I'm in love with the devil

      Каждый день с того момента, как Чимин отдал свою душу на спасение «подземного» царства, Люцифер приходил к вратам и приносил с собой куст голубых лилий. Конечно же, он каждый раз пытался поговорить с Чимином, но вот уже на протяжении трёх лет ему отвечало лишь эхо. — Я снова принёс тебе твои любимые цветы, — говорил Юнги, закапывая куст глубже в землю. — Скоро ударят морозы, и под льдом они не выживут, но как только наступит весна, я принесу и посажу ещё голубых лилий для моего смелого Чимина.       Юнги абсолютно точно верил в то, что Чимин его слышит, потому и сейчас говорил так, будто Пак сидит прямо перед ним. — Три года прошло, да уж… у Люси скоро свадьба. Она всё ещё скучает по тебе, постоянно говорит о том, как было бы здорово, если бы ты помог ей со всеми приготовлениями к свадьбе… — Люцифер! — окликнул демона Азазель. — Так и думал, что ты здесь, заканчивай свои дела, к нам гости внезапные пожаловали. — Кто ещё? — спросил Юнги, поднимаясь с земли. — Да маги, кто же ещё. Требуют твоего присутствия, потому поторопись, пока они опять не разозлились. — Ладно, сейчас приду, — кинул он Азазелю и повернулся обратно к вратам. — Не дают мне с тобой нормально общаться, я ещё вернусь сегодня, не скучай, Минни, — Люцифер провёл рукой по кирпичной стене и пошёл вслед за Тэхёном.       После того, как Юнги оказал приём магам, он обратился к Азазелю с просьбой распорядиться по поводу палат для гостей. — А ты куда? — спрашивал Азазель, уже подозревая, каким будет ответ. — К Чимину, я обещал, что ещё зайду сегодня, — совершенно невинно ответил Мин. — Князь, опять ты.? — рыкнул Тэхён. — Отпусти уже эту ситуацию, мертвых не вернуть, Чимина нет среди нас. Я понимаю, что тебе тяжело, но уж лучше ты осознаешь это сейчас, чем медленно будешь сходить с ума, что сейчас с тобой и происходит. — Я не сошёл с ума. Азазель, я правда чувствую его. — Ты чувствуешь свою тоску по нему, а не его самого, прекрати обманывать себя. — Но как же нить, она же светится! — Люцифер, ничего не светится, ты придумал это сам себе, и что Чимин тебя слышит, тоже вообразил себе сам. — Но он меня слышит! И отвечает иногда! — У-у-у, хорошо, раз так, то иди к Чимину, а я здесь сам со всем справлюсь. — Спасибо, Азазель. — Иди-иди, — спровадил Князя Тэхён, подзывая к себе Змея. — Пора что-то предпринимать. Это уже совсем ненормально. — Давай закончим с магами и нагоним его, проследим, может поймём, что нам делать. — Ага, давай, так и сделаем, — кивнул Азазель. — Надоело уже выполнять обязанности Князя, это не мой пост, я всего лишь советник! — Не переживай, всё наладится. Это ты его ещё после первой смерти Чимина не видел…       Юнги бежал к вратам так быстро, как мог. Сегодня ему почему-то особенно не хотелось покидать импровизированную могилу Пака. Когда Мин прибежал на место, он даже не сразу понял, что произошло. Куст голубых лилий, который он посадил сегодня, был изломан, а сами цветки были помяты. Поверх обломков растения лежало лицом в землю тело, и понять, что оно живое можно было лишь по стонам и по попыткам этого самого «тела» карабкаться вперед, сжимая пальцы в кулак и сгибая ноги в колене. Подойдя ближе по широкой спине и мускулистым рукам, Юнги понял, что это парень. Лица его не видно было из-за кустов, одежда, а точнее белая рубашка и чёрные брюки были изорваны и испачканы в крови. Юнги осторожно подошёл ближе и перевернул тело лицом к небу. Сердце сжалось и облилось кровью от того, что он увидел. Пока Люцифер осмеливался подойти к бедняге, он несколько раз просил о том, чтобы это был Чимин, а потом столько же, чтобы это был не он. — Минни? — произнёс он, садясь рядом и рассматривая изувеченное тело. — Юнги, — Пак проглотил вязкую слюну и попытался нащупать руку демона, но Люцифер его опередил, поднимая тело с разломанных кустов и перекладывая к себе на колени. — Я рад тебя слышать снова, Юнги. Хотя я всё время слышал тебя, спасибо, что приходил ко мне, но кажется я сломал один из кустов, что ты посадил сегодня. А Люси… я бы с радостью помог ей с подготовкой к празднику, если бы не… — Чимин замолчал и устремил немигающий взгляд в небо. — Чимини, ты не видишь меня, да? — спрашивал Юнги, поглаживая серебристые волосы. — Я ослеп, прости, я ничего не вижу, — из глаз побежали крупные соленые капли, и Чимин, нащупав пиджак Юнги, уткнулся в него лицом, только чтобы демон не видел его слабость. — Ничего, всё наладится, солнце, главное, что ты сейчас здесь, и ты не представляешь, как я рад этому, а все вместе мы обязательно тебя вылечим.       От этих слов Юнги Чимин только завывал громче и пиджак всё больше заливал горькой влагой. — Чимин! — послышалось где-то вдали. — Азазель, — улыбнулся Пак, сразу поняв, чей это голос. Он слышал как приближались шаги по высохшей земле. Вот Тэхён был уже совсем близко, потому Чимин попросил Мина помочь ему подняться. — Чимин! Ты жив! Я не верю в то, что это правда. Мы все уже отчаялись! — Да, я знаю, я видел всё. Я был за краем Вечности, оттуда было очень удобно наблюдать за всем. — Я правда не могу поверить своим глазам! Наконец-то я снова вижу тебя!       Чимина очень сильно задевало то, что он сейчас никого из демонов видеть не может, потому он просто нащупал плечо Азазеля и положил на него голову. Ким непонимающе посмотрел на Юнги, а тот жестами объяснил что и как. — Чимин, успокойся, не надо плакать. Этим ты сейчас никак не поможешь ни себе, ни нам. Самое главное — ты жив, с остальным разберемся.       Чимин устало улыбнулся: — Юнги сказал мне тоже самое. — Ну, вот, мы же вдвоём не можем ошибаться. — Но однажды уже ошиблись. — То было лишь однажды. И ты превзошёл наши ожидания. Никто не верил в тебя, в твои способности, но ты вернулся оттуда, откуда никто ещё не возвращался. Ты знаешь почему ты потерял зрение? Как? Хоть что-то, от чего мы могли бы оттолкнуться. — Нет, я ничего не знаю, знаю только того, кто может помочь мне. — Кто это? — Люцифер подошёл сзади и положил руку между лопаток Чимина. — Скажи кто, и я найду это существо во что бы то ни стало.       Чимин оторвался от плеча Азазеля, скинул с себя руку Юнги и на ощупь подошёл к Левиафану, сейчас он как никогда хорошо чувствовал мощные ауры каждого из демонов, потому безошибочно нашёл Змея. Чонгук лишь улыбался мягко, глядя на Чимина. — О, Великий, — Чимин хотел упасть на колени перед Левиафаном, но тот не позволил. — Ты видел? — спросил Чон. — Я видел всё, — ответил Чимин, и только двое понимали о чём шёл разговор.       Левиафан обнял Пака, и тот испугался не на шутку. — Не нужно бояться меня. Ты мой самый преданный последователь, ты не только оружие Люцифера, но и моё оружие, а я очень благодарный Бог Тьмы. — Прародитель? — Древнее божество? — в один голос спросили Юнги и Тэхён, пытаясь приклониться, чтобы выказать своё уважение, но Левиафан и им не позволил это сделать. — Вы мои друзья, вам не нужно этого делать. А тебе, — обратился он снова к Чимину. — Я верну зрение, но ты сам знаешь, какую цену ты за это должен заплатить. — Я знаю, я готов. — Вот и отлично. Вратам не нужна была душа Чимина, — обращался Левиафан снова к демонам. — Им нужна была светлая энергия, которая питала его душу. Они её получили. Но было ещё кое-что, что поддерживало душу Чимина… — Кровь демонов, — перебил Азазель и тут же замолчал. Теперь он немного побаивался Левиафана. — Именно она. Но след ритуала слабеет, потому и Чимин очень слаб сейчас. — И как нам теперь быть? Придётся постоянно проводить ритуал? — спросил Люцифер. — Нет, это будет издевательство над душой Чимина, — отвечал Змей. — Нам нужно завершить ритуал раз и навсегда. — Предлагаешь сделать из него демона? — Азазель смотрел немного напугано. — Да. Ну, чего встали? Мне нужна ваша помощь, идемте.       Пока Юнги вел Чимина, позади неспешно шли Чонгук и Тэхён, отставая на полсотни метров. — Почему ты раньше никогда не говорил мне об этом? Или мне теперь к тебе на «Вы» обращаться? — Потому и не говорил, ты же сразу всё перевернул бы в трагедию, сбежал бы ещё от меня. — Я? — Ну, не я же. Ты у нас любишь сцены устраивать. — Ну, всё, — Азазель скрестил руки на груди, смотря в сторону темного леса. — Прекращай дуться. Не надо ко мне как-то иначе обращаться. Пусть всё будет так, как есть. — Давай поставим у меня в комнате твой идол. Я буду каждый день приносить ему в жертву кроликов. — Обойдёмся без идолов и кровавых жертв. Давай лучше ты каждое утро будешь проводить рядом со мной. Лучшего жертвоприношения и придумать нельзя. — Да, только после того, как Чимин поправится. До этого момента ты, наверное, будешь всё время проводить со своим любимым последователем. — Ревнуешь? — Да. — А зря. Чимин же замужем. При том за кем. Он счастлив, и я могу сказать тебе, что это вечный союз. — Он замужем, а ты — нет. — Ах, вот оно что, козлик, — Чонгук притянул к себе Тэхёна и поцеловал в макушку. — Ты три года назад обещал. Чимин успел за это время из другого измерения вернуться, а почему-то всё ещё ничего не изменилось. — Всему своё время, Азазель. А с братом из-за мелочей ссориться не надо, не повторяй моей ошибки. Семейные узы — это святое. — Ладно, скажешь, когда готов будешь, я тебя не буду больше торопить. — Спасибо, милый, я ценю это.

***

— Я ненавижу обряды, — ворчал Юнги, стоя у входа в ритуальный зал. — Да ладно, это быстро. Ну, мне так Левиафан сказал, — подбадривал его Азазель. — Интересно, какой демон получится из Чимина? — Да-а, интересно… — мечтательно протянул Мин. — Ну вот в последние ваши дни вместе к какому греху он был больше склонен? — Хочешь сказать… не-не, только не инкуб! — Хахах. — Ничерта не смешно. — Да ладно, Люцифер, успокойся, я ведь просто предположил. Никто не знает, что из Чимина получится. Остается только ждать.       На протяжении всего обряда Юнги стоял и повторял про себя фразу: «только бы не инкуб, только бы не инкуб». Он поднял глаза только тогда, когда маг объявил о завершении ритуала, сказав, что Чимин — новый демон грозы и бури. Юнги облегчённо выдохнул и подошёл к Паку. Тот был без сознания с завязанными глазами, а волосы его стали чёрными, как и у всех прочих демонов. Люцифер бережно отнёс его в их общую комнату, уложил на кровать, зашторил плотно окна, чтобы после абсолютной слепоты Чимину не было слишком ярко, и зажёг пару свечей, чтобы глаза Чимина начинали понемногу заново привыкать к свету. Он сел рядом и бережно снял повязку с глаз Пака. Тот сразу же открыл глаза и попытался встать. — Тише-тише, лежи, не напрягайся, привыкай к свету. — Юнги, — позвал Чимин и потянул демона на себя. — Да, милый? — Люцифер лег рядом на бок, опираясь на локоть и приобнимая Чимина за бёдра. — Я же обещал, что вернусь. — Ты молодец, Минни, а вот я не смог сдержать своё обещание. — По поводу того, что не примешь меня больше? — Ага. — Ну, и ладно, я рад, что ты не всегда держишь своё слово. — Я скучал по тебе, Чимин. — Я тоже. Без тебя было так пусто. Больше никуда не отпускай меня, даже если я буду настойчив, как в тот раз. — Обещаю, больше не отпущу. — Знаешь, — Чимин протянул руку к рубашке Юнги и стал играться с пуговицами, катая их между пальцев. — Всё совсем не так, как оно кажется порой. История была написана неверно, два Бога выжили в том сражении. Один из них — Левиафан. А кто второй? — Я не знаю, Минни, для меня это не имеет значения, у меня два других бога — ты и Люси. — Это очень мило, но всё же… впрочем, пока я не хочу думать об этом. — Ну и правильно. У нас с тобой ещё свадебное путешествие трёхлетней давности наметилось. Давай лучше подумаем о нём. Куда бы ты хотел отправиться? — Я? По правде говоря, я хотел бы ещё раз посмотреть на Землю. Искупаться в море, постоять в очереди за какой-нибудь жирной пищей, попасть под грозу. Я так хочу этого… — Хорошо, Чимини. Земля, так Земля. Как только ты поправишься, мы полетим туда. — Классно. — А сейчас засыпай, я буду рядом всё время, так что если понадоблюсь — зови. — Хорошо, — Чимин замолчал, но после долгой паузы решил спросить. — Юнги, а я смогу летать? — Конечно сможешь, я тебя научу очень быстро. — Может, тогда прямо сейчас научишь меня? — Нет, пока ты ещё слишком слаб. Отдохни, а потом займёмся всем остальным.

***

— Давай же, Чимини, шагай ко мне, — подбадривал демон, что уже стоял за окном. — Нет, я боюсь, я не смогу. Не заставляй меня, я же не смогу полететь вот так сразу, по щелчку пальцев. — Не сможешь, но если ты не попробуешь, то никогда не научишься. Доверься мне, я поймаю тебя, если что.       Чимин зажмурил глаза, шагнул за окно и тут же повис в воздухе, держась за руку Мина. Люцифер подлетел ближе к морю, чтобы Паку было не так страшно падать вниз, и разжал ладонь. Но Чимин вцепился в Князя отчаянно. — Минни, отпусти мою руку, во время падения ты сам всё поймешь и сможешь взлететь. — Но у меня даже нет крыльев! — кричал в ответ Чимин. — Они и не появятся, пока ты не рискнёшь, отпускай, я поймаю тебя, если что.       Рука Юнги начала выскальзывать из ладони Чимина, и Пак начал своё падение. Уже у кромки воды демон подхватил его за грудь и снова взлетел вверх. — Я ничего не понял. Что я должен был почувствовать? — кричал Чимин сквозь свистящий ветер. — Поток, Минни, поток ветра. Ничего страшного, что не получилось в первый раз. Попробуем ещё. — Что? Ещё? Может не сегодня? — Нет, Чимини, давай, пока есть время и настрой.       Юнги набрал высоту побольше и снова отпустил Пака. Чимин летел вниз и, кажется, совершенно ничего не собирался делать. Когда уже Мин хотел снова лететь вниз, хватать Чимина, тот ловко развернулся в воздухе и взлетел вверх. Одно его крыло было чёрным, а другое белым. Юнги очень удивился, потому как видел такое впервые в жизни. — У меня получилось! — летел на Люцифера довольный Чимин, снося его с места своими объятиями. — Да, у тебя получилось. Снова всё получилось, ты молодец. — Что теперь будем делать? — Ты ведь хотел на Землю? — Хотел. — Тогда идём, — Юнги крыльями обнял Чимина и переместил их к весеннему пусанскому морю. — Дождь, — сказал Чимин, вытягивая руку вперед и ловя ладонью первые холодные капли. — Ты же хотел увидеть земной дождь, — после этих слов Люцифера раздался оглушительный гром. — Снимай обувь. — Зачем? — Снимай, и идём за мной, — Юнги протянул Чимину руку.       Пак снял туфли и зашёл по колено в море вслед за Люцифером. — Ты ведь знаешь, что нельзя во время грозы стоять в воде, может ударить сильно, — говорил Чимин, улыбаясь и поправляя уже очень намокшую чёрную чёлку.       А гром гремел ещё громче, и ливень хлестал всё сильнее. — Я знаю, но теперь молнии нам не страшны. Ты в своей стихии, Минни. — Это точно, люблю дождь, гром и молнии. — Ты был рождён, чтобы повелевать ими, Чимин, но распоряжайся своей силой с умом. — Не волнуйся, я буду использовать её только ради всеобщего блага.       Чимин прижался ближе к Люциферу, и они простояли так в тишине, пока дождь не начал стихать. Когда капли перестали больно хлестать по коже, Чимин поднял голову, чтобы поцеловать Юнги. — Это самый прекрасный день, — добавил Пак между поцелуями. — Я согласен с тобой, — ответил Юнги, тут же утопая в нежном поцелуе и морщась слегка от того, что яркое, жёлто-красное закатное Солнце вылезло из-за туч и било в глаза ярким светом. — Прости, я доставил тебе много боли, проблем и переживаний, — Чимин снова прятал лицо где-то у груди демона. — Прекрати. Ты ассоциируешься у меня со всем самым прекрасным, что было в моей жизни, ты моё чудо, Минни, мой бог, которому я готов служить всегда и очень преданно.

***

— И всё же, Господь, почему ты не решил эту проблему сам? Ведь всё было так просто. Остановить мёртвых было в твоих силах, — обращался Джин к Намджуну. — Не всё так просто, Метатрон. Это был замысел. Мой и моего брата — Левиафана. Если бы врата закрыл я, я бы больше не смог выбраться из царства Люцифера, а моё место здесь — в райских садах. — Но столько смертей и боли… — Смерть понесли только те, кто давно её заслуживал, невинные же души в результате остались счастливы. Посмотри на них — они воплощения умиротворения. — А как же ваш брат? Вы и за него счастливы? У вас ведь был конфликт. — Да, Джин, за него я счастлив в первую очередь, ему придётся нелегко с Азазелем, но он нашёл того, кого долго искал, и они точно будут счастливы. Я рад. Безмерно рад. Надеюсь, что когда-нибудь наш с ним конфликт будет исчерпан, ведь от этого зависит существование всего мироздания. Только вместе мы можем нести мир — порознь же мы можем только разрушать. Нам нужно будет встретиться как-нибудь, поблагодарить друг друга, он хорошо отыгрывал роль простачка, зная всё наперёд. — Вы — Бог Света, вам виднее, — Джин склонил голову, а позже добавил. — Я могу лишь только задавать вопросы и надеяться, что вы ответите мне на них. — Всегда отвечу, ты мой любимый последователь. — Признаюсь, мне было очень неловко играть вашего руководителя, я очень сильно прошу прощения, если я где-то переборщил. — Нет, ты всё сделал правильно. Теперь ты можешь отдыхать, как и все мы. Кстати, не хочешь прогуляться со мной?..