Имя воина

Нина открыла личный кабинет на сайте банка – на двух счетах было чуть больше пятидесяти тысяч галактов. Сумма от продажи родительской квартиры плюс приход от издания книги… плюс приход от продажи выловленной Змеем рыбы… плюс приход от продажи сшитых Лизой платьев… с каким же трудом они накоплены! Только боги знают. На свадьбу, на дом… ладно, ещё накопятся… до свадьбы далеко, и дом не сейчас строить… - Стефан, сообщи номер счёта Лины. Вам на январь должно хватить… а там видно будет. Irien скинул номер счёта – и Нина перевела на него почти все деньги, оставив по сотне галактов на каждом своём счете, чтобы только их не закрывать. Через четверть часа после перевода денег позвонила Лина и со слезами на глазах начала благодарить… но потом снова стала плакать: - …а январь пройдёт, как дальше платить? Сорок тысяч в месяц! Это очень много! А до середины июня… и так назанимали у всех, ведь отдавать надо будет… нам не потянуть столько!.. Нина слушала её плач, думая про себя, что большей суммой помочь она вряд ли сможет. А вот попросить Бориса не забирать эмбрионы… возможно. Но… он же сам сказал, что более не желает с ней иметь дел. Звонить ему? - или не звонить? Первым делом Нина добавила в звонок Степана: - Может быть, ты позвонишь? Сейчас уже поздно… завтра, может, лучше будет… меня он вряд ли будет слушать. - Зачем завтра? Он вряд ли спит сейчас… - Степан посмотрел на часы, - только полдевятого… возможно, он ещё на работе… звоню. Борис действительно находился на работе – в кабинете. Работы было много. И даже очень много, и работы срочной – Лёня сообщил о почти десятке «…предполагаемых…» - слово-то какое нашёл! – «вероятно возможных срывах киборгов в космопорте и прилегающих к нему улицах…» и пришлось отправить туда ловцов. И теперь предстояло ждать их возвращения с пойманными киборгами – убивать он когда-то сам запретил. Чтобы было, что исследовать. И что продать после исследования. И ведь когда-то сам приказал ему отслеживать в соцсетях информацию о сорванных и бракованных киборгах… а теперь думал, что делать с этой информацией. Каждый срыв – минус в работе филиала. А репутация компании – прежде всего. Поэтому эта информация не идёт дальше его кабинета – ловцы подчиняются ему лично, и пока есть возможность их контролировать, он сам принимает от них доставленную технику и сам исследует. И сам решает, что делать дальше с привезённым браком. Или поручает Вере посетить владельца киборга и предложить ему обмен на новую модель с небольшой доплатой. Обмен разрешён головным офисом – за сданных двух «шестёрок» давать новую «семёрку». Стремясь сохранить репутацию компании, Борис старался не допускать появления в СМИ планеты сообщений о срывах – насколько вообще это было возможно – и сохранял информацию у себя. Но… этой никому не переданной информации становилось всё больше и больше с каждым днём! – всё чаще и чаще на форумах и в соцсетях пользователи жалуются… а порой и гордятся... что их машинки что-то делают самовольно. Что делать? – изымать и утилизировать или… оставить как есть? А если проверка из головного офиса? Много срывов – плохо. А невыявление бракованной продукции – ещё хуже… Выход один – изымать киборгов до срыва, тихо и незаметно… и по возможности – очень тихо и очень незаметно… И что дальше? Отдать Нине? За какие такие её заслуги он должен предлагать ей киберов сам? У неё и так… больше полусотни. Достаточно того, что он не сдал ни одного из её… экспонатов. Но – он до сих пор дважды в неделю получает до сотни контейнеров с кровью, лимфой, пробами костного мозга. А теперь потребовал ещё и семенную жидкость сдавать… Хуже-то от этого никому не стало! – и Нина довольна, что все её экспонаты целы, и есть, что изучать, и… на продажу есть, что предложить… из биоматериала. Ладно… как там она говорит? «Будем думать, что уговорил…»? Да, будем думать, что она попросила и он согласился… тех киберов, что привезут ловцы, он отдаст ей… после исследования… если будет, что отдавать… Зазвонил видеофон, и Борис принял звонок, не глядя на монитор: - Сразу в лабораторию! Немедленно! Уже иду! - Борис! В какую лабораторию? Кого? – с монитора смотрел изумлённый Степан. Брат Нины… чтоб ему пусто было! Ему-то какая печаль? Достали! Но Борис всё же сдержался и холодно ответил: - Это я не тебе. Что нужно? – и тут Борис в открывающихся вирт-окнах заметил Нину, юриста заповедника, заплаканную женщину рядом с высоким мужчиной… где же он её видел? Где же-где же… да, блин! Это же та самая тётка с какого-то там острова, хозяйка Irien’а, семенную жидкость которого отправил этот Mary с острова… как его там… Саня! А эта тётка называет его мужем… Irien’а… этим дикарям ещё нужен обряд, чтобы просто пользоваться секс-куклой! Вот без свадьбы затащить куклу в койку никак нельзя! – но это действительно только в их лесах… во всём цивилизованном мире Irien’а мужем не назовёт ни одна нормальная женщина! Нет… есть такая женщина. Есть! – и она без проблем сможет выбрать в мужья Irien’а… и не только обряд провести, но и документально оформить. И это – его бывшая жёнушка, помешавшаяся на скупке ломаной техники… для коллекции. Эта - может. Сама как кукла ходячая – на работу-с работы… но вот теперь оживать стала. Сначала просто наблюдал – интересно было, куда её заведёт это глупое желание ему сделать на вред? Когда он проговаривался дома, что какой-то кибер сдох на столе или в стенде, она словно демонстративно уносила из дома сахар и лекарства для киберов в музее. Ну, сахар – понятно, зачем. Киборгам нужна глюкоза. А вот зачем куклам медикаменты? – вот это интересно было бы узнать… Наблюдал. Изучал. И упустил момент, когда из игры её действия превратились в манию… ведь можно так назвать стремление к собиранию ломаных кукол? Можно. Но… вреда от этого никому нет, куклы на далёком острове, куратор коллекции ему подчиняется… стоит понаблюдать ещё немного… закрыть всё это можно в любой момент. Вот только сумма компенсации, которую необходимо будет ей выплатить, будет запредельной!.. Степан всё ещё на связи. И всё ещё что-то говорит… и баба эта рыдает… что им всем от него надо? Надо послушать, наверное. Лина, увидев, с каким явным недовольством смотрит на неё глава местного филиала «DEX-company», уже собралась обречённо отключиться, чтобы не злить его ещё больше – и начала прощаться. Но Степан, взглянув на неё, снова обратился к Борису: - Все знают, что киборги стерильны… взяты яйцеклетки Лины, это я понимаю, но чем их оплодотворили? - Семенем этого… Irien’а. Борис усмехнулся – ему не очень-то верили. Вроде умные люди, с высшим образованием – а такие вопросы… дурные. Осмотрел собеседников – и стал говорить, словно школьникам: - Надеюсь, анатомию репродуктивной системы человека вам объяснять не надо. У мужской модификации киборга есть в наличии и пенис и яички. А у Irien’а они ещё дополнены некоторыми опциями… которых нет у человека. Вроде виброрежима. Борис заметил, как вмиг густо покраснела Лина. Вот же… курица дремучая! Небось и с кибером только в темноте встречается… и голым его только во сне видела! Он хищно улыбнулся и продолжил: - Всегда думал, что грамотные люди знают разницу между стерильностью… и кастрацией… объясняю снова и как следует. При кастрации отрезают мошонку… начисто. Или удаляют из мошонки яички. Совсем. Их нет и не будет более. А будет евнух. Ни на что не способный. Он будет смотреть на голых баб и ничего не чувствовать. У женщин при кастрации удаляют яичники. При стерилизации яичники и семенники остаются. Перевязываются семенные канатики, по которым сперма выходит в мочеиспускательный канал. У женщин перевязываются яйцеводы. Таким образом половые железы остаются и функционируют по-прежнему, а семя и яйцеклетка не выходят. Киборги стерильны! Стерильны! А не кастрированы! Это совершенно не одно и то же! Потому, что именно половые железы вырабатывают необходимые для нормального функционирования организма гормоны… и это напрямую связано с образованием яйцеклеток и сперматозоидов! Неужели не понятно? Половые клетки у киборгов есть, но они не имеют выхода… и… неиспользованные клетки растворяются обратно. И выводятся в кровь. И сперматозоиды, и яйцеклетки… а поскольку яйцеклетка в матку не выходит, то и месячных у женских модификаций нет. У женских модификаций DEX и яйцеводов нет. Незачем им. У киборгов полностью блокировать развитие половых клеток нерационально – они в любом случае не реализуются. Это возможно… теоретически… но в этом случае стоимость киборга увеличится на четверть… или на треть. Они и сейчас для многих очень дороги… - Если бы они были так дороги, их бы берегли и не издевались бы так над ними! – выкрикнула Лина. - А она права… - заступился за неё Степан. - Многих киберов я видел, привозил не один раз… как только их не уродуют, как только не избивают. Потому их и срывает. Киборг беззащитен перед человеком… и если бы все нормально с ними обращались, то и не срывало бы их. Слава богам, у нас срывов нет… - Стёпа! Ты стал верить в богов? – изумился Борис. – С каких это пор? А что срывов нет… так изымаем своевременно. Вот сейчас жду ловцов с добычей… тебе, что ли, их отдать… или продать кому… Нина, возьмешь ещё десяток ломаных машин? Ремонтировать? - Вези… устрою… - Нина тяжко вздохнула. Размещать ещё десяток киборгов уже некуда. И новый модуль покупать и ставить поздно – зима на носу и денег лишних уже нет. Но… не оставлять же их здесь, у этого… садиста? - Вези, возьму. Ребята потеснятся. Но… ты не договорил о стерильности киборгов… - Хочешь всё знать? Поскольку у киборгов есть семенники и яичники, то вырабатываются не только гормоны, но и половые клетки, и у киборгов могут быть дети… но только посредством ЭКО. Извлечь яйцеклетки… прямо из яичника… пункцией. Извлечь семенную жидкость… таким же образом. И провести оплодотворение в лаборатории. И не факт, что оно будет удачным… при таком способе неизвестно, каким будет результат… какой будет фенотип созданного таким образом… организма. Именно спермой этого её… Irien’а… и были оплодотворены яйцеклетки этой… дамы. Все шестнадцать… и я готов помочь… и выкупить их. - Значит, ты действительно хочешь сделать из её детей… киборгов? - Кто мне запретит? Не ты ли? Молчавший ранее юрист устало сказал: - Борис Арсенович, вы можете забрать эмбрионы только в том случае, если родная мать от них откажется. Вы это знаете не хуже меня. Эмбрионы являются собственностью Веселины… - Знаю. Иван Сергеевич… знаю. Но и вы меня поймите… зачем ей столько детей? Степан посмотрел на женщин, ждущих от него ответа, и принял решение: - Значит, сделаем так. Эмбрионы – это дети. Дети для нас – святое. За декабрь и январь взнос сделан. Что остаётся? Февраль-март-апрель-май и половина июня. Это сколько? Двести тысяч. Нина, напряги своих ребят на сбор жемчуга. Я сообщу старейшинам родов и деревень, соберём денег, сколько сможем. Стефан, займись сбором птичьего пуха, он тоже денег стоит, попробуем продать. Лина, деньги будут. Сообщи свекрови, пусть готовится встречать шестнадцать внуков… летом. Борис, киборгов вези к нам… возьмём всех. В модуле… найдётся и место, и занятие. Борис, изумлённый такой наглостью Степана, да ещё в присутствии юриста (а это значило, что весь разговор записывался), вызвал Лёню и приказал всех восьмерых доставленных киберов сразу отвезти на турбазу, передать Степану Ивановичу лично в руки… и оформить документы по статье «благотворительность». Конец года – и нужны положительные показатели работы филиала. А заняться ими можно будет и позже – если выживут. А если и сдохнут, то не в лаборатории. *** Лёня приказу начальника везти киборгов в посёлок заповедника не обрадовался совершенно. Но деваться было некуда – приказ выполнять надо. Несмотря на приближавшуюся ночь – в восьмом часу вечера двадцать третьего ноября. На охраняемой стоянке у офиса он оставил свой флаейр и пересел в грузовичок ловцов, все шесть модулей которого были заняты киборгами, и ещё два киборга лежали на полу в проходе. На место пилота сел Оскар – ночью он справлялся с управлением флайером лучше, чем его хозяин. У здания администрации его уже ждали Степан Иванович с Лазарем и двумя «семёрками» и Ираида с Деей. Несмотря на глубокую ночь, пришли директор, завхоз и главный инженер – не каждый день глава филиала делает такие подарки заповеднику. Лёня разбудил и вывел киборгов, передал документы и права управления – и завхоз с разрешения директора организовал небольшой госпиталь в конференц-зале. Восемь киборгов - два парня Mary с обморожениями, три парня и девушка DEX с травмами и ожогами, две девушки Irien с рубцами от кнута – были размещены на принесённых со склада матрасах. И Ираида занялась кормлением и лечением больных – они должны отлежаться хотя бы неделю до того, как смогут начать работать. Irien’ок после лечения решено было отправить на Жемчужный остров – на турбазе они не нужны. А остальные останутся работать на ферме и на курятнике. *** Двадцать седьмого ноября, в пятницу, Нина прилетала в посёлок, чтобы самой отвезти Irien’ок на остров – девушки не стопроцентно поправились, но шить и вязать вполне могли. Перед тем, как лететь дальше, Нина позвонила Снежане и вместе с ней зашла на курятник – Рик и Рудж работали там чаще всего, несмотря на увеличившееся втрое поголовье птицы – данные им помощники Mary всё чаще и чаще работали то в столовой, то на медпункте, то в конторе. - Надо бы им хоть кого-нибудь… хоть одного дать постоянного помощника. А то ребята без выходных работают. И живут тут же… И удивлённая Снежана пообещала прислать на курятник двух киборгов из вновь привезённых – DEX’а и Mary – на постоянную работу. На обратном пути остановилась в Орлово у Голубы – Змей был на рыбалке, и потому задерживаться не имело смысла – зашла чисто поздороваться. Но Голуба подала ей коробку с кружевом: - Это обещанные тебе десять процентов от сплетенных Майей кружев. Хоть продай, хоть сама носи. Но… вот не пойму, где она такие рисунки нашла… но нашла и сплела… здесь три десятка её работ. На всех кружевных панно, салфетках и скатертях был эльф! То один и в полный рост, то портрет и с цветами в руках, то рядом с девушкой в длинном платье… а на одном панно эльф держал в руках курицу! - Она сама придумывает рисунки, - тихо ответила Нина, - а значит… она разумна. На всех панно – наш озерной эльф… Авиэль. Irien с острова… серия «Авель»… и он ловил для неё курицу. - Я подозревала это, - так же тихо сказала Голуба. – Таких рисунков у нас нет… и калек таких нет тоже… и что делать? - Купить ещё ниток… и пусть плетёт дальше. Продадим. И своди её на экскурсию в зимний лес, пусть и на эту тему плетёт. *** В музейной лавке кружевные панно и скатерти Тося оценила по максимальной цене – от семидесяти до ста сорока галактов. К первому декабря все кружева были проданы, а деньги пришли на счёт Нины.