Cherry Pie

Ванесса сидела на жёстких нарах и пыталась подавить отвратительную тошноту. Голова кружилась, а перед глазами плыли цветные пятна, из-за чего девушка почти теряла сознание, но всё же с любопытством оглядывала невысокого мужчину, сидящего напротив и скалившегося, словно хищник. — Приветствую вас, на борту «Deus Ex Machina», — сказал он, а воспалённое сознание Ванессы вспорол грубый немецкий акцент. — С этого дня вы будете нести службу на борту данного дирижабля, фройляйн Уотсон. — Но постойте… Откуда вы знаете моё имя? Какого рода службу? Кто вы такой? Почему солдаты ворвались в мой дом, оглушили меня и притащили сюда?! — гневно спросила Ванесса. — Ну-ну, фройляйн, — немец безмятежно улыбался. — Вы очень пригодитесь как часть батальона организации «Миллениум». Меня зовут Максимилиан Монтана. Для вас же — майор или мой фюрер. А что насчёт службы… Это зависит от твоих предпочтений. Уотсон прищурилась. Ей не нравилось, как развиваются события. — Я не давала согласия служить вам, герр Монтана, — ответила девушка, опустив глаза и в последний момент успевая сгладить грубый ответ. — Я не соглашалась на то, чтобы вы распоряжались моей судьбой. И тем более, что я не являюсь военно-обязанной, и тем более — вашей собственностью! — Твоя форма на тумбе, — Макс будто не слышал слов Ванессы. — Переодевайся, и я расскажу о твоих новых обязанностях. А затем… Затем ты докажешь, что верна нашему делу, Ванесса Уотсон. — Нет, герр Монтана. Я не обязана вам подчиняться. Верните меня домой, иначе… — Иначе что? Что ты мне сделаешь, моя милая маленькая фр-р-р-р-ройляйн? — промурлыкал немец, а затем поднялся. Уотсон против воли отшатнулась от мужчины, а когда она набралась смелости и увидела его лицо — внутренности девушки ледяной хваткой стиснуло отвращение. Безумие, одухотворение и похоть — вот что читалось на лице майора, а в его жёлтых глазах горела злоба. — Не подходите, Монтана, — Ванесса резко втянула носом воздух. — Не смейте даже смотреть на меня… так. — Ох, meine Liebe… — майор подошёл к Уотсон и погладил её по голове. Девушка зажмурилась, когда он склонился над ней и поймал её губы своими. И отстранился, влепив сильную пощёчину, когда Ванесса изловчилась и укусила штурмбаннфюрера. — Kleine schlampe! Удар был неожиданно сильным, и Уотсон упала на пол, вновь сильно ударившись головой. Но долго валяться девушке было не суждено. Немец схватил её за длинную светло-рыжую косу и, подняв девушку с пола, грубо кинул её на узкий лежак, на котором не было даже тонкого матраса. Ванесса подскочила, но слишком медленно. Тычок в спину — и девушка вновь упала на нары. — Я научу тебя покорности! — прорычал майор наматывая её волосы на кулак. — Ich werde dich demut beibringen, kleine schlampe! Ты расплатишься за то, что сделала, — Монтана вытер платком кровь, капающую из прокушенной девушкой губы и безумно ухмыльнулся. — И расплатишься единственным доступным тебе способом, kleine schlampe. Я хотел по-хорошему договориться с тобой, но… ты сама выбрала свою судьбу, Hure. Дыхание девушки перехватило, когда она почувствовала, как пижамные штаны и трусики сползают с неё под властными руками нациста, а из горла вырвался полузадушенный всхлип. — Зачем вам всё это? — Ванесса, глубоко вздохнув, решила попытаться отвлечь мужчину разговором. — Зачем вам… — Зачем мне всё это нужно? — зрачки штурмбаннфюрера расширились, словно у наркомана, принявшего очередную дозу. — Я слишком люблю войну, чтобы прекращать её. Война является смыслом моей жизни, моя дорогая фройляйн. Ты хочешь знать, что такое война? — Нет, герр майор, — Уотсон передёрнуло. — Я знаю и искренне ненавижу войну. И ненавижу вас, больной ублюдок! — Очень жаль, милая Несса, что вы такая глупая… Но ничего, дорогая, я вам расскажу, в чём её смысл… Вы её полюбите именно так, как люблю я. — Ублюдок! — закричала Уотсон, когда Макс потянул её за волосы назад, заставив встать на четвереньки и прогнуться в спине. — Schweine! — рыкнул штурмбаннфюрер, резко проникая пальцами во влагалище девушки и двигая ими. Через несколько долгих минут, когда мужчина вытащил пальцы, Ванесса обмякла, пытаясь прийти в себя. Голова кружилась всё сильнее, жутко хотелось спать, а между ног горело так, будто туда насыпали жгучего перца. Уотсон едва слышно застонала от облегчения, когда майор отпустил её волосы и отошёл от лежака, но ужаснулась, когда увидела у него в руках пистолет. Сдвинув ноги и перевернувшись на спину, она во все глаза разглядывала оружие, холодно поблескивающее в тусклом свете ламп. — Без глупостей, — в голосе майора послышались металлические нотки. — Иначе это окажется в тебе. Девушка кивнула, всхлипнув от ужаса. — А теперь будь хорошей фройляйн и дай старому солдату показать тебе, что такое война, — Монтана вновь подошёл к пленнице, сверкнув очками. Послышался звук расстёгивающейся ширинки брюк. И, не дожидаясь хотя бы формального согласия, Максимилиан перевернул Ванессу на живот и, раздвинув её ноги, навалился всем немалым весом. Пальцы майора почти нежно прошлись по клитору девушки, заставив ту судорожно вздохнуть из-за новых и непривычных ощущений. Она закусила губу и попыталась скинуть с себя мужчину, но не смогла сделать этого, а разум с какой-то болезненной остротой подмечал каждую деталь. Влагу, выступившую в результате действий штурмбаннфюрера, его хриплое дыхание у самого уха… Ванесса вскрикнула, когда член Монтаны вошёл в неё, и заёрзала, пытаясь избавиться от неприятных ощущений. — Ja, mein süßes Mädchen! — хрипло рыкнул нацист, рвано двигаясь внутри уже воющей от боли девушки. Он ощущал сладкий вкус ещё одной победы. — Ты любишь войну, моя милая фройляйн? Тебе хорошо со мной, meine Katze? — Нет! — закричала Уотсон. Глаза пленницы застилали слёзы отчаяния. Низ живота превратился в комок боли, словно её рвали изнутри, а по ногам текли предательские капли крови. Майор рассмеялся, крепче схватил девушку за волосы и заставил её прогнуться в пояснице, из-за чего ощущения Ванессы обострились. Как и всепоглощающая боль, так и странное тепло, заставляющее постанывать не только от боли. Но отвратительные хриплые стоны мужчины и немецкая речь не давали на этом ощущении сосредоточиться, словно Максимилиан специально отвлекал Уотсон от всего хотя бы гипотетически приятного, что может быть в данной ситуации. Также майор не давал просто отстраниться от реальности и заблокировать болевые ощущения. Монтана резко дёрнулся, максимально глубоко насаживая на свой член вяло трепыхавшуюся Ванессу, и задвигался быстрее, получая такую желанную сейчас разрядку. Девушка обессиленно застонала, когда штурмбаннфюрер, издав хриплый стон, всё-таки кончил и отпустил её волосы. А затем вышел и начал с любопытством разглядывать свою маленькую любовницу. — Превосходно, — улыбнулся мужчина, приводя одежду в порядок. — Превосходно, фройляйн. Ты мне очень пригодишься, Несса Уотсон. — Идите к чёрту, — сквозь слёзы прошипела униженная девушка. — Ты поняла, что такое война? — Да, герр майор, — единственное, что смогла выдавить из себя Ванесса, глядя в жёлтые глаза нациста. — И я её всё также ненавижу.

***

Спустя несколько часов штурмбаннфюрер созерцал мёртвое тело девушки, висящее на ремнях от формы, и улыбался. «Встретимся в Вальхалле, маленькая верная фройляйн, — подумал нацист. — И там ты не уйдёшь от меня».