Принцы не всегда выбирают принцесс

Захлопнув дверь, облокачиваюсь на стенку и глубоко вдыхаю. Слышу, как сердце бешено стучит в груди, и чувствую, как что-то больно жжёт, обжигает лицо. Холодной рукой провожу по коже, понимая, что это слезы. Слова Макса крутятся в голове, как заевшая пластинка. Я не думала, что, казалось, невинная фраза вызовет в моей душе настоящую бурю чувств. Он задел меня, больно ударив в самое сердце. Давай забудем прошлое и начнём все сначала, как брат и сестра? Зачем тебе это Максим? Во что ты играешь со мной? Почему сначала даёшь надежду на что-то большее, а потом забираешь её? Что же делаешь, мой дорогой «братец»? Отлипаю от стены и иду в ванную комнату. Мне просто необходимо прийти в себя, взять себя в руки и больше никогда не подпускать Скворцова к себе ближе, чем на пушечный выстрел. Его игра слишком жестока для меня. Да, Максим, мне было проще ненавидеть тебя, чем ощущать к тебе иные чувства. Холодная вода бодрит, придавая затуманенному рассудку ясность и трезвость мышления. Мне становится легче, и я даже улыбаюсь своему отражению. Уже выходя из ванной, натыкаюсь на Кузнецову. Её вид оставляет желать лучшего. Темные волосы спутались, глаза покраснели, а кожа приобрела болезненно белый оттенок. Она была похожа на мертвеца, но никак не на живого человека. — Как ты себя чувствуешь? — интересуюсь, хотя уже знаю ответ. — Плохо, — хриплым голосом говорит подруга. — Что вчера произошло? Ничего не помню! — Давай сначала ты умоешься, покушаешь, и я тебе всё объясню, хорошо? — Нина кивает головой и, обойдя меня, заходит в ванную. Я качаю головой, понимая, что этот разговор будет самым трудным в моей жизни. Подруга даже не подозревает, во что её втянули. И, боюсь, когда узнает, будет ещё долго осознавать это. Переодевшись в чистую футболку и спортивные штаны Арсения, так благородно предоставленные мне, спускаюсь на первый этаж. Парни сидят за большим обеденным столом в полном молчании. Невольно засматриваюсь на профиль Макса, а внизу живота начинает приятно тянуть. Парень чувствует мой взгляд и оборачивается ко мне. В его глазах читается беспокойство и что-то похожее на нежность. Невольные мысли сразу посещают меня, но я отгоняю их, больно впившись пальцами в ладонь. Лучше уж физическая боль, чем моральная. — Доброе утро, — приветствую парней, стараясь больше не смотреть на своего «братика», обращая внимание только на Орлова. — Привет, — Арсений приветливо улыбается мне, Максим же молчит. — Как спалось на новом месте? Приснился жених? Вздрагиваю от этих слов, но, натянув улыбку, отрицательно качаю головой. — Понятно. Кстати, Нина встала? Не знаешь? — продолжает Орлов. — Да, столкнулась с ней в коридоре. Она приведёт себя в порядок и спустится к нам, — смотрю на еду, но есть не хочется. — Это хорошо, сегодня ты должна ей всё рассказать, — недовольно смотрю на Орлова. — Без тебя знаю, — огрызаюсь. — Арина, ты же понимаешь, чем раньше Нина узнает, тем лучше, — наконец-то подаёт голос Максим. Нахожу в себе силы и поворачиваюсь к нему. — Понимаю, но я тоже много чего не знаю, — даю тонкий намёк на его «дружеские» отношения с Андреем. — Всё остальное я сам расскажу ей и тебе, но позже. А пока кушай, — парень кивает головой в сторону тарелки. Господи, какая забота! Ах, ну да, мы же теперь брат и сестра! Как же я могла об этом забыть?! Негодяйка. Пока я мысленно злюсь на Скворцова, на кухню заходит Нина. На ней также вещи Арсения, только вместо штанов шорты, хотя с её ростом, можно смело называть их бриджами. — Привет, — несмело здоровается девушка и садится рядом со мной. — Привет, — на этот раз парни отвечают одновременно. — Ребят, я не помню, что вчера было. Но если я плохо себя вела, простите, ладно? — Успокойся, Кузенька, — как-то чересчур ласкового говорит Орлов, что я невольно поднимаю на него глаза. — Всё хорошо, с кем не бывает. — Ладно, — девушка с недоверием смотрит на Арсения, тот старательно избегает её взгляда, смотря в свою тарелку. Парни покинули нас через десять минут и, сославшись на важные дела, они уехали в город. Мы с Ниной расположились в гостиной, удобно развалившись на кожаном диване с двух сторон. — Рассказывай, — попросила меня подруга. — Нин, хочу тебя предупредить и попросить заранее прощение, за то, что втянула тебя в это говно, — усмехаюсь, вспомнив слова Орлова накануне. — Не тяни уже! — Ладно, — выдыхаю. — Как ты знаешь, Матвей и я были одноклассниками и дружили. Даже не так, мы были лучшими друзьями. По крайней мере, я так думала. Когда мы начали общаться с Бродягой, он работал на одного очень крупного наркоторговца, уж не знаю, зачем ему это было надо. Но это было так. После моих уговоров, парень бросил это дело, чему я, несомненно, была рада. И всё было хорошо, пока он не познакомил меня с Максимом и Андреем. Скворцов был лучшим другом Бродяги, поэтому волей неволей мы общались с ним. А вот Андрей. Тут всё было сложнее. Этот урод был связан с криминалом и втянул в дело Матвея. Ох, ты бы знала, сколько раз я вытаскивала его с полиции, сколько раз обрабатывала его лицо и тело. Это был ужас. Я уговаривала его и угрожала выйти из игры, но всё было бесполезно и, в конце концов, я опустила руки. А потом… — тут я запнулась. — Потом у Матвея начались серьёзные проблемы, эта сволочь Андрей крупно подставил его, и помочь могли только мы с Максом. И мы помогли, я не хочу, и не буду вдаваться в подробности всего. Но то, что я сделала, всегда будет преследовать меня. Да, мы сделали то, что от нас требовалось, но отпускать нас никто стал. Игра, в которую играл Андрей и Бродяга, перешла на наши с Максом плечи. Я не хотела больше участвовать в этом и отказалась. И Андрей практически изнасиловал меня. Но, слава богу, всё обошлось. А теперь благодаря моей тупой мести Принцу и ты втянута в это. — Во что это? — еле слышно спросила подруга. — Скоро узнаешь, — мы одновременно обернулись. В дверном проеме стояли Максим и Арсений. И их вид не предвещал ничего хорошего.