смогут? Она горящими от нетерпения глазами обвела всех присутствующих. — Я смогу! — первая откликнулась Марго. — И я! — звонко отозвалась Белла, по-ученически вскинув руку вверх. Лив взглянула на брата выжидающе. — До экзамена я абсолютно свободен. — улыбнулся он, закрывая книгу. Шелла и Морган, как единственные не ответившие, переглянулись. — Ну… я собственно уже и так собирался бросать Джесси… — задумчиво протянул Морган с легкой улыбкой. — Ну, а я на обеде. Может себе приличная беременная женщина позволить отдохнуть чуть-чуть! — весело развела руками Шелла, смахивая волосы за спину. — Да и вообще — папа прикроет! Раз уж так говорят, то нужно, чтобы не голословно. Девушка переливчато рассмеялась, и тогда они все вместе медленно потянулись к городским улицам. Стефан опять закрылся книгой и шел феноменальным образом не глядя на дорогу, Лив рядом, впереди Шелла и Морган неспешно разговаривали, Белла и Марго шли чуть поодаль. Вдруг Шелла поскользнулась и Морган инстинктивно схватил ее за руку, придерживая: — Осторожно. — таинственно произнес он, с озорством взглянув на Шеллу. — В твоем положении уже давно надо на плоскую подошву переходить. Шелла только мягко шлепнула его по плечу. Лив шла и умилялась сплоченности их семьи, радовалась возможности провести время в кругу своих родных. Девушка уже предвкушала приятное чаепитие и пару часов беззаботной болтовни. Как знать — может после экзамена Стефана они встретятся снова и уже спокойно, неторопливо проведут вместе весь вечер, заодно отпраздновав зачет? А даже если и нет, то совсем скоро они всей своей большой семьей уже встретятся на праздновании Нового года. Тут, ровнехонько в книгу Стефана, которую юноша держал прямо перед собой, ударился снежок и оставил после себя белый след на красной обложке. Лив изумленно оглянулась по сторонам и увидела Моргана, который с азартным видом комкал в руках новый снежок. Все черные перчатки его уже были в снегу. Нужно было видеть это лукавое, кошачье выражение лица! Стефан медленно опустил книгу и вопросительно взглянул на кузена, потом снова на книгу, стряхнул с нее остатки снега, и, в свою очередь, неторопливо потянулся к сугробу. — Знаешь, я не хотел этого, — начал нарочито просто и спокойно Стефан, хотя в глазах у него плясали веселые искорки. — но ты сам вынуждаешь меня. Он молниеносно, без предупреждения, швырнул в Моргана пригоршню снега. В воздухе рассыпалась снежная пыль, а Морган, смеясь, грациозно отскочил так, что удар пришелся по касательной, лишь слегка припорошив его пальто. Завязалась веселая снежная баталия. — Вот, дураки, дураки. — ворчала Марго, шествуя рядом с Лив, но в ее голосе слышался неприкрытый смех. И находясь в центре этого веселья, озорства, игривости, и этой семейной гармонии, Лив не ощущала холода — ее грело изнутри тепло любви родственных уз.