I'm in love with the devil

За много тысячелетий до основных событий. — Князь, там у врат стоит какой-то незнакомец, требует тебя позвать.       Люцифер расхаживал по своей комнате, мечтательно глядя в окно и вспоминая те прекрасные дни, что любимая провела в его дворце. — Кто? Ангел? — оторвался он от прекрасных воспоминаний. — Не, не похож, — ответил Асмодей. — Ну, иди, посмотри сам.       Юнги обречённо вздохнул, делать нечего — надо идти. Уже у самых врат он приметил этого незнакомца. Не похож на обычного бродягу — высокий, статный темноволосый демон с пронзительным взглядом ярко-зелёных глаз. Что же тогда ему нужно здесь? — Кто ты? — спросил Юнги, не отрывая взгляда от незнакомца, следя за каждым движением, выискивая скрытый смысл в каждом жесте. — Ты знаешь, что близится война с ангелами. Ты знаешь, что это достойная цена за твою любовь, но ты не знаешь, как тебе победить в этой битве. — Можешь что-то предложить мне? Неужели ты думаешь, что можешь быть в военных делах лучше самого Дьявола? — Юнги рассмеялся и уже хотел возвращаться обратно, но демон его остановил. — Так и не понял кто я, Люцифер? Мы ведь были с тобой знакомы, ещё когда ты был ангелом.       Юнги присмотрелся внимательнее и заметил на коже остатки змеиной чешуи. — Левиафан? — с ноткой восторга спросил он. — Именно, это я. Так что, всё ещё думаешь, что я не смогу ничем тебе помочь? — Хм… ну, возможно ты и сможешь. У тебя есть какие-то конкретные предложения? Хочешь заключить со мной сделку? — Да, что-то вроде того. Ты даёшь мне приют в своём королевстве и контроль над седьмым кругом Ада, а я гарантирую тебе победу в предстоящем сражении. — Это все твои требования? Слишком просто. — У меня нет цели обмануть тебя. Ты знаешь, что у меня нет дома, я скиталец, но пора покончить с этим. Если ты не примешь меня, то я обращусь к ангелам, и тогда тебе не избежать поражения. Подумай хорошо, прежде чем примешь решение. — Хорошо, пусть будет так. Проходи, я согласен на твои условия.

***

      После долгих скитаний в поисках своей возлюбленной по всем уголкам Вселенной, Люцифер нашёл лишь сохранившиеся на ледяной планете останки души её брата — Азазеля. Их он и принёс в свой замок, оберегая едва теплящуюся жизнь. — Ты нашёл её? — спросил Левиафан, подходя к Князю и снимая покрывало с тела, что тот держал на руках. — Нет, но нашёл её брата, я… я буду продолжать поиски, но… — Люцифер, пора уже успокоиться, прими всё как есть и, — Левиафан перевёл взгляд на ангела, что покоился на руках Юнги и на секунду замолчал. — Проведи лучше это время с дочерью, она скучала по тебе всё это время, спрашивала, когда ты придёшь. Не теряй времени, пока она ещё совсем малышка. Потом может быть поздно. Всё произойдёт так, как должно произойти. Твоя главная задача сейчас — воспитать достойную преемницу, выполнить свой отеческий и княжеский долг. Если где-то и есть душа твоей возлюбленной — она обязательно вернётся к тебе. — Хорошо, только вот… — О нём я сам позабочусь, иди, отдыхай. — Что ты хочешь с ним сделать? — Тоже, что и ты хотел. — Нужна моя кровь, да? — сощурился Юнги. — Ненавижу ритуалы. — Желательно, да. Потому и говорю, чтобы ты шёл отдыхать. Я справлюсь сам. Иначе нам его никак не спасти, только приняв в демоны. — Он меня возненавидит за это, — грустно вздохнул Юнги. — Об этом я тоже позабочусь, — Чонгук принял из рук Князя тело ангела и протянул в ответ чашу, которую Юнги до краёв заполнил своей кровью. — Помоги мне донести твою кровь до ритуальной комнаты.

***

      После того, как обряд был завершён, Чонгук отнёс Тэхёна в его новую комнату и положил на кровать, укрывая тонким одеялом. Лицо новоиспечённого демона выражало полнейший ужас, лоб был исчерчен напряженными морщинками, голова моталась из стороны в сторону, а острые небольшие рожки то и дело впивались в подушку, оставляя на ней следы и вмятины. — Что же такое тебе снится, Азазель? — спросил Чонгук, кладя ладонь на лоб Тэхёну. — Остатки ангельской души отвергают кровь демонов. Ничего, это пройдёт, нужно просто потерпеть. Самое главное — не сдаваться, тогда этот кошмар обязательно закончится. Иди на мой голос.       Тэхён же в это время в своём сне переместился из горящего жаркого пламени, в котором сгорали все его воспоминания, в холодный серый лабиринт, в котором блуждал, не понимая где выход. — Иди на мой голос, — звало что-то, и Азазель шёл на этот звук, минуя один поворот за другим. — Этот лабиринт — твоё подсознание. Тебе нужно найти выход, иначе ты не проснёшься. Иди ко мне. — Кто ты?! — крикнул Азазель. Голос пропал, и Тэхён беспомощно упал на колени посреди серых стен. — Я не слышу тебя! Вернись!       Ему было страшно и одиноко. Он понимал, что застрял в собственной голове, что всё это нереально, но ходы здесь были настолько путаны, что Ким сам, без этого голоса, не мог понять, куда ему идти дальше. Стены давили всё сильнее, навевая новую волну отчаяния. — Вернись, прошу, — тихо прошептал он, сгибаясь напополам от ноющей боли в груди и падая на пол. — Я не хочу быть один. Мне страшно. — Чёрт, — выругался Левиафан, шатаясь по комнате из угла в угол. — Это слишком долго, он не сможет столько блуждать. Нужно его спасать, придумать что-то более действенное. Точно!       Он снова кинулся на кровать, проникая в голову Тэхёна.       Ким же в это время всё также лежал на полу. Когда кто-то очень настойчиво стал тыкаться ему в лицо мокрым носом, Тэхён приоткрыл глаза и увидел перед собой белого кота. — Кто ты? — задал он вопрос животному, улыбаясь сквозь слёзы и беря на руки. — Как здесь оказался?       Но кот не был настроен дружелюбно, он прокусил Азазелю руку и пустился наутёк. — Эй! Подожди меня! — кричал Ким, пытаясь догнать кота, но тот намеренно держал Тэхёна на расстоянии — когда тот приближался, кот резко набирал скорость и снижал её, когда Азазель начинал отставать. — Ты играешь со мной? Мало не получишь, когда догоню тебя!       Тэхён бежал вслед за котом, не обращая ни на что внимание, и вот он уже выбрался из лабиринта, забегая в ярко подсвеченную дверь вслед за котом. Тэхён распахнул глаза и увидел над собой потолок нежно-кремового цвета. Азазель стал озираться по сторонам в поисках ответа на самый главный вопрос — «где я?». Но нашёл лишь слепящий яркий свет утренней звезды за окном и завораживающие зелёные глаза перед собой. — Кто ты? Что я здесь делаю? — поспешно задавал вопросы Тэхён, пытаясь выбраться из пут одеяла. — Подожди, не двигайся. Никто здесь не причинит тебе вреда. Просто для начала успокойся. Важные вопросы не решают на горячую голову, — Чонгук надавил рукой на плечо Тэхёна и вернул его обратно в горизонтальное положение. — Кто я — ты узнаешь чуть позже, пока у тебя есть более важные вопросы, над которыми нужно подумать. — Тогда… кто я? — спросил Тэхён, осознавая, что он не может сам себе толком ответить даже на этот вопрос. — Прости, ничего кроме того, что ты демон, я сказать не могу. Тебе нужно самому вспомнить многие детали. Я лишь скажу тебе, что ты в царстве Люцифера — теперь это твой дом, а ты по распоряжению Князя после своего полного выздоровления заступишь на новую должность — будешь помогать решать государственные дела. — Я? Но я ведь никто! — Князь воскресил тебя, и, вероятно, не просто так, значит, ты зачем-то нужен ему. Люциферу виднее, твоё дело — быть благодарным и исполнять. Но это потом. Сейчас тебе нужно восстановиться. Я позову слуг, они позаботятся о тебе. — А если я не хочу быть на побегушках у вашего Князя? — Это теперь и твой Князь. Такой вопрос тебе лучше всего решать с ним самим. А я ухожу, у меня ещё есть дела. Поправляйся.       Уже закрыв дверь в покои Азазеля, Левиафан столкнулся в коридоре с Юнги. — Ну, как он? — спросил Князь первым делом. — Был небольшой форс-мажор, — говорил Левиафан, а сам испариной покрывался от мысли о том, к чему этот форс-мажор мог привести. — Пришлось немного поторопить его, потому воспоминания запечатались не до конца. Рано или поздно он всё вспомнит, Люцифер. — Это плохо. И как скоро ждать этих воспоминаний? — Не могу точно сказать. Десять, пятнадцать, возможно, двадцать тысяч лет, но не больше. — Хорошо, за это время, я думаю, ещё очень многое изменится. Сам он как? — Неплохо, но служить тебе отказывается. Своенравный ангел. Хотя, я думаю, это ненадолго. Все, кто когда-либо вкушали твоей крови, становились преданными тебе до последнего удара своего сердца, так что это лишь временные помутнения. — Я могу поговорить с ним сейчас, Левиафан? Или не стоит? — Попробуй, — Чонгук отошёл в сторону, открывая проход к двери. — Надеюсь, он не пошлёт тебя.       Всё время разговора Азазель пытался выведать у Мина хоть какую-то информацию о себе, но тот был непреклонен. — Тогда оставьте меня, я хочу побыть один, — Тэхён отвернулся лицом к стене и натянул одеяло повыше. — Хорошо, я уйду. Тебе правда нужно побыть одному. Надеюсь, ты хотя бы поешь. — Не ваше дело, — пробубнил Ким и обнял подушку.       Князь ушёл и Тэхён остался один на один со своими мыслями. — Тот демон был прав. Сейчас самое важное — выяснить кто я. А уже потом искать ответы на другие вопросы.       Тэхён много дней убил на исследование территории, расспросы жителей дворца, перерывание книг в царской библиотеке — но результатов не было никаких. Постепенно вместе со всем этим он принимал на себя новые обязанности, которые, на удивление самого Тэхёна, нравились ему хотя бы потому, что отвлекали от дурных надоевших мыслей. Он познакомился со своим напарником — Асмодеем. Весьма притягательным демоном. Когда Тэхён узнал, что тот инкуб — это его напугало так, что он некоторое время и вовсе не общался с Хосоком, пока тот его не заверил, что инкубы питаются только женской сексуальной энергией. Азазель всё чаще думал о том, что ему хотелось бы поговорить с тем демоном, которого он увидел тогда, в первый раз, когда открыл глаза, он казался очень мудрым и вызывал доверие. Специально встречи Тэхён не искал, но и случайно пересечься им не удавалось, потому эта мысль так и оставалась лежать где-то в глубинах разума.       В этот день у Тэхёна все дела шли как-то очень туго, напряжённо, долго и он был несказанно счастлив, когда упал на кровать уже под вечер. Однако мысли о том, что он даже толком не знает кто он, действительно ли он Азазель или его звали как-то иначе? Всегда ли он был демоном? И что же такое произошло, из-за чего он потерял память. Голова раскалывалась от этих мыслей, потому Тэхён принял решение прогуляться.       Сквозь длинный сад он вышел к морю. Весь его путь занял много времени, и Тэхён успел надумать себе всяких разных мыслей, в том числе и неприятных. Потому он подобрал с берега камень и со всей злостью швырнул его в море, оседая на бревне, что было достаточно далеко от моря, чтобы не сгнить быстро. Тэхён опустил голову на колени и обнял её руками. Он просидел так, пока не заметил краем глаза какое-то движение у своих ног. Азазель резко поднял голову с колен и посмотрел вниз. — Змея, — прошептал он и приподнял ноги на всякий случай, но в этот момент змея заползла на бревно, обращаясь тем, с кем Тэхён очень хотел поговорить в последнее время. Зелёные глаза снова смотрели глубоко в душу, а по чёрной, как сама ночь, чёлке стекали капли воды. — Не стоит кидать камни в море, там, может быть, кто-то плавает в это время, — сделал он замечание и мягко улыбнулся. Улыбку Левиафана мало кто видел. Тэхён об этом не знал, но даже так его пробрала дрожь. — Простите, я попал в вас камнем? — Азазель выпрямился, стараясь не терять своей статности, но вину свою почувствовал. — Ничего, лишь чуть-чуть задел меня. — Ваш голос… мне кажется, я слышал его тогда в своей голове. Это вы звали меня? — Да. Это был я. Ты находился в критическом состоянии, я не мог бездействовать, потому пришлось залезть в твою голову. Прости, в любой другой ситуации я не сделал бы это. — Вы спасли меня, не нужно извиняться за это, хотя было неприятно ощущать, что кто-то роется в моей голове. Раз уж я не могу узнать ничего о себе, то, может, вы тогда поведаете мне о том, кто вы? — Ты сам всё поймёшь однажды. Я понимаю, что тебе сложно, но наберись терпения. Да и вообще, Азазель, знаешь сколько есть душ, которые хотели бы оказаться в таком же положении, но они не могут этого сделать. — Кто это хочет оказаться на моём месте? В чём смысл? Покажите мне этого глупца. — А в том смысл, — Левиафан сполз с бревна и сел в ногах у Азазеля, сжимая его ладонь меж своих и смотря в упор в глаза с какой-то задорной искрой. — Столько демонов, ангелов, людей готовы многое отдать, лишь бы начать жизнь заново. У тебя есть такая возможность, ты здесь не знаешь никого, тебя не знает никто — это ли не идеальная возможность, чтобы выстроить заново ту жизнь, которой ты хочешь жить? Может, твоё прошлое совсем бы не обрадовало тебя, узнай ты о нём. Подумай сам — это действительно уникальный шанс. Не упусти его. — Возможно, вы правы. Хорошо, я попробую отпустить эти мысли и начать жить заново. Будет сложно, но я попытаюсь. — Я постараюсь тебе помочь. И давай ты начнёшь обращаться ко мне на «ты»? — Я не могу, — Тэхён вырвал свою руку и немного отшатнулся назад. — Почему? — Чонгук хотел было перехватить выскальзывающую ладонь, но вовремя остановил себя. — Потому что даже Асмодей не позволяет себе в разговоре обращаться к вам так. — А я его просил тоже обращаться на «ты», он не захотел. Так что не отказывайся хотя бы ты, пока я предлагаю. Второй раз я этого не сделаю. — Хорошо, тогда расскажи, — сказал Тэхён, делая ударение на последний слог, — мне о себе. Назови хотя бы своё имя, потому как я не уверен, что правильно его уловил из уст Князя. — Левиафан. Так меня зовут. Возможно, ты хочешь ещё что-то узнать? Я могу многое поведать тебе. Но давай в процессе разговора прогуляемся до маяка? — Здесь есть маяк? — Да. Мой, я потребовал его у Люцифера, потому как я — водный Змей и мне очень тяжело долгое время находится вдали от воды. — То, что ты Змей — я заметил, но уж какой-то совсем маленький и безобидный для такого великого демона. — То была лишь одна из моих многих форм, Азазель. Я могу принимать абсолютно разные змеиные формы. Пойдём, я покажу тебе место, где я живу, — Чонгук встал с камней и протянул руку Тэхёну, поднимая его с бревна.       Вдоль берега, который слегка озарялся закатным светилом, Тэхён и Чонгук прошли вместе пару километров, прежде чем дошли до маяка. Морские волны бились о камни, и брызги попадали на двоих, даря нежную прохладу водной стихии. От высокой влажности у Тэхёна волосы стали слегка волнистыми, и Левиафан находил это весьма милым.       Они много разговаривали, стоя у окна маяка и глядя на бушующие синие волны, на яркую звезду, что уходила за горизонт. После заката на небе стали появляться многочисленные звёзды. И тут Чонгук нашёл, чем удивить своего спутника, доставая из-под кровати старенький телескоп. Настроив его, он показал Тэхёну вблизи тёмное ночное небо. — Наше королевство находится на юге, потому ночи здесь такие тёмные и даже самые тусклые звёзды разглядеть проще простого.       Ким смотрел на то, как Чонгук возится с механизмом, сменяя в телескопе поле зрения, и понимал, что ему безумно нравится проводить с этим демоном время вот так — один на один. Так спокойно он себя не чувствовал ни с кем, даже с Люцифером, хотя первоначально именно тот спас его. — Тут так романтично и… хочется говорить с тобой, философствовать обо всём на свете. Мне нравится то, как мы проводим время. Могу я прийти завтра сюда? — Конечно, Азазель. Приходи, если захочешь. А сейчас — давай я провожу тебя до замка?

***

      Тэхён вновь свалился на свою кровать и стал обдумывать всё, что произошло за сегодняшний вечер. Мягкая улыбка, мудрые речи и этот чёртов огонёк в изумрудных глазах, который всё переворачивал внутри Азазеля, и жить хотелось с большей силой, и… проводить с этим демоном больше времени. Тэхён улыбался потолку долгое время, наслаждаясь ощущением тёплой нежности, что никак его не отпускало. Только некоторое время спустя он сообразил, что, наверное, пора засыпать, ибо вставать уже совсем скоро. — Эх, хотелось бы мне быть как он — Верховным демоном. Не нужно было бы тратить время на сон и убегать из маяка так рано.       Тэхён долго лежал в постели, но сон так и не шёл. Он поднялся с кровати, прошёлся по комнате, ещё раз перелистал пергаменты, что принёс себе в комнату из библиотеки. Ничего нового из них он не вычитал и снова лёг в постель. Пролежав около получаса, он завернулся в одеяло и с первыми рассветными лучами заснул.       Вставать на следующее утро было очень нелегко, но дела не ждали, потому, протерев сонные глаза, Азазель собрался и приступил к своим новым обязанностям. Мелкие поручения Князя немного удручали его, Тэхёну казалось, что он способен на большее, что его недооценили. С другой стороны, он понимал, что пока к нему нет особого доверия, да и, возможно, для чего-то более серьёзного ему не хватает навыков. — Чем занимаешься? — раздалось за спиной Тэхёна, от чего он слегка дрогнул. — Левиафан? Я… работаю, как ни странно, — ответил он застенчиво и крепче сжал в руке листы бумаги, что доверил ему Люцифер. — Слушай, может быть, я украду тебя на сегодняшний день? — В каком смысле? — Мне на маяке нужна помощь, давно хотел навести там порядок, но всё никак не мог решиться на генеральную уборку. Теперь одному мне не справится, но я никого туда не впускаю. Ты был первым, и раз уж ты уже видел моё жилище, то, возможно, ты захочешь мне помочь? — Я был бы только рад, но… Люцифер вряд ли отпустит меня сейчас куда-то. Слишком много дел во дворце. — Если бы было слишком много дел, он поручил бы тебе что-то более важное, чем перетаскивание бумаг из угла в угол. Он отпустит, если я попрошу его, мне нужно лишь твоё согласие. — Тогда да, я помогу тебе. — Как закончишь, приходи к маяку, я буду ждать тебя там.       Тэхён кротко кивнул и после того, как Чонгук закрыл за собой дверь кабинета, улыбнулся, глядя в окно, сам не понимая, чему так радуется. Он обдумывал каждое слово их разговора и открывал для себя новые грани этих слов. «Неужели он правда больше никого не пускал в свой дом?», — подумал Тэхён, прежде чем дверь снова открылась, и он обернулся, пытаясь спрятать свои счастливые эмоции. — На сегодня ты свободен, Азазель. Жду тебя завтра, — выглянул из проёма Юнги. — Но, Повелитель, ведь работа… — глубоко внутри Тэхён ликовал от того, что слышал сейчас, но ответственный подход к работе не позволял просто так бросить всё и уйти. — Доделывай последнее поручение и можешь идти, с остальным я справлюсь сам. — Хорошо, Люцифер, как скажешь.       Ручка двери повернулась, и Тэхён с ещё большим энтузиазмом приступил к работе. После того, как последние листы были проверены, он выбежал из замка и отправился к маяку, на ходу поправляя светлые волосы. — Ох, ты уже здесь, — поприветствовал Чонгук запыхавшегося демона. — Да. Ты так высоко живёшь, вчера мне казалось, что мы поднялись очень быстро. — В хорошей компании время всегда летит быстрее, — Чонгук отдал в руки Тэхёну книгу и продолжил. — Когда будешь спускаться вниз по лестнице, зайди в самую первую дверь, положи эту книгу на полку и… на сегодня уборка этой комнаты — твоя работа. — У тебя там библиотека? — спросил Тэхён, открывая книгу и рассматривая аккуратный почерк. — Да, моя собственная. Я пишу книги и вот эта — последняя, законченная мной. Хочу, чтобы ты поставил её на законное место. — Это несколько волнительно, но хорошо, я поставлю. Ещё что-то? — Нет, пока всё. — Тогда я пойду? — кивнул Тэхён в сторону двери. — Да, конечно. Я кое-что закончу и подойду к тебе. — Угу, — пробасил Ким и убежал по лестнице в нужную ему комнату.       Он поставил на полку книгу, ещё раз протерев обложку рукавом рубашки от невидимых пылинок, оглядел комнату и оценил объём работы. Сделать предстоит немало, но впрочем, вдвоём можно управиться быстро, да и как верно заметил Левиафан — в хорошей компании время идёт быстрее. Внимание Тэхёна привлёк старый шкаф в углу достаточно большой комнаты. «Его спальня мала, чтобы поместить его туда. Возможно, он хранит там одежду или что-то ещё», — думал Азазель и медленно подходил к шкафу, ведомый любопытством. Он слегка приоткрыл дверцу, и оттуда выпало что-то не очень тяжёлое, но большое и пыльное. Он наклонился, чтобы рассмотреть и понял, что это змеиная шкура. — Прошлая линька была достаточно тяжёлой, не хватило даже сил, чтобы избавиться от шкурки, а потом я вовсе забыл о ней. — Это твоя? — спросил Тэхён, глядя на подошедшего со спины Чонгука. — Моя. Надеюсь, она не сильно напугала тебя. — Честно, я не ожидал, ну да ладно, теперь уже не важно. Её нужно выкинуть? — Да, не мешало бы. — Тогда помоги мне её поднять.       Вдвоём они действовали быстро и слаженно и шкурку огромную смогли утащить, и закопать поглубже в землю, и в пыльной запущенной комнате быстро был наведён порядок. — Ух, я не часто здесь появляюсь, потому здесь такой бардак был, в остальных комнатах не так, не пугайся, — Чонгук упал на диван, что стоял под книжной полкой и пригласил Тэхёна присесть рядом. Несмотря на то, что Азазель, в отличие от Змея сел очень аккуратно, книга, которую он сегодня поставил на полку, пошатнулась и упала на его колени. — Она, видимо, очень хочет, чтобы ты прочитал её, — отшутился Левиафан. — Тогда можно я возьму её с собой сегодня? — такого Чонгук точно не ожидал, но дал согласие и уставился в окно на закат. Тэхён прижал ближе к груди книгу и незаметно улыбнулся. — Мне нужно идти, у меня сегодня есть дела в море, — сказал Левиафан, встал с дивана и протянул руку Тэхёну. — Проводишь меня? — Конечно, — Азазель протянул руку в ответ, думая, что как только он встанет, Змей отпустит её, но тот держал крепко всю дорогу до моря и молчал. От этого у Тэхёна мысли мешались, но такой новый уровень близости ему определённо нравился. — Мы сможем увидеться завтра? — поинтересовался Тэхён, не сводя с Чонгука взгляда жёлтых глаз. — Конечно, и не только завтра, можешь приходить хоть каждый день, я буду тебя ждать. — Ох, зря ты говоришь это… — Почему, Ази? — Ази? Никто ещё не называл меня так, — Тэхён словно почувствовал, как кровь прилила к лицу, а дыхание стало уж слишком поверхностным от такого обращения. — Я знаю, я вернусь завтра, с рассветом, можешь ждать меня, если захочешь. — Хорошо, я буду ждать тебя здесь. Левиафан, ты мне… — Ты мне тоже, — Чонгук увидел, насколько Тэхёну тяжело даются слова, потому решил договорить их сам и завершить эту встречу прощальным поцелуем в лоб. — Я буду ждать тебя, правда. — Верю. Тогда, до завтра? — До завтра.       Чонгук отпустил руку Тэхёна и зашёл по колено в море, обращаясь в Змея и исчезая средь волн.

***

      Тэхён сидел вместе с Чимином на берегу моря, вокруг никого, только белое покрывало снега. Закатное Солнце, спокойное море… всё это было до боли знакомо, только никогда ещё не было так холодно.       Вдруг к ним двоим подошел темноволосый молодой человек в светлых джинсах с потёртостями и чёрной зимней куртке. — Можно присесть здесь, рядом с вами? — он обворожительно улыбнулся.       Чимин подвинулся, притянув за собой Тэхёна, освобождая для гостя правую часть бревна. А Тэхён никак не мог поверить в то, что видит сейчас. — Меня зовут Чонгук, — представился парень, садясь на бревно. — Чимин, — приветливо улыбнулся Пак. — Тэхён, — жалобно протянул Азазель, не в силах оторваться от таких родных черт лица с ярким акцентом в виде изумрудного цвета глаз.