Имя воина

Это имя – Вольдемар – Bond’у самому жутко не нравилось. Но он был благодарен своему наставнику – капитану полицейского участка, к чьей группе он был прикреплён – за новое имя и за подаренную жизнь. Поистине, чудом было то, что люди из этой группы полгода назад помогли трёхлетнему киборгу спастись от списания и утилизации после того, как он смог предотвратить серию планирующихся терактов, вычислив местонахождение базы бандитов. В огромном мегаполисе Новой Каледонии каждый день случаются происшествия - и старший группы с его помощью нашёл по сводкам подходящий по физиологическому возрасту и фенотипу труп, явился на место первым и оформил всё так, словно это ожидающий бандита Bond полностью сгорел в съёмной квартире, а проживавший в ней молодой искусствовед, приглашённый в отдел полиции в качестве эксперта, остался жив. Его наставник восстановил все документы погибшего искусствоведа, постарался скорректировать внешность киборга под голографию в документах, затем перевёз его как настоящего В. К. Вознесенского на частном транспортнике на Новую Самару, куда настоящий Вознесенский и собирался лететь для прохождения практики и сбора материала для диссертации в Ново-Самарском музее. За неделю полёта Bond тщательно изучил биографию человека, которым он должен стать, его привычки и манеры, по сохранившимся голографиям и видеозаписям. Изучил и страницу в соцсетях, которая стала теперь его страницей – как оказалось, в характеристике не зря было указано про нелюбовь настоящего Вознесенского к киборгам. Настоящий Вольдемар состоял в нескольких закрытых группах, посвящённым способам «тестирования» киборгов в домашних условиях – и Bond’у это тоже не понравилось. Но его наставник сказал: - Теперь ты имеешь возможность вывести этих садистов на чистую воду… следи за ними и будь на связи, не теряйся. Грант, найди их… а мы поможем довести дело до суда. В группе его сразу назвали Грантом – это имя означает «дар» - и воспринимали, как подарок от начальства за успехи и берегли его. Это имя ему нравилось - и он очень старался работать так, чтобы его наставник и его друзья были им довольны. Прибыв в город, киборг по имеющимся документам арендовал однокомнатную квартиру-студию и поступил в музей на должность младшего научного сотрудника. С такой специальностью и должностью он мог бы прожить жизнь, не вылезая из кабинета. И продолжил бы далее научную работу, начатую настоящим Вознесенским, если бы не та встреча. Закрытие выставки в Государственном музее Новой Самары было скучноватым и затянутым. Длинные пустые речи, толпа приглашенных людей, многие из которых имели весьма слабое представление о том, что выставлено… лишь некоторые были одеты в этно-стиле. И на общем фоне резко выделялась одна группа – женщина с девушкой и двумя парнями. Хозяйка с тремя киборгами. Только они были одеты нарядно, стильно и в образах. Он стал наблюдать за ними, стараясь делать это незаметно и вскоре ушел из зала, чтобы его внимание не было замечено. В тот же день «Вольдемар» стал собирать информацию об этой женщине – и таким образом узнал о том, что она уже более двадцати лет собирает материалы для диссертации. Давно могла бы защититься с такой-то темой! Но почему-то то откладывала работу на потом, то начинала снова – явно помогала кому-то. Его наставник, спасший его от списания, когда-то объяснял, что так бывает – знающий человек по своей воле что-то может дать или объяснить не знающему, и ученик опубликует работу раньше учителя. И он сам начал собирать материалы по той же теме, чуть скорректировав тему настоящего Вольдемара, рассчитывая, что она сама захочет ему помочь. И даже нашел те же первоисточники, что и она. И даже сделал немного больше – нашел на одном из сайтов статьи какого-то Комарова А. П. и добавил их в список использованной литературы. У неё такого нет… точно нет. Надо только найти способ познакомиться с ней. Он даже спросил у одного из админов сайта, где найти этого Комарова А. П. – админ молчал дня три, потом ответил, что это солидный учёный, но очень нелюдимый, и он не намерен лично ни с кем знакомиться, но сомневаться не стоит – этот человек реально существует. Можно было бы взломать этот сайт, не проблема – но тогда его самого без труда смогут найти. А так рисковать он был не готов. Оставалось только одно – ждать. И попытаться устроиться на работу на той планете, где она живёт, и по возможности в том же городе. Он стал просматривать вакансии на городских и планетарных сайтах – и копить деньги на билет и перелёт. Он был образцовым МНС, не отказываясь остаться на работе подольше, и работая за лаборанта. А в комнате общежития по ночам он за плату писал курсовые студентам. Пока он готовился, рухнула «DEX-company» и образовалась ОЗРК и появился в сети официальный сайт новой организации. В списке сотрудников Вороновского отделения ОЗРК обнаружилась Сомова Н. П. Вот оно! Можно устроиться на работу в этот офис. Но… в качестве кого? Зачем в ОЗРК искусствовед? И вновь просмотры сайтов… и наступил день, когда обнаружилась вакансия заместителя директора музея в городе Воронове. Повезло! И «Вольдемар» тут же отправил заявку и резюме. Но при этом он понимал, что шансов занять именно эту вакансию почти нет – его там никто не знает. И к Нине Павловне ему не попасть, если сама не пригласит – а этого не случится, если её не заставят. Ведь по инструкции для музеев надо как минимум два года отработать в любом отделе музея прежде, чем иметь шансы попасть в фонды – или идти туда в присутствии главного хранителя. Просмотрел её страницу в соцсети – зацепиться не за что. Всего с десяток видео с пейзажами и котами. Ничего о работе. В друзьях вообще всё туманно – Вольный-Мирный, Воин-Славный, Эльф-Озерной… дурдом полный! Просмотрел и их страницы – только пейзажи, рыба, коты… и мультфильмы по народным сказкам. Список групп закрыт у всех… но сообщение кинуть возможно. Но – нужно ли? И что им написать? Кто вы такие? И расскажите о себе? Глупо это и не эффективно. И когда он почти отступился и хотел все забросить, получил письмо из Вороновского музея. «Ваше резюме было рассмотрено и изучено. Вы нам подходите. Ждём на работу». Это было неожиданно. Но приятно. И все же была мысль, что это не по-настоящему, что это шутка такая – без основательного знания музейного дела и без отработки на должность заместителя директора так сходу не принимают! Но директор Ново-Самарского музея, узнав о приглашении, дал ему такие блестящие рекомендации и характеристики, что он всё-таки собрался и полетел. В космопорте его встречала чрезвычайно ярко одетая полная женщина в шляпе с перьями и с табличкой с его фамилией – но отчего-то это его напугало. Он спрятал лицо в шарф – хорошо, что была метель и ветер, и можно было закутаться с головой – и вышел не с пассажирами первого класса, а с потоком третьего класса. И на первом же рейсовом флайеробусе полетел в Воронов. Он не хотел показывать этой даме, что у него почти нет денег, так как почти все сбережения пришлось потратить на тёплую одежду и билет на лайнер, и что он уже снял самую дешёвую комнату в гостевом доме на окраине города – по его образу он должен был изображать уверенного в себе человека, богатого и много знающего. И уже на следующий день он пришел в музей – уверенный, что знакомством всё и закончится. Но директор музея его выслушал, просмотрел документы, побеседовал - и приказал секретарше пригласить заведующих отделами, завхоза и юриста. На его удивление юристом оказалась та самая ярко одетая дама, которая встречала его в космопорте и от внимания которой он ушёл. Взглянув на неё, он понял, что сделал правильно – она старалась ему понравиться так назойливо, что очень хотелось оказаться от неё подальше. Она лгала – и он это чувствовал. Зав отделами выслушали директора молча, вслух ими было сказано несколько слов всего и все они были явно недовольны его решением – но только Bond смог понять это. И директор подписал его заявление о приёме на работу. Ильяс Ахмедович дал ему третий уровень управления и на свою секретаршу – но на лацкане кармана делового пиджака Зои он заметил значок ОЗРК. А это значит – подчиняться ему она будет только с согласия своего хозяина… то есть, опекуна. Зоя не была музейной вещью, она не просто зарегистрирована в ОЗРК – она является внештатным сотрудником этой организации! Надо с ней вести себя предельно вежливо и осторожно. Сначала пошли в просветительский отдел – хотел очень быстро, только показаться и поздороваться, так как музейный комплекс большой и осмотреть всё в один день почти невозможно, но пришлось сесть за стол и выпить чаю с булочкой. Здесь так принято, и потому он подчинился. Он попытался культурно сообщить Тамаре Елизаровне, которая вместе с завхозом отправилась его сопровождать, что после обеда он будет в научном отделе, а на выставки пойдёт завтра, но она слышала только себя и была настолько назойлива, что время от времени возникало желание придушить её. Просветительный отдел осмотрен, а научный, экспозиционный, экскурсионный… и фонды в следующие дни можно посетить… но Тамара тянет сейчас и что-то говорит… прокрутил запись: «…а у этой Нины Павловны целая коллекция киборгов… и она ни с кем не делится… моего киборга использует… деньги получает…» На следующий день Тамара Елизаровна встретила его у входа в музей и потащила куда-то мимо главного корпуса: - …давайте сначала зайдём вот в эту башню. Два нижних этажа – фонды. Коллекции «Ткань» и «Стекло». Хранитель Марина Альбертовна Осипова… а потом к Сомовой… - Я знаю фамилию хранителя. – взглянув на опешившую Тамару, Bond пояснил, - на осмотр хранилища Сомовой уйдёт много времени, а я должен принимать дела… и я не хотел бы Вас задерживать. Сегодня зайду только сюда. Тамаре пришлось подчиниться. Это только первый день! Какая наглость! Она для него всё делает, а он… неблагодарный! Но… Он здесь пока что никого и ничего не знает, и время на его обработку есть… права управления на киберов получил… третий уровень пока что, и пока на неразумных… но надо спешить, пока его кто-нибудь ещё не обработал. Вроде по инструкции без главного хранителя ему в хранилище ещё нельзя… и без отработки в любом отделе… но, если бы не она, лучший юрист этого города, не видать бы ему этой должности, как своих ушей! Кстати, да! Потом будет, чем его прижать. Потом… а сейчас к Марине. К Нине этой можно и завтра. Bond считывал эмоции Тамары и откровенно не понимал, что именно ей надо от него. Она собирается во второй же рабочий день заставить его войти в хранилище, а это значит – настроить против себя весь отдел фондов! А вот этого делать нельзя ни в коем случае! – ведь у музейных хранителей паранойя является профессиональным отличием от остального музейного мира! Или у неё другие планы? А вот это сейчас можно проверить… и под запись. Будет, чем заткнуть эту Тамару при необходимости. - Марина Альбертовна, откройте, пожалуйста, хранилище… все ли у Вас в порядке? Всё ли оборудование имеется в наличии? И где Ваши киборги? Насколько я успел узнать, здесь и Irien’ы есть… - Но… ведь… нельзя без главного хранителя. А она… - На отгулах? Совсем запамятовал… хорошо, я зайду в следующий раз, когда Алла Юрьевна будет на работе. Извините за беспокойство… до встречи. После ухода из башни новый зам попросил Тамару проводить его в столовую, а затем в его кабинет, не давая ей задержаться и наговорить лишнего. Её надо держать под контролем. Есть ли у неё здесь киборг? И есть ли киборги дома? Надо узнать! Можно напрямую войти во внутримузейную сеть… но тогда местный программер будет знать о нём… не сейчас. Все следующие дни до самого дня бала Тамара Елизаровна была назойливо-привязчива, и отделаться от неё было поначалу очень сложно, но возможно – но, поняв, что без его присмотра Тамара может натворить дел, не стал пытаться избавиться от неё. В понедельник шестого марта после работы Вольдемар пошёл прогуляться по городу и сам не заметил, как вышел в пригород. Он шёл пешком по заснеженному городу, не глядя на карту и игнорируя проложенный внутренним навигатором маршрут. Надо было подумать, что делать далее. Огляделся – небольшая площадь с остановкой рейсового флайеробуса, небольшой крытый рынок, кондитерская и идущая вдаль единственная улица с двумя десятками коттеджей по обе стороны улицы. В конце улицы – небольшой продуктовый магазин с аптекой. «Вольдемар» остановился между первыми домами – и тут понял, что ноги принесли его к дому этой самой Нины Сомовой. Снег падал на его пальто, тонкие туфли утопали в снегу – одежду себе он покупал модную и стильную, соответствующую образу настоящего Вольдемара, но совершенно, как оказалось, неподходящую к здешнему климату. Он стоял и смотрел на небо, на снег и дома… зайти? Или – не зайти? Есть ли в доме искин? Сколько в доме киборгов? - Молодой человек, Вам плохо? Он оглянулся на подошедшую пожилую даму и ответил: - Мне не плохо… просто устал. – и пошёл обратно, в сторону гостевого дома, где он жил. А пани София, опираясь о руку Валеры, пошла к своему дому. *** А в среду был первый весенний бал! Идти не хотелось, но потом всё же собрался – и не зря. Сомова танцевала с Irien’ом! Это было красиво… очень красиво. Но – из образа выходить нельзя, а настоящий Вольдемар именно Irien’ов почему-то не любил… а вдруг здесь найдётся кто-то, знавший настоящего Вольдемара лично? Как же всё сложно! И помощи попросить не у кого… что же делать? Жить. Работать. Учиться жить и работать. А зайти к Сомовой можно и потом… когда-нибудь.