I'm in love with the devil

      Одиннадцать тысяч лет назад, Райские сады. — Сестрёнка, ты в последнее время такая счастливая! Не поделишься, что произошло?       Девушка на голову ниже самого Азазеля, с волосами цвета молочного шоколада, что были чуть ниже лопаток, в лёгком белом платье, присела на камень возле ручья и посмотрела на брата весёлыми, словно немного пьяными синими глазами: — Ах, Азазель, мне кажется, что я нашла того самого, о котором так часто говорила мама, мне кажется, что я влюбляюсь всё сильнее и сильнее. — И кто же это? Это кто-то из высших ангелов или ты нашла кого-то более простого? — Азазель… тут есть небольшая проблема, — в её нежный высокий голос вплелась нотка грусти. — Какая? Говори, ты же знаешь, я не стану осуждать и в любом случае поддержу. — Это демон, Азазель. — Что?! Кассандра, как такое могло произойти? Кто это, скажи мне. Это Асмодей, да? — Нет, это не Асмодей. Я скажу тебе только потому, что ты мой брат. И я очень надеюсь, что ты не станешь никому рассказывать об этом. Это Люцифер. — Да ты с ума сошла! Какой Люцифер? — Азазель пересел к сестре и стал трясти её за плечи. — Я очень тебя прошу, скажи, что это всего лишь неудачная шутка. — Нет, прости, Азазель, но это не шутка. Мы встречаемся каждый вечер у золотых ворот. Если хочешь, ты можешь сам убедиться в этом. — Не могу поверить в то, что ты говоришь. Предсказывали, что ты пойдёшь против всех законов, что ты принесешь смуту, но что это произойдёт так… — Я не хочу привносить никакую смуту, я просто люблю, разве это так важно для кого-то? Никого не должна заботить моя личная жизнь. Да, он — Дьявол, но это только моя проблема. — Это ты так думаешь, но если кто-то из Архангелов узнает, то нам не сносить головы. Нас всех убьют, ты понимаешь? Того, кто тебя сдаст, щедро наградят, а желающие поживиться рано или поздно найдутся. — Ты расскажешь обо всём Архангелам? — Нет конечно. Как я могу? — Азазель поднялся и стал ходить из стороны в сторону. — Просто пойми, что это не может продолжаться вечно. Вас обязательно обнаружат, если не Архангелы, то их помощники. — Что тогда мне делать? Я не хочу никого подвергать опасности. — Попрощаться с ним ты, конечно, не сможешь, да?       Кассандра печально опустила голову и ничего не ответила. Азазель закрыл глаза, надеясь, что это всё лишь сон, но когда открыл, ничего не изменилось. Он сел в ногах старшей сестры, взяв её ладони в свои. — Ты только не расстраивайся раньше времени. Я постараюсь придумать что-то. Мне нужно поговорить с Люцифером. Не думаю, что он настолько глуп, чтобы не иметь хоть какого-нибудь плана. — Я знала, что ты поддержишь меня, братик, — Кассандра уселась рядом и повисла на Азазеле, задумчиво складывая в трубочку пухлые губы. — А как иначе? Мы же семья.

***

— Слушай, я без лишних слов, просто хочу узнать: ты действительно серьёзен в отношении моей сестры? Я знаю, о твоей истории и считаю, что с тобой поступили несправедливо, мне кажется, на самом деле ты не такой уж и ужасный, но я должен спросить, понимаешь? — Азазель и Люцифер прогуливались за пределами золотых ворот, куда обычных ангелов пускали лишь днём. — Я рад, что хотя бы ты так считаешь. В отношении Кассандры я абсолютно серьёзен. Хотя с одной стороны, мне очень жаль, что мы познакомились раньше, до того, как меня сбросили в Ад, сейчас бы не было проблем ни у неё, ни у тебя. Но с другой стороны, она видит меня таким, какой я есть на самом деле, это удивительно и очень ценно для меня, я не могу её отпустить. — Ты ведь знаешь, что во время рождения, ангелов награждают способностями. Мне и Кассандре дали возможность видеть все вещи такими, какие они есть. Именно поэтому она видит твои глаза чёрными, даже когда ты пытаешься походить на человека. И я тоже их вижу. — Раз так, то зачем ты спрашиваешь о моих намерениях. Ты же и так всё видишь. — Хотел лишний раз убедиться. У тебя есть какие-то идеи по этому поводу? Может… план? — Хм… вот оно что. Путей не так уж и много на самом деле, ты же понимаешь. Я хочу забрать её в Ад на несколько дней. Если она сможет там жить, то я отпущу её домой, попрощаться, а потом заберу навсегда. — Стой, подожди. Я, конечно, очень рад за вас и всеми силами вас поддержу, но я не могу тебе позволить вот так вот Кассандру забрать. Да и она сама не согласится. — Это ещё почему? — Потому что у нас идёт постоянный учёт населения, если ты забыл. Думаешь, никто не заметит исчезновение ангела? Подумай ещё раз. Если Архангелы узнают, куда пропала Кассандра, а они узнают, то казнят всю мою семью, я не могу такого допустить. — Чёрт, я совсем не подумал об этом. — В ближайшее время не намечается никаких проверок, поэтому на свой страх и риск, я предлагаю забрать тебе Кассандру прямо сейчас. Но ты должен пообещать, что это действительно только на пару дней. — Я даю тебе своё слово. — Этого вполне достаточно. Если моя сестра сможет ужиться в твоём царстве, то дальше будем думать, как устроить побег. — Я благодарен тебе, Азазель, за твоё открытое сердце и любовь к сестре. Возможно, ты захочешь уйти вместе с Кассандрой? Насколько мне известно, ты здесь не пользуешься особым почётом, но я вижу, что ты умён не по годам, поэтому я могу предложить тебе должность своего советника. — Не нужно этого. Это не моя жизнь. Как по мне, так лучше прислуживать в Раю, чем править в Аду. — Твоё право отказаться, я уважаю твой выбор и твою преданность Родине. — Позволь, я задам тебе ещё несколько вопросов: как давно ты знаком с моей сестрой? — Очень давно, ещё задолго до того, как меня сбросили отсюда. — Странно, что она ничего не рассказывала о тебе. А как вы познакомились? — Меня всегда забавляла её скромность. Она каким-то образом услышала за несколько сотен метров, как я играю на клавесине. Если, конечно, она меня не обманула. — Это вряд ли. Кассандра совсем не умеет врать.

***

— Я позволил ему забрать тебя только на пару дней, а прошло уже пять, ничего объяснить не хочешь? — гневно смотрел Азазель на прибывшую сестру. — Прости, это, правда, только моя вина. Я не хотела уходить. Люцифер говорил мне, что ты разозлишься. — Не-е-ет, я не злюсь, я в бешенстве. Ты хоть понимаешь, насколько трудно было выгораживать тебя перед мамой всё это время? Она уже готова была идти тебя искать. Ты у подруги своей жила всё это время, кстати, если что. — У какой? — А вот это ты уже сама придумай, у какой. — Ладно, Азазель, успокойся, перестань наматывать круги по моей комнате и присядь, пожалуйста. Я знаю, что эта новость, скорее всего, выбьет тебя из колеи, но ты единственный, с кем я могу поделиться. — Что за новость? — Азазель опустился на небольшой диванчик рядом с сестрой, уже ожидая чего-то из ряда вон выходящего. И чутьё его не подвело. — Мне кажется… нет, я уверена. В общем, Азазель, я беременна. — Чего?! Ты не перестаёшь удивлять меня. Он же демон! Такое вообще возможно? — зрачки Азазеля тревожно забегали из стороны в сторону, выдавая его беспокойство. — Прости, я снова всё сделала не так, — Кассандра уткнулась лбом в плечо брата и тихо заплакала. — Что теперь делать? — Ну, не плачь, вредно же это… ну, там… Господи, я понятия не имею, что несу! Я в этом не смыслю ничего, — смешно сетовал Азазель, от чего сестра его невольно засмеялась. — Уже лучше. На самом деле, ты всё сделала правильно, дорогая. — В каком смысле? — Кассандра стёрла тыльной стороной ладони потёкшую от слёз косметику. — Пока тебя не было, я всё думал, как можно устроить твой побег, но ничего дельного в голову не приходило. А теперь есть план. Только нужно всё родителям рассказать. — Без этого совсем никак? — Вообще никак. Они в любом случае должны знать. — И что за план? — Смотри: сначала мы говорим всем, что ты беременна от моего друга. Есть у меня один, который за пару золотых хоть самого Дьявола сыграет. Как иронично звучит эта поговорка в нашем контексте. — Азазель, не отвлекайся, прошу. — Ах, да. Ты почаще выходишь на улицу, чтобы все видели, что ты действительно в положении, и что животик растёт. Потом, когда придёт срок, ты родишь и вернёшься к своему ненаглядному, а мы скажем всем, что ты и ребёнок погибли во время родов. Тогда ни у кого не возникнет лишних вопросов, и мы будем абсолютно чисты, а ты будешь абсолютно счастлива. Как тебе? — Звучит разумно и логично. Я думаю, мы сможем провернуть это. Только вот как сказать родителям? — Давай сначала я попробую поговорить с ними?

***

— Нет, Люцифер, до родов она останется здесь. Я хочу обеспечить алиби себе и своей семье. В день, когда моя сестра родит, я подам тебе знак, и ты должен быть у золотых ворот сию же секунду, чтобы забрать Кассандру и ребёнка. — Хорошо, я понял тебя. Я буду ждать твоего знака.

***

— Азазель, это девочка, точно тебе говорю, — Кассандра мягко гладила рукой округлый животик. — Мне тоже так кажется. Что же, племянница — это здорово. — Внучка значит? Надеюсь, я увижу её ещё не один раз. Как чувствуешь себя, дорогая? — Всё хорошо, мам.

***

— Идём тихо, старайся не привлекать внимания. — Тяжело сделать это с ребёнком. — Потому идём быстро, пока Люси спит.

***

— Мы пришли, ты готова? — спросил Азазель сестру, поправляя капюшон на её голове. — Да. — Тогда иди скорее, — он открыл врата перед сестрой, пропуская её, и сам пошёл следом.       За вратами, на некотором расстоянии от них стоял Люцифер. — Прощай, Азазель. — Я не буду прощаться с тобой, сестрёнка. Надеюсь, мы ещё увидимся. — Без резких движений, — раздалось над головами ангелов и в их спину ткнули копья стражи. — Положите ребёнка на землю. — Если тебе дорога твоя дочь, не делай этого Кассандра, — шептал Азазель, понимая, что план его провалился и теперь им одна дорога — на виселицу. — Лучше брось малышку Люциферу. — А если он не поймает её? — Поймает, кидай же.       Кассандра не без боли в сердце кинула новорождённую, но Люцифер свёрток поймал очень бережно. — Уходи! — только и успел крикнуть Азазель, прежде чем двух ангелов толкнули обратно за врата, а Архангелы потребовали у демона свёрток. — Вы и так отняли у меня всё. Её вы точно не получите.       Демон исчез, а ангелов утащили назад и посадили в башню, где через несколько часов вынесли приговор.

***

— За сговор с демонами, а в частности с изгнанным ангелом — Люцифером, каждый член этой семьи объявляется врагом и приговаривается к смертной казни через повешение. Приговор должен быть исполнен незамедлительно. После казни мы начнём подготовку к военным действиям, — произнёс глашатай и покинул эшафот. На нём уже стояли приговоренные, а на их шеях были затянуты крепкие узлы. — Простите меня, я обещаю, что если нам доведётся познать другие жизни, то я непременно отдам свою за то, чтобы вы были счастливы. — Дочка, не говори так.       Палач дернул рычаг, и пол под ногами преступников провалился. Площадь погрузилась в абсолютную тишину, лишь изредка из толпы доносились тяжёлые вздохи и причитания.

***

      Чимин потёр красные от слёз глаза и переплёл пальцы одной руки с пальцами демона, второй рукой вцепившись Азазелю в предплечье. — Я начинаю вспоминать. Я чувствую, что это было на самом деле. Это многое объясняет. Но как так произошло, что сейчас мы оба живы? И разве возможно изменить пол души? Если я был Кассандрой, то почему сейчас я Чимин? — Не знаю, это слишком сложные вопросы. Мне самому хотелось бы это узнать, и, кажется, я знаю, с кого спросить ответ, — Азазель хотел уходить, но Чимин всё ещё держал его за руку. — Что-то не так? — Пока ты рассказывал, я вспоминал всё постепенно, но сам я ничего не могу вспомнить. Может, ты знаешь что-то ещё? Хотя бы малую деталь. Возможно, это помогло бы мне восстановить мои воспоминания о прошлой жизни. — Прости, но я больше ничего не могу рассказать тебе. Однако кое-чем я всё же могу помочь.       Азазель забрался на лестницу у шкафа с книгами и достал с самого верха запылённую тетрадку. — Смотри, это твой дневник. Люцифер хранит его здесь уже очень давно. Правда на нём трёхзначный код, который никто не знает, но может тебе удастся вспомнить. — Хорошо, спасибо, — Чимин забрал из рук Тэхёна серую тетрадку и повертел замок в руке. — Я пойду, если ты не против, мне нужно переговорить кое с кем. — Да, конечно, только подожди ещё одну секунду, — Чимин отбросил тетрадь на стол и обнял Азазеля за шею. — Я всегда думал, кого мне так не хватало. Теперь понимаю. В этом мире где-то таким же одиноким был мой брат. Я всегда скучал по тебе, даже не понимая этого, Тэхён. — Я больше не допущу того, чтобы судьба развела нас. Я обещал родителям всегда заботиться о тебе. Мне дан шанс искупить своё упущение, и я не могу не воспользоваться им. С тобой теперь всё будет хорошо, обещаю. — Если я не вернусь, после того, как закрою врата, я прошу тебя, позаботься о Люси и Люцифере. — Никуда ты не пойдёшь, ни к каким вратам. Только через мой труп. Но мы ещё вернёмся к этому разговору, а сейчас мне нужно идти. Ещё увидимся, — Азазель напоследок крепко обнял Чимина и убежал в главный зал.       Пак стоял в дверях библиотеки, пытаясь сохранить то новое тепло, что он только что получил от Азазеля. У Чимина никогда не было ни братьев, ни сестер. Во всяком случае, он так считал до сегодняшнего дня. Осознавать, что он и Азазель кровные родственники было очень приятно, потому как Чимину демон безумно симпатизировал, и чувство это было взаимным. Он вернулся за стол и стал размышлять о том, какой код мог быть у этого замка.       Чимин глубоко погрузился в свои раздумья, пытаясь сообразить, что за трехзначный код он мог придумать. И в голову ему пришла одна идея, но для этого нужно было найти Люси.       Пак постучался в комнату принцессы и после ответа зашёл вовнутрь. Чимин смотрел на Люси, постепенно принимая мысль о том, что это создание с пробивным и решительным характером — его дочь. — Ты какой-то странный. Всё в порядке? — спросила Люси, снимая серьги перед зеркалом. — Да, всё в порядке, — Чимин не сводил восхищённого взгляда. В его памяти она отпечаталась совсем ещё ребёнком. Так приятно было видеть, какой она стала, но так больно было понимать, что эти тысячелетия безвозвратно упущены. — Могу я спросить тебя кое о чём? — Конечно, что ты хотел узнать? — Когда у тебя День рождения? — О-о-о, до него ещё очень долго, так что пока можешь не переживать по поводу подарков. — И всё же? Могу я узнать дату? — Ну, если это так важно для тебя, то третьего июня. — Не представляешь, как важно, — Чимин набрал на замке код, проговаривая его вслух. — Три-ноль-шесть. Чёрт, не сработало. — Вообще-то три-ноль-четыре тогда уж, — заметила Люси. — Что? — Папа говорил, что ваш календарь немного отличается от нашего. У нас июнь — это четвёртый месяц. А что это у тебя там такое? — Да так, какая-то бесполезная вещица, — Чимин попробовал набрать код заново, и замок щёлкнул. — Получилось! — Говоришь, что бесполезная вещица, а радуешься так, будто клад нашёл. — Ну, это для меня очень важная штука, не вдавайся в подробности. Спасибо тебе! — Чимин хотел подойти к Люси поближе, но вовремя остановил себя и направился в свою комнату. — Да не за что, обращайся, — хмыкнула она, поворачиваясь обратно к зеркалу.

***

— И как давно ты знаешь, кем на самом деле является Чимин, а? — Азазель был не на шутку рассержен, а, значит, абсолютно лишён страха. — Я так понимаю, ты всё вспомнил, — Люцифер поднялся с трона и спустился по лестнице к Тэхёну. — Достаточно давно, почти с самого начала. — И ты, несмотря на это, хотел пустить его на мясо? — Не всё так просто, Азазель. — Что не просто? Думаешь, так непросто понять, что тебе всегда было плевать на кого-то кроме тебя самого? — Азазель срывался на крик, переставая контролировать свои эмоции. — Ты ошибаешься, это не так, — Люцифер пытался оставаться спокойным. — В чём я ошибаюсь, скажи мне? В том, что ты снова решил воспользоваться душой Чимина? Во второй раз? А если бы вы не сблизились, ты, правда, смог бы отправить его на верную смерть? Отвечай! — Мне тоже было сложно, Азазель. Выбирать между Чимином и царством, всеми моими подданными, за которых я в ответе… — Здесь вообще не должен был стоять вопрос выбора изначально. Как только ты всё понял, ты должен был отпустить его. Знаешь, почему ты этого не сделал? Потому что ты эгоист, — Азазель схватил Князя на горло и припечатал затылком к ближайшей стене. — Хочешь ударить? Бей. Я не буду сопротивляться. Только вот ответь себе на один вопрос: не будешь ли ты эгоистом, если из-за своей злости и несдержанности покалечишь того, кого Чимин так любит? Азазель, мне есть, что рассказать тебе, и я с большим удовольствием сделаю это, если ты отпустишь меня сейчас.       Тэхён замялся, но руку убрал: — Говори. — После того, как вас прилюдно казнили на площади, ваши тела раскидали по всей Вселенной. И если ты думаешь, что я не искал её, то ты очень сильно ошибаешься. Всё моё время занимали поиски. Моё царство атаковали ангелы, они думали, что я слаб, и были абсолютно правы, но они просчитались в одном: у меня был Левиафан, которому я передал все полномочия на время своего отсутствия. И он, как и ожидалось, справился. Тысячу лет я блуждал по всем мирам, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. Моё царство одержало победу в моё отсутствие. Моя дочь научилась говорить первые свои слова, пока я занимался бесплодными поисками. Я цеплялся за угасающую надежду, и вот. Спустя тысячу лет, я нашёл твоё бездыханное тело. Ты всегда симпатизировал мне, я даже как-то предлагал тебе сотрудничество, поэтому я не смог пройти мимо, тем более, что ты какое-никакое, а напоминание. Воскресить тебя было не в моих силах, но я дал тебе новую жизнь в облике демона, за что ты пообещал вечно служить мне. Сестру твою, к своему несчастью, я так и не нашёл, сколько бы ни искал. Видимо, уже в тот момент она переродилась в нашем мире в Чимина и ждала своего появления на Земле. — Я не знаю, что сказать тебе. Возможно, я действительно вспылил. — Ничего не надо говорить. Ты был абсолютно прав. Я гнал от себя мысль о том, что мы с Чимином можем быть вместе и это — моя фатальная ошибка. Может быть, если бы я принял его раньше, было бы гораздо проще уговорить его не закрывать врата, но сейчас уже слишком поздно, сейчас мы можем только насильно удержать его, что я и намерен сделать. Надеюсь на твою помощь. — Но должен же быть какой-то иной выход, чтобы закрыть врата. Просто расскажем о нём Чимину, и не нужно будет никого удерживать. — Я тоже так думал, но вот только, сколько бы я ни искал — другого способа нет. — Не может такого быть. — Но так и есть. Я просмотрел все книги, разговаривал с Метатроном, нет других вариантов. Однако если у тебя получится что-то найти, то я буду безумно благодарен тебе. — Тогда я начну поиски немедленно. — Тебе стоит отдохнуть. Я вижу, что ты морально истощён, эти воспоминания выкачали у тебя всю энергию. У нас ещё много времени, чтобы найти решение наших проблем, так что сейчас я приказываю тебе хорошо отдохнуть, а потом возьмёмся за дело. — Но время… — Не думай ни о чём, просто сделай, как я прошу. Ты мне нужен здоровым, со свежей головой и ясными мыслями, пока ты нагружен своими воспоминаниями, от тебя не будет много толка. Я тоже хочу отдохнуть, так что до завтра, Азазель. — До завтра, Люцифер.       Мин ушёл в свою спальню, и Тэхён, ещё чуть-чуть посидев на лестнице, последовал его примеру. Он вернулся в свою комнату, и погрузился в глубокую медитацию. Чимин в это время дочитывал последние строки дневника. Теперь всё в его голове более ли менее прояснилось. Он понимал, что для того, чтобы составить на место последние паззлы, ему нужно поговорить с Люцифером.